Лунный ворон

      Тихий стук в дверь заставил его замереть. Он уже не мог сдерживать себя и только решил уединиться для одного не особо лицеприятного дела. И вот кого-то нелёгкая принесла. Оправившись и пригладив ложе, он подошёл к двери, отворил и, не скрывая неудовольствия, смотрел на незваного гостя. - Господин верховный советник, благого дня вам!       На пороге стояла, виновато улыбаясь и нервно прижимая к груди книги и свитки, очередная претендентка в супруги наследника. Хорошая милая девушка, но судьба её незавидна — вряд ли она выдержит всю эту череду очевидных издёвок и унижения от принца и как все предыдущие вскоре покинет дворец. Да, хорошая, милая, но она очень и очень не вовремя. - И я вас приветствую, светлейшая Барха. Чем могу вам быть полезен? - формальная вежливость пришла на помощь и затмила раздражение. - О, я вас не задержу надолго. Я всего лишь хотела вернуть вам книги, что вы мне как-то одалживали развеять мою тоску по вечерам… - Чудесно, - холодно прервал Титр девушку. - Позволите? - Да, конечно… - девушка растерянно протянула книги, но пару свитков упало и она, подобрав юбки, торопливо присела подбирать их с пола.       Сколько ей там? Двадцать? Да, засиделась она в девах на выданье. Хотя она младше его всего на три года. Как странно устроен их мир: двадцать и уже стара.       Уже успокоившееся сердце вновь резко пустилось галопом — из-под выреза платья виднелась её нижняя сорочка и она была мокрой. Он с усилием отвёл глаза от заманчивой ложбинки и, сделав как можно более беспристрастное лицо, осторожно спросил: - Что на этот раз? - Ушат с водой, но почти всё мимо, а остальное так, мелочи, - когда она поднялась и протянула упавшие свитки, улыбка уже исчезла с её лица, а взгляд стал холодный и отстранённый. - Прошу прощения за доставленные моим господином неудобства, - эта избитая равнодушная фраза была словно подтверждением его собственного бессилия разрешить хоть как-то эту ситуацию.       «Уйди, пожалуйста, ты мне мешаешь, скорее» - крутилось у него в голове, но этикет не позволял ему сказать ничего подобного. И как назло девушка прошла вглубь его укромной кельи к столу, обдав его тонким едва уловимым пленительным ароматом, и положила свитки. Он вообще сейчас желал бы не делать лишних движений — опухшая и требующая разрядки плоть неприятно тёрлась об грубую ткань изнутри. - Я бы хотела отсидеться у вас и немного успокоиться, - она смотрела куда-то сквозь стену, задумчиво поглаживая пальцами бумаги на столе. - Как только вы прибыли во дворец со своей свитой в частной беседе я вас предупреждал, что наследный принц не заинтересован в поисках жены и вы здесь зря теряете своё время...       Он сдерживал себя, но глаза уже мысленно раздели её до панталонов и в сладостном видении её нагую тугую грудь прикрывали золотистые волны распущенных волос. - И всё же позвольте остаться… - прошептала она, умоляя взглянув на него. - В обычное время я был бы не против, но вынужден вам сообщить, что, увы, именно сегодня и в нынешний момент это не представляется возможным… - Почему? - стремительно она подошла почти вплотную к нему и лишь подол платья с шорохом качнулся. - Дело в том… - он запнулся, подыскивая более удачную формулировку. - Мне нужно заняться важными государственными делами и присутствие даже вашего светлейшества при этом крайне нежелательно.       Она слишком близко. Из-за разнице в росте ей приходилось высоко поднимать голову, обнажая чудесную тонкую шейку. Привычным рассеянным движением её руки потянулись к его рубахе и ухватились за край, теребя и сминая. - Я вас прошу как единственного доброго друга в этом тёмном царстве абсурда, а не приказываю как особый гость короля. Я прошу всего лишь посидеть тихонько в сторонке и не буду вам докучать...       Маленький приоткрытый рот, пухлые губы. Она не понимает силы своего женского обаяния или только притворяется? - Госпожа, поймите меня… - его привычная маска отчуждённости и безразличия таяла от внутреннего жара и лишь маленькая толика разума ещё сдерживала звериные порывы. - Ну пожалуйста! - она сделала детское сердитое лицо, стиснула руки в кулачки и уткнулась лбом ему в грудь.       Перехватило дыхание. Зря. Это она сделала очень зря. - Немедленно покиньте меня, - зло процедил он сквозь зубы, стараясь не двигаться. - А? - удивленно посмотрела на него. - У вас странный голос, господин советник… - Быстрее, - надавил он голосом.       Она как-то очень нехорошо вздрогнула, озадаченно посмотрела куда-то вниз и видимо поняла. Всё. Это было последней каплей. Он не рассчитал усилие воли и дверь с грохотом захлопнулась. Маленькая комната погрузилась во тьму. - Господин… - Я же ясно дал понять, что тебе нужно уйти… - горло саднило, голос хрипел и близость чужого тепла дурманила.       Она оттолкнулась от него и начала чертить перед собой Королевскую Печать, но он лишь усмехнулся и смахнул светящиеся в темноте золотые вензеля. - Как?!.. Нельзя просто взять и вот так стереть Печать! - пятясь, она задела стул и упала на пол к стене. - Как видишь, можно, - бесцеремонно отбросив стул, он приближался к ней. - Кто ты?! Что ты собираешься со мной делать?! - от страха она не могла кричать и лишь сипела. - Глаза… - ...светятся? - с издёвкой спросил Титр. - Синим, да? - Ты тоже... Но как? Почему я не чувствую тебя? - Самоконтроль, деточка, - он приподнял опешившую девушку и, удерживая за руки, прислонил к стене и навис над ней. - Теперь ты понимаешь почему я просил уйти?       Барха сначала тихо пискнула, а когда его губы коснулись её шеи, начала судорожно хватать воздух — теперь она чувствует его голод. Руки на ощупь легко стаскивали с неё одежды. Гибкое тело. Нежная и горячая кожа. Сначала сопротивлялась, а теперь Барха сама ищет его губы. Такая жадная и ненасытная. Он зарычал от нетерпения и бросил её на кровать. - Сиди в углу и я тебя не трону! - и, подняв стул, уселся в противоположном углу к ней спиной.       Он просто завершит то, от чего его отвлекли и станет легче. Дать телу столь желанную разрядку и вернуться к привычному образу существования. Рука скользнула под пояс, сжала — волна удовольствия запустила свои тонкие нити в волосы на затылке и нежно с силой сжала. Да. Он сделает это быстро. Отодвинув в голове факт наличия женщины в спальне подальше, Титр сосредоточился на ощущениях. С головки натекло и в тишине каменных стен слышалось отчётливо тихое хлюпанье. Ну и плевать, так даже приятнее. Дыхание становилось чаще, прерывистее. Ещё немного…       Он слишком увлёкся и не заметил когда она успела подойти. Пара жёлтых звериных глаз, блестя в темноте, не отрываясь смотрели на него сбоку. Не нужно даже сверять направление, чтобы понять куда она смотрит. - Да, что… - разъярённо зарычал он, но к нему прильнуло тёплое, нежное тело и его рот ловко запечатали поцелуем и уже чужая миниатюрная рука неловко размазывала смазку по твёрдой плоти, заставляя его дрожать мелкой дрожью. Его ладони оставили влажный след на спине и с упоением мяли, сжимали, разминая, попку. В ответ Барха опустилась чуть ниже и нежной рукой своей завела к себе между ног и потерлась, смешивая смазку. - Ты пожалеешь об этом, - прохрипел Титр. - Я пожалею, если не загоню этого монстра к себе внутрь по самые яйца, - и хищно улыбнулась, опустившись ещё чуть ниже, чтобы головка давила, растягивая вход в её узкое лоно, правой рукой упёршись ему в грудь. - Раз так… - в тьме синие глаза хитро прищурились, а пальцы по наитию скользили по её предплечью, рисуя какой-то узор. Последний штрих и чуть выше запястья у неё вспыхнули алым светом вензеля и почти сразу потухли. - Что ты сделал! - её шепот был полон ужаса от осознания что именно за знак светился. - А почему бы и нет? - прохрипел он, с силой надавливая на бёдра, насаживая.       Сначала проскользнула головка, а дальше шло туго. Очень туго. Она впилась зубами в его плечо сквозь рубаху — лишь бы не кричать от боли. - Ты ведь сейчас отчётливо чувствуешь моё сердцебиение всем своим естеством, не так ли?       Сиплый вдох лучше всякого ответа.       Он хотел её видеть. Достаточно мысли и на столе загорелся огрызок свечи, наполняя комнату тусклым светом. - Ты хочешь по самые яйца — правильно я помню? - он шептал ей на ухо нарочито делая голос ниже, неторопливо лаская клитор. - Не слишком ли ты жадная для первого нашего раза? Нет? А вот лоно твое, похоже, подавилось… - свободной рукой он нащупал вторую дырочку, но его член слишком распирал девушку, чтобы хоть один палец вошёл внутрь. Но вполне можно размять и подразнить и может быть однажды... Девушка занервничала, застонала в протесте, задергала бёдрами, пытаясь избавиться от настойчивой ласки, но мышцы внутри инстинктивно судорожно мяли член, пытаясь вытолкнуть, но вместо этого он всё глубже погружался в неё. Он мягко притянул её от рубахи за подбородок и, не особо церемонясь, толчком вогнав сквозь искусанные губы два пальца, надавил изнутри, растягивая щёку будто она ласкает его член, хотя он не хотел портить столь милый и аккуратный ротик, но самая идея… Видимо пальцы вошли слишком глубоко — она подавилась, пришлось их вытащить, ощущая как от её рта вслед тянется горячая прозрачная нить. Отлично, этим можно смазать подсохшую смазку у основания. - Ты знаешь, а осталось совсем чуть-чуть, самую малость. Буквально треть. Но я уже чувствую как внутри у тебя до предела растянуто, - и он положил ладонь на низ её живота, довольно сильно надавливая. - Что ты делаешь... - недовольно процедила Барха, рассеяно смотря куда-то за него. - Хочу понять насколько глубоко я в тебе, - и схватив, притянул её ладонь, прижав своей сверху. - Чувствуешь?       И пока она не успела опомниться, свободной рукой надавил ей на плечо и она резко соскользнула. - Больно!!! - она кричала, пыталась соскочить, била его и царапала, но он был в ней весь.       Ни одна женщина раньше не принимала его полностью и это было волшебное чувство. Его тело инстинктивно толкнулось вперёд, пытаясь войти ещё глубже. - Не смей!! Ты мне всё там порвёшь!! Пусти!! - она уже охрипла от крика, слёзы стекали по подбородку, оставляя на его светлой рубахе тёмные пятна - Минуту тебе на то, чтобы привыкнуть, а потом мы займёмся тем, что я хорошенько растяну тебя так, что буду с сочным чавканьем входить и выходить из тебя, - холодно бросил он ей, стягивая с себя мешающую рубашку.       На мгновение она, забыв про боль и слёзы, замерла, зачарованно зацепилась глазами в мощный торс перед собой. - Я вижу, что минуту можно не ждать, - ехидно заметил и, легко подхватив, перенёс её на кровать и навалился сверху.       Надавив и довольно агрессивно лаская её пальцами, Титр медленно вытягивал член из неё. Миллиметр за миллиметром. Она пыталась его укусить, пару раз её изящная ножка довольно сильно зарядила ему по плечу. Затем обратно погружая внутрь. Вскоре слёзы и угрозы начали смешиваться с явными стонами, которые становились всё громче и громче. Внутри всё дрожало в сладком предвкушении и он понял, что на долго его не хватит. - Хочу тебя наполнить и посмотреть как отразится это на твоём животике, - и садистски улыбнулся, погладив от лобка до пупка.       Девушка вскрикнула, извиваясь, пытаясь освободиться, но своими неловкими движениями лишь приближала неминуемое. Он задышал чаще, даже не скрывая как скоро всё произойдёт. - Нет, не надо! Ну же!..       И когда её счастливую с громким чавканьем покинула толстая лиловая головка, он резко вогнал член обратно на всю длину. Он видел как радость сменилась удивлением, потом злобой, затем парализовало осознанием того, что она отчётливо чувствует, как внутри пульсирует член, заливая её горячей тягучей жидкостью. - Я тебе говорил уходить? Говорил. Я тебе говорил сидеть в углу и не рыпаться? Тоже говорил, - не давая себе отдышаться, он медленно наращивал темп, пользуясь тем, что член немного обмяк и более свободно двигался, смешивая смазку и теперь уже вязкую терпкую сперму вместе. - Ненавижу тебя, - и притянула его к себе для поцелуя; изловчившись и воспользовавшись моментом, они перевернулись и теперь она оказалась сверху. - Нечего тут строить из себя злодея, - и с невозмутимым лицом жадно укусила в основание шеи. - Я догадываюсь что с тобой происходит. И мне радостно и одновременно странно, ведь ты старше и период голода у тебя по идеи должен был давно пройти. - Мой Переход начался полгода назад, - и он попытался вернуть ведущее положение, но Барха довольно резко остановила его. - Странно. Ты знаешь что за символ начертал мне на руке? - Клеймо «Избранная любовница императора», если не ошибаюсь, - и расплылся в самодовольной улыбке. - У всех будут большие проблемы, если увидят, - безразлично заметила она, явно с удовольствием ритмично двигая бёдрами. - Нет, госпожа светлейшая, ты ошибаешься. У всех, кроме меня, - жадно сгрёб её за бёдра, помогая двигаться. - Да неужели? - закрытые глаза позволяли больше концентрироваться на ощущениях. - Никто во дворце не знает, кто я на самом деле. И при этом мне ничто не стоит развеять даже Печать Сюзерена. А притвориться, что Печать Подчинения имеет на меня силу, - что может быть проще?       Она громко дышала, тело выгибалось ему навстречу и при этом она пыталась делать амплитуду движения как можно больше. Она была прекрасна в своей сосредоточенной эйфории. - А ты?.. - охрипшая от стонов, она обессиленно упала ему на грудь. - Мне вполне достаточно того, что есть, - и приобнял её, укрывая покрывалом. - Так ты не внебрачный сын здешнего короля?       Сдержав смех и лишь ухмыльнувшись, он сдержанно ответил: - Я такого не говорил. - Тогда кто? - она задумчиво водила ладонью, исследуя чужое тело, на котором лежала, и, похоже, оставалась довольна. - Не понимаю как можно быть наследной принцессой и одновременно такой наивной, задавая вопросы столь прямолинейно. - Не хочешь — не отвечай. И если ты не в курсе, то я восьмая и самая младшая из детей своего отца, - это первое. Второе, не тебе решать где, с кем и как мне себя вести и как вести разговор. Моя «наивность», как ты позволил выразиться, всего лишь сиюминутная прихоть.       Похоже он случайно угодил своим замечанием по больному месту. - О, значит, ты всё-таки видишь смысл в моём желании сохранять сей секрет. Чудесно. Значит, не всё ещё потеряно, - играючи, он вернул на своё лицо маску учтивой вежливости. Барха, глядя на него, презрительно приподняла бровь. - Я начинаю догадываться что ты получил пост главного советника не просто на правах названного приёмного сына, - и приподнялась на кровати, прикрываясь покрывалом. - Заметь, что для того, чтобы взобраться так высоко мне не нужно унижаться, терпеть выходки и в конце-концов выходить замуж за сумасбродного наследного принца, - и ехидная улыбка проплавила маску, но спустя мгновение застыла вновь, будто и не было ничего. - На мой взгляд перспектива оказаться запертой с другими невыданными девицами в каком-нибудь забытом богом монастыре в горах вообще ни разу не лучше, чем стать королевой этих земель. Я бы даже сказала, что лучше, - она нашла в полумраке свою одежду. - Увы, смею заметить, что ты уже не можешь выбирать из этих двух крайностей. Или ты успела забыть... - и он сделал движение рукой, будто мягко, но требовательно потянул за поводок. Девушка чертыхнулась и упала обратно на кровать, шипя от боли и обхватывая правую руку выше запястья. - Ну-ка, какой гениальный план предложит твой закалённый придворными интригами мозг? - Прекрати... - злобный взгляд подёрнуло мутной поволокой, смягчая, доводя девушку до растерянности. - Я не хочу разрушать Печать Избранной, - он крепко сжимал её запястье, с упоением наслаждаясь своим влиянием на неё. - Так что монастырь и брак по расчёту… - Пусти…       Он ослабил хватку и девушка смогла вырвать руку. Взгляд приобретал былую ясность, дыхание стало спокойным, но вскакивать она с кровати не спешила. - Скажи, зачем ты это сделал? - Без задней мысли. Просто поддался импульсу, - и довольный озадаченным выражением лица, неторопливо встал, отёрся подвернувшимся полотенцем и нашёл на полу свои шальвары. - Ты понимаешь какую кашу заварил и чем это может обернуться? - она резко села на кровати; весь ужас ситуации начал доходить до неё только сейчас. - Я тебе скажу больше, светлейшая Барха, - он даже не пытался прикрыть издёвку в голосе; штаны были уже надеты и было принялся за рубаху, но подумав отбросил на спинку стула и пристально взглянул на девушку. - В случае если Избранная любовница всё же засветится, то тут начнётся неслабый переполох, так как её никто снять не сможет, а я окажусь непричастен. И тебя не смогут отослать обратно и ты не сможешь выйти замуж. Забавно, не так ли? - Я скажу, что это сделал ты! - И как же ты это докажешь? - он скрестил руки на груди и облокотился плечом на стену. - Слово наследной принцессы непреложно! Я скреплю Печатью! - и она осеклась. - Ты можешь развеять Печать… - Не только. Как наложивший на тебя сиё клеймо, я могу запретить тебе рассказывать обо мне и наших отношениях и даже, не поверишь, вплести Избранную любовницу в твою Королевскую Печать.       Повисла тишина и лишь свеча колебала длинные тени на стене. Достаточно насладившись произведённым эффектом, он продолжил: - Я бы всё это мог, но не вижу в этом смысл. Мне интересно как долго ты продержишься и какой выход из сложившейся ситуации найдёшь. И да, кстати, ты ведь не против утолять со мной голод?       Последняя фраза сбросила оцепенение и в Титра полетела подушка, приправленная искренней злобой. - Ты за кого меня держишь?! За дешёвую портовую девку?! Пламя свечи резко погасло и маленькую келью поглотила тьма. - Ну почему же за дешёвую? Ты такая ненасытная, что вполне потянешь на элитную.       Он играючи увернулся от второй подушки, отправленной в него. - Я убью тебя! - Смотри какая ты такая страстная натура, а так искусно притворяешься благородной принцессой!       Во тьме вспыхнули пара янтарных кошачьих глаз, послышался угрожающий рык. - Нападать на меня - это уже лишнее, - на короткий миг его глаза вспыхнули синим, резкое движение руки, оставляющее в воздухе белесый след и девушка затихла. - Ты лишаешь меня свободы!.. - голос дрожал и его славная обладательница вот-вот готова была разрыдаться. - Отнюдь, - голос его звучал уже более дружелюбно и он аккуратно пристроился на край кровати, - Я думаю ты сама отняла у себя свободу выбора, приняв лишь два возможных исхода своей жизни. В конце концов, ты бы могла просто сбежать по пути на очередные смотрины, не так ли? - И жить вечно в бегах?.. - подавленно прошептала она куда-то в одеяло. - Ну да, выйти за человека, который тебя всячески прилюдно унижает и ни во что не ставит конечно же лучше. - Что ты предлагаешь? - Раз так уж пошло, то предлагаю расслабиться и получить максимум удовольствия из сложившейся ситуации. - Значит, любовники… - Светлейшая Барха, я вас нисколько не гоню, но всё же предлагаю воспрянуть духом и привести себя в надлежащий вид, - теперь к сухой вежливости примешивалось что-то неуловимо тёплое. - Дело в том, что мой король имеет привычку искать моего общества для долгих частых разговоров и будет трудно объяснить что делает потенциальная невестка нагая в постели первого советника.       В ответ ему лишь фыркнули, но на него точно больше не злились, по крайней мере пока. - Зажги, пожалуйста, свет.       Лёгкий сквозняк, фитиль вспыхнул, а Титр даже не пошевелился. Сосредоточенное дыхание, шуршание юбки. - Зашнуровать помоги, я сама не могу, - она избегала смотреть ему в глаза и говорила куда-то в сторону.       Благодаря подсказкам незримого помощника он на удивление очень хорошо справился. Совместными усилиями комната быстро приобрела прежний вид. Титр услужливо придвинул стул к камину и запалил огонь. - Прошу присесть. Вы же промокли, не так ли? - он не удержался и многозначительно улыбнулся, будто приглашая разыграть сценку из спектакля. - Да, я вся продрогла, - она надела привычную маску наследницы престола, соглашаясь с игрой. - У меня есть чудесный иссиня-чёрный плащ, подаренный мне моим повелителем, подбитый серебряным песцом. Позвольте мне вам предложить укрыться им, - из дальнего сундука он уже достал плащ, и слишком наигранно-серьёзно встал на колено и протянул ей. - Он не столь хорошо как мой, подбитый горностаем, но в нынешней ситуации вполне подойдет, - её начинала забавлять ситуация. - Тогда позвольте перед тем, как я вернусь к своим бумагам позаботится о том, чтобы столь прекрасную особу окружал достойный аромат и бросить в огонь горсть ароматных целебных трав. - Да, вы правы, здесь витает довольно странный аромат. Он слишком пристально на неё смотрел и, когда их взгляды соприкоснулись, она, усмехнувшись, отвела взгляд. Источник запаха был слишком явный и понятный.       Когда через час в поисках пропавшей госпожи в келью заявились её камердинер и камер-фрейлина, то обнаружили первого советника правителя, чинно работающего с бумагами, и дремлющую на стуле перед камином девушку. Ещё через какое-то время явился личный слуга короля и доложил, что его ждёт повелитель в своём кабинете. Перепроверив застёжки на наручне и накинув укороченный придворный кафтан, он с небольшой подшивкой бумаг покинул своё убежище.