Химическая реакция

— О боже! Снова этот сон, это просто сон… — внезапно девушка очнулась ото сна, часто дыша. На ее глазах блестели слезы. Этот кошмар уже не первый раз тревожит ее, заставляя просыпаться посреди ночи в холодном поту и со слезами на глазах. — Что ж, пора успокоиться и собираться в школу, снова… Ненавижу школу… Кейси поднялась с кровати и, накинув на себя тонкий шелковистый халат, подошла к зеркалу. Пожалуй, этот сон не самым лучшим образом сказался на ее внешнем виде, о чем свидетельствовали синяки под глазами и опухшее лицо. — Охх, снова придется наносить тоналку на лицо, — к слову, она несильно любила краситься, не видела в этом смысла. Но именно в такие моменты она видела хоть какую-то пользу от тонального крема и прочих элементов косметики. Это все здорово может помочь после какой-нибудь истерики. Ей ли не знать? Причесавшись, Кейси пошла в ванную и, проделав все гигиенические процедуры, отправилась на кухню, чтобы в очередной раз, хотя бы на долю секунды увидеть лица дорогих родителей. Вероятно, это не имеет никакого значения, ведь она давно привыкла существовать в одиночестве, но что-то неосязаемое тянуло ее к ним, заставляло спешить по утрам, лишь бы вновь ощутить заботливое прикосновение матери к ее лицу, услышать ее голос, наверное, это надежда… Надежда, что еще не все потеряно и многое можно наверстать, но это лишь мечты, детские и такие несерьезные. — О, Кейси, ты проснулась, почему так рано? Я тебя разбудила? Прости, просто я так спешила, — тараторила женщина с весьма приятной внешностью и черными волосами, собранными в тугой конский хвост. Она бегала по всей квартире, собирая разного рода документы в свой кейс в то время, как ее муж сидел и спокойно доедал третий тост, припивая чаем. Его лицо выражало спокойствие и полную уверенность в себе. Впрочем, таким он всегда и был — безмятежным и надменным. Его общение с дочерью было куда скуднее. Они лишь перебрасывались сухими приветствиями, не более. Дерек не обращал внимания на свою дочь, как будто она ему неродная, как будто она не его… — Н-нет, не волнуйся мам. Мне просто захотелось сегодня встать пораньше, просто… Просто я скучаю… — Кейси сказала эту фразу излишне жалобным голосом, ведь передавала свои искренние чувства. На самом деле ей не часто выпадал шанс поговорить со своей мамой, как бы это ни было странно. Родители все время возвращались очень поздно, но еще чаще они уезжали в командировки на продолжительное время. Несмотря на такое мягкое отношение матери к Кейси, она не часто ей звонит по телефону, слишком занята, слишком мало времени, она забыла про собственную дочь… Оторвавшись от своих дел, Кеседи подошла к дочери и крепко ее обняла. — Ооо, я тоже люблю тебя, милая, но, — женщина взглянула на настенные часы, — прости, мне и Дереку пора на работу. Еще я хотела тебя предупредить о том, что сегодня мы уезжаем в командировку на две недели, я переведу деньги на твою карточку. Люблю тебя, — она обняла свою дочь, вырвала из рук мужа кусочек тоста и, съев его, отправилась на работу с Дереком. Эхх, как же это печально. Казалось бы у неё есть всё: деньги, комната и множество техники. Но ей не хватало главного — внимания. Ни друзей, ни родителей, ни-ко-го… Лишь бесконечное одиночество, это так печально… Но, собравшись с мыслями, Кейси присела на диван и еще раз повторила домашнее задание по химии. Она не знала, как этот учитель проверяет домашнее задание и, несмотря на то, что она всегда достаточно хорошо готовится к урокам, в этот раз волновалась, что может провалиться в самый неподходящий момент и зарекомендовать себя отнюдь не с самой лучшей стороны. После, она надела куртку и обулась, почувствовав некоторую влагу. Видимо, одежда не успела просохнуть после вчерашнего ливня. Закинув рюкзак за правое плечо, она отправилась в школу не в самом лучшем расположении духа. Новость об очередной командировке расстроила Кейси. Всю дорогу к школе она думала именно об этом, но придя, переключилась на урок биологии, который был первым по расписанию. На уроке биологии было, как всегда, скучно. Но, несмотря на это, Кейси внимательно слушала каждое слово, произнесенное учителем. На задних партах шушукались местные «звезды». С чего-то они считали своим долгом обсуждать каждое действие Кейси. Над ней подшучивали, но она старалась не обращать на это внимание. Это ей давалось достаточно легко, ведь девушка нашла в глубинах своей души целый мир, в котором пропадала часами. К тому же, у нее имеются лучшие друзья людей — книги. Они помогли ей многое пережить и исправно продолжают выполнять эту функцию. Тем не менее, где-то глубоко в душе, каждое дурное слово о ней, насмешка оставляют многочисленные порезы и, медленно, но верно, превращают плоть в месиво, кошмар… Также прошли и последующие уроки. А самым последним был урок химии. Вновь повторив домашнее задание у дверей, ведущих в класс, она закрыла книгу и последовала прямо в аудиторию. Звонок внезапно зазвонил прямо над головой девушки, чуть ли не оглушив ее, но Кейси спокойно проследовала к своей парте, не подавая виду. Она шла весьма элегантно и вела себя надменно, делая вид, что никого не замечает вокруг себя. Учитель уже сидел на своем месте и тщательно наблюдал за девушкой. Несомненно, он вспомнил ее. Это она была в кафе. Он смотрел прямо в ее серые глаза прожигающим взглядом, а она — в его, и, казалось, никого нет вокруг, никто не мог им помешать. Это сильное противостояние двух душ. — Мистер Эриксон, звонок уже прозвенел, пора начинать урок, — произнес один из учеников. Переведя свой взгляд на что-то иное, Дид повторил эту фразу слегка грустным и мрачноватым голосом: — Пора начинать урок… — это напрягло учеников, но учитель тут же оживился и начал вести урок. — Вчера мы прошли тему «Карбоновые кислоты», и, так как вы не какой-то обычный класс, а химико-биологический, мне наказали относиться к проверке домашнего задания крайне строго. Именно поэтому названные два человека расскажут нам, о чем говорится в этом параграфе, — ученики выдохнули, ибо ожидали каких-то более радикальных мер, — ну, а после, вы все напишите самостоятельную работу, — хор негодующих возгласов прошелся по всему классу, что Дид немедленно пресек. — Первым учеником, которого я вызову, будет… Кейси Джонс. Интересно проверить ваши знания. Если верить вашим оценкам, вы самая лучшая ученица в классе, докажите же это, я внимательно вас слушаю, — сказал учитель, разглядывая девушку с ног до головы своим надменным взглядом. — Хорошо, — сказала Кейси и начала пересказ всего параграфа. Капельки пота проступали на лбу. От такого гнетущего взгляда, она сильно волновалась, боялась ошибиться, облажаться в самый неподходящий момент. Но, переборов саму себя, Кейси рассказала все идеально, без единой запинки. — Ну что ж, пять, садись, — ответил он. Он был абсолютно спокоен, казалось, его не заботило ничего — смотрел перед собой, словно никого в нем не было. Это очень удивило и… разозлило, ведь всегда учителя мгновенно проникались любовью к ней, холили и лелеяли, как принцессу какую, а тут — абсолютное игнорирование. После Кейси еще несколько учеников были опрошены и с успехом получили по двойке. Сама же девушка недоумевала, весь урок она думала лишь об этом. В ее жизни, как правило, ничего особенного не происходило, но этот учитель… Возможно, он заставил ее что-то почувствовать, что-то реальное. Весь урок Кейси завороженно смотрела прямо на учителя, не отрывая глаз. Его глаза, они так прекрасны, сквозь них, сквозь все его хладнокровие можно увидеть невиданный интеллект и какую-то рану, боль… Он записывал разные химические цепочки на доске, объясняя новую тему. Как же он прекрасно это делал, все движения словно отточены после сотен репетиций. С некоторой периодичностью он поглядывал на девушку, замечая, что она прямо в упор глядит на него, как и многие другие девушки, что совершенно неудивительно. Все совершенно одинаково во всех школах, каждый раз одно и то же. На Кейси он смотрел изучающе, осознавая, что они чем-то похожи. Вероятно, своим хладнокровием снаружи и кипящей кровью внутри. Оттого-то она и вызвала у него интерес. Пожалуй, малый интерес, но и это в его случае дорого стоит. В таком спокойном ключе прошел весь урок. Школьница даже подскочила на месте от резкого звучания звонка. «Надо же было так задуматься о нем. Черт, черт, черт! Я не могу сделать этого, я не могу влюбиться, это не, это не я…» — Девушка как можно быстрее выскочила из класса и поспешила домой. Весь путь домой она думала об этом. Думала как убежать от этого, как спрятаться от собственных проблем, от себя. Внезапно в кармане провибрировал телефон, оповещая о новом сообщении. На экране высветилось имя матери Кейси: Привет, доча. Как дела, все в порядке? Вот так всегда. Каждый раз она пишет весточку, словно это имеет значение. Девушка попросту нажала кнопку блокировки и проследовала по школьным коридорам, желая попасть домой как можно раньше. Лишь там она могла скрыться ото всех, побыть наедине с собой.

***

В очередной раз девушка сидит в кафе и смиренно читает книгу, нервно качая ногой. Она все думала, придет ли в этот раз учитель в кафе, из-за чего абсолютно не могла сфокусироваться. Приходилось по нескольку раз перечитывать абзац, что раздражало девушку. Нервно отложив книгу в сторону, она начала пить капучино, глядя прямо в окно. Сладкий вкус резко прошелся по вкусовым рецепторам. За окном вновь шел дождь. Пожалуй, этот город является очень дождливым. Одних людей дождь жутко раздражал, а других же радовал почти каждый день. Разумеется, Кейси относится ко второй группе людей. В окне, за дорогой возвышались могущественные сосны, образуя таинственный и такой прекрасный лес. Как раз в этот момент слегка зазвенели колокольчики, оповещающие о приходе клиента. Это был он — учитель… В течение всего вечера они много смотрели друг на друга, словно соревнуясь. Через некоторое время девушка собрала вещи и вышла из кафе, провожаемая взглядом учителя.

***

Время шло, все было по-прежнему: девушка также ходила в кафе каждый вечер, и каждый вечер туда приходил учитель. Он стал появляться там немного раньше, поэтому девушка заранее замечала его в окнах кафе, а он ее. В школе он гораздо чаще стал обращать на нее внимание. Они словно становились ближе друг к другу лишь благодаря невербальному контакту. Они смотрели друг на друга, но, казалось, что могли коснуться душ друг друга. Все и вправду было также, за исключением одного «но»…