Fantome

Чимин не знал, что будет с ним после того, как тело найдут. Много раз себе представлял, сценарии были разные. Но по итогу его душа просто поднялась наверх, это была как белая вспышка и сильное ощущение легкости и невесомости. Когда он смог ориентироваться в пространстве, перед ним появилась комната с чисто-белой, мягкой мебелью. Помещение напоминало гостиную дома, в котором он когда-то жил. Сразу окутало ощущение тепла и спокойствия. Он не мог понять, где находится. Чимин представлял себе массу сценариев, но что окажется в простой комнате, даже не предполагал. — Все не так пафосно, как казалось? — Чимин обернулся на знакомый голос. Сзади стоял его проводник, спокойно рассматривая человека. Ангел и сам выглядел как человек. Высокий, светлые волосы, белый костюм и невероятно красив. Только глаза пустые, осознанный взгляд, но эмоции там будут появляться только при необходимости. — Да, думал это будет более феерично, — он слабо улыбнулся, проводя ладонью по спинке дивана, удивляясь потрясающе мягкому и приятному материалу, — Так выглядит рай? — У рая нет определенного вида. Для каждого он свой. Но мы не совсем в раю, — ангел спокойно прошел к креслу, садясь, и скрестил ноги, жестом предлагая Чимину сесть напротив, — У меня есть разговор, присаживайся. — Ты же говорил, что как только меня найдут, я попаду в рай, — парень сел напротив Джина, чувствуя, как начинает немного волноваться. — У тебя есть выбор, Чимин. — Выбор? — Когда-то в твою судьбу вмешались и выбрали за тебя. В мире должно быть равновесие и сейчас ты волен выбрать сам, — Джин скрепил длинные пальцы в замок, опуская руки на колени, и на его лице скользнула тень улыбки. — Вмешались? — Пак нахмурился, смотря на ангела. — Объясни, пожалуйста, я ничего не понимаю. — Ты не должен был умирать в тот день, — ангел легко пожал плечами, не сводя взгляд с человека, чувствуя его волнение и стараясь успокоить. Увидел, как младший расслабился и только тогда продолжил: — Ошибки делают все, не только люди. В тот день вместо тебя должен был погибнуть другой человек, но смерть ошиблась. Ты пошел по дороге, по которой никогда не ходил, этим равновесие твоей судьбы было нарушено. Ты умер, но должен был жить, и это был не твой выбор. — Поэтому я остался душой? — Чимин кусал губы, чувствуя, как поднималась обида. Опять эта «ошибка». Все вокруг него сплошная ошибка. Ангел не позволил темным чувствам накрыть человека, и Чимин снова расслабился, ощущая покой. — Да. Ты поменялся с человеком судьбой на некоторое время, но смерти избежать не сможет никто. Парень, который жил твоей судьбой, не так давно умер. Сейчас я предлагаю тебе вернуться обратно. — Что? — Чимин в шоке смотрел на ангела, а в голове всплывал лишь образ Юнги. — У тебя есть выбор. Ты можешь остаться тут, у тебя сотрутся все воспоминания о жизни. Но ты можешь выбрать жизнь, и вернуться обратно. — Стой, — он хмурится, пытаясь собрать все в единое целое — Зачем тогда все это было? Зачем было искать мое тело? Зачем было отправлять меня к Юнги? — Это сложно, — ангел вздохнул, наблюдая за человеком. — Тело твое все равно нужно было найти, ты не можешь существовать в мире в состоянии живого и мертвого одновременно. Захоронение людей проводят не просто так. В материальном мире тебя больше не существует. — Тогда почему так долго все? — Судьба есть не у одного тебя, и поверь, ошибки в чьих-то судьбах — огромная редкость. Исправить их тоже не просто. Нужно было, чтобы несколько судеб сошлись в одной точке. Юнги и Хосок должны были найти это тело в любом случае. Судьба привела бы их в тот дом. Это дело дали бы Чонгуку, так они познакомились. Из-за того, что в этом будет замешан Хосок, судьба свела бы всех с Намджуном. Только тело должно было быть не твое. Так несколько судеб оказались рядом, а тот, кто жил твое время, погиб. Я не мог просто отправить тебя обратно в тот же день. Появись ты раньше, множество судеб были бы искривлены. Сейчас мир не пошатнется от твоего появления или исчезновения, — Джин замолчал, дав человеку все обдумать. Чимин смотрел на него, не веря, он не предполагал, что все может быть так. Шанс снова жить? Неужели ему действительно дается такой? — То есть, я должен выбрать между жизнью и смертью? — он закусил губы, смотря на ангела, который рассказывает ему это как обыденную вещь. — Да. Но… — Ну, конечно, все не может быть так просто, — парень перебил Джина, вздыхая, и откидывается на спинку дивана. — Именно. Ты вернешься на землю в возрасте на момент времени смерти. Но для всех ты будешь чужим человеком. — В смысле? — в голове сразу всплывают слова Юнги, сказанные в кафе, когда Чимин пришел в последний раз и в горле встает ком. — Не переживай, Юнги тебя не забудет, — Джин слабо улыбается, видя как тень страха исчезает из глаз напротив. — Те, кто помнит или хоть раз видел тебя призраком, не забудут тебя. Будут помнить все, что произошло. Ты не забудешь ничего, но по большому счету, прошлого у тебя не будет. Все, кто знал тебя при жизни, считают тебя мертвым, и я не в силах это изменить. Ты будешь выглядеть абсолютно так же, но никто тебя не узнает. Чимин задумался. Жить всегда сложно, у людей есть проблемы, неприятности, трудности и вообще много лишнего. Он вернется совсем один. Может, сейчас отбросить все это, пойти за своим проводником, забыть все, и дальше уже ему будет все равно, ведь его разум станет как чистый лист, он не будет помнить даже то, о чем думает сейчас. Блондин не сдерживает ироничной усмешки, думая о том, что это чем-то похоже на самоубийство. В мыслях снова всплывает Юнги, и Пак нервно кусает губы. Мин любит его, он сам сказал, но нужен ли ему Чимин? Ведь его не ждут, никто и предположить не мог, что он сможет жить, кому он там нужен? Блондин очень хочет к Юнги, но понимает, что выбери он иной путь, его не будет волновать и это. Но ему дают шанс не просто так, если ему позволяют вернуться, значит есть зачем. Ошибка исправлена, Джин сам сказал, его выбор ни на что не повлияет в мире людей. Получается, его могли просто забрать и все. Чимин поднимает взгляд на ангела и уверенно кивает, он сделал выбор. Парень не улавливает тот момент, когда белая комната меняется на вполне обычную спальню, а тишину разрезает шум улицы за окном. Джин спокойно поднимается с кресла, подходя к человеку, тепло улыбаясь. — Не жалей о своем выборе, — он легко проводит по чужим волосам, забирая чужой страх. — Так просто? — Тебе снова дали жизнь, этого не достаточно для феерии? — Ангелы употребляют сарказм? — Чимин тихо хмыкает, осматривая комнату, понимая, что он в какой-то квартире, — А где мы? — Твоя судьба должна с чего-то начаться. Это — твоя съемная квартира, у тебя есть денежные сбережения на карте. В ящике, — он указывает на прикроватную тумбочку, продолжая: — Лежат документы на перевод в университет из Пусана, на хореографа, это копия. Завтра у тебя первый день. Ты можешь пойти, можешь изменить это решение. Дальше лишь ты выбираешь. Сейчас ты имеешь то, что должно было быть, если бы ты не умер. — Удобно однако… — блондину сложно усвоить столько ненормальной информации. — Мне пора. Ты больше не нуждаешься во мне. — Мы больше не увидимся? — он смотрит на ангела, понимая, что с ним намного спокойнее. — Увидимся. Но очень не скоро, — Джин улыбается и буквально растворяется в воздухе. Чимин оседает на кровать, пытаясь собраться в кучу. Он даже не научился чувствовать себя живым, а ему уже нужно что-то делать. Сразу всплывают слова про папку с документами, и парень поднимается, подходя к тумбочке и открывает нужный ящик. Он вытаскивает обычную белую папку, сразу открывая ее, и начинает изучать все. Дата рождения и имя его, только год другой. Документы со школы, дипломы с танцевальных конкурсов и много разных бумаг. — Джин сказал это копия, получается оригиналы уже в универе и официально я принят, — он задумчиво листает бумаги, замечая, что нет сведений о родителях, никаких контактов, — Детский дом? — блондин хмурится, видя бумаги из интерната и вздыхает, закусывая губу. Действительно, его родители похоронили его несколько дней назад. Его резко накрывает грусть, и осознания, что сейчас он даже себя не знает. Не понимает, какая у него история, что делать и кто он вообще такой. Но парень быстро отгоняет от себя эти мысли. Ему не просто так дали такой шанс. Несколько часов он изучал квартиру, пытаясь собрать для себя собственную жизнь. Набил несколько синяков, забывая, что теперь стена — преграда, и пройти через нее не вариант. Он хоть и видел как за пятнадцать лет все изменилось, как теперь все работает, но все же очень много не понимал, даже с телефоном не сразу разобрался. Ему нужна была помощь, но в этом мире он знал только трех людей. При мысли о Юнги сердце сжалось, ему захотелось сразу пойти в знакомую квартиру, но он для себя решил, что больше не принесет Юнги неприятности. Для начала он поймет, как ему жить и только потом сможет появиться. Он понимал, что это может закончиться плохо, но не мог заставить себя показаться Мину сейчас. Теперь им управляли не только голые чувства, но страх все равно был слишком сильный. К Хосоку он тоже не мог пойти, тогда точно узнает Юнги. Оставался только один Намджун. Чимин знал, что они не стали супер близки, но старший хорошо к нему относился. Пак решил, что это самый объективный вариант, по крайней мере, если ему откажут в помощи, будет не так обидно. Не дав себе передумать, он быстро одевается, находя ключи, и выходит из дома, сразу пытаясь сориентироваться, где он находится. Плюс от сохранившихся воспоминаний в том, что за время пребывания призраком, он знает каждый закоулок этого города, поэтому найти дом Намджуна не составило труда. По пути к Киму Чимин просто наслаждался тем, что он хотя бы осязаем. Прикасаться ко всему, а главное — не чувствовать взгляд сквозь тебя. Он готов был радоваться как маленький ребенок. Негатив людей не влиял на него, и он мог спокойно идти по оживленным улицам. В него врезались дети, и это не вызывало раздражения. Ему нравилось чувствовать наконец-то, что он принадлежит этому миру. Найдя нужный дом, Чимин быстро вспоминает код, который подсмотрел несколько раз, пока гулял и, надеясь, что в выходной день Намджун дома, останавливается перед заветной дверью. — Ну, либо пошлет, либо не поверит, — он делает глубокий вдох, и не дав себе обдумать свои действия нажимает на звонок. Джун открывает дверь примерно через полминуты, в домашней майке, спортивных штанах и баночкой пива в руках. — Тебя выкопали и перепрятали? — он смотрит на младшего весьма удивленно, скользя по нему взглядом. — Я версия два ноль, — Чимин нервно смеется, сглатывая и чувствуя волнение. — Заходи, раз пришел, — он пропускает блондина в квартиру, закрывая за ним дверь. Дожидается, пока тот снимет обувь и ведет его в комнату, — С каких пор ты разуваешься? — С нескольких часов назад, — парень тихо произносит и аккуратно садится на диван. — В смысле? — В прямом, — он протягивает руку, касаясь чужого запястья, а Ким давится глотком пива, сделанным так не вовремя, — Я живой. — Я лично видел, как тебя закопали пару дней назад! — старший отставляет жестяную баночку на столик, поворачиваясь к Паку. — Это очень долго объяснять, я сам не до конца понял, но теперь я человек. Правда, без прошлого. — Это как? — он хмурится, все еще с удивлением осматривая парня. В голове не укладывается, что тот, кого на его глазах хоронили, теперь жив. — Меня помнят лишь те, кто видел призраком. Для остальных я чужой человек. Но мне еще тяжело все это осознать. Я вернулся только утром, и честно говоря, мне нужна твоя помощь, — он немного смущенно смотрит на старшего, перебирая собственные пальцы. — Почему к Юнги не пошел? Он будет рад тому, что ты жив. Парень сам на призрака похож, — от этих слов у Чимина внутри сворачивается тугой узел. Он закусывает губу, отводя взгляд, и качает головой. — Нельзя к нему пока. Я столько проблем ему принес, он столько для меня сделал, я не хочу снова засорять ему жизнь, пока не разберусь со всем. Я и тебе проблем принес, поэтому если ты откажешь, я совсем не обижусь. Но прошу, не говори ни ему, ни Хосоку! — Джун лишь вздыхает, откидываясь на спинку дивана, и проводит рукой по лицу. — Глупый ты, Чимин. В чем тебе нужна помощь? — На самом деле не в чем-то конкретном, но я совсем разучился жить, — блондин вдруг слышит, как громко урчит его живот, сразу прикрывая его руками. — Ты ел вообще? — Я как-то забыл, что это надо. Намджун сразу потянул Чимина на кухню, на скорую руку делая ужин. У него было куча вопросов, на которые младший отвечал по мере возможностей. Пак чуть не начал плакать, чувствуя вкус еды, так сильно ему нравилось ощущать себя живым. Он рассказал Джуну про возможность учиться, вспоминая, что при жизни отлично танцевал, и только на этом моменте до него дошло, что Юнги и Хосок учатся в том же универе. — Не переживай, они старший курс, плюс другой факультет. Насколько мне известно, у вас даже разные корпуса. Поэтому будь осторожен, и они тебя не увидят. В обществе Намджуна Чимину становится легче и домой он возвращается куда спокойнее. У него еще очень много вопросов и дел, которые нужно решать, но ему слишком сложно охватить все и сразу. На следующее утро Чимин просыпается от чудом включенного будильника и вспоминает всю прелесть сна. Организм, видимо, решил выспаться за все годы, и вставать было невероятно сложно. Он сдирает себя с кровати, пытаясь не забыть сделать все, что нужно, ибо на рефлексах может выйти из дома в пижаме. Утром он жалеет только о том, что не купил вчера еды и придется идти голодным, но вскоре понимает, что это — меньшая из его проблем. Он довольно быстро находит свой корпус, огибая здание, где учится Юнги, но теряется в длинных коридорах, пока его не выловил парень с красными волосами. — Эй, ты новенький, верно? — он ярко улыбается, смотря на Чимина. — Да, я Пак Чимин. — Отлично! Я тебя нашел. Меня зовут Ким Тэхен, я староста твоей группы. У нас сейчас хореография, пошли быстрее. Тэхен тянет его в сторону хореографического зала и до Чимина доходит, что он даже не знает, умеет ли сейчас танцевать. Сказать, что его охватила паника, ничего не сказать. Ко всему прочему, у него даже одежды нет. Тэхен ему с радостью одалживает запасные вещи для тренировки, и Чимин, к своему невероятному удивлению, хорошо справляется. Тэхен вызывается показать ему корпус, и за день они начинают неплохо ладить. Пак рад мысли, что у него, вполне возможно, появился первый друг. Так проходит месяц. Чимин учится жить, часто обращаясь к Джуну с разными вопросами. Они со старшим сильно сблизились за это время и Ким даже начал ощущать ответственность за этого ребенка. Особенно, когда тот собирал все стены и двери, забывая, что не может пройти сквозь. Тэхен действительно стал хорошим другом для Пака, и в принципе в универе к нему относились хорошо. Он начал налаживать жизнь, устраняя свои проблемы. Юнги не выходил у него из головы. Каждый раз, когда к нему кто-то прикасался, он хотел, чтобы это был Мин. Почувствовать прикосновение его пальцев, снова услышать его голос, обнять и хотя бы оказаться рядом. Он ни на секунду не забывал о своей любви, ему казалось, что она только растет. Он очень долго держался, чтобы не пойти к Юнги. Намджун пытался вправить ему мозг, объяснял что он нужен Мину, и то, как Чимин поступает по отношению к нему — неправильно. Но Пак все равно не слушал. Он понимал, что решил все проблемы, но слишком затянул. Ему теперь было просто страшно увидеть, что в жизни Юнги для него нет места. Блондин начал наблюдать за парнем. Приходил к кафе, чувствуя как от желания зайти и обнять колет кончики пальцев, но позволял себе смотреть лишь несколько минут, после чего быстро уходил. Даже наблюдал за Юнги на кладбище, хотя вместе они оказались там совсем случайно. Чимин просто решил прийти на свою же могилу, как бы странно это ни было. Он стоял за большим деревом в паре десятков метров и просто смотрел. Он чувствовал, что уже пора выходить из этой тени, иначе будет совсем поздно, но каждый раз представляя его сковывал страх и в голове появлялось предательское «позже». Все бы так и продолжалось, пока в один день Тэхен в разговоре не кинул фразу, что художников увозят рисовать в парк. Он просто упомянул это вскользь, пока они сидели во дворе корпуса, греясь на солнце. Чимин для себя сделал вывод, что Хосока и Юнги точно не будет в окрестностях универа. У него самого оставалась последняя пара, но он ужасно не хотел на нее идти. Попросив друга прикрыть его, Пак просто решил уйти домой. Почти дойдя до выхода он увидел «их» скамейку, где они иногда собирались, и не смог удержаться, направляясь к ней, с уверенностью, что ни Юнги, ни Хосока там не будет. Сев, он просто всунул наушники в уши, прикрывая глаза и расслабляясь. Но даже не дослушав до конца песню он чувствует на себе пристальный взгляд и открыв глаза чувствует, как сердце падает куда-то вниз. В пяти шагах от него стоит Юнги, а немного позади белый, как лист бумаги, Хосок. Блондину страшно настолько, что его едва не колотит, он быстро хватает свои вещи, собираясь уйти, но чувствует прикосновение прохладных пальцев на запястье. Ноги едва не подводят его. — Вы что-то хотели? — он делает первое, что приходит в его голову — притворяется, что ничего не помнит. Он не готов объяснять ничего. Аккуратно выдергивает руку из чужих пальцев, чувствуя, как место прикосновения буквально горит. — Чимин… Что ты… Что происходит? — он смотрит в любимые глаза, видя растерянность и шок. — Извините, мы знакомы? — Что? — Простите, вы, наверное, меня с кем-то перепутали. Мне пора идти, — он кланяется и быстро уходит, надеясь, что Юнги не заметил дрожь в голосе и как его глаза наполняются слезами. Какой же он дурак, зачем он соврал. Чимин ненавидит сам себя, за то, что сказал, за то, что так долго тянул. После этого в универе он не появлялся, ссылаясь на плохое самочувствие. На самом деле боролся с желанием убиться о стену, и пытался придумать, что делать дальше. Тэхен рассказал ему, что Хосок приходил на факультет и невзначай спрашивал про Пака. Чимин понял, что все зашло слишком далеко. Ему нужно было срочно посоветоваться с Намджуном, именно поэтому он отправился в участок при первой же возможности. — Можно? — Чимин стучится в кабинет Джуна. — Конечно, заходи, — он сразу проходит в кабинет, прикрывая дверь и садиться на кресло у стены, — Ты как раз вовремя, Хосок только что ушел. Что случилось? — Я попался, хён, они меня видели, Хосок даже приходил на мой факультет и спрашивал про меня у Тэтэ, — блондин кусает губы, смотря на старшего. — Чимин-а, почему ты не был аккуратен? — Ким вздохнул, откладывая бумаги, которые читал, смотря на младшего. — Хён, я был осторожен, они больше месяца меня не видели, — он виновато опускает голову, заламывая пальцы от волнения. — Ну, они в любом случае увидели бы тебя, Чим. Я до сих пор не понимаю, почему ты прячешься. — У меня правда есть на это причины. Я хотел им рассказать все, но не так. Хён, я очень сильно облажался, — он поднимает виноватый взгляд на старшего. — Когда Юнги увидел меня… я сильно запаниковал и сказал, что не знаю его. — Ты идиот. — Я знаю… — он прикрывает глаза, тихо хныкая, и откидывается на спинку кресла, опираясь затылком о кресло. — Чимин-а, пойми, все твои причины — это страх, не больше. Но чем дальше ты будешь тянуть, тем больше будет оснований бояться. Сейчас еще можно все объяснить, но только сейчас. Иначе Юнги просто забудет тебя и вычеркнет из своей жизни, — младший вздрагивает от этих слов, поджимая губы, и открывает глаза, смотря в потолок. — Я знаю, хён. Не могу понять, почему так страшно. — Людям свойственно бояться чего-то, это нормально. А неизвестности тем более. Ты же не знаешь, что будет, когда все расскажешь. Накручиваешь себя, вот и боишься, — Джун пожимает плечами, тихо вздыхая. — Ты прав, нужно все рассказать, — Чимин четко понимает, что должен это сделать и тянуть больше нельзя. Осталось лишь решить как.