Перешёптывание у стен
4 декабря 2019 г., 05:42
Говорят, во дворце видят незнакомку – всегда в длинном плаще и лишь длинные неубранные чёрные кудри иногда виднеются из-под капюшона, извечно наброшенного на голову. Некоторые берутся утверждать, что видели её лицо, но слова их лишь сходятся в том, что она молода и кожей бела, как снег. А есть и те, кто с пеной у рта будут отстаивать что именно её видели с господином верховным советником за непристойными делами в королевских купальнях и именно она наведывается ему в коморку в библиотеке вечерами и не только. Были и те, кто пытались выследить и даже поймать, но всё тщетно: стоило незнакомке свернуть и лишь на секунду пропасть из поля зрения, как она будто бы сквозь землю провалилась. И было достаточно и тех, кто верит, что это неприкаянный дух бродит по замку и строит свои вполне безобидные козни.
И так истории рождались, множились и со смаком пересказывались за шумным обедом и долгими вечерами в женских будуарах, дополняясь всё новыми и новыми, пикантными и порой просто невероятными подробностями. Тихие отголоски сего эпоса обрывками долетали до короля, и лишь наследный принц целенаправленно собирал все, даже самые абсурдные, россказни.
Сначала Синху удивляли и забавляли подобные рассказы, особенно тем, что от истории к истории неуклонно упоминали советника отца, этого закоренелого ханжу. Позже, когда он захотел избавиться от самой даже вероятности проведения навязанных уроков государственных дел, вдруг его вассал провалил такое простое дело и стал неподвластный ему и его Печати. Всевышние издеваются?!
Земля слухами полнилась, перешёптывания у стен становились громче, осуждающие взгляды не скрывались. Стоило ему и Титру зайти в залу, то раскланивались и здоровались в первую очередь не с ним, наследником, а с этой выскочкой, а он даже, кажется, не замечает. Раньше все дамы одаривали только его томными взглядами и с весьма меркантильным интересом, а теперь всё внимание этому сиротке. Да что с ними не так?
Порочный круг из соглядатаев.
И уже неделю длится его пытка с занятиями. Невыносимо.
И теперь, и всегда, чтобы он не делал – лишь поджатые губы и холодный взгляд. Хоть что-нибудь. Он видел, как от него отворачивались, отдалялись всё дальше. Раз за разом.
И теперь сиротка покусился даже на славу сердцееда.
Что ещё? Куда ещё больше?
Ну уж нет, он так просто не спустит такого отношения.
И будто в кандалах и душно, и тошно, и некуда силы девать.
Может быть стоит зайти с другого края? Игра стоит свеч.
Ведь он всегда был лишним для отца, обузой, недотёпой, и он всё равно ничего не потеряет. Нет, даже наоборот.
И он наконец вышвырнет того, с кем его сравнивают…
