Я тоже умею смотреть

Лекс приехал сразу после обеда, едва Коля с Ви встали из-за стола. Впершись в столовую глыбой ледяного презрения, альфа в упор непонимающе уставился на сына и его няня. — Что вы делаете?! — изумился в голос. — Симон, в этом доме есть слуги!!! М-м-м… Ви прекрасно помнил про слуг и поприветствовал Господина Шарапова-старшего сдержанным кивком. — Именно так, за противоположные края, — омега тепло улыбался Коле, испуганно замершему со сложенными низкой стопочкой грязными тарелками в руках. — И не наклоняй — вилки соскользнут на пол. Авось не помрет альфенок-то, после еды за собой прибрать. Нечего гонять горничных понапрасну. — А зачем нам слуги? — парень небрежно пожал плечами. — Мы не инвалиды. Сейчас еще и посуду помоем на пару, верно, Коль? Мальчишка с энтузиазмом закивал, Лекс же побагровел и, кажется, пошатнулся. Альфа больше не выглядел замороженным манекеном — раздул красиво вырезанные ноздри, засопел и набычился. — Посу-уду-у? — протянул он неуверенно. — Ко-оля? Протестовал, в общем, внезапно оживший, пусть пока и негромко. Ви показал мужчине зубки и подтвердил с вовремя задушенным смешком: — Ага, Коля, посуду. Хочу поучить ребенка кухне. А вы возражаете? О да, Лекс возражал и, закаменев скулами, засопел отчетливей. — Никто в роду Шараповых не марается домашним хозяйством, — заявил, выпячивая одновременно грудь и подбородок, с выражением лица — я на баррикады. — Запрещаю. Ви повторно пожал плечами. — Ваш папи, — омега опустил глаза долу, изображая смирение, которого, естественно, не испытывал и в помине, — знаменитый ресторатор. Готовит фаршированных карпов — пальчики оближешь, доводилось пробовать как-то… Лекс упрямо тряхнул головой. — Ну ты сравнил, Симон, — мужчина попытался забрать у растерянно моргающего сына тарелки. — Шеф-повар и посудомойка… Воистину, все вы, омеги — безмозглые дырки, и языки у вас — помело… Коля быстро повернулся к гневающемуся на пустом месте отцу боком — на ковер с мелодичным звоном посыпались серебряные столовые приборы — и тарелок не отдал. — Мирей Леоныч моет посуду! — мальчишка тоже набычился — уменьшенная копия Лекса, только русая. — Я знаю! Я видел! Отя, отстань! Не мешай няню меня учить! Господин Шарапов-старший, похоже, не ожидал от собственного отпрыска столь решительного отпора. Озадаченно попялившись на альфенка сверху, мужчина сунул руки в карманы пиджака. — Симон не научит тебя ничему путному, — он опять оделся в ледяную, ненавистную Ви броню и излучал холод. — Оставь омежьи дела омегам, пожалуйста. Коля несогласно фыркнул. — Симон меня уже научил, — ребенок основательно уперся. — И распечатал мне на принтере классную книжку про муравьев! С картинками! Теперь читаем! Лекс прерывисто вздохнул раз, второй, третий… Дернул, сглатывая, кадыком и задом попятился из столовой, освобождая сыну проход в коридор. — Много прочитали? — мужчина не то, чтобы сдулся, скорее, слегка расслабился внутренне и капельку подобрел. Коля с гордостью ответил: семь страниц и прошествовал мимо отца с тарелками. — Симон, — бросил ребенок няню, удаляясь, властным, достойным настоящего хозяина тоном, — бегом подбери вилки и за мной. Дом большой, заблудишься! Ви исполнил указание с похвальной поспешностью, но покинуть столовую не сумел — Лекс перегородил дверной проем. Прислонившись широкой спиной к косяку, альфа сдержанно покусывал успевшую привлекательно припухнуть губу. — Что за книжка? — он смотрел на нахмурившегося психолога изучающе. — И кто на самом деле ее читал, ты или Коля? Сдвинуть мужчину с места, чтобы не покалечить, было нереально, и Ви вынужденно тормознул. — Мы читали по очереди, — омега сжал в кулаке поднятые столовые приборы. — Два абзаца — я, абзац — он. Коля читает просто отвратительно, путается в буквах. Работать и работать, ведь ему осенью в школу… Сузивший глаза в щелки Лекс весьма странно хмыкнул. Миг, и он посторонился, о чудо, молча. Освобожденный Ви, повинуясь внезапному импульсу, шаловливо подмигнул мужчине из-под очков и порскнул догонять воспитанника, затылком ощущая давящий взгляд альфы и обоняя запрещенные врачами апельсины.

***

Отпустив няня, Лекс еще немного постоял, истукан-истуканом, глядя ему вслед, сдержанно вздохнул и размашисто утер рукавом вспотевший лоб. — Ох, — мужчина, нервничая, возбужденно облизнул пересыхающие губы кончиком языка. — Варенье бы из тебя варить, блондинко. Бедолаге ужасно хотелось выпить. Заветная бутылка коньяка хранилась в кабинете, и, поразмышляв, альфа с отсутствующим видом направился туда. — Омеги, омеги, — бормотал он по дороге, — омеги… Заимел я в дом проблему, все помещения уже земляникой пропахли… Надо было брать Коле бету. Уволить Боне, что ли, от греха подальше? Пусть не смеет мне подмигивать! Привычные хвосты «шлюха» и «дырка» к Симоновой загадочно-строгой личности почему-то не прицеплялись, сколько Лекс не пытался их добавить — просто не поворачивался язык. Ну не ощущался новый Колин нянь ни шлюхой, ни давалкой направо и налево. Кусачее, гордое коротко стриженное существо с выразительными бровями-стрелочками и подвижным крупным ртом. Обладающее длинными прямыми ногами и упругой попкой. Ладная у парнишки фигурка, зря омега ее прячет под бесформенными джемперами. Очутившись в тишине кабинета, Лекс аккуратно прикрыл дверь, подумал и повернул в замке ключ — ненадолго отгородился от мирской суеты. — Чек с тремя нолями — и мой, — мрачно буркнул запершийся красавец в пространство, выкатывая из-за стола мягкое кожаное кресло на колесиках. Бухнулся в него и завис, подперев подбородок кулаком. Мужчина совершенно не представлял, как будет предлагать блондину сей чек. Вообще не представлял, чуя редко когда обманывающим инстинктом — вкусный омега не возьмет. Хотя нет — возьмет, но лишь для того, чтобы немедленно порвать бумажку в мелкие клочки. Еще и обматерит трехэтажно. — Где я видел и нюхал тебя раньше, Симон? — Лекс рассеянно моргал. — Мы определенно пересекались в прошлом. Вспомнить бы… Редкий омега так чисто, почти без посторонних примесей благоухает земляникой. — Нехозный, до сих пор не меченый, невероятно, — мужчина наклонился, выдвинул нижний ящик стола и достал початую квадратную бутылку с неброской коричневатой этикеткой. — А если и меченый, то давным-давно, альфячья вонь успела выветриться. Сворачивая пробку, он рассуждал сам с собой: — Непродажных омег нет. Одевается Симон бедненько, кроссовочки у него истопнанные… Единичка, три ноля, и наваждение рассеется. Оки, двойка и три ноля. Я не жадный. Максимум — тройка. Решив так, Лекс, не заморачиваясь бокалами, глотнул из горлышка и скривился — хапнул многовато крепкой жидкости, обожгло язык и небо. — Тьфу ты, — едва не подавившись, альфа уткнулся носом в кулак. — Причина смерти — захлебнулся коньяком. Идиотизм. В дверь негромко постучали, и он очнулся. — Кто? — спросил с раздражением, брякая бутылку на столешницу. — Я никого не вызывал! — и удивленно вскинулся, услышав в ответ приглушенный деревом двери низкий грудной голос: — Это я, Господин Шарапов. Отоприте на пару слов? Дело довольно срочное. Воистину, на ловца и зверь бежит. Лекс хищно оскалился, подскакивая с кресла, и метнулся впустить омегу. Чековая книжка во внутреннем кармане пиджака. Интересно, на сколько беременными станут за стеклами очков не оскверненные подводкой темные глаза Симона, когда парень увидит прописанную в чеке сумму, предлагаемую хозяином дома за оказание ему интимных услуг? — Проходи, — щелкнув замком, альфа привычно нацепил на лицо маску пренебрежительного высокомерия. Нянь без улыбки протянул через порог тощую стопочку принтерных листочков — книга про муравьев, не иначе. Подмышкой омега держал обычную школьную тетрадку в мягкой зеленой обложке. — Да проходи уже! — Лекс убрал руки за спину — не желал приобщаться к насекомым. — Чего застыл? Время — деньги. Симон чуть заметно приподнял уголки таящих соблазн пунцовых губ. — Коллективные разумы, — земляничный гад продолжал протягивать скрепленные бечевкой листочки. — Первая часть — муравьи, вторая — пчелы. А третья в очереди на распечатку, я уверен — не страдающие импотенцией альфы под именем Александр. Отчество и фамилию уточнять? Ась? Пораженный Лекс вылупился омеге в переносицу и замер, утратив дар речи. Симон телепат и читает мысли, да?! Фантастика рядом…