Nobody Praying For Me

***

Hold your breath and feel the tension Devils hide behind redemption Honesty is a one-way gate to hell

Он плохо спал этой ночью, постоянно ворочаясь и, проснувшись утром под аккомпанемент звука будильника, парень думает, что этот день пожалуй будет просто ужасным. Его жизнь всегда была размеренной до того, как он впервые увидел Рида на том уроке химии. Возможно, не обрати он тогда внимания на него или же после, когда он начал писать это сообщение о том, что истекает кровью, то брюнет бы продолжил жить своей обычной жизнью, он бы не увидел брата, что целовался с каким-то стариком, не грузил бы себя мыслями о том как нужно сейчас поступить во всей этой ситуации с Гэвином. Честно, Стерн не особо чувствовал вину сейчас, скорее это было раздражение и какая-то обида на своего соула. Тот был таким глупым и шутку воспринял так остро. Хотя, а что, он верил во всю эту брехню с родственными душами? Долго и счастливо и верность ещё до знакомства? Ричард в это не верил. Полагаться на волю случая и судьбы, когда "родственная" душа может от тебя отвернуться? Спасибо, ему это не нужно. Конечно тогда он пошутил, но воспринимать его слова в штыки все равно было так глупо. Брюнет не хотел чувствовать себя безвольной марионеткой судьбы, он сам вправе решать с кем ему быть, а быть с таким вспыльчивым, не контролируемым соулмейтом желания у него нет. Брюнет знал репутацию Рида, а потому желания встречаться с ним Стерн не испытывал. Твердо решив для себя, что извиняться за свои слова он не намерен, ведь уверен в своей правоте, парень поднимается с кровати и, подходя к выходу, кидает косой взгляд на экран ноутбука. Он так и не дописал доклад.

***

So sick and tired of being alone So long farewell I'm on my own I'm sorry mom I've got to go I dug this grave I call my home

Странное ощущение пустоты не отходит, но Гэвин чувствует себя спокойней чем ранее. За эту ночь произошло слишком многое и возможно организм предпочёл бы полное отключение, а в ответ получает лишь очередной всплеск адреналина, когда Рид касается носа. Парень не собирается пить обезболивающие, потому что хочет полностью прочувствовать, как его ненавидит отец и возненавидеть его до той же степени. Кадры всего произошедшего проносились перед глазами, реплики диалогов эхом звучали в ушах, Гэвин хотел что-то сказать самому себе, но из-зо рта доносились лишь приглушённые хрипы. Гэвину было жаль свою мать, он не хотел так с ней поступать, но это был единственный шанс прекратить всё это. Она была единственной, кроме друзей, кто хоть как-то его поддерживал, но этого было недостаточно. Влияние брата и отца слишком давило и изматывало. И если поначалу удавалось сбежать от этого растворившись в дыме сигарет, гулянках с друзьями и работе, то сейчас уже ничего не помогало, оставалось лишь сбежать в прямом смысле, уйти от происходящего и не возвращаться. Всё это заставляет вспомнить то, что Рид так долго пытался подавить, забыть навсегда, но собственный разум послал его нахуй. Воспоминания нахлынули волной, накрывая с головой и погружая глубже. Под толщей воспоминаний становится невозможно дышать, они заполняют собой разум, лёгкие, пространство вокруг, всё находится погружено в жидкое воплощение образов, что Гэвин пытался выкинуть из головы. Первым вспоминается слабый вкус крови во рту, во время одного из спаррингов на городских соревнованиях он сильно прикусил язык, но это не помешало ему одержать победу над соперником. В перерыве перед финалом Гэвин осматривается, надеясь увидеть родителей и брата, но их нигде нет. Рид судорожно вздыхает, и ему на плечо ложиться рука тренера, указывая ему пальцем в толпу зрителей. Там парень видит своих друзей с огромным плакатом в его поддержку, и дышать становится легче, так что он посылает Элайджи с его научной выставкой и родителей с их "гордостью за сына гения". Он побеждает, потому что должен, потому что чувствует - за него болеют. Домой он приходит с кубком и медалью, а на кухне его встречает праздник, но не в его честь. Отец ругается из-за того что Гэвин опоздал, тот отвечает, что был на соревнованиях и что он тоже победил. На это брюнет слышит лишь снисходительный смешок и слова, что шрамом въедаются в сознание "твой спорт ничего тебе не даст, лучше бы занимался и постарался хоть немного походить на Элайджи". Гэвин стискивает зубы и уходит, хлопая дверью. Отойдя на несколько метров от дома он оборачивается и видит в окне брата, который недолго смотрел на него и ушёл. История циклична. Гэвин вылезает из воспоминаний с неприятным осадком и видит сообщение на телефоне...он совсем забыл, что ему сегодня нужно было выйти на работу. — Блять.

***

Or start a secret society for the wild and free Our ideology is "You can do what you want Too much is never enough" We are the light, we are the life We are the envy of the gods above

Маркус и Саймон договорились встретиться немного пораньше, собрав вещи ещё вчера и сегодня им оставалось лишь перевести все это. Блондин стоял неподалеку от их новой квартиры, когда заметил брюнета, что неспешно направлялся в его сторону с сумкой наперевес. - Привет. Не ожидал, что ты так быстро появишься. - легко улыбнулся Ламберт, когда брюнет подошёл к тому достаточно близко для того, чтобы никому из них не нужно было бы поднимать голос для спокойного поддержания разговора. - Да, родители ещё спали, так что я смог без проблем добраться досюда. А что, переживал? - Манфред негромко посмеивается, равняясь с другом и ожидая, когда они пойдут в свою квартиру. - Нужно звонить Гэвину, ключи у него, он наверняка ещё даже не проснулся после своей смены. Парни вместе направляются в сторону дома, обсуждая какие-то события в школе, которые не шибко их интересовали, но послушать мнения друг друга, да и просто спокойно поговорить они были не против. Когда им остаётся совсем немного, то Саймон достает свой телефон, набирая Рида и, на удивление, тот довольно быстро ему отвечает. Голос друга звучит очень уставше и разбито, возможно, что Ламберт даже не заметил бы этого, если бы не знал его очень давно. Блондин чуть хмуриться, сразу же рассказывая о своих догадках идущему рядом Манфреду, на что тот тоже обеспокоенно хмурится. Когда им открывают дверь и они видят Гэвина, то приходят в немой ужас. В голове проносятся тысячи вопросов от; "почему ты не позвонил сразу?", до: "У тебя защита рана на носу, ты был в больнице?", но все, что они говорят это: - Гэвин, что случилось? - это происходит в унисон и на это Рид лишь легко улыбается. Что же, да, он заставил их волноваться, но, черт, как же приятно знать, что за тебя волнуются. Хоть кто-то. - Ты чего улыбаешься?! Что произошло, Гэвин?! - строго спрашивает Маркус, когда брюнет пропускает их в квартиру и закрывает за ними дверь. - Не кричи. - чуть морщится парень, проходя вслед за ними и заходя кухню, чтобы сделать им всем чай. Возможно, если бы он взял банку пива, то это было бы как-то более привычно для его характера, но сейчас ему хотелось чего-нибудь теплого и, он был уверен, ведь не собирался спрашивать, парни не откажутся от этого. - Я вернулся вчера поздно, отец снова разбушевался и... - Гэвин запинается, ведь, насколько бы сильным он не был, говорить об этом в любом случае было неприятно. - Разбил о мое лицо стакан. Я не думаю, что вернусь туда. Друзья внимательно слушают того и в помещении воцаряется недолгая тишина, что прерывается лишь звуками закипающей воды в чайнике, но после она полностью разрушается, вновь ставшим спокойным, голосом Манфреда: - Кто зашил тебе нос? Тебе нужны деньги на оплату счета больницы? - спрашивает тот, не говоря слова сожаления, потому что они все знают, что Рид не просит жалости, он знает, что именно их заинтересованность - уже прекрасная поддержка, во всяком случае для него. Рид сильный, он справится. - Нет, это был. Это был мой соулмейт. - брюнет морщится на этих словах, уже наливая им чай в кружки и с ними подходит к барной стойке, ставя их на нее. - Это Ричард Стерн. Саймон и Маркус переглядываются, понимая, что это довольно паршиво. Они знали характер Гэвина, а так же они были наслышаны о том, что, хоть Стерн и выглядел тихим, но на самом деле он был довольно язвительным человеком. Они сразу смекнули, что парни уже успели натворить что-то, раз Риду было так неприятно об этом говорить. - Расскажешь или к черту? - чуть улыбнувшись, спрашивает Саймон, взяв в руки свою кружку. - К черту. - усмехнувшись, качает головой Гэвин, так же взяв свою. - Где там остальные? Давайте уже нормально обустроимся и оттянемся. - Отлично, но пиво тогда с Джоша. - легко хмыкает Маркус, в шутку чокаясь своей кружкой с чужими и делая пару глотков напитка, не обращая внимания на то, что там все ещё кипяток. Рид негромко посмеивается, ощущая как усталость и переживания отступают, потому что он не один в любом случае. К черту это все.

***

Time to be honest This time I'm pleading Please don't blow on it Cause I didn't mean it

В школе Ричард всё время был в своих мыслях, но это не было особо заметно, потому что парень всё равно ни с кем не общался, а на уроках его не спрашивали, учителя не сомневались в его знаниях, разве что пришлось договариваться об отсрочке сдачи доклада, который парень так и не дописал. По большей части парень думал о произошедшем, сказанном и о том как Гэвин да и он сам реагировали на слова друг друга, но все его размышления заходили в тупик. Сложно было сказать кто в этой ситуации был не прав, потому что каждый смотрел со своей точки зрения и когда брюнет задумался над этим, он стал больше понимать о реакции своего соулмейта. Рик сам не верил в "судьбу" и "родственную душу", но он не учёл, что Рид мог относиться к этому по другому. Он ведь не знал, почему Гэвин не пытался связаться с ним раньше и причина могла быть совсем не в том, что он не хочет быть связанным с человеком, который был ему предназначен. Возвращаясь домой Ричард думал о том, как ему стоит загладить свою вину за, вероятно, грубую шутку и вздохнув решил оставить эту мысль на потом. Сегодня он до неприличия много думает, а ему это явно не хочется. Стерн входит в пустую квартиру, понимая, что Коннор сейчас на смене в больнице и от этого сейчас даже легче. Брюнет сразу ушёл в свою комнату и сел за домашку, желая занять голову чем-то кроме длительных размышлений о собственном соулмейте. Закончив с уроками на завтра и злополучным докладом, парень упал на кровать и положил руки под голову, закрывая глаза. Уже изрядно вымотавшие его мысли вернулись с большей силой, заполняя собой всё пространство и на этот раз мысли о Гэвине прерывались мыслями о старике (возможно Ричард немного утрировал, ведь мужчина выглядел лет на 30), которого он вчера видел со своим братом. Кроме подозрения, что это может быть соулмейтом брата у Рика ее было ничего, ведь Коннор всегда мечтал найти свою родственную душу и не интересовался отношениями, не связанными с этим. Стерн даже немного злился, ведь совершенно ничего не знал о том, что сейчас происходило в жизни его старшего брата, который всеми силами его оберегает со смерти родителей. Тяжело вздохнув Ричард открыл глаза, приподнимаясь на локтях и нашарил на прикроватной тумбочке ручку. Надо было что-то написать, но Стерн не был уверен в том, что извиняться по "переписке" было всё же как-то неправильно, приглашать Рида в кафе как-то глупо и сделав ещё один шумный вдох, парень стал выводить буквы на руке. "Хочешь баночку пива?"

***