Скульптор

Драко Малфой, сын Пожирателя смерти, осуждённый и оправданный отпрыск чистокровного рода волшебников, сунув руки в карманы маггловских джинсов, стоял у крыльца двухэтажного особняка, расположенного в пригороде Лондона. Он наблюдал, как нанятая им бригада рабочих сноровисто разгружает фургон, перенося вещи в его новый дом. Конечно, всё можно было сделать и за пару взмахов волшебной палочки, но он так давно жил среди магглов, кочуя по всему миру, что практически научился обходиться без магии. Как бы удивительно это ни звучало. Зато сводилась к минимуму возможность открыть волшебный мир тому, кому не следовало. Впрочем, родители… особенно отец, до сих пор не понимали, да и осуждали, чего уж там, его образ и «немагический» стиль жизни. Ну и к дракклам! В двадцать семь лет он имеет право жить так, как взбредёт в голову. С сыновьим послушанием он рассчитался много лет назад. С лихвой. К тому же куда ему торопиться? Вздохнув, Малфой откинул голову, взглянув в привычное… родное свинцовое небо. Рассматривая тяжёлые, неповоротливые облака, которые едва-едва ползли по небу, несмотря на все старания ветра, он осознал насколько соскучился. Глубоко вздохнув, Драко наполнил лёгкие запахом пыли, влажных камней, травы, горького смога, который тянулся шлейфом ещё на мили вокруг Лондона, и той самой, чуть терпкой свежестью, что веет перед грозой. Осень вступала в свои права, затягивая магическую и не только Британию завесой дождей. А Малфой-то надеялся, что ещё застанет хотя бы пару недель солнечных деньков. Но, видимо, не судьба. Мерлин… как же всё-таки долго он не был в Англии. Как же долго он не был дома… Восемь лет? Или уже прошли все девять? Время слишком быстро пронеслось. Казалось, только вчера он назло ненавистникам своей семьи и своим лично получал диплом об окончании Хогвартса из рук нового директора школы — Минервы МакГонагалл. Старая кошка, к её чести, оказалась более великодушна, чем её экс-подопечные из «львятника»… или просто статус обязывал, но она кроме поздравления даже одарила «презренного сынка Пожирателя» скупой улыбкой. Это, пожалуй, было единственным светлым воспоминанием того торжественного, но безрадостного дня. Потому что стоя тогда среди других побитых жизнью и войной сокурсников в наспех отреставрированном Большом зале, Драко как никогда ярко ощутил своё одиночество и статус парии даже среди других слизеринцев, старавшихся держаться от него подальше. Остальные: и учащиеся, и их родители — вовсе смотрели волком, стискивая пальцы на волшебных палочках и наверняка недоумевая, почему он не в Азкабане. И конечно, после не было никакого шикарного банкета в Малфой-мэноре, торжественных речей и чествования Драко. Не было ничего и никого. Родители на вручение не явились, так и не покинув Франции. Они решили, что и без их присутствия сыну придётся несладко, поэтому ограничились лишь письмом, присланным ему с совой. Там же, в письме, Драко нашёл и портключ, который должен был перенести его в родовое поместье, к ним... Но он им так и не воспользовался. У него были другие планы на жизнь. Драко усмехнулся, вспоминая свою эскападу и точку невозврата, когда решил жить так, как сам того пожелает, своим умом. Тем более принадлежавшая ему часть семейного капитала, предусмотрительно отложенная Нарциссой для него на личный счёт в Гринготтс, позволяла ему это. Когда вожделенный пергамент оказался у него в руках, не оглядываясь назад, Драко покинул территорию Хогвартса и аппарировал в Хогсмид, а уже оттуда, ранее заказанным портключом, — в Грецию… Почему именно туда? Там было тепло, имелась богатая история и никто не знал о Драко Малфое, так что удара в спину исподтишка не ожидалось. Ну, а после Греции были уже Испания, Германия, Россия, Китай… Кажется, он побывал во всех странах и на всех континентах, забрался во все уголки земного шара. Он искал вдохновение, он искал себя. Драко позволил жизни, как самому талантливому из скульпторов, отсечь всё лишнее, вылепить себя нового. И оно того стоило. Он путешествовал, учился, знакомился с новыми странами, культурами, людьми, магами и магглами, совершенствовался, а война, участником и свидетелем которой Драко стал, её ужасы и страхи, так искалечившие его душу, ушла в прошлое. Не забылась, нет, как и собственные ошибки и ошибки его семьи, но с ними можно было жить, не таская с собой как непосильный багаж. Стоит уточнить, что нет, он не стал абсолютно другим человеком, душкой или кем-то вроде хиппи, но к тому, что мир несовершенен, стал терпимее. Кочевая жизнь наглядно продемонстрировала, что с высокомерным гордецом, язвой и засранцем люди редко идут на контакт. Либо за деньги… либо за очень большие деньги! …Из размышлений Малфоя вырвал поток проклятий, чередуемых с бранью. Оказалось, пока он предавался воспоминаниям и ностальгировал, все вещи из фургона перекочевали в распахнутые двери особняка. Остался лишь последний груз, из самых недр автомобиля, и вот его едва не угробил неуклюжий рабочий. А Драко едва не поседел от ужаса. Мантикора всё задери, он совсем забыл! Инструменты! Работы! — Немедленно поставьте! — рыкнул Малфой. Может, чересчур громко и зло, или это просто стало неожиданностью для бедняги, раз тот вместо того, чтобы послушаться, вновь едва не выпустил свою ношу из рук. Уж неизвестно каким чудом, но сделав немыслимый рывок, словно маггловский Супермен, Драко лишь чудом успел подхватить коробку, прежде чем она расплющилась о камни дороги. — Пр… простите, сэр, — разом побледнев, забормотал мужчина и отшатнулся, встретив разъярённый взгляд серых глаз своего нанимателя. Раньше бы за подобный проступок маггла ждала как минимум яростная отповедь или ещё чего похлеще, столкнись он с тем Драко Малфоем, который считал, что все грязнокровки и магглы — это низшая ветвь человечества. Сейчас же Драко, ощупав и убедившись, что всё цело и в сохранности, вздохнул и медленно выдохнул, беря себя в руки, и сдержанно кивнул, принимая извинение. — Ничего. — Тогда мы закончили, мистер Малфой, — сказал старший из бригады и протянул ему планшет с ручкой. — Наши услуги уже оплачены, поэтому просто распишитесь, пожалуйста, что доставка ваших вещей и последующая разгрузка выполнены и вы не имеете к нам претензий. Вы ведь не имеете? — чуть нахмурился он, выжидательно уставившись на Драко. — Нет, не имею, — подтвердил тот, вздохнув и мысленно махнув рукой, ко всеобщему довольству, и кое-как, зажав под мышкой свою драгоценную ношу, поставил в нужной графе подпись. Вышло на его взгляд далеко не безупречно, но да дракклы с ним — сойдёт. — Благодарю. Доброго дня, сэр, — кивнул рабочий и, дав отмашку своим людям, оперативно загрузился вместе с ними в машину. А ещё спустя минуту та, мигнув габаритными огнями, скрылась за ближайшим поворотом, оставив Драко провожать её взглядом и клубы пыли медленно оседать в воздухе. — Что ж… время обживаться, — усмехнувшись, Малфой направился в дом. Он не знал, как всё сложится в будущем, но надеялся, что задержится в Англии надолго, если не навсегда.