Воркотунья

— Смотрите, она открыла глаза! — раздался радостный вопль над ухом Воркотуньи. Повернув голову, она увидела счастливую мордочку Вишенки. В уголках янтарных глаз сестры блестели слёзы, а усы подрагивали.  — Ты жива! — К подстилке подбежал Чернобок, оттолкнув в сторону предводительницу бродяг. — Я думал, ты умерла… — уже шёпотом закончил он, падая на пол пещеры целительницы возле лежащей серой кошки.  — Великое Звёздное племя, как же всё болит, — прохрипела Воркотунья, приподнимаясь на своём ложе. Раны, обработанные кашицей из календулы и перевязанные паутиной, жгло как огнём, царапины невыносимо щипало, а каждый вздох отдавался тупой болью в груди и в покалеченном боку.  — Не вздумай вставать! — сурово прошипела Огненная. Целительницу Воркотунья заметила не сразу: та сидела позади неё, возле кладовой.  — Ты не представляешь, как всех нас испугала, — покачала головой Каштановая, входя в пещеру, где уже и без того было тесновато. — Мы-то думали, что ты ушла в Звёздное племя.  — Я тоже… так думала, — слова давались воительнице с трудом, но она всё-таки заставила себя продолжить: — Что тут случилось после того, как я потеряла сознание? — Силуэты котов раздваивались, перед глазами всё кружилось, но Воркотунья, помотав головой, упорно дожидалась, пока пещера целительницы перестанет покачиваться.  — Я убил Мрачную Звезду, — подал голос Чернобок. — Но если бы ты не ранила её, то ничего бы не получилось.  — Это я помню, — кивнула Воркотунья, слабо пошевелив хвостом. Тело отказывалось её слушаться.  — Пестринка рассказала нам о своём видении… Из него она узнала, что Мрачная Звезда сама убила их прошлого целителя Хвойника, — мрачно процедила Каштановая. — Как выяснилось, саму Пестринку ещё до битвы обманом отправили в лагерь племени Ветра и задержали там, чтобы он не смогла помешать сражению, но Пестрокрылка освободила её, и тогда они вместе добрались до нашей территории, намереваясь предупредить о нападении, но опоздали. Потом Ярозвёзд нехотя извинился перед нами, и убрался восвояси вместе с воинами племени Ветра. Сумрачные коты также ушли из нашего лагеря. Погибла Крыжовница, из племени Ветра — Быстринка. — Глашатая помолчала, уставившись немигающим взглядом куда-то в угол пещеры. — Пепел погиб. При воспоминании о сером воине к горлу Воркотуньи подступила горечь, а в сердце неприятно заныло от тоски.  — Мне так жаль, — прошептала она, устало прикрыв глаза и тщетно стараясь успокоиться. — Кто убил его?  — Неизвестно. Но всё равно его уже не вернуть, — печально опустил голову Чернобок.  — Котята останутся без отца, — пошевелила ушами Вишенка, отвернувшись к входу в пещеру. — А мы с тобой знаем, что это очень тяжело, — кошка обращалась к Воркотунье.  — Да, знаем… — воительница перевела взгляд на кладовую, вздохнув. — Сколько я здесь пролежала?  — Сейчас уже начался рассвет, — сказала Огненная, заглядывая в трещину с травами. — Не слишком долго, но за это время ты успела напугать нас. Если бы ты, Воркотунья, не очнулась, мне пришлось бы накормить вас троих целым пучком ромашки для успокоения, — она указала хвостом на Каштановую, Чернобока и Вишенку.  — Пожалуй, нам ещё понадобились бы маковые семена, — пробормотал Чернобок. — Я точно не смог бы уснуть этой ночью.  — Мне нужно проведать Мухоловку, — выпалила Огненная, направляясь к выходу. — Она, бедненькая, никак не может успокоиться после случившегося.  — А нам нужно сообщить племени, что ты жива! — вскочила Каштановая. Коричневая глашатая птицей выпорхнула из пещеры, скрывшись за ежевичным кустом. Вишенка покинула пещеру вслед за ней. Когда Чернобок и Воркотунья остались наедине, чёрно-белый кот, судорожно вздохнув, подался вперёд и ткнулся носом в тёплую щёку воительницы. Его жёлтые глаза вмиг потеплели, встретившись с её пронзительным зелёным взглядом.  — Я думал, что не успею сказать тебе самое главное, — тихо прошептал он, неотрывно глядя на раненую воительницу.  — Что сказать? — также тихо спросила Воркотунья, слегка приподнявшись на моховой подстилке. Её сердце радостно затрепетало в предвкушении того, что прямо сейчас она узнает какой-то секрет, тайну, которую Чернобок до сих пор бережно хранил ото всех до этого самого момента.  — Я боялся не успеть сказать, что… люблю тебя, — последние слова Чернобок уже промурлыкал. Его гладкий чёрно-белый хвост переплёлся с пушистым серым хвостом Воркотуньи. — Я никогда бы не простил себе эту оплошность. Мне нужно было признаться гораздо раньше. От того, что она только что услышала, в душе у Воркотуньи будто распустились цветы. Ей показалась, будто бы в её сердце, прогнав лютую холодную пору Голых Деревьев, настал сезон Юных Листьев — так тепло и радостно ей вдруг стало. Кошка мгновенно забыла обо всём на свете — о битве, о нестерпимой боли в ранах… «Такое ощущение, будто бы ничего не случилось… и горечь с тоской вдруг испарились… Как же хорошо!»  — Я тоже… должна была сказать тебе раньше, что люблю, — слабо улыбнулась Воркотунья, прижавшись щекой к груди Чернобока. На несколько мгновений воцарилось молчание. Два кота слышали, как воители негромко переговариваются возле палатки воинов; также до них доносился и радостный визг Пчелолапа, который то и дело выкрикивал: «Моя наставница живая!», слышались и печальные вздохи Мускатницы с Тучей…  — Знаешь, нам с тобой повезло, — начала Воркотунья, заглядывая Чернобоку в глаза.  — О чём ты? — склонил голову к плечу чёрно-белый кот.  — Я о том, что нам повезло встретить друг друга, — тихонько засмеялась воительница.  — А ещё нам обоим повезло попасть в Грозовое племя, — улыбнулся воин. Воркотунья кивнула, соглашаясь с его словами.  — Это верно, — зевнула она, чувствуя, что уже вот-вот заснёт.  — Кстати, что-то тут прохладно, — пробурчал Чернобок, придвигаясь поближе к серой кошке. — Иди-ка сюда, погреемся. Только сейчас воительница заметила, какой холод стоит в пещере целительницы. Через ежевичные плети внутрь заглядывали яркие солнечные лучи, растворяя царивший там полумрак, а дыхание облачками пара вырывалось из пасти Воркотуньи. «Эх, сейчас настало морозное утро… — сонно думала она, уже медленно погружаясь в дремоту и чувствуя горячее дыхание Чернобока на своей шее, — а рядом со мной лежит любимый, согревая, и мне всё нипочём». * * * Вечерняя тьма медленно опускалась на овраг. Сумерки сгущались между стволами деревьев, алыми отсветами играли на их ветвях последние лучи закатного солнца; птицы смолкали, и затихший лес больше не сотрясали их звонкие трели. Морозный и ясный день подходил к концу. Воркотунья сидела возле входа в палатку целительницы. Огненная всё-таки разрешила ей покинуть своё гнёздышко и немного подышать свежим воздухом. Во время похорон Пепла у серой кошки всё-таки ещё не получилось выйти из пещеры, и воительница ужасно жалела, что не смогла на них присутствовать. Сейчас, вдыхая свежий холодный воздух, она медленно осматривала родной лагерь. Воители трудились над восстановлением воинской палатки, Пчелолап и Иголочка о чём-то негромко перешёптывались, сидя возле кучи с добычей. Каштановая назначила временным наставником Пчелолапа Дымогрива, а Иголочку теперь воспитывала Траволика. Сама же Каштановая ушла вместе с Грозовой целительницей к Лунному Озеру, чтобы будущая предводительница получила дар девяти жизней. Воркотунья переживала за подругу. Мало ли, что может случиться с ней и Огненной в дороге? Воркотунья перевела взгляд на вход в лагерь, уловив шуршание ежевики. Спустя миг в овраг вбежал охотничий патруль во главе с Чернобоком. Показавшиеся за чёрно-белым котом Остроглазка, Листолапа и Папоротник держали в пастях дичь: Остроглазка несла за хвостик полёвку, Папоротник волок белку, Чернобоку посчастливилось убить сразу двух мышей, а вот расстроенная Листолапа шла без добычи — видимо, ей не удалось ничего поймать.  — Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался у Воркотуньи Чернобок, подбегая к ней. В его жёлтых глазах так и светилась нежность и забота.  — Неплохо, — хмыкнула воительница, заметив, что чёрно-белый кот кладёт перед ней на снег мышку.  — Вот, ешь, набирайся сил, — улыбнулся Чернобок, присаживаясь рядом. Сам же он принялся за второго убитого зверька. Но не успела кошка и глазом моргнуть, как заметила, что бродяги собрались в центре лагеря, а остальные воины подошли к ним, кивая стае и выкрикивая прощальные слова. В то же время к Воркотунье приблизилась Вишенка. Серая кошка сразу же узнала, что сестра чем-то очень встревожена.  — Воркотунья, понимаешь, мы… В общем, мы с бродягами сегодня уходим, — печально начала Вишенка, — не можем же мы вечно находиться здесь, отнимать у вас дичь, которой и так немного… Мы пойдём дальше, за территорию племён. Возможно, там есть ещё одна Территория Двуногих, где мы сможем расположиться. До Воркотуньи не сразу дошёл смысл сказанного сестрой, но спустя миг она помрачнела и, вздохнув, ответила:  — Что ж, как знаешь. Надеюсь, вы найдёте новый дом. Кстати, я встречалась с нашей матерью, тогда, когда… умерла, — её голос дрогнул.  — С Мелиссой? — вытаращила глаза Вишенка.  — Да, с ней. Она находится в раю. Это такое место, куда попадают души умерших котов — бродяг, домашних и одиночек. — Воркотунья помолчала, затем продолжила: — Она показала мне Полоску и Тигрёнка с высоты облаков — мы обе увидели их, живых и здоровых. Полоска живёт в огромном гнезде Двуногих и ждёт котят, а Тигрёнок, оказывается, теперь стал бродягой. У него даже подруга появилась, и котята есть.  — Здорово! — воскликнула сестра Воркотуньи, отпрянув от неё. — Значит, они живы, и с ними всё в порядке…, а мы с тобой стали тётями, — смущённо улыбнулась она.  — Уже уходите? — раздался громкий голос со стороны входа в лагерь. Взгляды всех воинов, в том числе и Воркотуньи, устремились туда. Каштановая вбежала в лагерь, за ней неторопливым шагом следовала Огненная. Обе кошки вернулись в лагерь с Лунного Озера. Окинув подругу взглядом, Воркотунья заметила, что шагает та уверенно, будто и не получала ран в битве. Жёлтые глаза кошки так и светились в наступающей темноте.  — Пожалуй, вам стоит остаться на церемонии посвящения в глашатаи, — заметила Каштановая. — Грозовое племя! — Она забралась на Каменный карниз и теперь взирала оттуда на замерших внизу воителей. — Я вернулась в лагерь от Лунного Озера, получив дар девяти жизней, и теперь считаюсь вашей законной предводительницей.  — Каштановая Звезда! — первой выкрикнула Воркотунья, подскочив на месте, но тут же села обратно, когда боль в ранах снова дала о себе знать.  — Каштановая Звезда! Каштановая Звезда! — разразилось восторженными криками всё Грозовое племя. Дождавшись, пока воины и оруженосцы смолкнут, предводительница продолжила:  — Пришло время назвать нового глашатая. Пусть Звёздные предки услышат и одобрят мой выбор. Воркотунья замерла, неотрывно глядя на Каштановую Звезду. «Кто же из нас достоин такой чести?» — кошка обвела взглядом овраг.  — Новой глашатой Грозового племени станет Воркотунья! Услышав своё имя, воительница так и села на снег. «Не может такого быть! — В отчаянии думала она, нервно размахивая хвостом. — Интересно, почему именно я, а не кто-нибудь другой?» Все коты в племени повернулись к серой кошке. Каштановая Звезда, сбежав вниз с Каменного карниза, приблизилась к Воркотунье. «Так, что же я должна сказать в ответ?» — вспоминала воительница. Затем, откашлявшись, чтобы её голос прозвучал более уверенно, она громко произнесла:  — Благодарю тебя, Каштановая Звезда, — Воркотунья поклонилась предводительнице. — Клянусь верно и преданно служить своему племени.  — Так как Воркотунья серьёзно ранена, воители по очереди будут заниматься выполнением обязанностей глашатая до тех пор, пока она не поправится, — добавила Каштановая Звезда. Воины согласно закивали, поднимаясь со своих мест и обступая Воркотунью.  — Поздравляю! — улыбнулась кошке Метелица.  — Как здоровье, глашатая? — пробасил Папоротник.  — Вот здорово! — заверещал Пчелолап, подбегая к наставнице. — Ты теперь глашатая!  — Я знал, что наша предводительница выберет именно тебя! — проурчал над ухом Воркотуньи Чернобок, пока она благодарила своих соплеменников за поздравления.  — А почему ты так… — не успела новоиспечённая глашатая закончить, как к ней подошла сама Каштановая Звезда. Подруга обняла серую кошку хвостом:  — Поздравляю тебя.  — Но почему именно я? — пробормотала Воркотунья, косясь на коричневую кошку.  — Потому что ты этого достойна, — спокойно отвечала предводительница. — Ты спасла наше племя, понимаешь? Ты едва не умерла, защищая соплеменников от Мрачной Звезды, и помогла нам с ней справиться. Ты молодец, Воркотунья, и вполне заслуживаешь столь почётного звания в племени. К тому же, ученика ты почти воспитала — из Пчелолапа получится замечательный воин. — При этих словах полосатый оруженосец выпрямился, гордо подняв голову. — Ты и меня спасла. Если бы не ты, то я бы не стала предводительницей, тем более, я не стояла бы сейчас здесь и не разговаривала бы с тобой, — уже тише закончила Каштановая Звезда и улыбнулась польщённой такой тёплой речью Воркотунье.  — Поздравляю, — тихо отозвалась Вишенка, выглядывая из-за плеча Чернобока. — Я за тебя рада, сестрёнка. Присматривай за соплеменниками, защищай их от опасностей. Прощай! — Серая кошка шагнула навстречу Воркотунье. Та, кое-как поднявшись на лапы и, морщась от боли, прижалась боком к боку Вишенки. «И опять расставание, — тоскливо думала Воркотунья, заслышав вздох сестры. — И почему мне в течение всей своей жизни постоянно приходится терять дорогих и близких котов?»  — До свидания, — добавил Чернобок. Вишенка, кивнув ему, отошла от Воркотуньи. Она подняла хвост, подзывая бродяг к себе, и побежала к выходу из лагеря. Остальные коты последовали за ней — только снег захрустел под их лапами.  — Пока, Вишенка, — прошептала Воркотунья, глядя на скрывающуюся за ежевикой стаю. — Я буду скучать.

Спустя восемнадцать лун

 — Пчелоус, чего ты там так долго возишься? — пробурчала Воркотунья, заглядывая в воинскую палатку.  — Мох за колючку зацепился, — пропыхтел воин, выходя из палатки с целой охапкой мха в пасти. Воины меняли в палатках старые подстилки. Стояла пора Зелёных Листьев, было жарко, а дичи вдоволь. Коты начали уборку с самого раннего утра, как только солнце встало. Когда коты добрались до палатки воинов, сменив подстилки у старейшин, уже начался полдень. Воркотунья, командовавшая уборкой, чуяла приятный душистый аромат цветов, который разносил по лесу лёгкий ветерок, слышала шуршание листвы в кронах деревьев и звонкие голоса певчих птиц, перепархивавших с одного дерева на другое. Яркие лучи солнца, не скрытого за облаками, припекали спину глашатой, которая стояла возле воинской палатки вместе с Иглохвосткой, Чернобоком и Мухоловкой.  — Вот новая охапка! — Мухоловка подала серой кошке комок мха.  — Спасибо, — кивнула ей Воркотунья. Глашатая оглядела лагерь. Как многое изменилось с той давней поры Голых Деревьев, когда разразилась страшная битва, унёсшая жизнь не одного воителя! У Мухоловки уже давно родились трое котят, которые недавно стали воителями и получили новые имена — Лужа, Птицекрыл и Ветвистый. Братья Лужи стали воинами, а их сестра закончила обучение у Огненной и теперь считалась второй целительницей Грозового племени. Оруженосцев в племени пока не было, так что воителям пришлось взвалить на свои плечи их обязанности. Сама Воркотунья уже давно закончила воспитывать Пчелоуса — да тому уже самому пора было бы становиться наставником, как и его сестре!  — Нам ещё в пещере целителей менять подстилки, — заметила Иглохвостка, осматривала лагерь. — И в палатке Каштановой Звезды.  — А потом можно будет сходить на охоту, — мечтательно вздохнул Чернобок.  — Или немного отдохнуть, — вставила Воркотунья. — Я уже сегодня наохотилась вдоволь, да и потрудилась неплохо.  — Кто будет командовать? — усмехнулась Мухоловка, покидая палатку воинов.  — Так вы уже скоро закончите, — отозвалась глашатая. — Кстати, Чернобок, у тебя колючка в шерсти застряла.  — Правда? — Чернобок завертелся на месте, пытаясь увидеть её.  — Да вот же она, на спине, — добродушно фыркнула Воркотунья, подходя к нему сзади и вытаскивая маленький острый шип зубами. Увидев эту заботливую и милую сцену, Мухоловка, Пчелоус и Иглохвостка синхронно переглянулись, улыбнувшись. Все в племени уже давным-давно знали, что их глашатая и чёрно-белый воин влюблены друг в друга. Через некоторое время, когда уборка была закончена, Воркотунья вздохнула с облегчением.  — Жаль, что в племени нет оруженосцев, — заметил Чернобок, когда они вдвоём направились к куче с добычей. — И котят тоже.  — Ничего, скоро появятся, — проурчала серая кошка, выбирая себе мышь.  — Я тоже так думаю, — каким-то странным тоном согласился Чернобок, усаживаясь рядом с глашатой.  — Это был намёк? — жуя, поинтересовалась Воркотунья.  — Вроде того, — хитро улыбнулся чёрно-белый кот. Воркотунья и не заметила, как воин переплёл свой хвост с её хвостом.  — Ну, сначала мне хочется немножко побыть глашатой, — засмеялась серая кошка. — Я и так долгое время не могла приступить к своим новым обязанностям из-за ранений.  — Но котята у нас всё равно будут, — пробурчал Чернобок.  — Обязательно, — не переставая смеяться, кивнула Воркотунья. От одной мысли о котятах на душе глашатой становилось тепло. «Когда-нибудь я действительно стану королевой», — зажмурилась кошка, представляя саму себя, дни напролёт проводящую в детской. И тогда ей придётся лишь отдыхать да набираться сил, пока остальные воины будут по очереди возлагать на себя все обязанности глашатая… Расправившись с мышью, Воркотунья улеглась на песок, подвернув под себя лапы. Поглядев на Каменный карниз, кошка отметила, что Каштановая Звезда, свернувшись клубочком, задремала на солнцепёке. Затем кошка медленно оглядела овраг и задумалась, глядя, как воины Грозового племени снуют туда-сюда по лагерю. Коты были веселы, разговаривали, возвращались с охоты, каждый день, как и положено, ходили в патрулирование границ… Жизнь в племени кипела, как и всегда. С той поры Голых Деревьев коты-воители ещё не устраивали драк — ни пограничных стычек, ни более серьёзных сражений за территорию. Пока что всё было спокойно. Гордость за соплеменников переполняла сердце глашатой. Грозовое племя, выдержав новый суровый сезон и победив в том давнем сражении, теперь процветало. «Мы — сильное племя, — думала Воркотунья, щурясь от яркого солнечного света и чувствуя, как шерсть прилёгшего рядышком с ней Чернобока касается её шерсти. От этого прикосновения ей вдруг стало так спокойно и легко, что она вмиг позабыла о событиях, творившихся в лесу много-много лун назад. — И если случится беда или начнётся новая битва, мы выстоим, несмотря ни на что». Вот и закончилась история Воркотуньи. От всей души благодарю читателей за интерес к этому фику: З Я очень рада, что смогла-таки завершить его.