Это у нас семейное

- Позировать? - Дин удивлённо вскинул брови. С таким выражением лица он казался совсем мальчишкой, чем без зазрения совести пользовался в общении с противоположным полом, до Лизы, разумеется. Сейчас он, вероятно, применил этот трюк неосознанно. - Я хотел бы нарисовать Ваш портрет, - спокойно и буднично пояснил Кастиэль, оглядываясь на Брейдон. Та смотрела на разворачивающийся диалог с интересом, явно позабыв про пораненный палец. Мэри убрала аптечку и остановилась лицом к шкафу, явно не собираясь смущать Дина своим взглядом. - Зачем? - Дин отошёл к дверному проёму и замер, разглядывая Новака. Он старался прикрыть неуверенность, проявившуюся в вопросе, этим настойчивым взглядом, переводя вопрос из статуса "я удивлён" в статус "я пытаюсь глубже понять цели другого человека". - Художнику надо рисовать время от времени, - пожал плечами Кас, словно его уже давно перестала удивлять прямолинейная глупость данного вопроса, но он не уверен в том, что давно придуманный им ответ совершенен и вполне понятен. - Я имел в виду, зачем Вам мой портрет, - старший из братьев Винчестеров улыбнулся уголком губ. Он вовсе не полагал, что его лицо попытаются использовать в коммерческих целях, а тем более, что Кастиэль зачем-то оставит портрет у себя, но у него были другие идеи на тему того, что может случиться с его светлым образом. - Я могу отдать его Вам, - снова пожал плечами Новак, отводя взгляд от брата своего возлюбленного. Если честно, Дин, а точнее образ, который создавался у него в голове на основе всего, что он знал о Дине, начинал его пугать. И не потому, что старший из двух братьев вёл себя грубо и прямолинейно, а скорее потому, что Каса эта грубость и прямолинейность не пугала. - Или подарить его госпоже Винчестер, чтобы она видела Вас чаще. - Если Вы намекаете, что я редко тут бываю, - Дин заметно напрягся. Он жил довольно далеко от матери, так что действительно редко мог вырваться в гости. И этот совместный отпуск - старая семейная традиция, был для него очень важен, а проходил вот так скверно. - Я не намекаю, - поспешил оборвать его Кастиэль, который на самом деле вовсе не хотел сказать, что брат его парня плохой сын, который редко навещает родителей. Он просто считал, что очевидные факты надо признавать. Мэри наверняка хотелось бы чаще видеть сына, а портрет удовлетворит эту потребность лучше, чем фотографии. По крайней мере так считал Кас. - Ладно, - отмахнулся Винчестер, поймав осуждающий взгляд Лизы. Он и сам понимал, что только и ищет повод для того, чтобы в очередной раз наехать на гостя. И это, конечно, раздражало всех окружающих. - Но, насколько я знаю, художники берут большие деньги за хорошие портреты, разве не так? Или это акт благотворительности? Может, сватовство? - Нет, - покачал головой художник. Он вовсе не собирался пытаться задабривать родственников своего парня с помощью подарков. - Просто у Вас необычный типаж, мне хотелось попробовать нарисовать его, - он улыбнулся. - Это доставит мне удовольствие. - Что же, я не желаю делать ничего, что доставит Вам удовольствие! - круто развернувшись и игнорируя выражения лиц, с которыми замерли Мэри и Лиза, Дин поспешно вышел из кухни. Несмотря на то, что он был одет в лёгкие штаны, в которых спал, и футболку, а на улице было ещё довольно прохладно и сыро, он проследовал прямо к выходной двери и, выйдя на улицу, обогнул дом и уселся на небольшой диванчик, стоявший напротив сада Мэри. Диван этот сюда поставили для того, чтобы любоваться с него растениями, которые так любовно выращивала хозяйка дома, но члены семьи, как правило, использовали его для того, чтобы собраться с мыслями в одиночестве. Дину было очень плохо. Желание оттолкнуть Кастиэля было сильным, оно умножалось на раздражение, которое он испытывал, когда смотрел на того, кого хотел, но не мог получить. Но, с другой стороны, ему смертельно хотелось оказаться ближе к Касу. И вовсе не хотелось ему грубить и доставлять неприятности. Две эти противоборствующие стороны сходились в бою внутри Дина, заставляя его делать резкие, необдуманные выпады, которые ставили в некрасивое положение буквально всех, кто находился в доме. Он понимал, что Лизе было неловко из-за того, что она, получается, выбрала такого хама, Мэри за то, что у неё такой сын, а Сэму - что он не может защитить своего бойфренда. Всем остальным было просто неловко при этом присутствовать. И, хотя старший из братьев меньше всего хотел устраивать нечто подобное, он продолжал это устраивать. Побыть наедине с собой ему, конечно, не дали. Лиза буквально выбежала из дома спустя всего, кажется, пару минут. Правда за это время она успела переодеться и собрать волосы в хвост, так что, вероятно, Дин немного ошибся с расчётами времени. Но в чём он не ошибался точно, так это в том, в каком настроении была его невеста. Лиза была напряжена и зла, а в этом состоянии она была опасна прежде всего той строгостью, с которой действовала и говорила. Брейдон была необидчива, но если уж удавалось её задеть, то получить прощение было очень и очень сложно. Дин знал это прекрасно, а потому, совершая мелкие проступки, старался не переступить ту грань, за которой начиналась обида. - Ну и как это понимать? - молодая женщина махнула рукой в сторону дома, словно опасалась, что Дин не поймёт, о чём идёт речь. - Что на тебя нашло, а? - Лиза знала своего жениха как приветливого, общительного и компанейского человека. И ей никогда не приходилось слышать, чтобы он так разговаривает с кем-то. Тем более с кем-то, кто ему ничего не сделал. - Почему ты вдруг так к нему привязался? - Не знаю, - соврал Винчестер, который не мог придумать нормального объяснения тому, почему он так себя ведёт с парнем своего брата. Правду он сказать, разумеется, не мог, и уже больше не потому, что дорожил Лизой, а из-за страха, что об этом станет известно всем остальным. Кроме того он не собирался разрывать отношения с невестой здесь, это поставило бы всех в некрасивое положение. Снова. - Это потому, что он с твоим братом? - уточнила Лиза, присаживаясь на самый край диванчика. Нависать над женихом она, очевидно, не считала нужным. - Слушай, Сэм сам выбрал свой путь, Кас его не соблазнял и не сталкивал с верной дороги, у тебя нет повода злиться на него, - начала она обманчиво мягко. - Да не в этом дело, - устало отмахнулся мужчина. Его даже начало раздражать то, как примитивно всё понимают окружающие. Почему они не могут увидеть какую-нибудь ещё причину для неприязни? Хотя бы просто из интереса. - А в чём? - не собиралась отстать Лиза, вглядываясь в профиль старательно избегавшего зрительного контакта Дина. Она сама не могла определиться, хочется ли ей просто накричать на него или понять, почему он так поступает. - Он слишком... Хорош, понимаешь? - Винчестер повернул голову и состроил непонятную рожицу, которая могла значить всё, что угодно. От попытки изобразить Кастиэля, до попытки выразить визуально всё своё к нему отношение. - То есть ты завидуешь? - не поверила женщина, с интересом разглядывая лицо своего жениха. Она не всегда хорошо понимала мимику Дина, но считала, что это просто недостаток опыта. Со временем она должна была привыкнуть и научиться распознавать все эти лица. - Нет. Просто считаю, что у всех людей есть как хорошее, так и плохое. И если плохое не бросается в глаза, значит, оно спрятано. А глубже всего прячут самое страшное, - вдохновенно врал Дин. - У всех есть недостатки. Я вот хам, в прошлом бабник. Сэм, как бы я его не любил, порой ведёт себя, как истеричка. Мой отец довольно нетерпим к людям, ему тяжело искать компромиссы. Мама в прошлом - та ещё буянка, устраивала драки и дебоши. И стреляет она лучше, чем готовит. Она даже в уличных акциях и стычках с полицией светилась до моего рождения. А это Кастиэль? Религиозный, спокойный, вежливый, художник, не пьёт, не наркоман... Может, с ним всё и хорошо, но я подсознательно ищу в нём плохое, а когда не нахожу - злюсь и думаю худшее. - А я? - непонятно зачем спросила Брейдон, напрягаясь и ещё сильнее поворачиваясь к собеседнику. - Какие недостатки у меня? - Ну, у тебя в прошлом тоже много всего было... - начал Дин спокойно. Он понимал, что сейчас - лучшее время для того, чтобы обнять Лизу и сказать, что никаких серьёзных недостатков у неё нет. Вот только он теперь не мог так поступить. - И Бен... Договорить он не смог. Резко вскочив с дивана, словно тот вдруг стал жечь ей кожу, Лиза, замахнувшись, влепила жениху смачную пощёчину и прежде, чем он успел что-то сказать, развернулась, бросившись в дом. Дин вскочил было следом, но затем снова плюхнулся на диван и, прикрыв лицо ладонью, откинулся назад. - Ты хочешь, чтобы у меня инфаркт случился? - спросил чей-то насмешливый голос, когда Сэм появился из комнаты. Винчестер, лицо которого как раз было прикрыто футболкой, которую он натягивал на себя на ходу, повернулся к источнику звука. Как только он опустил футболку до шеи, стало очевидно, что с ним говорит Габриэль, тот самый гость, который вчера приехал по приглашению Мэри, смотреть местные красоты. - Что, простите? - Сэм нахмурился. Проснувшись, он обнаружил, что Каса нигде нет, а потому теперь очень спешил. Ему не хотелось, чтобы его парень был один, когда снова столкнётся с Дином, с которым непонятно, что происходило. - Я говорю, у тебя идеальное тело, - Гейб полностью вышел из своей комнаты. Выглядел он странно. Вышагивал горделивой походкой птицы, заложив одну руку назад, а на указательном пальце другой покачивая ключи. - У меня чуть сердце не остановилось. - Спасибо за комплимент, - смущённо пробормотал Сэм, отступая к лестнице, но не решаясь повернуться спиной. Он чувствовал себя неловко от того весёлого и порочного взгляда, который был на него обращён, а потому уже клятвенно пообещал себе, что не будет больше никогда выходить из комнаты в не до конца одетом виде. - Не за что, - Габриэль махнул той рукой, в которой у него были ключи, выражая тем самым, что и комплимента-то никакого не было. Так, констатация факта. - Ты милый. Хм, и этот Кастиэль тоже милый, не сходится. - Доброе утро, - мимо пулей пронеслась Лиза, не остановившись даже для того, чтобы услышать ответное приветствие. Винчестер-младший заметно напрягся, но всё ещё не решался просто уйти, оборвав диалог. - Что не сходится? - спросил он, когда за гостьей захлопнулась дверь. Здороваться с ней, вероятно, не имело смысла, она бы всё равно не услышала. - То. Вы милые, как плюшевые игрушки. Или как котятки. Но любому котёнку нужен хозяин, а плюшевой игрушке - ребёнок, который будет в неё играть, а не другая игрушка, - Гейб покачал головой. - Понимаешь, к чему я клоню? - он развернулся и направился обратно к своей двери, словно выходил только для того, чтобы поговорить с Сэмом. - Не понимаю, - честно признался Винчестер, отступая к самой лестнице. Ему было неприятно то, что его сравнили с котёнком. Или, того хуже, с игрушкой. - Эх, лось из леса! - продюсер присвистнул и скрылся за дверью своей комнаты. А Сэм, вместо того, чтобы, как он собирался, спуститься в столовую, так и замер рядом с лестницей, обдумывая всё, что было сказано. - Проснулся? - голос Кастиэля, поднимавшегося по лестнице вверх, заставил молодого мужчину вынырнуть из размышлений. - О, доброе утро. Всё хорошо? - осторожно спросил Сэм, оглядывая своего молодого человека. Тот казался бодрым и даже весёлым, но это не значило, что он не успел сегодня встретиться с Дином. И не значило, что он был весел на самом деле. - Ну... Лиза палец порезала, - Кас поднялся до верхней ступеньки и накрыл руку Сэма, лежащую на перилах, своей. - А ещё мне опять нахамил твой брат. Утро задалось, - он повёл свободной рукой, как бы показывая, что новый день начинается. - Блин, - Винчестер стиснул зубы, вглядываясь в синие глаза Кастиэля. - Сколько же можно? Если хочешь, мы можем... - Поскандалить? - уточнил Новак, щурясь. - Или уехать? Не хочу. Это будет некрасиво по отношению к тебе, твоим родителям, Лизе... - И что? Просто терпеть? Что ты намерен сделать? - иногда Сэм понимал, что ему не хватает решительности. И той же решительности не хватало Кастиэлю. В этом была проблема их отношений, они оба порой были слишком мягкими. - Я предложил ему нарисовать его портрет, - Новак сказал это так, словно это всё объясняло. Словно было сразу понятно, почему это должно было помочь уладить такой сложный конфликт с минимальными потерями. - И что он? - спросил Винчестер вместо того, чтобы спросить, какова была суть данного действия, его смысл. - Он пока отказался, - Кас пожал плечами. - Но он согласится. Он чувствует себя неудобно. Перед Лизой и перед мамой. Так что он согласится. И я его нарисую, - художник открыто улыбнулся. Улыбка у него была восхитительная. - И что тебе это даст? - уточнил Сэм, любуясь своим возлюбленным. Кастиэль был хорош до головокружения. Настолько хорош, что Винчестеру иногда не хотелось даже прикасаться к нему, как к произведению искусства. - Мы сможем поговорить, - объяснил Кас спокойно и медленно, продолжая улыбаться. - Твоему брату нелегко смириться с тем, что ты гей. Особенно сейчас, когда он видит, что ты в отношениях, да ещё и серьёзных. Но если мы познакомимся поближе, я думаю, я найду к нему ключ.