What do you want from me?!

POV Астрид Разочарованно выдыхаю, когда рассматриваю печенье, которое только что достала из духовки. Оно всё такое неровное, кривое… совсем не то, чего я ожидала. «Вроде не подгорело, но выглядит не очень!» — недовольно морщусь, чувствуя как снова тянет внизу живота. Игнорирую боль и достаю из шкафа контейнер, в который и перекладываю печенье, в процессе съедая одно. Раньше мы с мамой часто пекли его по её собственному рецепту. В этот раз я тоже следовала всем пропорциям и инструкциям, но по вкусу оно чем-то отличается. Только чем именно я понять не в силах. Мою руки и закрываю контейнер, после хватая телефон со стола, надеясь увидеть новое сообщение от Иккинга. Он вернулся вчера поздно вечером, и сегодня мы договорились встретиться. Парень всё ещё не ответил, и я обновляю наш чат несколько раз, мысленно отмечая, как долго он мне не отвечает, и непроизвольно хмыкая. В районе поясницы болезненно тянет, и я растираю её рукой, надеясь унять боль, пока тащусь в гостиную, чтобы прилечь. Сегодня уже второй день месячных, но болит, кажется, ещё сильнее чем вчера. Я выпила таблетку обезболивающего с самого утра, но, кажется, она уже перестала действовать. Поудобнее устраиваюсь на диване и обнимаю подушки, желая, чтобы вместо них был парень, и замечаю уведомление о новом сообщении. «Наконец-то!» — быстро смотрю на время — «Полтора часа? Он издевается? Написываю ему всё утро, как идиотка! Хотел бы, уже давно ответил бы! Пусть тогда тоже ждёт!» Досада внутри ощущается чем-то липким и противным. Я не привыкла такое чувствовать, и привыкать не собираюсь! Но как бы мне не было обидно, я всё равно не в силах побороть своё любопытство. В секунду снимаю блокировку и вновь захожу в наш чат. На моё «Чем займёмся и где встретимся сегодня?» он отвечает лишь «А куда бы ты хотела сходить?» «Почему я должна решать? Тебя это совсем не волнует?!» — отвечаю, не думая, и мысленно заставляю себя оставить один восклицательный знак вместо десяти. Хмурюсь, не понимая почему именно я должна проявлять инициативу и придумывать как нам провести время. Может из нас двоих скучала лишь я?! «Я только проснулся, что уже случилось?!» — он отвечает в этот раз практична сразу. «Что случилось? Ты случился! Это дурацкое печенье случилось, мои месячные случились!» — звучит в моей голове, но в итоге Иккингу я отвечаю простым — «Ничего!» Блокирую телефон и убираю подальше от себя. «Вроде действительно ничего не произошло, но я уже на взводе!» Мой телефон тут же начинает вибрировать, и я поднимаю его, чтобы увидеть входящий вызов от Иккинга. Кладу телефон под подушку, игнорируя, и включаю телевизор, чтобы отвлечься. Может действительно лучше провести этот день в компании дурацких шоу для домохозяек?! Листаю каналы, пока мой телефон то прекращает вибрировать, то начинает вновь. Уже на четвёртый раз моё терпение заканчивается, и я достаю телефон из-под подушки с твёрдым намерением отключить его нахрен. Но вместо «Иккинг» на экране высвечивается уже такое редкое «Мама». В горле образуется ком. Я продолжаю смотреть в экран, вспоминая как часто в последнее время игнорировала её звонки, или отвечала, но делала вид, что спешу куда-то или занята. Но и её голос все те разы звучал довольно сухо. Что что, а обижаться мы обе умеем. Смотрю в телефон ещё несколько секунд, не решаясь ответить, а затем мои руки сами собой принимают вызов. — Привет, занята? — она спрашивает, как только я отвечаю. Её голос, такой родной, даёт мне немного спокойствия, и я откидываюсь на подушки, выключая телевизор, чтобы сконцентрироваться на разговоре. — Привет, — наматываю локон на палец — Уже нет. — Чем занималась? — Пекла печенье. По твоему рецепту, — вздыхаю — Но вышло совсем не как твоё. — Чуть больше практики и всё получится, — по её тону могу точно сказать, что она улыбается прямо сейчас, поэтому, наверное, и на моём лице вырисовывается улыбка. Мы обе замолкаем и ничего не говорим, ожидая что кто-то начнёт первым. Наша ссора — как слон в комнате, которого мы обе так тщательно стараемся не замечать. Но, кажется, время поговорить настало. — Ты злишься на меня? — после затяжного молчания мой вопрос звучит как-то особенно по-детски, но мне всё равно. Я слышу короткий смешок в трубке, и уже немного расслабляюсь. — Нет, ангел, я не злюсь. В тот раз я действительно погорячилась и, признаю, перегнула палку. Но ты должна знать, что я очень по тебе скучаю и очень люблю, как и твой отец. И раз мы имеем такую возможность, то хотели бы дать тебе всё лучшее, образование в том числе, — она заканчивает, а я поднимаю взгляд к потолку, мысленно представляя себя на её месте. Определено я могу её понять, но и оставить Иккинга… здесь… Я не могу. Я не представляю наши отношения на расстоянии, не представляю! Он уезжал из города всего на четыре дня, и я уже просто чуть с ума не сошла. Что будет, если мы разъедемся на полгода, год? Я так не смогу. Нет! — Мам, — собираю все свои мысли — Я тоже очень скучаю и с радостью бы приехала летом, но не на совсем… Мы с Иккингом… Я… Я не думаю, что смогу оставить всё здесь, его тем более. Слышу, как она вздыхает, и уже готовлюсь к худшему, когда слышу её мягкий голос. — Ничего, я понимаю. Помнится когда-то я именно так вышла замуж, — мама посмеивается, рассказывая — Но ты всё-таки подумай и на всякий случай отправь мне необходимые документы, хорошо? Ещё столько времени впереди, всё может измениться. — Да, конечно, — отвечаю, облегченно выдыхая. Она звучит также, как и раньше, спокойно и ласково, и я бесконечно рада, что всё решено. И всё, что требовалось — просто поговорить! — Как там твой парень? — мама спрашивает, и я смущенно покусываю губы, вспоминая нашу с ним последнюю переписку. Теперь, когда раздражение сошло, становится стыдно от того какая я дура и как вела себя. — Он в порядке, — отвечаю, думая про Иккинга, и быстро смотрю на часы. Мысли в голове бегут настолько быстро, план созревает сам собой. «Зачем сидеть и ждать? Я ведь просто могу поехать к нему! Прямо сейчас!» — На самом деле мы встречаемся с ним через час… — намекаю, прикусывая щеку изнутри из-за некой взволнованности. — Понялаа, — мама весело тянет, заставляя меня улыбаться — Позвоню как-нибудь потом! Смеюсь в ответ. Внутри так легко и радостно. Этот разговор поставил точку на нашей ссоре, и теперь мне будто даже дышать легче. — Я люблю тебя, ангел! — она прощается, и я говорю ей тоже самое, завершая разговор и поднимаясь с дивана в тот же момент. «Не могу дождаться, когда увижу его. Я так соскучилась и не собираюсь сидеть тут и злится из-за выдуманной ссоры!» Поднимаюсь к себе и быстро натягиваю свободные спортивные штаны и одну из толстовок Иккинга. Подкрашиваю брови и ресницы, наношу немного румян, чтобы выглядеть свежее. «Уже намного лучше!» — разглядываю себя в зеркале, поправляя волосы. Пятнадцать минут сборов, и я уже открываю машину. Кидаю свою сумку на заднее сидение, а пакет с подарком и печеньем ставлю на пассажирское. Дорога до его дома кажется такой знакомой, время в пути проходит довольно быстро. Играет мой рождественский плейлист, а запах имбирного печенья приятно щекочет нос. Даже боль в спине, не делает меня менее счастливой. Волнение накрывает меня какой-то оглушающей волной уже, когда я подхожу к его дому и останавливаюсь у двери, в одной руке сжимая пакет, а другой нажимая на звонок. Кажется, даже руки слегка подрагивают, когда я топчусь на месте, рассматривая свои белые кроссовки. «А если он злится? Или просто не в настроении?! Всё-таки я вытрепала ему нервы, а теперь приехала, будто ничего и не было. Боже!» — моё сердце стучит сильнее, когда я слышу, шум по ту сторону двери. Секунда и дверь отворяется. Зелёный взгляд сразу же сталкивается с моим. Широкие брови поднимаются в удивлении, его волосы влажные, от чего кажутся намного темнее и ещё сильнее контрастируют с его светлой кожей и глазами. Иккинг явно находится в замешательстве, пока стоит, рассматривая меня точно также, как и я его. «Оказывается я скучала ещё сильнее, чем мне казалось все эти дни!» — не выдерживая расстояния между нами, аккуратно ставлю пакет на пол и делаю шаг к нему, осторожно обнимая. В следующий момент его руки уже обхватывают меня в ответ, сжимая в медвежьей хватке и вплотную прижимая к своей груди. Мне одновременно и радостно и как-то грустно, моё эмоциональное состояние, словно качели, переходит из одной крайности в другую. «Я дома» — глубоко вдыхаю, ощущаю, как от всех нахлынувших эмоций и чувств начинают слезиться глаза.