Fantome

      На следующий день Хосоку понадобилось много времени, чтобы распечатать все, что им было необходимо. Собрав стопку бумаг, он отнес ее Юнги и, оставив парня проявлять творчество в подборе места в своей квартире, отправился на работу.       — Он нам не поможет? — спросил Чимин, видя в руках Юнги стопку бумаг.       — Нет, он работает. И завтра тоже. Поэтому мы сами развесим это все, пока Намджун будет разбираться с деталями.       Юнги скептически осмотрел гостиную. Явного места для того, чтобы хорошо все расположить, не было, поэтому он решил завесить единственную стену, возле которой ничего не стояло.       — Нам нужно разобрать все, что тут есть. Хён сказал, что тут должно быть все как можно более связно. Фото, распечатки документов и показаний. Должна быть последовательность, — задумчиво произнес, раскладывая на полу листы бумаги, пока Чимин искал в комнате скотч и маленькие иголочки, чтобы хорошо закрепить все.       Юнги прикидывал в голове, как все должно располагаться и, построив мысленно более-менее подходящую картину, начал неспеша все расклеивать. Чимин ловил себя на мысли, что немного залюбовался человеком. Юнги был так сосредоточен, что это невольно притягивало призрака. Он еще вчера, в кафе, понял, что ему нравилось наблюдать за парнем. Видеть, как тот сосредоточен, как иногда кусал губы, когда о чем-то думал, или слабо морщился, когда ему что-то не нравилось. Чимин улыбнулся своим мыслям и отвел взгляд от человека, помогая ему приклеивать листы к обоям.       Работа заняла у них около часа. Юнги отошел на несколько шагов, придирчиво рассматривая то, что у них получилось, и кивнул своим мыслям.       — Хозяйка меня потом убьет за испорченные обои, но она все равно собиралась их переклеивать, — вздохнул, смотря на стену.       — Мне кажется, понятнее не стало, — заключил Чимин.       — Согласен. Но хён обещал помочь, — Юнги пожал плечами и, развернувшись, ушел на кухню — утолять потребность в кофе. — Слушай, а что ты вообще делал все эти годы? — он залил кипятком растворимый кофе и сел напротив Чимина за стол.       — Сложно сказать. В основном просто постоянно где-то был. Посещал квартиры разных людей. Если мне было комфортно и не было негатива, я мог несколько лет жить там. Меня часто видели дети и играли со мной.       — И только сейчас решил, что тебя нужно найти? — Юнги вопросительно приподнял бровь, делая глоток из кружки.       — Это не я решил, — Чимин покачал головой и уперся локтями в стол, ладонями подперев голову, продолжая: — Это решил Джин. Он — ангел-проводник, и он решает, когда мне можно обрести покой.       — Интересно, как выглядят ангелы? — он задумчиво посмотрел на Чимина.       — Ну, они выглядят, как люди, только все красивые очень. Рядом с ними очень тепло и спокойно. Но они немного лишены эмоций, наверное, чтобы не чувствовать сострадания к умершим и не давать поблажек, — Чимин следил взглядом за тем, как человек снова сделал глоток кофе, и задумался о том, что даже не помнил вкуса этого напитка. Юнги смотрел на него и невольно думал о том, что тот, действительно, ангел. Красивый, с ним очень спокойно, и Юнги совсем не хотелось, чтобы призрака лишали эмоций. Ему слишком понравилось наблюдать за ними. ***       Намджуну понадобилась целая ночь, чтобы переварить все, что с ним случилось. Даже он не знал, с чего начать. Там, где убили парня пятнадцать лет назад, уже около четырех лет стоял неплохой жилой район. Не зря говорят: «Нет тела, нет дела». Но тут, по сути, тело есть, даже разговаривало. Чимин, правда, ничего не помнил, как после объяснил ему Хосок, но все же это больше, чем совсем ничего. Для себя Ким решил, что, если они сделают это, он будет до конца жизни всем рассказывать эту историю. Теперь ему главное объяснить все Чонгуку. Ему он пока не будет открывать нюанс в виде Чимина, тот все равно не поверит. Джун бы тоже на его месте не поверил. Сейчас он сидел в архиве, обложившись материалами дела, пытаясь освежить его у себя в памяти. От занятия его отвлек звук открывающейся двери и, повернув голову, он увидел Чонгука.       — Привет, хён, — темноволосый парень зашел в помещение, сразу скидывая легкую куртку, вешая на спинку стула. Чон сел с другой стороны большого стола и с интересом посмотрел на Намджуна.       — Привет. Спасибо, что согласился помочь, — зачесал назад пепельные пряди и снял очки, разминая шею.       — Ты меня слишком заинтересовал, чтобы отказываться. Почему такой интерес к старому делу, и почему меня попросил?       — На лесть нарываешься? Будто бы сам не знаешь, почему. У тебя все дела раскрыты, — Чонгук тихо хмыкнул после этих слов. Получить похвалу от своего хёна он всегда рад. Они знакомы уже несколько лет. Когда Чонгук учился в академии, то проходил практику в участке, куда на тот момент только устроился работать Ким. — Плюс, я знаю, что тебе будет интересно. Давно у нас не было стоящей работы.       — Согласен. Сейчас все довольно просто: убийства на почве ревности, зависти или простые ограбления, — кивнул и сел ровно, осматривая множество бумаг. — Честно говоря, я об этом деле знаю мало. Слышал только поверхностные факты и истории.       — Да, я знаю. Я сам сейчас восстанавливаю воспоминания, так что и тебе расскажу все.       Намджун объяснял все максимально подробно, стараясь не упускать деталей. Чонгук старался быстрее вникнуть в суть, выделяя для себя важные моменты, делая собственные пометки. Честно говоря, даже он не представлял, как можно вообще это распутать. Новые улики они вряд ли найдут, только если всплывут какие-либо новые факты. Все, что у них есть — это куча документов и фото, половина из которых не имели смысла. Они же искали не преступника, а жертву.       Просидев в работе несколько часов, периодически прерываясь, чтобы сходить за кофе, они наконец-то закончили. Джун рассказал Чону про идею сходить к родителям девушки, которую убили вместе с Паком. Гук не стал лишать ее смысла, хотя большой пользы не видел, но посчитал, что начать с чего-то все равно нужно.       — А ты знаешь, где они живут сейчас? Не факт же, что они остались жить там же, — он посмотрел на своего хёна, вспоминая, что тот район, вообще-то, перестроили.       — Нет, они там не живут. Я хотел попросить об этом тебя, можешь пробить по базе? У вас как-то проще в отделе с этим, мне придется объяснить, зачем эта информация.       — Хорошо, я вечером заеду в участок и узнаю. Потом тебе кину, — Джун кивнул, соглашаясь с его словами. ***       Для Юнги время тянулось неимоверно медленно. Он не любил, когда Хосок работал в выходные. Если ни у кого из них не было смены, то они зависали у Мина дома с бутылкой пива, пиццей и под какой-нибудь фильм. Сам по себе он был очень ленив, поэтому без своего друга в основном проводил день лежа или рисовал, если приходило вдохновение. Радовало, что хотя бы Чимин везде следовал за ним — уже не так скучно.       — Хен, у тебя холодильник пустой, — Чимин зашел в комнату человека, пока тот лениво лежал на кровати, копаясь в телефоне.       — И что?       — Ты вообще чем питаешься?       — Чем придется, — пожал плечами, отрывая взгляд от небольшого экрана. Почему-то хотелось думать, что Чимин за него волновался.       — Одевайся, — твердо сказал Чимин, нагло открывая шкаф и кидая в Мина штаны и толстовку.       — Зачем? — оторопел от такой наглости, но все же поднялся с кровати, беря в руки вещи.       — Мы идем в магазин. Я не могу допустить, чтобы тот, кто должен мне помочь, умер от язвы или голода.       — Я все равно ничего стоящего готовить не умею, — со вздохом Юнги все же начал одеваться, не замечая как Чимин смущенно отвернулся, когда он снял домашнюю футболку.       — Не переживай, я умею. Приготовить за тебя не смогу, но научить точно.       Мин вздохнул, сдавшись, но все равно в душе было приятно от заботы. Сам Чимин стащил у Юнги очередную кофту, теперь уже на молнии, и все те же шорты, уже ожидая человека в коридоре.       В магазине Чимин с очень умным видом сообщил, что научит его сегодня готовить пасту в сливочном соусе, и начал ходить между стеллажей, изучая продукты. Юнги даже позавидовал ему, видя, как тот проскальзывал через людей. Ему самому нужно было проезжать с тележкой, периодически извиняясь и раздражаясь от того, что многие стояли прямо посередине прохода. Когда Чимин был удовлетворен изученным продуктом, он указывал на него Юнги, и тот закидывал нужное в тележку. То, с каким усердием Чимин выбирал для него продукты, отдавало приятным теплом. Идея что-то приготовить уже не казалась ему такой плохой и провальной, а люди вокруг бесили меньше. Собрав два больших пакета, Юнги с трудом тянул их домой, смотря на Чимина с укором. Это он ему указал столько продуктов, но нести теперь самому Юнги.       — Я художник, вообще-то, мне руки беречь нужно.       — Если не будешь нормально есть, тебе трубочка в пищеводе будет мешать, а не перегруженные руки.       Дотянув все же тяжесть до своей квартиры, Юнги всунул пакеты в руки Чимина, сказав, что разбирать будет он. Призрак не стал сопротивляться, беря пакеты и уходя на кухню раскладывать продукты.       — Наверное, если бы я тебя не видел, летающие продукты выглядели бы забавно со стороны, — Юнги зашел на кухню уже переодетый в домашние вещи.       — Еще как. Я когда-то несколько месяцев жил у старенького дедушки. Пока тот спал, я часто ему помогал то вещи прибрать, то пыль протереть. Он списывал все на то, что сам сделал и забыл. А один раз проснулся, а я не услышал. Он зашел в гостиную и увидел тряпку в воздухе, которая пыль вытирает. Я думал он там и умрет от шока, но обошлось, — Чимин засмеялся, вспоминая забавный случай, которых на самом деле было куда больше, и выложил на стол продукты, которые понадобятся. — Смотри, тебе нужно порезать курицу и грибы, пока я отварю макароны, — он придвинул в сторону Юнги два пакетика с необходимым и, получив утвердительный кивок, поставил кастрюлю с водой на плиту.       — И часто ты вообще так людей пугал? — пока вода закипала, Чимин сел на любимый подоконник, с какой-то ласковой улыбкой наблюдая за парнем.       — О да, особенно когда уже свыкся с этой формой. Самые веселые случаи были, когда люди не верили в призраков и вообще были глубокими скептиками. Ты даже представить себе не можешь, какие отговорки они придумывали в попытках объяснить паранормальное, — легкий смех заставил Мина улыбнуться, пока он старательно выполнял данное ему задание.       Чимин понимал, что ни с кем у него не было такого общения, и как на самом деле он скучал по людям. Скучал по ощущению, что он часть чего-то. Он четко осознавал, что стал частью жизни Юнги. Не ребенка, который, скорее всего, забудет; не пугливой дамы, которая будет до конца жизни списывать его на помутнение рассудка. А частью жизни человека, пусть и ненадолго. Он уверен: Юнги и Хосок про него не забудут. Он рад внести немного необычного в их обычную жизнь. Рад, что сейчас он не объект страшилок, а тот, кому хотели помочь.       Чимин снова не мог оторвать взгляд от человека. Сейчас Юнги расслаблен, его пальцы влажные от воды, и призрак отметил, какие они тонкие и красивые. Он вообще считал Юнги красивым. Еще когда только наблюдал за ним издалека, видел его красоту. Его чистая душа не могла контролировать чувства или избегать их, поэтому Чимин не способен отрицать, что человек его притягивал. Он понимал, что это все плохо, но ничего не мог поделать. Не мог прекратить смотреть, пока этого не замечали.       — Я все сделал, — Юнги сполоснул руки, переводя взгляд на притихшего Чимина.       — Отлично, — тот спрыгнул с подоконника и подошел к человеку, оценивая труды. Кивнув самому себе, он решил не напрягать неопытного слишком сильно. Сам обжарил все, закидывая параллельно в кипящую воду макароны. — Потом макароны нужно добавить к курице, залить сливками и оставить доготавливаться. Справишься? — Юнги посмотрел на него, немного закатывая глаза. Не совсем же он безрукий.       В итоге еда готова, а Юнги убедился в том, что готовить умел, его просто не учили. Время вместе проходило довольно быстро. Он получил вечером сообщение от Хосока о том, что у них есть адрес родителей девушки и в понедельник они нагло не идут на пары.       — Можно я снова тебя порисую? — тихо спросил Юнги, садясь в любимое кресло, и достав альбом.       — Конечно, — Чимин тепло улыбнулся и забрался на подоконник. Ему и так нравилось наблюдать за людьми на улице.       Юнги открыл начатый рисунок, сразу обращая внимание на крылья. Он вспомнил сегодняшний сон, к которому явно приложил руку Чимин. Там он смог даже потрогать такие прекрасные крылья, и будто действительно чувствовал их мягкость пальцами. Пока он рисовал, они не разговаривали. Юнги старался выводить плавные линии на бумаге. В какой-то момент он ловил себя на том, что любовался Чимином. Тот явно задумался о чем-то и не замечал художника, который перестал рисовать, разглядывая его. Юнги не придал этому значения или не захотел придавать. Но в голове пронеслась четкая мысль, что ему нравилось смотреть. Юнги — художник, он любил все красивое, а Чимин, по его мнению, очень красивый. ***       В понедельник, как и было запланировано, Юнги и Хосок ждали Чонгука на остановке. Чимин решил не ехать, он ничего не помнил и вспоминать не хотел, поэтому остался дома. Мину было даже непривычно без него.       — Привет, я Чонгук, вы же меня ждете? — к друзьям подошел темноволосый парень       — Да, — Хосок улыбнулся, протягивая руку для приветствия. — Хён ввел тебя в курс дела?       — Да, он все объяснил. Я пробил нужный нам адрес, он, кстати, через пару остановок, — Гук посмотрел на подъезжающий автобус и, сообразив, что он им подходил, позвал остальных за собой. — Я думаю, у нас могут возникнуть проблемы, мне сказали не говорить, что я из полиции.       — Мы решили, что я представлюсь братом Чимина. Мол, родители после смерти первого ребенка решились на второго, чтобы не сойти с ума, но я не могу смириться с тем, что брата так и не нашли, — тихо произнес Юнги, чтобы его слышали только Хосок и Чонгук.       — Думаешь надавить на жалость?       — Да. Иначе они даже слушать не станут.       — Резонно, — Чонгук кивнул, отмечая про себя, что парни явно не глупые.       Доехали они действительно быстро. Уже через пятнадцать минут стояли возле дверей нужного им дома. Все, кроме Чонгука, явно нервничали, а полицейский просто привык к подобного рода деятельности. Не первый дом, в который он заходил. Юнги решил не тянуть больше и нажал на звонок. Через минуту дверь открыл мужчина в возрасте, немного непонимающе смотря на незнакомых людей.       — Мистер Чхве? — мужчина кивнул. — Мы бы хотели с вами поговорить, пустите? — Хосок улыбнулся, пытаясь расположить к себе человека и тот, подумав, открыл дверь шире.       — Кто вы и о чем хотите поговорить? — мужчина не пропускал их дальше в дом, остановившись в прихожей.       — Мы знаем, что это очень неприятная тема, и не хотим ворошить прошлое. Но нам нужно задать вам вопросы о… происшествии пятнадцатилетней давности, — Мин выдохнул, видя, как мужчина изменился в лице. У того в глазах читалась злость, но Юнги не позволил ему ничего сказать. — Подождите. Я вам объясню, а потом вы решите: помочь нам, или выставить из дома, — не встретив жесткого отказа, он рискнул продолжить: — Я думаю, вы помните, что в то время среди жертв был молодой парень, тело которого так и не нашли. Я — его брат, меня зовут Юнги. Я знаю, что прошло уже огромное количество времени, но я должен сделать хотя бы что-то. Я вижу, как мои родители до сих пор несут это в себе. Мать никому не скажет, но до сих пор ждет, что Чимин вернется. Пожалуйста. У нас нет абсолютно ничего, вы сейчас — единственная зацепка, за которую вообще можно ухватиться, — Хосок даже немного удивленно посмотрел на друга, не зная о его способности так убедительно врать.       — С чего вы взяли, что я вообще стану что-то говорить? — слова мужчины прозвучали немного грубо, и он явно не был настроен на добро.       — Я понимаю, что вам совершенно не хочется об этом говорить. Но и вы поймите: вы свою дочь похоронили. Вы знаете, где она, вы с ней смогли попрощаться. А тело моего брата лежит где-то пятнадцать лет, забытое. Он умер по ошибке и его даже не нашли. Мои родители похоронили пустой гроб. Будь вы на их месте, вы бы не хотели найти ребенка? — Мин явно был прав, делая акцент на чужую совесть. Даже если он врал, приписывая это себе, в том, что родители Чимина хотели бы найти сына, он уверен.       Его речь сработала, мужчина сдался и пригласил их на кухню. В итоге он все рассказал не только про день, когда убили его дочь, но и про все остальное время, что шло расследование. Чонгук задавал правильные вопросы, что-то записывая в телефон. В итоге они не узнали много нового, все в общем-то было в документах, которые они уже видели.       — Знаете, я только сейчас вспомнил, — вдруг произнес мужчина, когда они уже собирались уходить. — Несколько месяцев назад, к нам с женой пришла женщина. Как же ее звали… Точно — Ю Джинхо. Она представилась сестрой того психопата и говорила, что пришла извиниться за брата. Жена ее тогда даже слушать не стала, а я едва сдержал в себе уважение к женщине и не ударил. Как она вообще смела приходить с таким заявлением, тем более спустя столько лет! — после этих слов они переглянулись. В деле ни разу не упоминалось ни о какой сестре, да и вообще о каких-либо родственниках.       — А вы помните, как она выглядела? — Хосок нахмурился, снимая с плеча портфель, доставая альбом и карандаш. — Я художник, если бы вы хотя бы как-то смогли ее описать, это было бы замечательно.       Мужчина кивнул, снова уводя всех в комнату, а Юнги был несказанно рад и одновременно удивлен. Хосок действительно способен был нарисовать человека с описания, чем сам Мин гордиться не мог. Парень уже в который раз удивлялся тому, насколько хорошо все складывалось. Но не покидало чувство того, что не могло это быть так гладко. В доме они провели еще около получаса, пока Хосок рисовал. После этого, тысячу раз поблагодарив мужчину и попросив никому не говорить об их приходе, они ушли.       — Я сейчас в участок, расскажу все хёну, покажу ему фоторобот, и мы постараемся найти её. Если все это даст плоды, нужно будет быстро ехать к этой женщине. Я удивлен, как про нее вообще никто не знал, — Чонгук забрал у Хосока рисунок, складывая в сумку, и, получив согласие от парней, уехал.       Юнги одолевали противоречивые чувства, но сейчас он просто хотел домой. Прийти и рассказать Чимину о том, что они нашли. Подумав о нем, Юнги вдруг показалось, что он соскучился. Но в итоге только отмахнулся от этой мысли. Ему точно показалось.