Долина Нила

      Открыв глаза, пес с трудом разглядел потолок и тканевые складки льняных штор. Голова до ужаса болела, хоть на стену лезь от боли, а сам пес лежал на мягких подушках и был укрыт какой-то дорогой светлой тканью. Нужно было видеть его глаза, когда он увидел перед собой Томаса. Пес дернулся и вжался, конечно же, от испуга, а не от радости. - Что это с тобой?.. - произнес Томас, держа в руках пиалу с водой и смотря на этого, на вид и так зашуганного, пса, - тебя не сильно избили? Говори лучше сразу и правду. - Я...это... - пес от испуга заикался и не мог пока что нормально разговаривать.       Томас протянул ему пиалу с водой, но тот даже не осмелился взять. - Не бойся, это не яд, я не хочу тебя травить, - успокаивал Томас этого и без того затравленного пса, тот взял пиалу своими дрожащими от слабости и страха лапками и стал из нее медленно пить. - Ты проснулся через 3 часа после того, как потерял сознание... как тебя зовут-то хоть? - Томас смотрел на этого песика, пьющего воду, будто не пил несколько лет под палящим солнцем. Тот всего лишь перестал пить и отдал пиалу Томасу, но говорить пока не решился. - Почему ты молчишь? Немой что ли?...       Тот покачал головой и хрипло сказал: - Я не немой... просто мне как-то не уютно говорить Вам свое имя... - Не бойся, здесь кроме тебя и меня ни души, - почти шепотом произнес Томас. - Ну... это... я Дитер, - смущенно ответил пес и опустил взгляд. - Забавное имя, а я Томас, - Томас с радостью и дружелюбием пожал ему лапку, и Дитера от шока передернуло. - Не бойся, не кусаюсь, - Томас обратил внимание на обеспокоенного Дитера.       Дитер попытался подняться, но при первой же попытке у него сильно закружилась голова и он передумал вставать, видать, сильно его охрана отмутузила. - Лежи, лежи, что бы еще хуже не стало, - быстро и чуть строго проговорил Томас. - Ну, вообще-то, так фараоны со знатями не ведут переговоры... Вы же почти Бог, а я обычное земное существо.. - Ты не обычное земное существо, ты даже очень милый песик, - улыбнулся Томас и, встав с пола, ушел из покоев.       Дитер сидел, не дергаясь, в шоке и небольшом смущении. Неужели его сам фараон назвал милым. Песик думал, что сошел с ума, и ему стали казаться какие-то пошлые странные вещи. Но это все еще начало для большой истории.

***

      Томас опять гулял по саду, пытаясь развеять плохие мысли. Он осматривал деревья, будто он видел их впервые, отчасти это правда, ведь в винограднике таких деревьев и быть не может.       Томас аккуратно касался стволов деревьев, как будто трогает хрупкий дорогой хрусталь и не хочет его разбить. Подойдя к пруду, он посмотрел в него, а затем скинул с себя повязку, передник, немес, снял сандалии и прыгнул в воду. Плавал этот котик вдоль берега, ныряя и выныривая, так он проплавал недолго, пока не услышал голос: - Владыка!       Изгнанному из знатей стало хуже! Он, похоже, потерял сознание. Томас понял, о ком идет речь, и как можно скорее подплыл к берегу, залез на него, быстро накинул на себя повязку, а передник, немес и сандалии схватил на руки и побежал во дворец, не замечая, что повязка от мокрых шерсти и волос стала влажной. Томас бежал изо всех сил в покои, прибежав, он бросил в угол вещи, которые он держал в руках и подбежал к Дитеру, вокруг которого столпились слуги и лекари, не понимавшие, что делать. Протиснувшись между ними, Томас подбежал к Дитеру и легонько его потряс. - Принесите кувшин холодной воды, быстро! - громко скомандовал Томас, и его приказ тут же исполнили, а он, недолго думая, вылил воду на Дитера, от чего тот быстро очнулся и начал осматриваться. - Очнулся. Неужели очнулся? - обрадовались лекари и слуги, - Это настоящее божественное волшебство, - все они посмотрели на Томаса. - Да нет, это обычная вода... - тихо сказал Томас и добавил, - а теперь оставьте нас наедине...       Те тихо удалились, оставив Дитера и Томаса одних. - Я вам очень благодарен, - полушепотом произнес Дитер, смотря в темные блестящие глаза Томаса, - взамен я могу вам что нибудь сделать. - Да нее, мне ничего не нужно, мне важно, чтобы ты был в хорошем состоянии, - тихо произнес Томас, кладя кувшин на пол, - хотя, у меня есть для тебя заманчивое предложение, только ты его потом узнаешь. - Буду только догадываться, - хихикнул Дитер.