Bring Me to Life

В Илине Вэй Усянь испустил довольный вздох, прислонившись спиной к скале, тигренок мурлыкал на коленях, а сам он сидел на траве. Он нежно погладил мягкую шерсть Вэй Сяорана. — Нужно поблагодарить тестя за это прекрасное место, —рассеянно пробормотал он. —МММ. Лань Ванцзи сидел рядом с ним, не обращая внимания на пятна от травы на его белоснежных одеждах. Лань Мэй уселась на черный панцирь Вэй Аоцзяна, который счастливо сидел у Лань Ванцзи на бедрах. Лань Мэй терлась своей хорошенькой головкой о его руку, а Вэй Аоцзян требовал, чтобы его почесали под подбородком. Лань Ванцзи нежно посмотрел на Черную черепаху и Огненную птицу. Лань Цинъян и Вэй Канхуинин играли на траве перед ними, последний пытался обернуться вокруг первой. — Лань Чжань, Лань Чжань, — тихо позвал его Вэй Усянь. —Разве все это не чудесно? — МММ. — Интересно… — вздохнул он. — Интересно, это и есть настоящее счастье? — МММ. Вэй Усянь подвинулся ближе к Лань Ванцзи и положил голову на его плечо. — Лань Чжань, если я сейчас умру, то я умру самым счастливым человеком в мире. Лань Ванцзи напрягся, по-собственнически обнял его за плечи и притянул к себе. — Не говори о своей смерти, Вэй Ин, — прошептал он. — Без меня ты не умрешь. Вэй Усянь мягко улыбнулся и поцеловал его в шею, не удосужившись поднять взгляд. — Ты будешь жить со мной, пока мы не состаримся, не поседеем и скукожимся, окруженные нашими детьми, внуками и правнуками? Лань Ванцзи поцеловал его в волосы.  — Ничто не сделает меня счастливее. — И тогда мы вознесемся вместе? — Если ты этого хочешь. — Ты действительно любишь меня, Лань Чжань, не так ли? — МММ. — Почему? — МММ? — Почему ты любишь меня, Лань Чжань? — Не знаю, Вэй Ин. —Ты хочешь сказать, что любишь меня, хотя во мне нет ничего достойного любви? — Не принижай себя, Вэй Ин. Вэй Усянь покачал головой и поник. — На этот раз у меня получилось лучше, не так ли? Я не был таким бесполезным и никчемным, как раньше, да? Лань Ванцзи напрягся, явно недовольный. —Ты никогда не был никчемым или бесполезным, — твердо сказал он. Вэй Усянь мягко улыбнулся. — Ты слишком добр, Лань Чжань. Ты любишь меня, хотя для этого нет причин. — Мне нужна причина, чтобы любить тебя? — спросил Лань Ванцзи. — Я был влюблен в тебя задолго до того, как мог понять почему. Спрашивать меня, почему я люблю тебя, все равно что спрашивать, почему я дышу, Вэй Ин. Я не могу придумать причину. Вэй Усянь уставился на своего парня, пораженный немотой. По его щекам потекли слезы счастья. — Не плачь, Вэй Ин, — сказал Лань Ванцзи, расстроившись. — Ничего не могу поделать, Лань Чжань. Я слишком счастлив, — сказал ему Вэй Усянь. — О, мой дорогой, прекрасный Лань Чжань… Ты говоришь такие милые вещи! — Папа, сделай одолжение, поцелуй его, чтоб он не мог думать, — раздраженно сказала Лань Цинъян. Оба парня уставились на нее с возмущением. — Какую дрянь ты читаешь, А-Бао?! — потребовал ответ Вэй Усянь. — Только несколько твоих книжек с картинками, мама. Они были довольно интересными. Я не знала, что люди могут… — ВЭЙ ИН! —прогремел Лань Ванцзи. —Ой, —Вэй Усянь забормотал. Он сунул тигренка Лань Ванцзи. —А-Сяо, помурлыкай своему папе. Заставь его успокоиться. Вэй Сяоран с сомнением посмотрел на него. —Я только вчера родился, понимаешь? Все остальные дети от души посмеялись над тем, как быстро убежал Вэй Усянь. Лань Цижэнь поднял глаза, когда Лань Сичэнь и Мэн Яо ворвались в павильон библиотеки, затаив дыхание. — Что этот паршивец натворил? —спросил он их — Лань Мэй и Вэй Сяоран, —сказал Мэн Яо. Лань Цижэнь поднял бровь. — Из четырех божественных зверей — продолжил объяснять события в Ланьлине Мэн Яо. — Лань Цижэнь испустил жалобный стон. — Это отродье назвало тигра в честь волка. — Он немного повеселел. — Ванцзи назвал птицу Лань Мэй? Красивое имя. Он молодец.  Лань Сичэнь нежно улыбнулся: — Вэй Сяоран не самое плохое имя, учитывая другие имена, которые он придумал. — Верно, — сказал Лань Цижэнь. — Назвал божественного зверя в честь бога катастроф, назвать мечи «Какая разница» и «Ничто»… — он покачал головой. —Мальчик с каждым днем все больше и больше похож на свою мать. Я тебе говорил, что его мать однажды сбрила мне бородку? Глаза Лань Сичэня и Мэн Яо расширились, и они переглянулись. Надо ли говорить Вэй Усяню? Лань Цижэнь встал. — Ну, тогда мы должны навестить новорожденных. Я сообщу брату. Спустя несколько часов, Цинхэн-цзюнь, Лань Цижэнь, Лань Сичэнь и Мэн Яо были на пути в Илин. --- Взволнованные Цзян Чэн и Вэнь Нин точно так же объяснили события Цзян Фэнмяню и Мадам Юй. — Невыносимое дитя, — фыркнула мадам Юй. — Не навестить ли нам наших новых внуков, госпожа? —мягко спросил Цзян Фэнмянь, его нежные глаза искрились весельем. — Конечно,— сказала Мадам Юй. --- Не Минцзюэ, Не Хуайсан и Вэнь Цин были в Цинхэ, рассказывая свою историю главе ордена. — Божественный тигр признал тебя дядей? — Да, отец, — гордо сказал Не Минцзюэ. —Тогда мы должны навестить твоего племянника. Братья Не и Вэнь Цин обменялись улыбками. — Да, отец, — нетерпеливо сказал Не Хуайсан. --- Госпожа Цзинь вместе с Цзинь Цзысюанем и Цзян Яньли также направлялись в Илин. --- Вэй Усянь все еще убегал от Лань Ванцзи, когда наткнулся на массивный сундук, покрытый красными и белыми одеждами. Сильные мускулистые руки обхватили его, поддерживая. — Куда ты так спешишь, юное дитя санжэнь? — раздался над ним веселый голос. Кровь застыла в жилах Вэй Усяня, когда он поднял глаза, не нуждаясь в подтверждении того, кто обладал этим голосом. Вэнь Жохань ухмыльнулся ему. Позади него стояло около двух дюжин заклинателей. Вэй Усянь бился в его хватке. — Почему ты здесь? — прошипел он. Мысленно он обратился к своему старшему ребенку: — А-Бао, позови Лань Чжаня и отведи своих братьев и сестер в защищенный храм. Скажи Лань Чжаню, что он должен защищать тебя, пока не прибудет подкрепление. — Все дети позовите своих дядей: Вэнь Жохань здесь. Я постараюсь его удержать — Глупая мама, ты забыла, кто твои дети? — огрызнулась Лань Цинъян. — А-Бао, пожалуйста, я умоляю тебя. Дракон не ответил. На мгновение Вэй Усянь вспомнил свою первую жизнь, момент, когда мадам Юй бросила его и Цзян Чэна в лодку и отправила их в безопасное место. Теперь он понял, что она чувствовала. Его метка души горела. Он защитит свою семью, несмотря ни на что. — Я здесь только для того, чтобы отдать дань уважения божественным зверям, юное дите санжэнь. Я не хочу причинить вред ни тебе, ни твоим детям, — сказал Вэнь Жохань. — Вам здесь не рады, — огрызнулся Вэй Усянь.  — О, ты разбиваешь мне сердце, юноша. А я-то думал, мы так близки, — ошеломленно сказал Вэнь Жохань. — Отпусти меня, — кричал Вэй Усянь. Он ударил старшего мужчину, но Вэй Жохань просто рассмеялся. — Тебе действительно не надо быть таким злым, — сказал Вэнь Жохань. — Как я уже сказал, я пришел с миром. — Немедленно отпусти руку Вэй Ина, — раздался голос Лань Ванцзи. Его глаза вспыхнули голубым, и электричество потрескивало вокруг него, он сам был похож на божественное существо. Лань Цинъян, Вэй Аоцзян, Вэй Канхуинин, Лань Мэй и Вэй Сяоран стояли у него за спиной, каждый из них примерно в шесть раз больше, чем Вэй Усянь видел их всего несколько минут назад. Их глаза светились силой, и туманная аура позади них показывала их истинные божественные формы. Вэнь Жохань отпустил Вэй Усяня. — Великолепно! — воскликнул он, глядя на них. Он повернулся к Вэй Усяню с довольным выражением. — Молодец, юное дитя санжэнь. Ты действительно собрал их всех! — Все правильно, ты увидел их, — Сорвался Вэй Усянь. — А теперь уходи. Вэнь Жохань рассмеялся. — Посмотри на себя, такой свирепый, как тигрица, защищающая своих детенышей…но ты ведь и сам всего лишь детеныш, не так ли? — У меня достаточно материнских инстинктов, чтобы защитить своих детей от таких, как ты! — глаза Вэй Усяня покраснели и его кровожадность выросла настолько чтобы все, кроме Вэнь Жоханя, сделали шаг назад. — Какой великолепный ребенок, — пробормотал Вэнь Жохань, странная смесь жадности и безумия плясали в его глазах. — Нужно было оставить Цансе-санжэнь у себя. Вэй Усянь взорвался: — Не смей говорить о моей матери, сумасшедший убийца! Вэнь Жохань был яростно отброшен назад. Его приспешники ловко подхватили его и помогли встать. Глава ордена Вэнь радостно рассмеялся: — Какое фантастическое зрелище! Я люблю смотреть за твоей силой, дитя санжэнь. Покажи мне еще! Вэй Усянь огололил мечи. Белый металл Суйбянь и черный металл Мейю поблескивали в солнечном свете. Глаза Вэнь Жоханя расширились, когда он увидел черный клинок. —Что это? —Мейю, — сказал Вэй Усянь. — Ничего? — Его зовут Мэйю. Вэнь Жохань снова засмеялся. — Суйбянь и Мейю. Ты мне очень нравишься, дитя санжэнь. — Он снова посмотрел на черное лезвие. — Где ты его нашел? — На горе Сумеречный ручей. Вэнь Жохань глубокомысленно кивнул. — Я так и думал. Ты знаешь, ЧТО это за легендарный меч? Ты осознаешь его силу? — Я сочту ее достаточной, если это удержит тебя вдали от моей семьи, — плюнул Вэй Усянь. — Что здесь происходит? —прозвучал мягкий голос Цинхэн-цзюня, когда он и Лань Цижэнь приземлился рядом с Вэй Усянем. Лань Сичэнь и Мэн Яо немедленно отправились к Лань Ванцзи и божественным зверям. Мгновение спустя Цзян Фэнмянь и Мадам Юй приземлились по другую сторону Вэй Усяня, а Цзян Чэн и Вэнь Нин поспешили к Лань Ванцзи и их племянникам. Вэнь Жохань улыбнулся и поднял руки в примирительном жесте. — Я пришел с миром, Цинхэн-цзюнь, только чтобы отдать дань уважения божественным зверям. — А для этого нужно две дюжины человек, мастер Вэнь? —спросила госпожа Цзинь, садясь рядом с госпожой Юй. Глава ордена Цинхэ Не также прибыл и занял место рядом с Лань Цижэнем. Цзян Яньли, Цзинь Цзысюань, Вэнь Цин, Не Минэцзюэ и Не Хуайсан собрались вокруг Лань Ванцзи и божественных зверей. — Три главы ордена бросаются к тебе, как только ты в беде…неплохо, дитя саньжэнь, — сказал Вэнь Жохань. — Это заставляет меня хотеть тебя все больше и больше. Вэй Усянь зыркнул на него, и взрослые приблизились, готовые защитить его. — Убери мечи в ножны, мальчик, — почти ласково сказал Вэнь Жохань. — Как я уже сказал, сегодня я здесь не для того, чтобы сражаться. Я просто хотел бы поприветствовать божественных зверей должным образом. Вэй Усянь посмотрел на дядю Цзяня, который кивнул. Мадам Юй щелкнула Цзыдянем и кивнула, ее глаза свирепели. Затем он посмотрел на Цинхэн-цзюня, который также кивнул. Заверив их молчаливое обещание защиты, Вэй Усянь взглянул на Лань Ванцзи. Лань Ванцзи вложил Бичень в ножны и подошел. Божественные звери вернулись к своим миниатюрным формам и прыгнули в объятия своего дяди, который нес их Вэй Усяню. Вэй Усянь слегка расслабился, но из защитной стойки не вышел. Лань Ванцзи мягко положил руку ему на плечо, подталкивая его. — Это Лань Цинъян, наша старшая, — гордо сказал Вэй Усянь, когда Лань Сичэнь вышел вперед с Лань Цинъян, царственно восседавшей у него на плече. — Ты встречался с ней раньше. — Лазоревый дракон, — почтительно сказал Вэнь Жохань и вежливо поздоровался с ней. Императорским кивком головы она ответила на его приветствие. Ее голубые глаза были ясны и настойчивы, и Вэй Усянь спрятал улыбку. У А-Бао руки чешутся снова вырубить Вэнь Жоханя. Вэнь Жохань, казалось, понимал это и двигался очень осторожно. —А это близнецы Вэй Аоцзян и Вэй Канхуинин, — объявил Вэй Усянь, явно гордясь своими сыновьями. Цзян Чэн и Вэнь Нин выступили вперед. Вэй Аоцзян сидел на плече Цзян Чэна, а Вэй Канхуинин снова свободно обвился вокруг шеи Вэнь Нина. — Черная черепаха, — сказал Вэнь Жохань и поприветствовал их одного за другим, его манеры были безупречны. Его глаза расширились при виде Вэнь Нина. Вэй Аоцзянь и Вэй Канхуинин кивнули, принимая его приветствие. Однако их красные глаза не отрывались от главы Вэнь, и в них ясно читалось предостережение. — Удивительно видеть, как один из божественных зверей выбирает кого-то из моего Цишань Вэня в качестве второго стража, — сказал Вэнь Жохань, глядя прямо на Вэнь Нина. Вэнь Нин уставился задорно. — Моя сестра уже поставила условия нашего возвращения в Цишань Вэнь. До тех пор мы не твои. Вэнь Жохань посмотрел на Вэнь Цин, которая скрестила руки и слегка улыбнулась. Вэнь Жохань кивнул ей и повернулся к Вэй Усяню. — Я приму их в Цишань Вэнь, когда придет время, — сказал ему Вэнь Жохань. — Тебя это беспокоит? — Нет, если они захотят пойти с тобой по собственной воле. Они мои друзья: Вэнь Нин, на самом деле, мой лучший друг, поэтому мы всегда связаны независимо от того, где мы находимся, — сказал Вэй Усянь и посмотрел на Вэнь Жоханя, удерживая его взгляд. — Мне как-то довелось заглянуть в вашу книгу по индоктринации. В основном это был мусор, но были некоторые хорошие принципы, заложенные вашим основателем Вэнь Мао. Большинство ваших соплеменников, с которыми я имел несчастье встретиться, выродили эти принципы во имя Цишань Вэнь. Однако Вэнь Цин и Вэнь Нин этого не сделали и никогда не сделают. Если вы хотите спасти клан Вэнь от уничтожения, эти двое — ваша единственная надежда, мастер Вэнь. Вэнь Жохань заморгал от удивления. — Твоя пара разделяет эту точку зрения? —резко спросил он, глядя на Лань Ванцзи. — Да, — сказал Лань Ванцзи. — Я вижу, — сказал Вэнь Жохань, задумчиво потирая подбородок. —Так что если ваши друзья вернутся обратно в Цишань Вэнь и хорошо отнеслись бы к нему, вы сочли бы Цишань Вэнь союзником, и… Глаза Вэй Усяня сверкнули красным. — Это будет конец Цишань Вэня. — Я понимаю, что не все Вэнь подонки, но для тех, кого я люблю, я с радостью уничтожу всех, даже невинных. — Мэйю мрачно светилась в ножнах, и давление пальцев Лань Ванцзи на его плечо усилилось. Вэнь Жохань кивнул и спросил: —Продолжим? Вэй Усянь кивнул, его аура успокоилась. — Это наша прекрасная Лань Мэй, — похвастался он, когда Мэн Яо шагнул вперед с Лань Мэй на плече. — Красная птица, — Вэнь Жохань вежливо поприветствовал ее, извиняясь за старейшин, которые пытались добыть ее из Ланьлин. Лань Мэй взвизгнула в ответ, ее голубые глаза были мягче, чем у сестры, но не менее покровительственными. Вэнь Жохань любопытно взглянул на Мэн Яо. — Кто ты? — спросил он. Мэн Яо представился. — Ты носишь одежды Юньмэн Цзяна, носишь гусуланский амулет и выглядишь как Цзинь Гуаншань в ранние годы. Ты один из его бастардов? — Да, — ответил Мэн Яо, не отводя взгляда. Все ощетинились и Вэнь Жохань улыбнулся. — А, понятно. Прошу прощения, если обидел вас. Мен Яо небрежно пожал плечами. —Ты прав. Улыбка Вэнь Жоханя стала шире. — Это ты создал иллюзии из текстов Цзинь, на которые жаловались мои старейшины? Мэн Яо кивнул. Перед тем как Вэнь Жохань мог еще что-то сказать, Вэй Усянь жестикулировал, и Не Минцзюэ шагнул вперед с Вэй Сяораном в руках. Тигр открыто посмотрел на Вэнь Жоханя. — А это наш младший, Вэй Сяоран, — заявил Вэй Усянь. Он протянул руку и погладил котёнка по шерсти, и Вэй Сяоран замурлыкал. Глаза Вэнь Жоханя были немного испуганными, когда он пробормотал:  — Белый тигр, — и поприветствовал его. Вэй Сяоран в ответ щелкнул хвостом. Вэнь Жохань вернул глаза на Вэй Усяня. — Юное дитя саньжэнь, — сказал он. — Я очень впечатлен. Моя кровь поет, когда я вижу тебя. Я хочу, чтобы ты был рядом. Могу я обменять своих сыновей на тебя? —Нет, — сразу сказал Вэй Усянь. — Я дам тебе все, что захочешь. Просто иди ко мне. — в глазах Вэнь Жоханя опять светилось безумие. — Нет, — Вэй Усянь повторил, его голос звучал громко и ясно. — Тысячу раз нет. Вэнь Жохань рассмеялся. — Очень хорошо, дитя саньжэнь. Тогда я буду ждать тысячу и один раз. — Его глаза были напряжены, когда они уставились на Вэй Усяня. — Я хочу тебя, дитя, и ты будешь моим. Вэй Усянь поежился. — Я не позволю тебе и пальцем его тронуть, — мрачно сказал Лань Ванцзи, делая шаг вперед. Его глаза вспыхнули голубым, и голубые молнии собрались вокруг него. Вэнь Жохань маниакально рассмеялся, его глаза жадно поблескивали. — О. О! Ты тоже интересен, молодой мастер Лань... Спешно, Вэй Усянь толкнул Лань Ванцзи обратно. — Защити детей, — взмолился он. Лань Ванцзи неохотно отступил. Вэй Усянь бросил умоляющий взгляд на Лань Сичэня, Вэнь Нина и Цзян Чэна. — Держите Лань Чжаня подальше, — умолял он глазами. Лань Сичэнь, Вэнь Нин и Цзян Чэн кивнули, понимая его просьбу. Вэй Усянь повернулся и посмотрел на Вэнь Жоханя так, что он задрожал. Вэнь Жохань протянул руку, как если бы хотел прикоснуться к нему. Сразу, Цзян Фэнмянь и Цинхэн-цзюнь выплыли защищая Вэй Усяня, закрывая его от взгляда Вэнь Жоханя. Мадам Цзинь, Лань Цижэнь и глава ордена Цинхэ Не тоже вышли вперед. Мадам Юй отступила и потянула Вэй Усяня к себе, обнимая его. Пораженный этой нехарактерной для неё привязанностью и живыми воспоминаниями о разрушении Пристани Лотоса кланом Вэнь, захватившими его разум, Вэй Усянь потерял контроль над собой. Он зарылся лицом в ее мантию, беззвучные слезы текли по его лицу, плечи неудержимо дрожали. Мадам Юй нежно провела пальцами по его растрепанным волосам. — Умница, — прошептала она, отчего он заплакал еще сильнее. Смутно Вэй Усянь осознавал, что говорили Цинхэнь-цзюнь и Цзян Фэнмянь Вэнь Жоханю, и он ушел с веселым прощанием. Даже после того, как Вэнь Жохань ушел, мадам Юй не отпустила его, и Вэй Усянь прижался к ней, рыдая. Наконец, когда он слишком устал, чтобы даже плакать, она молча подняла его и прижала к груди, как маленького ребенка. Он положил голову ей на плечо и закрыл глаза. — С ним все в порядке, мама? — он слышал, как спросил Цзян Чэн. — Конечно, нет. Этот мерзкий ублюдок положил на него глаз, любой пришел бы в ужас, — сказала она сыну, гладя спину Вэй Усяня. — Ты молодец, Вэй Ин. — Она посмотрела на других детей, которые смотрели на него с беспокойством. — Все вы хорошо справились. Очень хорошо. — Она слегка улыбнулась. — Не волнуйся, он вернется, как только немного отдохнет. Лань Ванцзи, пойдем со мной. Остальные смотрите за внуками. Госпожа Юй взглянула на мужа. —Я поставлю барьер, — ответил он на ее невысказанную просьбу. —Я помогу, — предложил Цинхэнь-цзюнь. Она кивнула и ушла, неся Вэй Усяня, а Лань Ванцзи шел рядом с ней. Она остановилась на мгновение, глядя на болезненно стоическое лицо мальчика Лань. Потом вздохнула и свободной рукой погладила его по волосам. — Ты хорошо справился, — тихо сказала она. — Вэй Ин может быть таким счастливым и беззаботным, потому что у него есть ты, счастливое дитя. Я надеюсь, ты знаешь это. Глаза Лань Ванцзи подозрительно блеснули, и он наклонил голову, позволяя мадам Юй погладить его по волосам.