family

— Папа, смотри какой тут костюм! — Минсок вдохновленно бежит к стенду с манекеном, на который натянут костюм Джека Воробья, недавно он произвел огромное впечатление на него. В детстве почти каждый просмотренный фильм оставляет яркий след и кучу эмоций, жаль, что со взрослыми такое не работает. — А тут какой! — Юнги не успевает об этом подумать, как Минсок уже бросил его и окрыленно бежит к вешалкам с костюмом Человека-Паука. Юнги идет за ним, но из-за прилавка с жутким декором для дома выскакивает Чонгук в уродливой маске Ганнибала Лектера. Юнги (от неожиданности, разумеется, он же взрослый мужчина уже), отскакивает и почти задевает конструкцию в виде пирамидки из товаров по акции, но Чонгук ловко подхватывает его за секунду до фиаско, от которого им троим было бы невыносимо стыдно. Минсок в это время тщательно выбирает костюм, в котором пойдет колядовать, ему неосознанно хочется что-то откликающееся в душе, что-то классное, что-то очень интересное, поэтому он совершенно не обращает внимание на шумно ржущих родителей, пытающихся не разгромить хлипкие, но пестрые прилавки с тематическими штуковинами, пока Чонгук, не снимая той маски, поднимает Юнги, который заливается беззвучным хохотом. — Я хочу жить, отстань, — Юнги всячески пытается стянуть с его лица маску, не пребывая от нее в восторге, она не только жутко выглядит, но еще и жутко воняет, но тщетно. Чонгук снимает маску с красного от смеха лица и, злорадно хихикая, кладет ее в корзину, пока Юнги помогает Минсоку с выбором костюма и не видит. — Так сложно, папа, — Минсок театрально вздыхает, качая головой и от напряжения потирая лоб маленькой ладошкой. Он устал и запутался. — Мне нравится и Джек-Воробей, и Человек-Паук, и, вон, Шляпник, — другие дети просят купить им самые первые костюмы, которые привлекли внимание, но Минсок любит много думать, подолгу выбирать, сравнивать, весь в родителей. — Ну, вот смотри, кем бы ты хотел побыть одну ночь, кем себя почувствовать, чтобы пойти гулять, смотреть на украшения домов и выпрашивать конфеты у соседей? — Юнги присаживается на корточки перед нахмурившимся Минсоком, с пониманием глядя в его большие слезящиеся глаза, которые он отводит на полки с многообразием костюмов. Юнги очень хочет ему помочь, начать предлагать все подряд, но на собственном примере знает, что неправильно лишать его самостоятельности, в будущем будет тяжело. — Богатым, — Чонгук буквально впрыгивает в их беседу, с натянутым на голову дурацким ободком в виде ножа, «протыкающим» ее насквозь и очками с вываливающимися глазами. Минсок вмиг начинает улыбаться глупой шутке, отвлекаясь от мук выбора, у Чонгука в этом плане дар, иначе не назовешь. Накричал учитель в школе? Чонгук прибежит в комнату хнычущего Минсока с булочками наперевес и начнет рассказывать уморительные истории. Простуда? Чонгук уже напевает дурацкие, но такие смешные песни из реклам лекарств, пока дает их Минсоку, который тоже начинает их петь и просто забывает расстроиться. Вот и тут Чонгук снова перевел страдания Минсока в звонкий детский смех и добродушную одобрительную улыбку Юнги и его еле слышным «о господи» при виде этих правдоподобных вываливающихся глаз. — О! буду профессором Снейпом! — Минсок выкрикивает от того, что вспомнил о нем и прикрывает рот ладонями, смотря на родителей с широко распахнутыми от воодушевления глазами. Минсок смотрел только самые первые части Гарри Поттера и многого еще не знал, но этот персонаж чем-то очень сильно зацепил его. Еще месяц назад Минсок настолько хотел отрастить волосы, как у него, что закатил истерику за час до похода в парикмахерскую. — Замечательный выбор, — Юнги с поддержкой обнимает сына, определившегося с действительно трудным при таком изобилии выборе. Это в их с Чонгуком детстве они все одевались приведениями или вампирами из той одежды, что у них уже была, разукрашивали лицо косметикой мамы или сестры и разрисовывали старый бумажный пакет из-под продуктов, чтобы складывать туда конфеты. — Чем же он тебе нравится, Минсокки? — Он не болтает не по делу, как другие, такой крутой, невозмутимый, но на самом деле, кажется, добрый и заботливый? — Минсок с крохотными искорками в глазах рассказывает о своих чувствах родителям, размахивая руками, пока они ищут парик, мантию и волшебную палочку. У Чонгука и Юнги от этого каждый раз сердце переполняется теплом, любовью и гордостью, а глаза — слезами. — Он буквально описал тебя, — Чонгук игриво шепчет Юнги, натягивая на него ведьмину шляпу. Юнги смущается, борясь с вылезающей улыбкой, но невозмутимо продолжает поиск нужного парика. — А кем мы с тобой, кстати, будем? — Чонгук говорит уже громко, задумчиво оглядывая ассортимент. Каждый год столько мучений, но не похож на предыдущий. Например, в прошлом году, они ещё позвали Тэхена и Чимина и, одевшись персонажами Монстров на каникулах, гуляли по вечернему городу. — Кем ты видишь нас, Минсокки? — Парочкой маньяков каких-нибудь, — Минсок кладет в корзину выбранную палочку и замечает маску, которую положил Чонгук, прикладывающий указательный палец к губам, чтобы он не рассказал Юнги. Минсок любит подшутить над Юнги — это он с лихвой унаследовал от Чонгука. — Устами младенца глаголет истина, — Чонгук с умным видом поправляет свои дурацкие очки, и они все вместе идут выбирать костюмы теперь им. Понявший все Юнги наигранно стонет, не хочет их расстраивать, а Чонгук с Минсоком, уверенные в удавшейся шалости дают друг другу пять. Гармония. — А может, Малфоем и Гарри Поттером? — Минсок смотрит на белокурые волосы Юнги и черные волосы Чонгука, и его осеняет, глаза снова загораются, а родители не могут ничего поделать с этим, и они все вместе возвращаются к мантиям и волшебным палочкам.

🎃🎃🎃

Чонгук в круглых очках, с наспех нарисованным шрамом на лбу и неубранной челкой, небрежно укладывает волосы Юнги, чтобы тот был похож на Малфоя. — Учишься на парикмахера, Поттер? — с до безумия довольной ухмылочкой спрашивает Юнги у старающегося Чонгука, всецело погруженного в это дело. — Ага, — но Чонгук даже не услышал вопрос, вот настолько он занят укладыванием непослушных прядей, чтобы было похоже. Из комнаты выходит Минсок, одетый в широкую черную мантию, и они начинают бегать вокруг Минсока, как гримёры перед знаменитостью, поправляя костюм, грим и парик тут и там, но не для того, чтобы соседи оценили, какие они хорошие родители и как тщательно подготовились, а для того, чтобы их воодушевленный сын порадовался и хотя бы на вечер почувствовал себя любимым персонажем. — Это я? — Минсок смотрит в зеркало с неподдельным удивлением, поднимая взгляд на родителей, устало вздыхающих и нервно поправляющих костюмы тут и там, но смотрящих на него с заботливой улыбкой, от которой Минсок всегда чувствует себя безопасно. — Тебе нравится? — Чонгук включает все актерские способности, данные ему свыше, и достает из кармана пластмассовый ножик, шутливо угрожая, как аниматор на детском утреннике, чтобы рассмешить Минсока. — Не пугай ребенка, — Юнги шлепает его, хотя знает, что пугается тут только он. — Очень! — Минсок восторженно прыгает на месте, возвращаясь к отражению в зеркале, не веря, что это и правда он. Минсок вышагивает с достоинством, подражая Снейпу впереди Чонгука и Юнги, взмахивая палочкой, нашептывая под нос что-то, пока родители беззвучно умиляются, прикрывая рты ладонями, потому что невозможно не таять от нежности и любви к этому маленькому чуду даже если оно одето как мрачный маг. — Сладость или гадость? — Минсок гордо взмахивает волшебной палочкой перед улыбчивой соседкой с огромной плошкой конфет, войдя в роль профессора зельеварения. — Держи, малыш. Замечательный костюм! — женщина высыпает ему в корзинку в виде тыквы добрую часть сладостей. — Спасибо! — Минсок быстро возвращается в реальность, чтобы очаровательно улыбнуться ей в ответ и помахать поодаль стоящим родителям, наблюдающим за ним с переполняющей сердца радостью за него, показывая большой палец. Они обходят десяток домов, конфеты Минсока перестают влезать в корзинку, он складывает их в карманы мантии и отдает родителям, но продолжает колядовать. Не ради конфет, которых и дома полно, а ради эмоций, которые наполняют его, как красивую вазу. — Давайте в следующем году возьмем такое же украшение! — Минсок указывает на огромную ведьму на метле на одной из крыш домов. — Папа будет бояться, — Чонгук хлопает по плечу Юнги, который вздрагивает от безумного выражения лица той ведьмы. — Ну, ты же знаешь, что это все понарошку, папа! — Минсок даже берет Юнги за руку и ускоряет шаг, чтобы он не боялся, когда они проходят мимо больших устрашающих пауков на чьем-то дворе. — Хорошо, солнышко, мы подумаем над этим, — Минсок такой добрый и заботливый по отношению к ним в своем возрасте, у Юнги внутри все заливается теплым карамельным сиропом от этого. — Минсок? — знакомый детский голос окликает их. Минсок приглядывается и пару секунд пытается понять, кто это. Но когда понимает, прикладывает ладошки к щекам от искреннего удивления и, получив одобрительный кивок от родителей, бежит навстречу маленькому Рону Уизли со сползающим рыжим париком, который он усердно поправляет и его родителями, разодетым подобным образом. — Соджунни! — Минсок шуршит огромным количеством конфет, раскинув руки для объятий. Сейчас они в том возрасте, когда встретить кого-то из школы вне школы — настоящая магия. Ну, и в возрасте, чтобы смотреть Гарри Поттера и, вдохновившись, ждать то самое письмо. — Какой красивый шарфик! — Минсок поправляет его шарф Грифиндора, заботливо укутывая, думая, что краснеющие большие щеки друга лишь от холода. — И у тебя такой крутой костюм! Как будто маленький Снейп, это так классно-о, — Соджун неловко проводит ладошкой по его парику и незаметно для себя начинает робко улыбаться на довольную комплиментом улыбку Минсока. — Может, пойдем все вместе посмотрим Гарри Поттера. Еще не очень поздно, папа? — Минсок тянет Юнги за мантию, смотря с великой просьбой в глазах и вытянутых уткой губах, было бы сложно отказать, даже если бы сейчас действительно было слишком поздно. Чонгук очень радуется, что убрал носки в стирку, когда они всей дружной толпой любителей Гарри Поттера заходят к ним домой. Дети высыпают конфеты, сравнивают их, сортируют на вкусные и не очень, пока родители выстраивают ту самую сложную систему с проектором, готовят чай, обсуждают декор, и как тяжело было вырезать эти дурацкие тыквы, не поругавшись и не заляпав все на свете семечками. Минсок и Соджун смотрят кино, почти не моргая, застыв, словно каменные, лишь в некоторые моменты эмоционально взмахивая руками или переговариваясь друг с другом о том, как это круто у них получается превращать разные предметы в другие. Усталость берет свое, и они, измазанные конфетами, засыпают, беззаботно прислонившись друг к другу плечами где-то ближе к концу фильма. Но, несмотря на это, Минсоку так все понравилось, что он еще долго будет вспоминать этот Хэллоуин с согревающим холодными вечерами теплом в душе.