Safeguard

      Джек был благодарен за то, что пик течки Риза, казалось, прошёл, и он мог бездельничать, так как юноша больше не нуждался в его заботе. Не то чтобы ему не было весело, но, чёрт возьми, он не думал, что сможет устать только от секса, не говоря уже о том, что омегу требовалось поить и кормить. Испытание, которое он с удовольствием пережил бы снова и снова, было гораздо более изнурительным, чем он помнил.       Это натолкнуло его на мысль о том, что он стареет, которую он немедленно вытолкнул из головы, усмехаясь про себя. Он всё ещё был крутым убийцей бандитов, альфой в расцвете сил и по прежнему был лучше во всем, за что бы ни брался. Он очень гордился тем, что придерживался высоких стандартов в сексе. Вот и всё. Выкладывался по полной. Трудился до седьмого пота, не щадя себя. Да. Нет ничего плохого в том, чтобы делать всё как следует.       Глубоко спящий омега рядом с ним подтвердил бы это. Риз был самим воплощением удовлетворения, поэтому Джек не находил изъянов в своей логической цепочке. Альфа был просто очень предан вещам, которые он делал. Ага. Да и, в целом, это была приятная усталость.       Во сне Риз свернулся калачиком, лицом повернувшись к альфе. Его лоб коснулся груди мужчины, когда тот лежал на боку, наблюдая, как молодой человек спит. Тёплое дыхание коснулось кожи гендиректора, когда Джек положил руку на его бедро, поглаживая мягкую кожу. Милый маленький доверчивый омега… Очень горячий, надо сказать, когда дело касается секса.       Альфа оставил ему несколько засосов на шее и ключицах, они были более свежими на вид и куда более приятными, чем синяки на лице омеги. Джеку пришлось быть очень осторожным с этим, поскольку Риз полностью потерял голову. В настоящее время, однако, юноша не был настолько охвачен течкой, как несколько дней назад, и это несколько облегчало ему задачу. Тогда альфе приходилось сражаться за то, чтобы принести ему еду и воду, ведь всё, чего молодой человек хотел, — это секс, но теперь всё было более размеренным и менее проблемным.       Это было весело, конечно. У мужчины не было безумного секс-марафона уже очень давно, и он наслаждался тем, что запах омеги пробуждал в нём: чувствами, инстинктами, внутренним спокойствием и сосредоточенностью. Желанием поставить нужды омеги перед своими. Это было, на удивление,… Приятно. Приятно и чувствовалось правильным.       Джек ухмыльнулся, думая, как прошли последние двадцать четыре часа. Он легко трахал молодого человека на любой доступной поверхности в квартире. Дважды он брал его на диване, на кухонной стойке, напротив входной двери, когда омега обхватил его длинными, великолепными ногами, прося большего… О да, это воспоминание станет особенно милым его сердцу.       Молодой человек также оседлал его на полу рядом с журнальным столиком, потребовал, чтобы его трахнули в ванне, и Джек чуть не обзавелся колючками в своей заднице, когда они опрокинули маленький цветущий кактус, растущий у Риза на столе. Данное обстоятельство могло сделать эту течку абсолютно незабываемой. Кактус в заднице определенно был бы новым опытом для Джека.       Тихо спящий омега рядом с ним сильно отличался от того ненасытного существа, которым он был несколько часов назад. Они только недавно провели ещё несколько раундов, и казалось, что худшая часть течки закончилась. Похоже, он действительно неплохо отдохнул.       Джек погладил кожу омеги и поцеловал его в плечо, прислушиваясь к его дыханию и любуясь лицом юноши.       Риз был очень красив, несмотря на синяки на лице. Его ноги были потрясающе длинными, у него было набито гораздо больше татуировок, чем у Джека, а его кибернетические дополнения только делали его более уникальным. Не говоря уже о том, что он пах восхитительно. Альфа знал, что любая омега в течку будет хорошо пахнуть — это было общеизвестно — но он не мог вспомнить ни одного пахнущего так же хорошо, как этот. Как свежий дождь на горячем асфальте. Это было поразительно, захватывающе и обостряло все его чувства, заставляя сосредоточиться исключительно на юноше. Он находил Риза очаровательным.       Он задавался вопросом, насколько его интерес был вызван запахом омеги. Будет ли он так же нравится ему, когда течка закончится, и инстинкты отступят на второй план?       В любом случае, они не так много говорили за всё это время, чтобы он мог принять окончательное решение для себя, а в последние несколько часов и вовсе ограничивались короткими фразами и стонами.       Но Джек обнаружил, что мечтает о том, чтобы привести молодого человека в свой кабинет или иметь его на своих собственных роскошных простынях. Провести его через ещё одну течку, взяв на каждой поверхности пентхауса. Альфа подумал о длинных ногах омеги, обнимающих его талию, пока он сам удерживал бы его у того самого окна с потрясающим видом на Элпис, и хрипло зарычал.       Да, он очень хотел бы, чтобы этот омега провёл с ним ещё одну течку. И он не думал, что ему откажут, учитывая то, что он нашел в шкафу молодого человека. Джек обнаружил редкий плакат, изображающий его в натуральную величину, который висел на дверце шкафа. Сначала это его поразило, а потом заставило ухмыльнулся.       Постеры с лицом Джека, висящие во всех общественных местах Гелиоса, были чем-то весьма привычным. Он вспомнил, что такие же постеры висели в той кабинке, где он нашёл молодого человека, но не слишком много думал об этом. Он был генеральным директором, и, к тому же, красавчиком. Конечно, его лицо будет везде.       Однако, плакат в собственной квартире Риза (где он был спрятан как что-то постыдное) определённо говорил о многом. Этот постер был не похож на те, что были распространены на Гелиосе: он был более винтажным, сделанным несколько лет назад. Джек заметил, что некоторые части плаката были более потёртыми, чем другие. Видимо, омега периодически лапал его.       Плакат не был каким-то непристойным или сомнительным, но был сделан довольно давно и действительно нравился Джеку. Поза, в которой он был запечатлён, излучала дух силы и уверенности, несла в себе заряд сексуальности, власти и доминирования, привлекая внимание зрителей. Эти плакаты расходились как горячие пирожки, их было сложно найти сейчас. Ризу действительно удалось потешить его самолюбие. Может быть, он подпишет этот плакат для него.       Сейчас, когда его разум бодрствовал, и тело не хотело спать, он мог направить энергию на приготовление пищи. Прошло уже несколько часов с тех пор, как они в последний раз ели, а омега стал спать меньше теперь, когда худшее уже позади, поэтому им скоро понадобится еда. Это был подвиг, с которым Джек мог легко справиться.       Джек поцеловал омегу в висок, укрыл его одеялом и встал с кровати, чтобы оценить ущерб, нанесённый холодильнику молодого человека.       Они съели всю свежую еду, которая была у Риза, большую часть хлеба, консервированный тунец также давно исчез. Джек неохотно достал замороженные продукты, чтобы сделать хоть что-то пригодное для употребления в пищу. Может, ему стоит заказать доставку продуктов в квартиру? Ещё два дня, и даже замороженные продукты начнут выглядеть аппетитно. У него был телефон проверенного доставщика-беты, который всегда был довольно нейтрален. Вызвать его по этому адресу будет нетрудно.       Испуганный вопль привлёк внимание Джека и заставил его броситься обратно в спальню. Риз сидел с широко раскрытыми от страха глазами, тяжело дыша и вытирая слезы, когда альфа ворвался туда, настороже и готовый к бою. Разум подсказывал ему, что всё в порядке, но его тело хотело атаковать, а нос искал запах угрозы. Не найдя ничего, он подошёл к молодому человеку, после чего омега потянулся к нему, рыдая.       — Что такое? Ты в порядке? — спросил Джек, осматривая юношу и крепко обнимая дрожащего омегу. — Что-нибудь болит?       Риз покачал головой, практически вскарабкавшись на колени альфы, чтобы прижаться щекой к шее Джека, шумно вдыхая его запах и отчаянно нуждаясь в безопасности. Он по-прежнему дрожал.        — Я…это кошмар… — признался он тяжело дыша, слишком взволнованный, чтобы смущаться, постепенно возвращаясь в реальность. — И я… я не…       Джек с облегчением выдохнул.       — Ничто не может тебе навредить, пока я рядом, котёнок, — Джек обнимал его за талию, поглаживая по волосам. Он вдыхал запах юноши, в котором до сих пор ощущался страх, но в то же время и возбуждение, пока Риз ёрзал в его объятиях. Альфа обнимал его ещё несколько мгновений, нежно целуя и успокаивая крепко вцепившегося в него омегу, пока всхлипывания не прекратились полностью.       Риз начал умоляюще поглаживать альфу, прижимаясь к нему. Страхи из снов быстро ушли, вытесненные охватившим его желанием.       -…Пожалуйста?       — Я тебя понял, сладкий. Не волнуйся. Я с тобой.

***

      Риз лежал на груди Джека, крепко обнимая его. Он водил пальцами по плечу альфы, пока его нос был около шеи мужчины. Дыхание и сердцебиение омеги постепенно выравнивались, а запах гендиректора успокаивал и усыплял. Тепло и узел альфы, связавший их, позволяли Ризу чувствовать себя в безопасности, спокойным, умиротворённым и совершенно счастливым.       Джек поглаживал его по спине, наслаждаясь гладким, тёплым телом молодого человека, уютно устроившимся на его члене. Он довольно зарычал, когда юноша на нём застонал.       — Лучше?       — Хм…       Альфа поцеловал его в висок.       — Что снилось, сахарок?       Риз издал явно недовольный звук.       — Тсс … — Джек погладил его и снова поцеловал. — Ты не должен говорить. Не бери это в голову, сладкий.       — Нет, это… Это было… Я хотел… Я хотел, чтобы ты… чтобы …       Джек хмыкнул, когда Риз неосознанно сжался вокруг него. Он вздохнул от удовольствия. Не трудно было понять то, что до него пытались донести.       — Ты хотел мой узел, детка? Риз кивнул и крепче прижался к мужчине, вдыхая его запах и потирая ушибленный глаз.       — В начале это был ты… А потом нет. Это… Это… Он…       Альфа тихо зарычал, крепко обнимая молодого человека. Было несложно догадаться, что снилось омеге. Его синякам понадобится некоторое время, чтобы полностью исчезнуть, и кто знает, сколько для этого понадобится воспоминаниям.       Джек погладил его по волосам и поцеловал в висок, успокаивая.       — Я с тобой, поэтому не нужно думать ни о чём другом, кроме меня, котёнок. Ты в безопасности с Джеком. В абсолютной безопасности.       Риз удовлетворенно вздохнул, соглашаясь, и прикасаясь губами к коже Джека.       — Это точно.

***

      Даже спустя несколько часов Джек продолжал прокручивать в голове слова омеги, пребывая в состоянии холодной ярости. Он воображал самые различные сценарии произошедшего, и каждый из них был хуже предыдущего, что заставляло его сердце бешено биться, а кровь кипеть. У него было имя, лицо и видеозапись с тем человеком, что причинил боль омеге. Воспоминания о том, как испугался Риз, когда впервые столкнулся с Джеком, до сих пор заставляло его злиться.       Джеку не нужно было точное содержания сна: воображение помогло заполнить пробелы. Потрясённый и дрожащий голос Риза до сих пор крутился в голове у альфы. Таким образом, Джек сам не мог заснуть: он был слишком взволнован, его нога дёргалась под одеялом, когда он пытался заставить себя успокоиться, но всё, чего он хотел — это разорвать кого-то в клочья. Возможно, именно это он и должен сделать.       Он посмотрел на омегу рядом с ним, затем на свой коммуникатор: полдень, четверг. Отлично.       Он осторожно встал с кровати и нашёл свою одежду, морщась, поскольку она была совсем не свежей. Но это даже не плохо. Эту одежду, вероятно, нужно будет сжечь после того, как он закончит. И он даже не собирался возиться с душем, так как вскоре ему предстоит грязная работенка, и лишь лёгким движением руки привёл волосы в порядок. Его офису сегодня точно понадобится уборка.       Он посмотрел на омегу, думая о том, что собирается сделать. Его инстинкты буквально воевали друг с другом. С одной стороны, он хотел заботится об омеге, оставаясь с ним. Защищать территорию от любых угроз и быть рядом, чтобы удовлетворять эту прелесть, когда понадобится. С другой стороны, его охватила жажда крови, которая не исчезнет, пока он кого-то не убьёт, и это желание было равносильно защите омеги, на которую он в настоящее время претендовал. Существовала угроза его омеге, и он должен был уничтожить её.       Он предполагал, что после секса и кормежки Риз некоторое время был в отключке. Если верить наблюдениям Джека, пройдет около двух часов, прежде чем омеге понадобится что-нибудь.       Итак, Джек сможет уложиться даже в половину этого срока.       — Спи, детка, — сказал Джек шёпотом, прижимаясь губами к горячей коже омеги. — Я вернусь*.       Он запер молодого человека и направился через всю станцию в отдел, в котором он впервые столкнулся с омегой. Джек рычал на любого альфу, который оказывался слишком близко к нему, и большинство людей, как правило, предпочитали убираться с его пути. Он шёл уверенно, подгоняемый инстинктами, а его спина была напряжена. Ему было известно место, куда он направлялся. ________________________ * В оригинале I'll be back, т.е. возможно, что это отсылка на ставшую крылатой фразу из «Терминатора».

***

      Когда он ступил на порог офиса, в котором впервые побывал четыре дня назад, Джек сразу почувствовал запах. Ощущение множества омег в одном месте свалилось на него, как тонна кирпичей, и сразу же привлекло внимание.       Не то чтобы омеги как-то по-особенному пахли вне течки, но то, что он ощущал, заставляло его сердце биться чуть быстрее, гордо выпрямить спину и в целом чувствовать себя более хищно, и это было не связано с его недавним пребыванием у омеги в течке. Джек чувствовал себя настоящим альфой. Это было чувство, которое он испытывал, когда входил в конференц-зал Гипериона, собираясь встать во главе компании, или тогда, когда он раздавил Даль. Это был странный прилив мощи и силы, всплеск альфа-инстинктов. Квинтэссенция доминирования и чувства собственного превосходства.       Но сейчас он не захватывал корпорацию, не находился в бою. Джек стоял посреди обычного отдела, среди моря омег, и всё же он чувствовал себя невероятно возбуждённым, даже несмотря на причину его пребывания здесь. Это только вызывало ещё большую злость. Атмосфера, культивируемая здесь, была даже большей хернёй, чем он думал ранее. Интересно, как это влияло на омег? Наверняка, они были более покорными. Его мысли вернулись к Ризу, невольно вызывая низкое рычание. Он не мог дождаться встречи с мудаком, который правил этим королевством.       Его присутствие шокировало многих людей, которые там работали, при этом некоторые молчали, другие возбуждённо переговаривались. Само по себе присутствие альфы в их отделе было редкостью, а это был не кто иной, как сам Красавчик Джек, главный альфа. Почему он был здесь, внизу? Был ли это запланированный осмотр? Неужели хвастовство их босса было правдой, и это именно тот тип Гипериона, который Красавчик Джек лично одобрил бы? Почему он здесь?       Джек ловил обрывки разговоров, проходя через отдел, мимо рабочего места Риза, и отголосок его запаха доносился до него. Он бросил взгляд в кабину, заметив, что кто-то немного прибрался. По его спине пробежала волна предвкушения, пока он сжимал и разжимал кулаки, приближаясь к главному офису с табличкой с надписью «Трент Ховард». Один взгляд на это имя заставил его стиснуть зубы от множества образов, всплывающих у него в голове.       Джек открыл дверь офиса альфы, без колебаний заходя внутрь, удивив человека внутри и низкую рыжую омегу. Она отскочила от стола мужчины, как будто была благодарна за прерывание, и прошла мимо генерального директора, почтительно склонив голову перед альфой. На её лице определенно было облегчение. Запах страха, донёсшийся до Джека, когда она проходила мимо, только подстрекал его.       Ядовитая улыбка рассекла его лицо, когда он обратил внимание на взволнованного альфу на противоположной стороне комнаты. Мужчина казался шокированным.       — К-красавчик Джек! Сэр! Какая неожиданная честь! — мужчина со светлыми песочными волосами запнулся, смахивая воображаемые пылинки с одежды.       — Неужели? — спросил гендиректор, само его присутствие переполняло комнату и вводило другого альфу в оцепенение. Джек медленно подошел к столу, его тело дрожало от предвкушения.       Он изучающе осматривал альфу напротив с бешено колотящимся серцем. На рту мужчины остался шрам — рассекающий его губы, воспаленный, красный и всё ещё свежий — но края уже срослись, что означало его скорое исчезновение. Такое быстрое исцеление означало, что он использовал дорогую технологию Гипериона. Джек приходил в ярость, думая, что именно это и нужно было сделать его омеге. Юноша выглядел намного хуже, чем этот мудак.       Джеку приходилось прикладывать немало волевых усилий, чтобы не обхватить руками горло альфы и не бросить его через всю комнату. Стоя напротив мужчины он скомандовал одним лишь пальцем: «Вверх».       Альфа немедленно вскочил со стула, на котором сидел, и освободил место для Джека.       Джек плюхнулся на стул, наблюдая, как другой альфа нервно пытается понять, зачем он здесь, двигаясь к противоположной стороне стола. Даже при нормальных обстоятельсвах Джека бы раздражал этот запах, мускусный запах другого альфы, пропитавший все вокруг.       Но сейчас этот запах другого альфы, в то время как на нём самом оставался запах течки Риза — всё ещё свежий — и он инстинктивно воспринимал альф вокруг как конкурентов — а это был запах альфы, который пытался навязать себя Ризу — заставлял кровь Джека буквально кипеть.       Терпение, сказал он себе. Терпение.       Джек смотрел на другого альфу глазами, в которых плескалась опасность, чего тот, казалось, не замечал. Ещё одна оплошность в длинном списке грехов. Хотя он чувствовал запах Джека, это было ясно по тому, как вздрагивали его ноздри, и выглядел нервным и растерянным. Может быть, чувствовал Риза.       — Ч-что я могу сделать для вас, сэр? — мужчина казался взволнованным, потерял дар речи и был нелепо возбуждён присутствием генерального директора. Он не понимал, что его ждёт.       — В этом отделе определённо много омег, не так ли? — заявил Джек, сдержанно наблюдая за другим человеком. — Гораздо более высокая концентрация, чем во всех остальных отделах. Аромат действительно поражает, когда ты входишь сюда.       Другой альфа был удивлён и, по-видимому, доволен и слегка улыбнулся Джеку.       — Ну да, да. У нас их немало, — согласился другой альфа, задаваясь вопросом, не было ли это причиной визита. — Я думаю, что мой отдел является одним из самых дальновидных в вопросе найма омег во всем Гелиосе, сэр, — сказал он, как будто это было предметом гордости. — П-поэтому вы здесь?       Джек проигнорировал вопрос.       — Вы нанимаете в основном омег?       Вопрос прозвучал с осуждением, но мужчина неправильно понял то, что вкладывал в него Джек. Альфа подумал, что он был недоволен эндотипом рабочей силы. Джек же подразумевал, что это немного подозрительно. Видимо, этот альфа был, мягко сказать, не слишком сообразителен.       — Люди не отдают должное омегам, на мой взгляд, — осторожно сформулировал альфа напротив, понимая, что визит генерального директора состоялся из-за его отдела.       — Серьёзно?       — О, да, — подтвердил альфа, не понимая, что он собирается радостно выкопать собственную могилу. — Наша продуктивность довольно высока, надо сказать, — продолжил мужчина. — Их трудовая дисциплина с правильной мотивацией впечатляет.       Джек фыркнул без капли веселья. Должно быть, действительно легко создать «трудовую дисциплину», запугивая их с помощью биологии и не допуская перевода.       — Надо же.             — Надлежащим образом мотивированная омега — хороший работник. У нас прекрасный дух товарищества на этом этаже, — хвастался мужчина, начав предполагать, что Джек пришел из-за их уровня производительности. — Ни одного перевода. Вы можете проверить показатели, — сказал он с уверенным смешком. — Это образцовая система.       Джек наклонился вперед, пока он говорил.       — Знаешь, как я был удивлен этим, — начал Джек, его голос был обманчиво ровным и спокойным, в то время как его рука вцепилась в штанину с желанием раздавить / уничтожить / убить, убить, убить. — Я бы подумал, что это сильно снизит производительность, так как они все уходят в течку, — сказал Джек, наблюдая за мужчиной, пока его пальцы судорожно сжимались. — Больше омег означает больше отпусков.       — О, нет, сэр, скорее наоборот, — засмеялся мужчина, не замечая рычания, вырывающегося из горла Джека. — Они знают, что у них будет течка, которая снизит производительность, что только заставляет их работать намного усерднее, пока они здесь, — его улыбка раздражала Джека, но альфа продолжал. — На самом деле, я обнаружил, что после течки омеги до смерти хотят вернуться к работе. Отдохнуть от постельного режима, если вы понимаете о чем я, — он грубо рассмеялся. Пальцы Джека впились в его бедро.- От работы здесь они хотят стабильности и перспектив. Мои омеги…       —Твои омеги?       Он засмеялся и отмахнулся от этого, как от простой оговорки.       — Ну, так как я здесь главный альфа, мои сотрудники… — он быстро стёр с лица заговорщицкую ухмылку, которая вызвала у Джека рычание. — … должным образом мотивированы, чтобы хорошо делать свою работу. Цифры не дадут солгать. На омег хорошо действует авторитет альфы, — человек доверился Джеку, как будто они были друзьями или, что еще хуже, равны. Джек едва сдерживал рычание, которое рвалось из его горла.       Человек продолжал нахваливать себя, пока Джек размышлял о том, что он хотел сделать больше всего с напрасной тратой пространства перед ним. Пули для него - это слишком быстро. Задушить? Мало крови, но зато заткнёт его. Возможно, и то и другое? Он определённо собирался поставить ему синяки, которые красовались на лице Риза. Сможет ли он быть достаточно сдержанным для пыток? Его инстинкты требовали крови, крови, крови в течение нескольких дней.       -…они берут отпуск и возвращаются свежими, желая угождать после отсутствия. Проще простого.       — Проще простого, ха?       — Да, сэр. Омеги хотят, чтобы альфа взял на себя ответственность. Это часть их природы, это заложенно в генах. Уверен, мне не нужно говорить об этом вам, — Джек только смотрел на мужчину, который не знал, когда заткнуться. — Я просто использую это инстинктивное побуждение в своих интересах.       Джек не знал, как он удержался от того, чтобы броситься через весь стол, а вместо этого плавно встал со стула и обошел стол спокойно и собранно. Когда он приблизился, его терпение уже висело на волоске.       — Это то, что ты сделал с Ризом?       — С кем?       — С омегой, до которого ты домогался четыре ночи назад, — проворчал Джек, подходя ближе. — Тот, от которого ты хотел «доказательств» течки.       Внезапное осознание отразилось на лице мужчины, но даже когда всё стало ясно, он продолжал строить из себя идиота, глядя на камеры.       — Я не знаю, что вы …       — Ты регулярно терроризируешь своих подчинённых, приставая к ним?       Джек оскалился, и, казалось, другой альфа начинал понимать всю опасность происходящего. Он повернулся спиной к Джеку, словно пытаясь сбежать. Это был неправильный ход.       Джек сильно ударил мужчину сзади по колену, прежде чем он смог уйти далеко, и тот с грохотом упал на пол, издав крик боли и удивления. Затем Джек достал пистолет, привязанный к бедру, и выстрелил ему в ногу, чтобы удержать на месте.       Это была не смертельная рана: если он попадет к врачу, то сможет полностью вылечится, если не истечет кровью ещё до этого, конечно. Но Джек не допустит такого развития событий. Мужчина кричал от боли на полу, схватившись за ногу, а Джек кружил вокруг него, словно чувствуя запах добычи.       — Камеры здесь работают? — Джек получил в ответ только хныканье. Он пнул ногу мужчины, заставив того завыть от боли, и повторил вопрос.       — Д-да, — всхлипнул мужчина от страха, сжимая рану, из которой на пол лилась кровь.       — И ты выключаешь их, когда здесь омега, не так ли? Держу пари, что они сейчас выключены, — зарычал Джек, у которого пальцы чесались от желания взять пистолет, раздумывая, хочет ли он всадить в этого человека ещё одну пулю.       Альфа не ответил на его вопрос, и Джек присел на корточки возле мужчины, после чего вонзил свой палец в рану, оставленную пулей, заставляя его выть от боли.       — ДА! ДА, ОНИ ВЫКЛЮЧЕНЫ!       Джек убрал руку, держа в другой своё оружие, и зарычал, не мигая.       — Ты трахал его?       Мужчина заикался, умоляя Джека и пытаясь сказать, что это все недоразумение. Генеральный директор взял его за шею, сжимая, заставляя смотреть в свои пугающие, дикие глаза.       — Я спросил, — тихо зарычал Джек, и его голос был по-настоящему убийственным.- Ты. Трахал. Его?       — К-кого? — обречённо спросил другой альфа, только усилив ярость Джека. Тот факт, что ему требовалось уточнение, говорил о множестве совершенных этим мужчиной проступков. Мысль о том, сколько своих сотрудников он, должно быть, трахнул, заставила его зарычать.       — Того, кто оставил тебе это, — Джек схватил его за подбородок рукой, красной от крови. Напуганные глаза расширились, когда альфа понял, что генеральный директор говорит о шраме.       — Чт… его? Нет, нет, не его, нет, — быстро ответил мужчина, надеясь на милосердие, хотя в глубине души знал, что его не будет. — Если бы он просто позволил…       Джек не дал ему закончить, впечатав кулак в лицо мужчины. Тупой звук удара по черепу был отвратителен, а кольца Джека оставили глубокие кровавые порезы на его теле. Альфа закричал от боли, осознание того, что его собираются убить, наконец-то пришло, и он попытался сопротивляться, когда Джек замахивался для второго удара.       Джек не чувствовал ни укусов, ни пинков, ни слабых ударов, которыми альфа пытался оттолкнуть его, пока бил мужчину по лицу, разбрызгивая по всему кабинету кровавые капли. Даже если бы этот мужчина не был ослаблен пулевым ранением, на стороне Джека была сила и дикая ярость альфы, устраняющего угрозу своего омеги.       Джек месил лицо мужчины под тошнотворные стоны и вопли, называя его отбросом, сволочью, мразью, не заслуживающей жизни. А когда этого стало недостаточно, его руки полностью обхватили горло альфы, сжимая его, наслаждаясь предсмертными хрипами и булькающей кровью. Он, наверное, в ярости что-то раздавил, потому что брызги крови на мгновение окрасили стену, пока давление не прекратилось.       Человек давно перестал двигаться, превратившись в бесполезную мясную куклу, но Джек не мог остановится. К тому времени, когда он понял, что куча плоти под ним давно мертва, а угроза полностью уничтожена, весь кабинет окрасился в разные оттенки красного.       Он уселся на корточки, тяжело дыша и с бешено бьющимся в груди сердцем. Он всё ещё злился — злился, что не может снова убить этот кусок дерьма из-за всех страданий, которые он причинил Ризу и бесчисленному количеству других омег, но был удовлетворён кровью вокруг и болью в руках. Было жарко, грязно, пахло медью, и какая-то животная часть гендиректора была довольна.       Его инстинкты пели от того, что он защитил свою омегу, уничтожив конкурента. Он взял себя в руки, хотя тело ещё немного дрожало от адреналина. Альфа гордо осмотрел беспорядок, чувсвуя себя просто отлично.       По всему офису была кровь, а кусочки плоти прилипли к ближайшей стене, даже его ботинки были забрызганы всем этим и оставляли после себя красные следы на полу. Собственно, на нём самом крови было не меньше, чем в хаосе вокруг. Это было просто великолепно. Не было видно единого источника происходившего здесь насилия, поскольку другой альфа пытался убежать от него (и с треском провалился), больше было похоже на кровавый дождик, вызванный Джеком.       Джек покинул кабинет, полностью пропитанный кровью, люди прыгали прочь с его пути или визжали от страха и шока. Омеге, которая совершила ошибку, встретившись с альфой глазами, было поручено вызвать уборщиков. Или команду уборщиков. После этого Джек продолжил путь, оставляя за собой кровавый след.       Он размышлял про себя о новом дизайне, который преобрёл после него офис, и о том, чего он достиг. Картина, которая ожидала там уборщиков, вовсе не была приятной. Им стоит начать со швабры, или даже трёх швабр. Потребуется много отбеливателя и бумажных полотенец. Может быть, ведро вместо сумки для тела. Это было не самое чистое его убийство и довольно плохо спланированное. Однако, он думал, что Риз будет доволен новой формой своего старого босса.       Теперь, когда дело было сделано, альфа не хотел ничего, кроме как пойти и обнять ту милую маленькую омегу, которую он оставил спать в постели. Мысли о насилии в его голове постепенно менялись на мысли о сексе. Это было приятное изменение.       Он чувствовал, что обеспечил безопасность юноши, что сделал что-то очень-очень правильное. Гордость из-за достижения цели билась в его груди на самом примитивном уровне. Никто не станет оспаривать его право на омегу или угрожать ей. Джек собирался вернуться в ту квартиру и снова почувствовать запах юноши. Ризи был в безопасности. Угроза исчезла, Ризи был там, и Ризи был в безопасности.       Джек подошёл к своему кабинету, чтобы принять душ, и в первый раз за неделю переоделся в свежую одежду, прежде чем вернуться в дом омеги. Он тихо вошел в квартиру молодого человека, запах секса и возбуждения Риза тяжело висел в воздухе, который он жадно вдыхал. Здесь было только спокойствие, омега не знал о его незначительном отсутствии и крупном убийстве. Это было хорошее место, безопасное место; место, чтобы полностью слиться с омегой и держать его как можно ближе к себе. Риз спал на спине. Джек усмехнулся, быстро снял с себя чистую одежду, скользнул под одеяло и притянул к себе молодого человека. Омега сонно прижался к нему и через несколько минут снова погрузился в сон.       Джек наблюдал за его спящим лицом, слегка приоткрытими губами, сонным дыханием, грязными прядями волос на лице. Это была милая картина. Джек лизнул его, ощущая вкус его возбуждения на языке, чувствуя необычайное спокойствие от того, что он сделал. Его облизывания превратились в целомудренные поцелуи, а затем он успокоился, чтобы обнять юношу, защищая его от всего мира.       Риз был и будет в безопасности. Альфа почувствовал, как в нём успокаивается пламя, что раньше полыхало гневом. Он провёл рукой по волосам молодого человека и прижал его голову к своей груди. Он глубоко вдохнул запах юноши, желая немного отдохнуть после выполненной задачи.       — … снилось, что ты ушёл, — донеслось до него сонное хныканье Риза.       Джек посмотрел вниз, удивлённый, что молодой человек проснулся. Омега пристально смотрел на него. Джек поцеловал его в нос и погладил по волосам руками, которыми час назад убивал.       — И оставил бы эту милую попку? — Джек поцеловал омегу, ухмыляясь в ответ на полусонную улыбку Риза.       Молодой человек подполз ближе к нему, целуя шею Джека, прежде чем мужчина завладел его губами. Вместо того, чтобы снова уснуть, он пошёл дальше, лаская омегу и подогревая его желание. Тот просил больше поцелуев, больше прикосновений, просил язык Джека на себе, и, в конце концов, его узел.       Джек не тратил времени впустую, старательно, правильно и тщательно выполняя каждое из желаний омеги. Джек не был бы собой, если бы не отдавался полностью своему делу.