Это у нас семейное

Дин всегда считал, что одна ванная на две комнаты - не слишком-то хорошо. И ладно бы ещё это было отдельное помещение, располагавшееся между спальнями, но устройство дома было таким, что большая просторная ванная комната находилась за спальнями, из которых в неё вели двери. Соответственно, в ванную комнату имелось два независимых входа, что вообще казалось величайшей глупостью всех времён. Мало того, что приходилось запирать не одну, а две двери, так ещё и отследить очередь не получалось, и приходилось или ждать, пока тебе постучат, или временами дёргать дверь в надежде, что её открыли. А если тот, кто пользуется ванной, забывал про вторую дверь, то приходилось идти через соседнюю комнату, что не всегда удобно, особенно утром. Впрочем, Мэри нравилось именно такое расположение ванной. Во-первых, так все четыре верхние комнаты имели форму заваленной на спину буквы Г, что позволяло, по мнению хозяйки дома, легко и очень удачно отделить часть помещения под нужды ребёнка, если таковой однажды тут появится. Во-вторых, её раздражали живые очереди в ванную. А в-третьих, она всегда ценила возможность дойти из ванной комнаты в одном полотенце, не столкнувшись при этом с кем-нибудь в коридоре. И сейчас Дин, вероятно, впервые был благодарен проектировщику за то, как тот расположил помещения. Старший из сыновей Винчестеров сидел на полу, прижавшись затылком к той двери ванной комнаты, что вела в комнату его брата, и с каким-то мазохистским наслаждением прислушивался к тому, что происходит внутри. Слышимость между комнатами была никакая, но из ванной, если прижаться к двери, услышать можно было многое. Тем более, что звуки, доносившиеся из-за двери, не были тихими сами по себе. Кастиэль стонал совсем как в хорошей порнухе. Не дёшево и наигранно, а так, что даже от одного звука, кажется, можно кончить. И в это же время какая-то наигранность в его стонах имела место быть, по крайней мере её совершенно точно ощущал Дин. Хотя, может быть, он только надеялся на это. Кас стонал ритмично, завораживающе, так, что, закрывая глаза, мужчина чётко видел перед собой его рот, изгиб шеи, сжимающиеся и разжимающиеся пальцы, затуманенные похотью глаза... Всё совсем как в женском любовном романе. И Дин, опять же как в этих романах, больше всего хотел оказаться на месте человека, который сейчас заставляет Кастиэля так восхитительно стонать, на месте своего брата. Винчестеру было плевать на аморальность своего поведения, на то, что всё это значит, но если бы у него был хоть призрачный шанс поменяться сейчас местами с Сэмом, на любых условиях, он бы обязательно это сделал. Даже если всего на одну ночь, всего на полчаса, на десять минут... Стоны оборвались. Дин зажмурился, опасаясь, что кто-нибудь из них сейчас решит пойти в душ. Но сил встать и уйти или, по крайней мере, запереть дверь, у него не нашлось. По крайней мере первое время. Он повернул голову, прижимаясь к двери ухом, в слабой надежде услышать ещё что-нибудь. Вздохи, какие-то слова, что-то ещё, словно это могло дать ему хоть слабую возможность представить себя там, рядом с Кастиэлем... Но он услышал только шаги. Реакции хватило лишь на то, чтобы быстренько крутануть замок, и оставалось только надеяться, что это действие было незаметно. Благо дверь в помещение была достаточно хорошей для того, чтобы не пропускать изнутри свет, и если Дин не будет издавать громких звуков, его, вероятно, не раскроют.. Если, конечно, замок он повернул незаметно. Человек, подошедший к двери, пару раз дёрнул ручку и, судя по звуку, отступил назад. Старший из братьев Винчестеров не мог думать о том, что будет, если его застанут здесь, на полу, с подрагивающими руками и злым, напряжённым взглядом. Единственным, что его волновало, оставалось то, что Кастиэль стонал сегодня не для него, не с ним, не под ним. И это было настолько же больно, насколько и неправильно. А это было очень и очень неправильно. - Можно войти через другую спальню, - тихий голос принадлежал Сэму, значит тот, кто стоял у двери, Кастиэль. Дин поднялся и прижал ладонь туда, где, отделённая деревом и пустым пространством, находилась грудь Новака. - Твой брат, вероятно, уже спит, - Кас отступил, и Дин быстро поднялся, почти бросился в свою комнату. Он чувствовал, что если не сбежит, непременно откроет дверь и войдёт, и наплевать, что будет после этого. Он чувствовал, как страсть мешается внутри со злостью, которая даёт странную комбинацию, из которой может получиться всё, что угодно. Скользнув в свою комнату и погасив свет в ванной, Дин подошёл к кровати и долго не решался лечь рядом со спящей Лизой. И вовсе не потому, что боялся разбудить. Просто девушка, раньше казавшаяся ему идеалом красоты, сейчас была не то, что противна, скорее вызывала внутреннее отторжение. Так два одинаково заряженных магнита не испытывают, разумеется, никакого отвращения друг к другу, но, конечно, будут старательно друг от друга отталкиваться. Вот только Лиза не была магнитом. И отталкиваться не собиралась. Винчестер всё-таки нашёл в себе силы улечься на самый край кровати, не касаясь мирно спящей девушки. Он хотел бы проанализировать своё поведение, напомнить себе, что с гостями так себя не ведут, пообещать прекратить весь этот цирк... Но сил на то, чтобы думать об этом, у него не было. Все мысли сосредотачивались на Кастиэле. И как не убеждал себя Дин в том, что ему надо вести себя с возлюбленным своего брата максимально корректно, инстинкт самосохранения подсказывал, что если к кому-то очень сильно тянет, единственный способ не оказаться от этого кого-то на недопустимом расстоянии - как можно быстрее двигаться в другую сторону. Любыми возможными способами. Но как же чертовски сексуально стонет этот парень... Записка на столе, оставленная Мэри, гласила, что каждый волен поесть тогда, когда проснётся, и общего завтрака не будет. Маскируясь за тем, что все встают в разное время, госпожа Винчестер, вероятно, хотела избежать очередного неловкого семейного приёма пищи. Что же, она имела на это серьёзное право. Джон и Гарт поступили ещё радикальнее - утром, ещё не было восьми (Дин давно заметил, что с возрастом родители стали просыпаться раньше, а с тех пор, как переехали, вообще вскакивали чуть не с рассветом), они уехали в ближайший город, покупать что-то из инструментов для починки старенького пикапа, на котором ездил Гарт. Лиза проснулась раньше Дина и, одевшись и умывшись, отправилась на кухню, где и столкнулась с Мэри, как раз размышлявшей вслух о том, что же такого можно приготовить, чтобы проснувшимся позже "мальчикам" было, что поесть. Если в том, что Лиза обеспечит едой Дина, она не сомневалась, то судьба завтрака Сэма и Кастиэля её весьма волновала, даже несмотря на то, что она прекрасно понимала, что эти двое давно живут вместе и, вероятно, прекрасно обеспечивают себя пищей на протяжении всего этого периода. - Я могу помочь? - предложила Лиза весело. Не то, чтобы у неё с утра было хорошее настроение, просто она считала нужным подбодрить хозяйку дома после всего, что вчера было. - Можно сделать сэндвичи, их можно есть холодными. - Хорошая идея, - не стала спорить Мэри, улыбаясь своей потенциальной невестке. - Как спалось? - спросила она, отворачиваясь, дабы не смущать Брэйдон. Лизе, впрочем, не из-за чего было смущаться, вчера между ними с Дином ничего такого не происходило. - Прекрасно, спасибо, - молодая женщина приняла из рук Винчестер хлеб, нож и доску. Теперь она резала хлеб, а Мэри укладывала на него начинку сэндвичей. - Мне очень нравится дизайн комнаты. Это вы обставляли? - она была почти уверена, что ремонтом руководила Мэри, но считала своим долгом спросить прежде, чем хвалить хороший вкус хозяйки дома. - Да, мы с Джоном, - улыбнулась и кивнула блондинка, укладывая листья салата на первый кусок хлеба. - Мальчики помогали, но они сразу отказались выбирать мебель, обои, полы и всё подобное. Утверждали, что у них нет вкуса. Вот уж неправда, - и женщина окинула взглядом Лизу, как бы делая ей комплимент. - Доброе утро, - на кухне появился Кастиэль, сонный и взлохмаченный, словно его с утра повозил за собой какой-нибудь трактор. - Уже за готовкой? Я поражаюсь... - он смутился. - Лиза, я хотел попросить, не оставляйте, пожалуйста, вторую дверь в ванную закрытой. - Ой, а мы оставили? - Лиза на секунду замерла, явно тоже смущаясь. - Я даже не помню, кто последний был в ванной. Но я постараюсь запомнить, - она подарила Новаку смущённую улыбку. Хотелось добавить, что такая система довольно неудобна, но она не была уверена, что Мэри оценит это замечание. - Ничего страшного, - Кастиэль вошёл внутрь кухни и присел на один из стульев, явно ещё не вполне хорошо соображая, что вокруг него происходит. - Мне удалось проскользнуть мимо Дина так, что он не проснулся. - Оу, - молодая женщина опустила глаза на хлеб. Когда она покидала спальню, Дин лежал без футболки, с одеялом, скомканным в районе ног, широко раскинув руки. Так всегда бывало, когда ему снилось что-то неприятное, но его возлюбленная, наказывая его за вчерашнее, не стала будить его чтобы узнать, что же с ним происходило во сне. - Как спалось? - уточнила Мэри, которая видела, что что-то повисло между Касом и Лизой, и боялась, что это перерастёт или во вселенский заговор, или в глубокое недопонимание, справиться с которым будет очень и очень трудно. - Просто прекрасно, - Новак задумался. Если раньше он ошарашенно глядел вокруг, то теперь его взгляд, кажется, был обращён внутрь него самого, словно он пытался отыскать там что-то очень важное. - Ваш старший сын... Я должен заполучить его. - Заполучить? - осторожно уточнила Лиза, снова поднимая глаза от хлеба. Она вгляделась в собеседника с хитрым интересом, не думая, конечно, ничего плохого. Кастиэль, вероятно, порой испытывал трудности, связанные с тем, чтобы выражать свои мысли в доступной и понятной для окружающих форме. - Как модель, - быстро кивнул художник, делая странные движения пальцами. - У него прекрасное тело. У Сэма, конечно, тоже, но у Сэма оно другое. Я бы сказал, что Сэм воплощение красоты, а Дин - силы. - А есть разница? - Лиза уже не отрывала взгляда от Кастиэля, но всё ещё пыталась резать хлеб, понимая, что иначе поставит и Мэри, и своего собеседника в некоторое некрасивое положение, в котором приготовление завтрака превратится в увлекательный, но вполне бесполезный диалог. - Разве не в мужской силе и есть их красота? - Это не совсем так, - Новак поднял руки выше и теперь водил ими так, словно он был иллюзионистом, показывающим шоу. - Есть сильные физически люди, которые однако, могут выглядеть не слишком рельефно. А есть всякие бодибилдеры, которые, при всей своей прекрасной внешней составляющей, вовсе не так сильны, как кажутся. Точнее многие из них сильны, но часто их сила бесполезна. Одни тренируются до таких состояний, что не могут потом даже тетрадку поднять, другие не могут правильно и грамотно использовать свою силу. Так вот, Дин выглядит так, словно он очень силён, хотя с точки зрения мышечного рельефа... - Ай! - Лиза отшатнулась от доски, выпуская из рук нож. Её палец мгновенно залило кровью, и Кастиэль не смог сразу понять, насколько сильно повреждение. Он вскочил со стула и уставился на палец, кровь с которого текла по руке и капала на пол. - Ох ты, - Мэри указала головой на раковину, рванувшись куда-то в сторону, где, вероятно, была аптечка для таких случаев. Обогнув стойку, на которой происходила готовка, Кас за руку потянул Лизу к раковине и сунул её руку под струю холодной воды. - Простите, я такая неловкая, - молодая женщина тоскливо взглянула на Кастиэля. Как только вода начала успешно смывать кровь, стало заметно, что Лиза отрезала себе крупный кусок кожи, который теперь висел на последнем усилии. - Что случилось? - Дин, на мгновение задержавшись в дверном проёме, сразу же рванулся к Кастиэлю и Лизе, пока Мэри рылась в экстренной аптечке. - Я слегка порезалась, - Брейдон, явно смущённая таким вниманием, убрала руку из-под струи и, подойдя поближе к стойке, протянула её Мэри, позволяя обработать свою рану. Надо было отметить, что Винчестер знала, что делает, у неё получалось весьма и весьма ловко. - Как ты умудрилась? - старший из братьев старался говорить ласково, но нотка отторжения, напряжения, которое возникала без желания или вины Лизы, проскользнула в его голосе. И Новак это заметил. - Прошу прощения, - он не дал Лизе вставить ни слова, доброжелательно улыбнувшись Дину. - Это я виноват, - он качнул головой, стараясь показать, что хотя нож он и не держал, без его участия тут не обошлось, то есть всё это - стечение обстоятельств, и Лиза совсем не виновата. Он надеялся, что ругать его Дин не станет. - Да уж, - несколько раз кивнул Винчестер, почему-то не подходя к своей возлюбленной и даже не глядя на её рану, а точнее на бинт, который ловко наматывала Мэри. Лиза, кажется, чуть побледнела, но нездоровой не выглядела. - Что? - Кас не хотел вскидываться, считая, что того, что было вчера, происходить больше не должно, но это "да уж" было сказано слишком громко для того, чтобы он мог это проигнорировать. Слишком неэтично. - Просто есть люди, с которыми всегда что-то случается, - пожал плечами Дин, поворачиваясь к молодому человеку своего брата и пристально вглядываясь ему в глаза. Взгляд у него в этот момент был опасный. - Хм, - Кастиэль сощурился. Он вовсе не собирался вступать в конфронтацию, но терпеть такое к себе отношение тоже не мог. - А не хотите мне попозировать?