Часть 22
9 февраля 2012 г., 22:54
- Я не знаю, - быстро переворачиваю на новое изображение. Пусто… Больше она ничего не рисовала. Час от часу не легче.
***
- Лэс, ты там аккуратно с ней, - прошу я девушку, она уже стоит в пороге дома, обуваясь.
- Да, я знаю. Ну что ты как маленький! - усмехается она. Сейчас хочется никуда не пускать дочь - оставить тут. Чтобы я ощущал кого-нибудь, кроме Сириуса. Присаживаюсь на корточки и обнимаю Лиз.
- Ты будешь мне звонить?
- Каждый день, милая. Каждый день.
- Правда?
- Да. Буду звонить и рассказывать, что интересного и не очень у меня произошло, что сделал Сириус, какая погода и как сильно я тебя люблю. Я буду очень скучать по тебе, малыш! - прижимаю её к себе крепче и, поцеловав в щеку, отпускаю.
- Я тоже, папочка, - со слезами на глазах произносит она.
- О, нет, солнышко! Только не плачь, не то, как Алиса, зальёшь слезами гостиную. И она улыбается, а у меня на душе всё расцветает и вот уже птички поют. - Иди...
- Пока, Том, - Лэсли целует меня в щеку и подходит к машине «Chevrolet Lacetti», усаживая Лизи на заднее сидение. Откуда у неё даже здесь машина? Я не знаю.
- До свидания, папочка! - машет мне рукой дочка. Улыбаюсь ей в ответ.
- Я люблю тебя, Лиз! – говорю я, а она уже закрыла за собой дверцу. – Позвони, как долетите, ладно? – девушка, кивнув, садится вперед. Артур за рулём, отлично! Ещё минуту смотрю на удаляющуюся из виду машину, а затем захожу в дом.
- Ну, что, Сири? – тереблю мохнатого друга по голове. – Остались мы с тобой одни. Что будем делать? – нет, точно сошел с ума. Как же я хочу, чтобы меня понимали. Целую его в нос, отчего пес стал чихать. Невольно улыбаюсь этому.
Оставив пса в покое, взглядом натыкаюсь на книжную полку.
- О! - восклицаю я, двигаясь по заданному направлению. Книгу хоть почитаю. Когда я в последний раз читал? Очень давно. Я бы даже сказал очень-очень давно. Беру первую попавшуюся книгу в руки - сборник рассказов Оскара Уайльда. Думаю, это интересно. Надо сделать чай, потому что пить охота и быстрее время пролетит. Но сначала я должен выгулять лабрадора, иначе он наделает прямо на ковер. Морщусь от этой мысли и, положив книгу на стол, иду за поводком.
- Малыш, гулять! - да, малышом Сириуса сложно назвать, ибо эта туша в 70 кило сметёт тебя и не заметит. И вот он летит уже ко мне, словно ума лишенный. - О, нет! Сириус, остановись! Слышишь меня?! Стой! - вылетаю на крыльцо, но этот гигант всё же успевает на меня запрыгнуть. Ах.. Моя любимая, неповторимая задница. Кажется, я тебя отбил! Этот свин довольно улегся на меня и принялся облизывать. - Фу, Сири! Я, конечно, тебя тоже люблю, только перестань меня вылизывать. Что на тебя нашло, непутевый?
Пес встаёт, давая сделать тоже мне. Ох, вправду отбил себе пятую точку. Надев поводок на собаку, идем в парк. Да, попа немного болит. Я же так "удачно" приземлился. Интересно, что сейчас делает Билл? Не удивлюсь, если спит. Надо ему позвонить. Лезу за телефоном, но его не обнаруживаю. Чёрт! Дома оставил… Ну надо же так. Круто просто…
Отпустив Сириуса погулять и сделать свои дела, сажусь на лавку в парке. В голове только один человек, который не так давно занял там место. Как это удалось ему всего за два дня? Ума не приложу, я просто, как мальчишка зациклился на нм и всё, словно он желанная игрушка. Билл, Билл, Билл. Везде. Так, всё. Хорош, а то я перестаю себя контролировать…
Весь оставшийся вечер я провел в тишине и покое за чашкой теплого чая с лимоном и необычными рассказами. И где-то часов в десять лег в постель.
Ммм, как же круто. Я почти целый день расслаблялся.
- Иди ко мне, - рукой предлагаю собаке лечь рядом и тот, кажется, с радостью запрыгивает на кровать. Одной рукой глажу его, а другой нащупываю пульт от телика.
- Добрый вечер, дорогие телезрители, сегодня мы поговорим о заболеваниях, - вещали колонки ТВ. Зачем оно мне нужно? Начинаю щелкать каналы.
- Ты ж клялся мне, что никогда…
- О, Ромео! – перекривлял я девушку на экране.
- Сегодня этот договор был подписан Кристианом Вульфом …
- Ну-ну, Вульф, давай, подписывай!
- Горбатая гора.
- Опа, интересно, - мне его кто-то советовал…
В общем, я не заметил, как заснул на половине фильма.