Голодные игры

      Нас провезли по улицам города до самого яркого и запоминающегося здания, высокой белой башни с большими панорамными окнами и широкими балконами. Говорят, что каждый год, для новой игры строят новый жилой комплекс. Вот в прошлом году нам в телевизорах показывали стеклянное здание в чёрном цвете, а сейчас оно было белое.       Каждому дистрикту был положен свой этаж, нам достался десятый. Нас провели мимо нашего жилого здания и завели в соседнее, тут же разделяя с Китом. Меня раздели, и уложили на кожаную койку, несколько разодетых людей, назвавшихся - командой подготовки. Стыдясь наготы я прикрывалась тонкой тканью, которую мне выдали, разрешив использовать.       Сжимая зубы от боли я терпела дальше. Меня избавляли от лишних волос на теле с помощью липких лент. Хотелось завопить и убежать как можно дальше из этого места, хоть на саму арену, лишь бы больше не испытывали пыткой красоты. Дальше меня мыли и тёрли, повторяя всё по несколько раз.       Когда пытка закончилась, я наконец смогла спокойно выдохнуть. Команда подготовки передала меня главному стилисту. Корнелий был наряженным в ужасную кроя, трапециевидную тунику, мужчиной. На его голове покоился серо-зелёный парик заплетенный в крупную косу закреплённую на затылке, из неё торчали ветки покрашенные серебристой краской. Увидев его, я тысячный раз повторила про себя «теперь ясно, кто создавал все эти странные костюмы нашим трибутам». Каждый раз наши были либо ковбоями, либо голые и обклеенные соломой, либо одетые в мясницкий фартук.       Мужчина не стал церемониться с разговорами, сразу же приведя меня уютную гостиную и усадив на диванчик куда-то вышел. Продолжая закрываться единственным атрибутом одежды, повязав его вокруг себя, я решила подойти к окну чтобы рассмотреть этот необычный вечерний город, с россыпью звёзд на небе.       На глаза попадались высокие красочные здания, каждые из которых были индивидуальны по своему строению и цвету. Я никогда не видела в живую столь красивый вид, а этот камень из которых строили. У нас в дистрикте использовалась тонкая фанера сверху которой, были уложены листы железа. Зимой в наших лачугах было очень холодно, приходилось всю ночь стуча зубами кутаться с меховую дублёнку. Наверняка в местных многоэтажных высотках встроены обогреватели.       А вот опустив взгляд ниже я увидела прямую дорогу окружённую трибунами, не меньше, чем для нескольких тысяч людей. Заканчивалась эта длинная алея высоким зданием, чуть ниже того, в котором находилась сейчас, у него был симпатичный балкон с резными перилами. Именно там должен был стоять президент Сноу - правитель всего Панема. Всё было в огнях, празднично светясь и привлекая взгляд.       Только я хотела осмотреться вокруг, чтобы попытаться увидеть ещё хоть что-нибудь, как вернулся Корнелий с чемоданами и ещё двумя странно разодетыми капитолийцами - Познакомься с моими помощниками Олипом и Пласидой, они будут помогать мне наряжать тебя, - представил этих двоих мой стилист.       Мужчина с женщиной слегка наклонили голову и тут же начали раскрывать чемоданчики. Усадив меня, начали копошиться с моим лицом нанося разные краски и пудры. Корнелий в это время выходил снова, чтобы вернуться с костюмом, в котором меня и представят публике.       Я сильно удивилась, когда наконец на меня надели конечный наряд и пригласили к зеркалу. Работа этого года была намного лучше предыдущих. В волосах мне закрепили изящные, почти неощутимые рога газели, такие длинные и изогнутые. На теле чёрный блестящий корсет с шерстяной накидкой отливающей золотом, веки покрасили белым, добавив толстые чёрные кисти до самых ушей. Макияжем пытались повторить шёрстку на груди животного, которого я изображала. А вот ниже корсета ноги прикрывала прозрачная воздушная сеточка вместо юбки и под ней короткие шёрты. Обувью для меня были маленькие чёрные туфельки на тонком высоком каблуке, чтобы заместить мой низкий рост, хорошо, что мне не придётся ходить в них, а лишь постоять на колеснице, пока лошади будут везти меня.       Я стояла рассматривая себя в зеркале, тихо восхищаясь работой стилистов. - Это... просто восхитительно, - выдохнула я дотрагиваясь до начёсанных в высокий хвост волос, спускающимся вниз волнами.       Комплимент не прошёл мимо капитолийцев и они сдержанно улыбнулись, но радость в их глазах говорила за них самих. Явно, никто им ещё не говорил этого, особенно после костюмов на прошлогоднем параде.       Меня вели по коридору, когда я держась за стеночку пыталась быстрее идти, чтобы не потеряться. Стилисты почему-то даже не оборачивались, чтобы проверить идёт ли за ними их наряженный трибут. Плюнув на правила поведения я скинула неудобные туфли и взяв их в руку пошлёпала босиком по холодному каменному полу. Дома я всегда ходила босая, когда было тепло, чтобы холодный пол закалял.       Никто не увидел, что в руках у меня туфли, когда я догнала своих сопровождающих и мило улыбнулась. Хорошо, что в коридоре стояли лишь двое охранников не обращающих внимания на мои действия.       Наконец длинный коридор без окон закончился и мы вышли на ровную площадку в конце которой стена заканчивалась ярким светом софитов и криками радостных капитолийцев. Здесь была куча народа: трибуты со своими стилистами, миротворцы охранники; золотые колесницы запряжённые лоснящимися лошадьми полностью чёрными как ночь, привлекали внимания. Меня подвели к колеснице с цифрой десять сзади, а я проведя рукой по шерсти лошади, тихо ей шепнула, какая она красавица. Подняв взгляд я наконец встретилась с Китом.       Его разодели примерно так же как и меня, только закрепляв рога на плечах и тонкая сеточка имитирующая у меня юбку, была для него прозрачными штанами. Он смотрел себе под ноги, не реагируя на внешние звуки. Переборов себя, я встала рядом, не забывая вернуть туфли на положенное место и решилась спросить: « Кит, как у тебя дела? ». Мне даже не ответили взглядом, и я нервно отвернулась, пытаясь забыть тот стеклянный взгляд парня, который видела в поезде.       Где-то сверху послышался свист и первая колесница сдвинулась с места уезжая к ждущим зрителям. Корнелий тут же подскочил со своими помощниками, чтобы поправить наши с напарником, костюмы. Они закончили вовремя и отскочили, когда лошади бросились вслед дистрикту-9.       Глаза ослепили тысяча огоньков, а уши возгласы зрителей. Все кидали цветы и радостно хлопали в ладоши. Я не сдержалась и широко улыбнувшись подняла высоко руку маша громким людям, другой удерживаясь за края колесницы. На мой жест тут же ответили ещё громче, бросив в мою сторону несколько букетов, один из которых славировал прямо мне в руку. Я заметила своё лицо, которое транслировали на экранах по краям аллеи. И удивлённо вздохнула, когда все изображения сменились на девочку из последнего двенадцатого дистрикта. Она горела! И спина рядом стоящего пареня так же. Как такое было возможно?       Я от любопытства даже осмелилась немного обернуться назад, чтобы своими глазами увидеть это, но за одиннадцатыми ничего не было видно и я слегка огорчённо отвернулась обратно. Кит так и стоял не двигаясь, вцепившись руками в края. Пришлось улыбаться одной дальше, пока все лошади не начали останавливаться под знакомым балкончиком. Подняв взгляд я лицезрела знаменитого президента. Низкий, седовласый старичок с бородой и явными, глубокими морщинами, в обычном сером брючном костюме с закреплённой белой розой за сердце, стоял удерживаясь руками за резные перила. Когда все наконец остановились и голоса замолкли, он громко стал поздравлять всех с новой игрой, произнося праздничную речь.       От его умеренной речи шли мурашки по коже, будто от страха. Что-то в его голосе было угрожающим, заставляя нервно сжиматься душу, сворачиваясь с петлю. Посмотрев на других трибутов я не заметила такой же реакции, кроме одной. Всё та же вызвавшаяся девочка сжала руки и с вызовом смотрела на старика, как на врага. Меня это несомненно удивило, ведь так открыто смотреть с бесстрашием на создателя жутких игр было опасно, приравниваясь к мятежу или бунту.       Хорошо что нам лукаво, но быстро пообещали удачи и отправили обратно. Я уже жаждала снять наряд и улечься поскорее в кровать, если конечно же тут таковая имеется. Лошади нас довезли, и я наконец смогла слезть обратно на землю удерживаясь рукой, чтобы не распластаться на каменном полу. К нам сразу же подбежали Иви и Элитарий, хваля меня за правильное поведение и лишь молча смотря на не реагирующего парня. Его состояние всё больше начинало пугать меня. Сопровождающие обещая показать наконец наши комнаты с сытным поздним ужином в гостиной, пошли скорее вперёд, попросив следовать за ними.       Не пройдя и десяти шагов я всё же не устояла на высоких туфлях и приготовилась встретиться носом с полом. Чьи-то руки вовремя удержали меня, ловя прямо перед той самой встречей. Вот же мне повезло оступиться, нужно было сразу же снимать эту обувь, как только нас привезли, но уже поздно. По телу прошёл неожиданный разряд, будто меня ударило молнией, и я резко отстранилась от спасителя столкнувшись с зелёными, как свежая трава глазами.       Взлохмаченные рыжие волосы закреплённые золотым обручем, прикрытые зелёные смотрящие в упор глаза, резко очерчённая челюсть, высокие скулы, прямой нос, саркастическая ухмылка, высокий рост, да накаченное тело. Вот же повезло встретиться лицом к лицу с трибутом второго дистрикта - профи, или же просто машиной убийцей. Он поймал меня явно из-за своей моментальной реакции, которой, как мне рассказывали в байках, они и пользовались для уничтожения целей. Под взглядом такого человека становилось в разы страшнее, чем под взглядом разъярённого буйвола, готового пронзить своими рогами. - Вроде газель, а стоишь на копытах никак, - заметил профи приподняв бровь и незаметно улыбнувшись.       Не став дожидаться, пока на меня набросится золотой орёл, в костюм которого был наряжён парень, чтобы заклевать до смерти, я схватила на ходу обувь в руки и пошла быстрым шагом за Элитарием, который вот-вот исчез бы с моими знакомыми за поворотом. Иви увидев меня запыхавшуюся, спросила: « Что-то случилось? », но я лишь отмахнулась, считая эту мелкую сценку лишь своим небольшим страхом, из всех существовавших страхов. И поэтому отстав от меня, женщина решила нам рассказать весёлую историю о своём Параде трибутов, как она в костюме облепленном перьями встречала этот день.       Я впервые узнала, что такое лифт, и как на нём приятно ездить. Как тебя поднимает неведомая сила, а ты лишь наблюдаешь за всем из стеклянной капсулы держась за железный поручень. Мы наконец приехали на десятый этаж и молчаливые девушки в красных платьях открыли нам дверь, показывая роскошь комнат. Большая комната занимающая половину этажа, обставленная всевозможными красивыми и оригинальными штуками заставляла рассматривать её и восхищаться.       Когда меня отвели в отельную комнату, я и вовсе погладила плед на широкой кровати, какую никогда не видела и засмотрелась на стеклянную люстру блистающую ярче солнца. Иви перед тем, как закрыть дверь, с улыбкой сказала, что через пол часа я могу пойти поужинать. А я сразу же нашла дверь ведущую в ванную и радостно выдохнула, наконец смогу смыть весь этот макияж.       Прокрутив не меньше двадцати рычажков, я всё же смогла насладиться тёплой водой с пеной и закончив с водными процедурами впервые обмоталась в тёплый пушистый белоснежный халат, какой никогда не видела. Мне постучались в дверь, как раз когда я хотела выходить, приглашая к столу.       За ужином я съела совсем немного. Не смогла набить, ссохшийся от вечного голода, желудок и ответив на пару вопросов своих сопровождающих, воркующих о завтрашних тренировках, которые продлятся ровно три дня, отправилась спать. Я больше смогла терпеть и наконец выключив свет улеглась в кровать. Сон пришёл так же быстро, как и мысли о скорой смерти.       Взволнованное лицо матери, и быстрый шёпот отца пытающийся скорее рассказать, как вернуться домой. Холод подаренного железного браслета и его острые края режущие даже ветки дерева. Огонь сжигающий всё вокруг и смеющиеся лица смешавшиеся в общем гомоне радостных криков, похожих на предсмертный плач. Зелень блестящих глаз и полная темнота.