Жажда чужой теплоты: Heavenly paradise.

— Дочь, а завтрак? — прокричала Леоне, когда увидела мимо пробегавшую кровиночку. — Я на работе позавтракаю. Мне ещё нужно заехать домой! — впопыхах проговорила Кери. — Ждём тебя на ужин, — добавила Эбигейл. — Который будет в шесть, не опаздывай! — прокричала мать, услышав, как замок двери открывается, но ответа так и не поступило. Женщины вздохнули одновременно. — У них что-то произошло? Из-за нас? — опять блондинка разнервничалась. — Не знаю, Эбс. Не знаю... Вечер покажет, точнее время. Через полчаса спустилась Элайза. — Элиза, завтракать. — Мам, я уже опаздываю... — Меньше сексом нужно заниматься по утрам, тогда всё будете успевать. А то одна вылетела, как угорелая... Вторая не завтракает... Для кого мы тут вообще стараемся? — немного строго проговорила Дебнем. Ну кто-то же должен. Тем временем Эбигейл собрала контейнер с блинами и протянула его дочери. — В шесть ужин. — Мам... — вздохнула дочь, делая вид, что не слышала мать своей девушки. — Я работаю до девяти... — Отпросишься. Не придумали ещё такой работы, с которой невозможно было уйти, — кажется, Леоне взялась за воспитание и намекнула на то, что массаж подождет. Младшая блонди ничего не ответила той, поцеловала маму в щёку и ушла. — Ну вот... Теперь мы одни. Чем займёмся? Есть предложения, куда можно сходить? — спросила Дебнем, убирая всё со стола и начиная мыть посуду. — О, нет-нет. Я никуда не пойду. Я не выходила год из дому, только до такси в больницу и обратно, и сейчас не горю желанием выходить, — отнекивалась та, без устали отрицательно покачивая головой. — Давай лучше придумаем, что будет на ужин, Лео? Брюнетка нахмурилась: конечно, ей такой расклад не понравился. — На ужин мы и так придумаем, что заказать из ресторана, — хитро улыбнулась Леоне. — А вот выйти тебе со мной необходимо. Даже если мне придется силком тащить кого-то на улицу... Кстати, да, заметила, я посильнее буду? — Лео, ты наглеешь... — хмуро выдала блондинка. — А я всё думала, когда ты заметишь? — усмехнулась женщина. — Иногда нужно быть такой, а то вас, таких хрупких девочек, не растормошить. И я говорю не только о тебе, но и о своей дочери. Молодец, Элайза, растормошила, так растормошила. Раньше моя дочь была целиком и полностью помешана на себе, сейчас — нет. Вон, видишь, бесится от твоей дочки. Смеялась брюнетка, завершая последние детали в уборки завтрака. — Тогда сходим по магазинам. Я давно не обновляла свой гардероб... Подскажешь мне что-нибудь. Затем в маркет зайдём, холодильник опустошается: скоро и завтрак приготовить не из чего будет... — Из меня модельер, как и Элайзы актриса, — намекнула женщина как бы на неуклюжесть дочери. — А продукты покупает Элиза. — Оставь ты уже девочек в покое. Пусть поживут в своё удовольствие, ни о чём не беспокоясь. И... теперь есть я. Я и продукты куплю, и приготовлю, и если нужно и ванную наполню, — подмигнула Дебнем. — Одевайся, чтобы через пять минут была рядом с выходом. Проговорив, женщина вышла из кухни. Конечно, переодеться ей особо не во что было... Все вещи у дочери дома, но она всё же решила посетить ванную комнату. Ибо запах домохозяйки* женщину не устраивал. Эбигейл уже привыкала к такой самоуверенной женщине, которой всё сходило с рук и временами ей это даже нравилось. Она умела простыми словами заставить хотеть сделать то, на то, что, возможно, та никогда не бы решилась, ну или точно не в ближайший год. Чаще всего наглые люди — эгоисты, но это не про Дебнем: она как будто бы пыталась отдать частичку себя, таким образом проявляя заботу. При первой встрече это почти незаметно, а вот пообщавшись замечаешь это в каждом слове, в каждом жесте. Неужели она такая со всеми? Свои же мысли вызвали дискомфорт в груди блондинки. Ей невыносимо захотелось, чтобы та была такой только с ними... Кажется, Эбби уже сама мечтала о такой семье. Как быстро, за один единственный день, всё смешалось, всё перемешалось и встало на правильные места. И ещё, больше не было той лени, слабости, присущей больным. Тейлор хотелось блистать в прямом смысле. Иногда родные сестры не могут так поднять силу духа. Сестра... Мысленно примеряла это родство на себе блондинка. Невольно радуясь, ведь никогда у неё не было ни родных, ни сводных братьев и сестёр. Эбигейл надела классическое платье белоснежного цвета чуть ниже колен и спустилась вниз. Леоне заворожённо наблюдала, как та спускается по лестнице. Тонкий красный ремешок подчёркивал осиную талию, юбка-клеш «неприлично» прятала красивые ножки на высоких босоножках, типа лабутенов. А вырез платья открывал вид на ложбинку меж больших грудей. Женщина была великолепна — Дебнем невольно сглотнула. Да, секса у той не было больше восемнадцати лет, поэтому в любом случае заглядишься на такую красоту и в миг станешь лесбиянкой. Боже, как сейчас понимала мать свою дочь. — Пошли, — проговорила Леоне до ужаса низким голосом, разворачиваясь, открывая входную дверь и направляясь к своей машине. Тейлор нахмурилась, не понимая, почему вечный сарказм сменился угрюмостью, поэтому поспешила за подругой. — Лео, тебе не нравится? — Не нравится, не нравится... — бурчала себе под нос брюнетка. — Почему же? Наоборот. — Тогда почему ты убегаешь от меня? — Я не убегаю, а иду к своей машине. И что ещё я должна делать? — возмутилась та. — Подать мне руку и проводить до машины. А то я упаду с таких высоченных каблуков, — обе остановились, и Дебнем подошла, аккуратно подхватывая ту за локоть. Только этого мне не хватало... Взмолилась мысленно она к небесам. — И что теперь, мне водить тебя везде так, как маленькую? — женщины двинулись к машине. — Ну, не как маленькую, а как подругу. Это поддержка, даже в такой мелочи, — улыбнулась Эбби. — Договорились, Эбс. А мне нравится ход твоих мыслей! — Я вечером спрошу у Элайзы денег и отдам тебе, — проговорила радостно Эбигейл, когда получала свои покупки. Точно потратив месячную зарплату дочери, ибо брюнетка её привела в брендовые отделы одежды, аксессуаров. Но та не понимала. — Успокойся, Эбс. Это мой тебе подарок, — слегка улыбнувшись, женщина забирает и свои пакеты со стойки кассы. — Нет, мы расплатимся, — серьёзно ответила блондинка. — Мы никогда не были должниками и не будем. Дебнем открыла рот от удивления. Знала бы мать, каким путем достаются деньги её дочери. Но та была стабильно не готова к таким новостям, и пускай Элайза просвещает её сама, потому что женщина не хотела видеть слёз на щеках той. Как бы грустно это ни звучало, через неделю она уедет, и пускай все делают, что хотят. Как и было раньше. — Лео, а ты живёшь с Алисией? — поинтересовалась та, ибо мало знала об их семье. — Нет. Я живу в Сиднее, прилетела, так сказать, на недельку, познакомиться с девушкой дочери. Так как мне было очень уж интересно, кто смог зацепить мою неприступную... А в ходе событий и о предложении руки и сердца... — брюнетка хихикнула. — Мне захотелось познакомиться и с тобой. Ну, родители должны быть знакомы, так было всегда. Тем более если я бы не просветила тебя, думаю, они бы годами ходили и скрывали это от тебя. Боясь твоего плохого самочувствия. А я не молодая и хочу уже внуков. Думаю, и ты бы была не против. — Да... — коротко ответила Эбби, потому что расстроилась. Она-то думала, что подруга живёт в Лос-Анджелесе, что позволит им видеться каждый день. — Ты через неделю уедешь? — Угу. Но оставлю тебе свой номер телефона. Ты можешь всегда звонить, с поводом и без него. И я прилечу первым же рейсом, если что... — пыталась поддержать Тейлор. — Главное, не грусти, я всё сделаю. Обе матери были уткнутые лицами в ресторанное меню, так что печаль в глазах друг друга была не видна. А вот брюнетка смогла грусть вычислить по голосу. — Тогда ты просто должна погостить у нас, — воодушевлённо произнесла мать массажистки. — Мы друг друга получше узнаем, и дети будут при нас. — Как скажешь, Эбби, как скажешь, — соглашалась Леоне, пребывая хоть в маленькой, но радости. — Эбби? Это ты? Да тебя не узнать! Я бы даже сказал, что болезнь тебе к лицу. — Черный юмор, и обе оторвались от меню. — О, Маркус. Привет, — блондинка приподнялась, обнимая и приветствуя друга. — Приму это за комплимент. — А это он и был, — лыбился мужчина, приподнимая руки Эбигейл и прокрутив её единожды вокруг своей оси. — Ты же просто шикарна! Блондинка вспомнила всё же о подруге и опустила на неё свой взгляд. Та смотрела исподлобья, насупившись и хмуро прожигая мужчину глазами. — Это моя подруга, Леоне. — Маркус Кейн. Очень приятно, — протянул шатен с улыбкой. — Мисс Дебнем. И не отвлекайтесь, не обращайте на меня внимание. У вас так хорошо получается, — сразу начала женщина, не проявляя никакого дружелюбия. А оно ей нужно? Скрывать эмоции та не любила. — Я пойду сама определюсь с НАШИМ ужином. Проговорила, быстро испаряясь из общества двух. Мужчина почесал затылок. — Я что-то сказал не так, Эбби? — О, нет. Всё в порядке. Просто она сама по себе такая... — Хотя откуда ей знать? Но отмазаться нужно было. — Эбигейл, смотрю, вечер у тебя сегодня занят... Может, завтра? Составишь мне компанию? Поболтаем? — Это было приглашением на свидание, блондинка понимала намек. Да и Кейн всегда был в неё влюблён. Просто... сначала был Джейк (отец Элизы), затем её болезнь... — Я не против, — дала согласие, не раздумывая, та. По сути, сколько можно было быть одной? Лео уедет, да и дочь, может, в скором времени покинет её. — Тогда в пять? Я заеду. Ты всё там же живешь? — Да. Я буду готова к пяти. — Тогда до завтра, — мужчина обнял блондинку, оставляя короткий поцелуй на щеке, и покинул её. Эбигейл сразу начала искать глазами подругу, замечая её у барной стойки и совсем недобрые огоньки в её глазах, которые были направлены в её сторону. Блондинка вздохнула и села за столик назад. Всё равно время обеда. Подозвав официанта, сделала заказ. Леоне вернулась только через полчаса. — Что так долго оформляли заказ? — улыбнулась Тейлор, пытаясь сгладить общение. Хотя, что случилось, она так и не понимала. — Какая разница? — продолжая злиться, ответила брюнетка, чем напугала мать Элайзы. — Давай дожёвывай, и поехали домой. Заказ привезут через два часа. — Я наелась, — робко произнесла блондинка, замечая, как Дебнем лёгким движением руки подозвала официанта и быстро расплатилась.