Dragon's place: MobPsycho100

      Аратака замечает маленькую особенность за своим мастером.       У Шигео чувствительные руки. .       — Ты чего-то хочешь?       Хриплый после долгого молчания ленивый рык сбивает сердце с ритма. Аратака поднимает взгляд на лицо мужчины, но тот, словно и не он вовсе произнёс вопрос, продолжает набирать сообщение одной рукой. Развалившись в кресле и вытянув ноги, Шигео работает — консультирует Теруки, который сейчас в другом городе разбирается с простеньким призраком. Традиционная офисная атмосфера — с той лишь разницей, что они с мальчишкой одни и ради кусочка близости Шигео усаживает Аратаку себе на колени.       Обувь забыта у подножья, на плечи накинут гакуран. Щека прижимается к горячей, ровно вздымающейся груди. Мальчишке уютно.       Вторая рука вместо того, чтобы обнимать и придерживать мальчишку, покоится на острых коленках. Аратака пересчитывает костяшки. Невесомо очерчивает ногтем пястные кости, давит на подушечки. Массирует ладонь, периодически поглядывая на Шигео. Ждёт, когда на него обратят внимание.       И даже несмотря на то, что ждёт реакции, всё равно вздрагивает.       Аратака отстраняется, не выпуская ладонь Шигео из плена.       — У тебя… — с трудом шепчет Аратака. —…красивые руки.       Экран телефона гаснет. Шигео оглаживает скулу юноши заинтересованным взглядом. У того горят уши.       — Ты так думаешь?       В густой тишине Аратака прикладывает раскрытую пятерню к ладони Шигео. Мальчишеская ладонь, несмотря на угловатость формы и изящность когда-то сломанных пальцев, уступает мужской в ширине. Кончику среднего пальца до среднего пальца Шигео не хватает трёх-четырёх сантиметров. Аратака не уверен, что он когда-нибудь нагонит его.       — Думаю, — тихий выдох, — очень.       Ладонь съезжает ниже.       Кончики пальцев прослеживают едва различимые тропы вен. Рукав водолазки плотно облегает мышцы предплечья: кожа под тканью ещё чувствительнее.       Аратака медленно скользит пальцами вдоль кромки чёрной материи. Здесь, под рукой, чувствуются отголоски того ритма, что слышит мальчишка, стоит ему прислониться ухом к груди мужчины. Чуть тише. Чуть тактильнее.       Подушечки указательного и среднего пальцев сталкиваются с тканью, сминают её в складки — вскальзывают под защиту без сопротивления.       Сверху доносится грузный выдох. Аратака встречает чужие мурашки.       Треск стекла подрывает тишину, подобно бомбе с истёкшим таймером. Аратака вздрагивает всем телом. Дальняя стена озаряется ломким светом: утонув в тлеющем фейерверке, гаснет несчастный торшер.       Мальчишка не решается разжать ладонь.       Несколько секунд они оба смотрят в направлении светильника.       Зыбкое изумление мальчишки тревожит задумчивый голос:       — Пожалуй…       Шигео неспешно поворачивается к мальчишке. На дне зрачков сверкают те же искры.       —…это лучшая иллюстрация того, что ты со мной делаешь.       Аратака, вообще-то, не дышит. А юношеское упрямство всё равно заставляет выкашлять лёгкие вместе с заворожённым вопросом:       — Я делаю с тобой… что?       Рот сразу же накрывают ладонью. В сгибе между большим и указательным пальцами челюсть Аратаки помещается с педантичным совершенством.       Шигео, поглощая взглядом волнение мальчишки вперемешку с предвкушением, наклоняется к пылающему ушку.       — Сводишь с ума.