Кукловод

- Так, сын, дави на тормоз. Я ничего не понимаю! Кто звонил-то? - Я скажу так: завтра я иду этим человеком гулять. Посидишь с Лизи? - Ты для начала скажи с кем! - Да пап! Я, может быть, потом расскажу, ладно? – ненавижу допросы подобного рода. Папа начинает пытать меня, словно я маленький, а мне ведь уже 25. - Нет! – отец повысил голос. Стукнув по столу с такой силой, что я дернулся. – Я хочу знать сейчас! С тобой твориться что-то не то! Я же вижу. Ты где-то пропадаешь, но не говоришь куда. – Он глубоко вдохнул, а я застыл, как статуя. Не мог пошевелиться. Я давно не слышал, чтобы отец орал. Орал на меня. Было больно. Замечаю растерянный и испуганный взгляд дочери. Она вжалась в диван, боясь пошевелиться, сказать слово. – Извини, Том… Я не знаю, почему на кричал… Извини, ладно? – он поднял глаза на меня. Глаза, в который была обида, выраженная застывшими слезами. Не могу поверить в то, что папа стал настолько нервным, раздражительным, сентиментальным и обидчивым. Он постарел. - Забудь, пап, - вяло улыбаюсь ему. Ни у меня, ни у Лизи настроения не было. Оно бесследно ушло, растворилось. – Я сейчас расскажу, если ты хочешь, конечно, - будет лучше, если Лизи не услышит об этом. Поэтому, я попросил её сходить в ванную и расстелить постель, а потом лежать и смотреть мультики с Сириусом, дожидаясь меня вместе с печеньем и молоком. Она только кивнула и послушно удалилась. - Знаешь, па, - начал я, закрывая двери за дочерью, - ты лучше сядь и водичку возьми или нет, сразу, коньяка или русской водки. - Все настолько серьёзно? – спокойно произносит он, доставая бутылку виски «Джек Дэниэлс» из бара. Я подаю ему тумблер. Может, и себе тоже взять? Беру себе тоже. - Да, настолько, - сразу наливаю виски и, выпив, прикусываю кулак. – Я сейчас буду тебе рассказывать, только не перебивай меня, пожалуйста. Пообещай мне это. И не падай обморок, прошу! Просто выслушай. После все вопросы. - Хорошо. Я обещаю тебя не перебивать. Только ты не нервничай. - Мне тяжело на этом говорить, поэтому откладывал наш разговор, но я должен рассказать. - Шумно выдыхаю, собираясь с мыслями. Говорить от этом с отцом, он не приятно. Ведь он может изменить своё мнение обо мне. - Мне было 17, я ещё жил с тобой. Помнишь? - в ответ кивок. - Выпускной класс, тогда все случилось. Я, после занятий, как всегда шел домой пешком, потому что на автобус сесть было не реально - час пик плюс пятница. Начинался дождь, да день выдался тогда не очень хорошим. Получил 5 и "неудовлетворительно" по одному и тому же предмету, домой идти не хотелось. Там никто не ждал, вы с мамой ссоритесь. Тогда это очень доставало, задевало, вы меня не замечали совсем. И вот, я шел по улице, до дома оставалось три квартала. Было холодно, октябрь только и делал, что поливал нас водой и морозил ветром. Дождь усиливался, но я шагал все так же медленно. Сев на лавочку, я достал телефон и послал SMS Стелле, которая заболела ангиной и не пришла в школу. Помнишь её? - отец опять кивнул, не осмеливаясь нарушить моё условие. Налив и проглотив алкоголь, словно воду, я продолжил монолог. Глаза бегали по комнате, я не знал куда смотреть. Пальцы нервно перебирали монетку, которая до этого лежала на столе. - Но Стелла не отвечала. Я просидел на лавке, где-то десять минут, успев полностью вымокнуть. Прохожие пялились на меня, как на сумасшедшего. Конечно, какой идиот будет во время ливня сидеть на лавке? Потом ко мне сел парень-блондин с зонтом. Он выглядел очень счастливо. Белоснежная улыбка, ровный нос, пухлые губы, серые, слегка сощуренные, глаза, молочная кожа и две родинки на правой щеке. "Чудесная погода, не так ли"? - спросил он, делясь со мной зонтиком. В его хриплом голосе, слышался акцент. Я до сих пор помню его. Он был одет в черный облегающий плащ с поясом на талии, который подчеркивал всю его худобу. На его первый вопрос я молча улыбнулся, а он протянул тонкую руку и назвал свое имя - Андрей. Русское имя, но он не русский. Он - наполовину хорват, наполовину серб. Так мы познакомились. По его инициативе мы пошли в кафе, выпить кофе или чаю, просохнуть. Там я узнал о нём, Андрей был старше меня на год. Школу закончил, а работал он фотомоделью, поэтому времени у парня было хоть отбавляй. Андрей предложил погулять на следующий день. Домой я пришел тогда поздно был такой уставший, что завалился спать в одежде, но я был счастлив, вы этого не заметили. Мы с Андреем стали гулять. По натуре он был немного хамоват, весел, харизматичен, очень хитер и легкомысленен. Еще блондин был очень и очень богат. Собственная машина, дом, роскошь, все, чего он только пожелает, становилось его собственностью. По будням, он встречал меня со школы, мы ездили на его "Bugatti", ходили пешком, и в один момент я понял, что он небезразличен мне. Я привык к нему и не больше не мог находиться без Андрея. - Отец налил и выпил виски. Похоже, он понял, к чему я клоню. - Да, пап, я хотел признаться ему в своих чувствах, но Андрей опередил меня. И, казалось, моей радости не было границ. Именно в него я влюбился впервые. Мы стали встречаться, это продолжалось около восьми - девяти месяцев. Везде ходили вместе, целовались, обнимались, в общем, вели себя, как влюбленные. Помнишь, я ездил с классом в декабрьские каникулы в Кёльн? - кивок. - Я не ездил туда, хотя поездка действительно была. Всю неделю я провел с Андреем в постели. Мы из нее не вылезали, с утра до ночи просто лежали, целовались, тр.хались. И мне это нравилось. Вначале нравилось, но потом... - бутылка виски заканчивалась, я выпил все оставшееся и продолжил. - Потом, примерно в марте месяце, он изменился, а может быть просто надел маску. Я ещё тогда не понимал. Перестал звонить, встречи длились час от силы, ему было некогда. Почему - я не знал. Было очень плохо и больно, ведь я влюбился. Как только я стал его забывать он опять вошел в мою жизнь. Однажды Андрей пришел ко мне домой, когда я был один. Парень выглядел ужасно. Растрепанные волосы, сильно похудел, разорванная одежда и он был совсем не накрашен, а еще странно себя вел, в пороге поцеловал и сунул в руки конверт. Я не понял, что это. Раскрыв, увидел, что там деньги, причем большие. В тот день я выгнал его. Потом он пропал, а спустя месяц объявился, причем не просто, а в больнице. Из-за передозировки. Чего, я не знал. Я помчался туда, бросив все дела. Андрей отдал мне ключи от дома, сказав, чтобы я привез ему дневник. Так я и сделал. Парня выписали через пару дней, все вроде бы стало на свои места, мы снова стали встречаться. Собирались поехать вместе на море, но... Не судьба. Мы сильно поссорились и расстались. В конце июня, я шел к нему домой, что бы помириться, сказать, как он мне нужен, как я его люблю. И ничего не предвещало плохого. Тепло, солнечно, по дороге я заскочил в магазин за его любимым белым шоколадом. Дойдя до дома Андрея, я пять минут простоял под дверью, что очень меня насторожило, и не зря. У меня был дубликат ключей, поэтому я легко открыл дверь. Ворвавшись в дом, я сразу побежал наверх. Увиденное повергло в шок. Андрей лежал на полу, слегка подрагивая, изо рта текла струйка пены, рядом с ним шприц. Тогда я понял - передозировка наркотиками, - на глазах появились слёзы. Все эмоции, что я тогда испытывал. Отец, видя моё состояние, открыл вторую бутылку виски. - Спасибо. - Выпиваю налитое папой. - Я позвонил в скорую помощь, но было поздно. Блондин умер. Да. У меня был нервный срыв, я замкнулся в себе. Помнишь? На похоронах зачитывали его дневник. Он писал что, не может жить без меня, что любит. Родители его погибли как раз в тот день, когда мы первый раз сильно поругались, именно поэтому он стал употреблять наркотики. И умер он из-за передозировки, Андрей думал, что остался один. Одиночества он боялся больше всего. После похорон я не появлялся дома около трех дней. Тогда почти не разговаривал. Не хотелось. Настолько было плохо. Сейчас я нашел похожего на Андрея, точнее, я случайно столкнулся с ним. Билл. Он на него похож по характеру, не сильно, но похож. Тоже длинные волосы, тоже худой, тоже высокий. Очень красив. Мне кажется, что история повторяется. Я снова влюблюсь в парня, потому что уже не могу прекратить общение с ним. Прости, папа... Кажется, я... - Гей? - спокойно произнес он. Господи, он, что лошадиную дозу валерьянки выпил?! - Да. - Том, это нормально. У тебя есть дочь и... - Нормально? Папа, ты в своем уме?! – перехожу на крик, вскакивая. - Не ори на меня, - ровным голосом. - Прости. Я просто вспомнил и нахлынуло… - Ничего, сынок. Господи, как мы с матерью были глупы, тебе было плохо, а мы даже не обратили на это внимание. Ты столько натерпелся… - он обнял меня, прижимая к себе. Никогда в жизни я не чувствовал тепла. Отцовского тепла. Спасибо, па…