Наследник Хель

На то чтобы привыкнуть к тому что у него есть слуга, Гарри потребовалось некоторое время. В отличие от большинства своих сокурсников мальчик во время каникул не бездельничал, а занимался, как самостоятельно — изучая толстые фолианты, специально подобранные Хель из библиотеки Певереллов, так и под руководством своей магической матери. Практику магических дуэлей когтевранец проходил при непосредственном участии своей новой слуги. В качестве места для занятий был выбран огромный холл располагавшийся на первом этаже замка, в восточной его части. Первые занятия носили чисто теоретический характер. Для чего в центре зала была поставлена парта, за которой и сидел Гарри записывая все важные аспекты в свою толстую тетрадь. Теорию магической дуэли для мальчика преподавала его приемная мать, а практику вела — новоиспеченная слуга наследника рода Певерелл. Сидя за партой, Гарри внимательно слушал все то, что ему рассказывала Хель. — Итак, магическая дуэль — это строго регламентированная конфронтация между двумя или несколькими волшебниками. В сражении волшебник пытается разоружить, ранить или убить противника. Чаще всего бывает последнее. Существуют правила, которые определяют, как правильно проводить дуэль. Вот самые важные из них: 1. Место и время выбирается по обоюдному согласию. 1.2. Ждать соперника для дуэли принято не больше получаса. 1.3. Опоздание на дуэль вне зависимости от причины — дурной тон. Это бесчестит вас. 1.4. Оскорбленный теряет право выбора места, оружия, рода дуэли, если его противник извинился, а он не принял извинений. 2. Оружие выбирает оскорбленная сторона 2.1. Классическим оружием для дуэли считаются: — палочки 2.2. Неумение пользоваться оружием не может служить поводом для перемены избранного оскорбленным оружия 3. Волшебник вправе отказаться от секунданта. 3.1. Секундант не имеет права вступать в бой 3.2. Секундант обязан следить за честностью проведения дуэли 3.3. Нельзя привести с собой больше одного секунданта 3.4. Если одна из сторон отказалась от секунданта, второй стороне невежливо приводить своего секунданта 3.5. Волшебник не имеет права не отдать тело противника, живое или мертвое, секунданту. 3.6. Неявка секунданта не является поводом для того, чтобы отложить дуэль. 4. Аппарация на дуэли — дурной тон, недостойный честного волшебника. Это бесчестит вас. 5. Использование маггловских приспособлений, приемов и кулачных драк на дуэли — дурной тон, недостойный честного волшебника. Это бесчестит вас. Хотя некоторые предатели крови могут опуститься до этого, но сейчас не о них. 6. Дуэль идет до поражения. 6.1. Использование на дуэли Авады до поражения противника — дурной тон, недостойный честного волшебника. Это бесчестит вас. 7. Если дуэль идет до смерти, победитель вправе решать, убить или оставить в живых. 7.1. В случае, если победитель решает не убивать побежденного, последний имеет перед ним долг жизни. (Это действительно только в случае, если дуэль имела место быть, ваш соперник явился на дуэль и не сбежал с неё, и в ходе поединка вы победили) 8. Бегство с дуэли приравнивается к поражению. 9. Неявка на дуэль приравнивается к поражению. 10. Замена оскорбленного лица другим допускается только в случае недееспособности оскорбленного лица, при оскорблении женщин и при оскорблении памяти умершего. О замене договариваются сразу. 10.1 Замена допускается при следующих степенях родства: сын имеет право заменять отца, внук деда: отец сына, дед внука; брат брата, племянник дядю и наоборот; двоюродный брат двоюродного брата. Замена при дальнейших степенях родства не допускается. 10.2. Недееспособность для права замены определяется следующими положениями: 1) если заменяемому более 60 лет, причем разница в возрасте с противником не менее 10 лет. Если физическое состояние заменяемого дает ему возможность лично отомстить за полученное оскорбление, и если он на то изъявляет свое согласие, то он имеет право не пользоваться правом замены; 2) заменяемый имеет какой-либо физический недостаток, не позволяющий ему драться на выбранном виде оружия; 3) неумение пользоваться оружием ни в коем случае не может служить поводом для замены или отказа от дуэли. 10.3. Заменяющим может быть только ближайший по крови существующий дееспособный родственник, наличие которого устраивает всех остальных. 11. Явка на дуэль другого человека под обороткой приравнивается к поражению. Это бесчестит вас. 12. За одно оскорбление должно и может быть только одно удовлетворение. 12.1. Если за одно оскорбление последует два или несколько вызовов, то может и должен быть принят только один. Остальные должны быть отклонены. 12.2. Вызов, сделанный от имени нескольких лиц, всегда должен быть отклонен, и получившему его предоставляется право выбора одного из вызвавших его, уже обязательного для последнего. 13. Неправоспособными к дуэли (чей вызов можно не принимать и кого не принято вызывать) считаются: 1) лица, опозоренные в общественном мнении, чаще всего Предатели крови. 2) сумасшедшие; 3) должники по отношению к своим кредиторам; 4) близкие родственники (например, дядя и племянник или дед и внук. Кузены к дуэли уже допускаются). Однако данные правила касаются только честной дуэли один на один. В сражении с несколькими противниками, все это не соблюдается, ибо тогда главным считается выжить любой ценой. Хотя некоторые особо «чистоплюйные» современные маги, будут придерживаться своих дурацких воззрений, которые часто приводят к плачевному результату. К примеру если противник против тебя использует темные боевые чары, вроде той же Авады, то ты должен отвечать аналогично, а не пытаться остановить своего врага при помощи обезоруживающего заклинания, ибо эта тактика сразу приведет тебя к смерти, чего нынешние маги воспитанные в духе идеологии Дамблдора совершенно не понимают — произнесла лекцию Хель. На некоторое время воцарилось молчание. — Однако это лишь слова — через пару минут высказалась Смерть, после чего подошла к встроенному в каменную стену, омуту памяти и позвала к себе Беллатрису. — Мне нужны твои воспоминания о паре битв с мракоборцами и членами Ордена Феникса — обратилась к Лестрейндж, Хель. И та предоставила их. После чего, Смерть закинула их в артефакт. — Смотри внимательно и делай выводы — обратилась Хель к Гарри, после чего Омут памяти активировался и вместо каменной стены, перед мальчиком предстал огромный светящийся экран. И спустя несколько мгновений Поттер стал свидетелем сцены битвы между Пожирателями смерти против авроров и членов ордена Феникса. Бой происходил в какой-то глуши. В отличие от своих противников, слуги темного лорда не гнушались самыми опасными заклинаниями. — Господин, все что вы сейчас видите происходило в апреле 1980 года, за несколько месяцев до того как до Министерства магии дошло, что их тактика в противостоянии с нами никуда не годится — прокомментировала бывшая пожирательница. Тогда как темные волшебники вовсю использовали чары относящиеся к высшей боевой магии, то их противники применяли в основном простейшие заклинания, типа все того же Экспеллиармуса и тому подобных чар. Внимательно смотря на битву при помощи омута памяти, Гарри старался подмечать каждый момент. — Запомни, если тебе удастся вывести своего противника из спокойного состояния, заставив того действовать на эмоциях, то победа у тебя будет в руках, если ты конечно воспользуешься правильно своим преимуществом — высказалась Смерть. И в качестве подтверждения её слов, вскоре появилась сцена, где Белла изящно насмехалась над одним из авроров — членов ордена Феникса, ловко уворачиваясь от лучей заклинаний. Выпускник Гриффиндора, конечно не сдержался, ибо у всех алознаменных всегда было плохо с самоконтролем, мало кто из выпускников данного факультета мог похвастаться контролем над своими эмоциями. Как следовало ожидать мракоборец начал эмоционально атаковать пожирательницу, полностью потеряв контроль над ситуацией вокруг и как следствие поплатился за это жизнью. Поспешивший отомстить за своего двоюродного кузена, Артур Уизли — также поплатился за свою поспешность, получив сильное ранение и выбыв из битвы до её окончания. Смотря на это сражение, Гарри делал в своей тетрадке пометки о всех ошибках «светлой стороны». Ведь среди авроров и членов ордена Феникса, крайне мало было чистокровных магов, знакомых с боевой магией. А те что были сознательно ограничивали себя, считая что использование темных чар вообще недопустимо. Именно это и привело к огромным потерям со стороны «светлых», так как «темные» подобной глупостью не страдали. После просмотра воспоминаний, Гарри вместе со своей магической матерью и Беллатрисой, приступили к практике. Для чего сначала была убрана парта и затем возведен дуэльный помост, на который вскоре забрались Лестрейндж и Поттер. После чего мальчик под руководством опытной темной волшебницы, ныне служившей ему, стал изучать практические аспекты боевой магии. По началу Гарри было не просто, но постепенно у него стало получаться. Мальчик все схватывал налету, впитывая новые знания, как губка. Впрочем это было неудивительно. Но не только учебой занимался Гарри во время зимних каникул. Вместе с Хелой и Беллатрисой, когтевранец гулял по ближайшим окрестностям. Данные прогулки длились несколько часов и часто завершались ближе к десяти часам вечера, когда весьма уставший и в целом довольный Гарри с трудом доползал до своей кровати. Зимние горные пейзажи приносили когтевранцу весьма сильное удовлетворение. ****** За окном шла метель и дул сильный ветер, сидя в гостиной согреваемой чарами тепла, вечного действия, установленными самой Смертью, Гарри в настоящий момент изучал присланные ему подарки на Рождество. Если презенты от Тонкс, Гринграсс и еще нескольких своих сокурсников, Поттер сразу же открыл, то вот коробку присланную от одного рыжеволосого семейства, когтевранец справедливо не стал открывать отложив в сторону. Хель внимательно изучила подарки от Уизли, на всякий случай и конечно не прогадала. Чего на подарках только не было и зелье дружбы, легкий вариант Амортенции настроенный на Джинни Уизли, зелье рассеивания внимания, зелье ненависти направленное как на студентов Когтеврана, так и на слизеринцев. — Да, эти предатели крови совсем страх и совесть потеряли, если конечно они у рыжих дегенератов, когда-либо были. Ишь чего удумали воздействовать всякими гадкими зельями — с трудом сдержавшись, гневно высказалась Хель. После чего сожгла в черном пламени все подарки от Уизли. — Господин, если вы позволите, то я бы могла разобраться с этими рыжими предателями крови — преданно смотря на Гарри, произнесла Беллатриса, в чьих темных глазах горела решимость окончательно разобраться с семейкой рыжих предателей крови. На некоторое время воцарилось молчание. Когтевранец хоть и сам недолюбливал рыжих, но пока не хотел разбираться с ними, о чем не преминул сообщить своей слуге. — Я, думаю что сейчас пока этих рыжих трогать не стоит. Однако я не исключаю, такой возможности в будущем — произнес Гарри, после чего продолжил изучать свои подарки на Рождество. Последним под украшенной елью, лежал легкий сверток. Развязав его, мальчик, обнаружил серебристую мантию и небольшую записку. Взяв листочек Гарри внимательно прочитал все написанное там: «Незадолго до своей смерти твой отец оставил эту вещь мне. Пришло время вернуть ее его сыну. Используй ее с умом. Желаю тебе очень счастливого Рождества» Подписи не было. Гарри изучал странную записку, написанную неизвестно кем, пока Хель внимательно осматривала мантию невидимку. Некоторое время длилось молчание, пока гнев Вечной госпожи не вырвался наружу. Как оказалось, эта мантия была качественной подделкой, одного из трех даров Смерти, плюс с нанесенными на ткань чарами слежения, которые активируются стоит Гарри надеть мантию. — АХ ТЫ ЖЕ СТАРЫЙ МАРАЗМАТИК!!! Решил подсунуть подделку моего дара, напичканную чарами слежения!!! — вскочив с кресла, яростно произнесла Хель, после чего самолично сожгла данную мантию, которая к трем дарам не имела никакого отношения. Пока Хель ходила из стороны в сторону и сыпала проклятиями в адрес Дамблдора, Гарри кинул скомканную записку в камин и взяв остальные свои подарки, ушел к себе в комнату, сопровождаемый своей слугой, оставив Хель в одиночестве в гостиной. На то чтобы успокоиться у Смерти ушло несколько десятков минут, после чего та сделала себе мысленную пометку, о том что у Дамблдора будет весьма "интересное" посмертие, ибо воровство своих даров, Хель считала личным оскорблением. — Считай, что у тебя будет номер «люкс» на нижнем ярусе в Хельхейме — немного успокоившись произнесла Смерть, односторонне обращаясь к директору Хогвартса. ******* После возвращения с зимних каникул в Хогвартс, Гарри как и многие когтевранцы, продолжил усердно учиться, чего не скажешь о большинстве гриффиндорцев из которых в учебе выделялась только Грейнджер, с которой у Поттера сложились неплохие отношения, но не более того, так как несмотря на свою эрудицию, гриффиндорка иногда бывала невыносимой. Неспешно прогуливаясь по внутреннему дворику темноволосый когтевранец, просто наслаждался зимним воздухом. Присев на скамейку и применив чары тепла на неё, Поттер достал из сумки толстый фолиант по теории магии, открыв его на нужной странице, когтевранец стал внимательно читать, не отвлекаясь ни на что. Данную книгу Хель вручила своему приемному сыну после того как провела небольшой для него урок по теории магии, весьма отличный от того что проводят в Хогвартсе.        Ретроспекция       Расположившись на черном кожаном кресле, Хель занималась с Гарри изучением основ магического искусства. Делалось это, потому что теория магии в Хогвартсе была весьма слабой и входила в предмет истории магии, ведомый призраком — профессором Бинсом. Да и на других предметах о ней мало говорили и уделяли время, хотя следовало бы больше. — Итак, магия — практики направленные на изменение физической природы. В большинстве случаев магия выражается через слово. Слово — это энергия и сила. Словом можно убить или подарить новую жизнь. В магическом смысле слово заклинание имеет множественное значение: приказывать, настойчиво просить или умолять о чем-либо во имя чего-либо, а также подчинять себе что-либо властью магических слов. Простейший вид заклинаний — непосредственное обращение к объекту, на который необходимо воздействовать. Это воздействие может быть направленно на людей, на объекты потустороннего мира, на явления природы, которые персонифицируются — то есть обращение к ним происходит как к живым существам. Как правило такие обращения имеют форму повеления, требования, приказа, их отличает повелительный тон и нередко в них имеется упоминание о наказании в случае невыполнения требуемого. Базовая формула таких заклинаний: «Я приказываю тебе сделать то-то и то-то … , а не сделаешь, ожидает тебя смерть и разрушение». Другая форма заклинаний — заклинания, которые обращены не к объекту воздействия, а к посреднику — Высшим силам, от которого ожидается помощь. Они обращены к древним богам, к солнцу, луне, звездам, к различным природным стихиям, к духам предков или к различным астральным сущностям в чьей власти решить тот или иной вопрос. Нередко такие заклинания сопровождаются реальными или символическими жертвоприношениями. В этом случае заклинания строятся как двухчленная формула: «Вот тебе … а ты мне». Правда последние часто употребляются в различных ритуалах, но из-за устроенных гонений на темные искусства, в настоящий момент редко используются волшебниками. — Как жаль что в Хогвартсе так не рассказывают о теории магии — прослушав небольшую лекцию от Хель, произнес Гарри. — Вообще то при Основателях и лет 500 назад, теория магии более здраво преподавалась в Хогвартсе, но с течением времени это прекратилось. Как только рода Основателей прервались и лишь остались потомки из побочных семей, а в министерстве с каждым годом становилось все больше слабосильных магглорожденных волшебников, то вот и результат — теория магии стала весьма скудно преподаваться в Хогвартсе, ибо лидеры министерства магии не хотели чтобы кто-то стал гораздо сильнее их в магическом плане, да и пропаганда либеральной доктрины о разделении магии сыграла свою роль — слегка потянувшись в кресле, ответила Хель.        Конец ретроспекции       Закончив предаваться размышлениям, Гарри вернулся к чтению фолианта. Однако долго наслаждаться чтением книги когтевранцу помешали. Шумно галдя во внутренний дворик ввалились гриффиндорцы, во главе с Роном Уизли. Заметив читающего под деревом, Поттера, Шестой вместе со своими дружками — Дином Томасом и Оливером Смитом — двумя чернокожими магглорожденными, направился в сторону когтевранца. Шестой в очередной раз попытался привлечь к себе внимание со стороны Гарри. — Ну сколько можно читать эту чушь? — в наглую выхватив из рук Поттера, книгу и отшвырнув её в сторону, произнес Шестой — Давай лучше пойдем в шахматы сыграем.  — Уизли, мне это не интересно. Так что лучше отойди в сторону и не мешай мне читать — встав со скамейки и подобрав книгу, валявшуюся неподалеку, ответил Гарри. После чего снова попытался вернуться к прерванному занятию. Однако рыжий и не думал отставать от черноволосого когтевранца. — Гарри, ты чего? Да кому нужны эти книжки!!! — вскричал рыжий, а его дружки согласно поддакивали.  — В отличие от некоторых, я не желаю быть необразованным. Так что всего хорошего — встав со скамейки, произнес Гарри и уже было хотел уйти. Однако у рыжего на этот счет было совсем другое мнение. — Я с тобой не закончил, Поттер — гневно вскричал Шестой, резко развернув когтевранца к себе лицом. При этом гриффиндорец чуть не забрызгал Гарри своей слюной, так как совершенно не умел себя контролировать. Понимая что уладить дело миром не получится, когтевранец парой взмахов своей волшебной палочкой, отправил группку гриффиндорцев отдыхать в кустах. Но Рона Уизли это не остановило. Проявив свою гнусную натуру, рыжий напал на Поттера со спины, применив свое любимое заклинание.  — Слагулус Эрукто — зеленоватый луч, полетел в спину черноволосому когтевранцу. Почувствовав магическую эманацию позади себя, Гарри резко развернулся и быстро выставив вокруг себя магический щит. Дальнейшей драке помешало появление старосты Когтеврана. — Что здесь происходит? — обратилась к первокурсникам, синеволосая пятикурсница. Гриффиндорцы предпочли хранить молчание и лишь Уизли решил высказаться. — Что будешь защищать Поттера, синеволосая дрянь? Метаморфное отродье — с презрением смотря на старосту, произнес рыжий, для которого метаморфы, так же как и вейлы являлись лишь существами для утех, ведь его так воспитали родители. Хоть Артур и Молли стремились показать себя достаточно либеральными магами, но тем не менее к представителям магических рас и метаморфам, рыжие относились крайне негативно. Оставлять подобное оскорбление без наказания, девушка не стала. Применив жалящее заклинание к рыжему, пятикурсница влепила гриффиндорцу пару недель отработок в обществе Филча, после чего прогнала Уизли и его дружков из внутреннего дворика. Пока пятикурсница разбиралась с надоедливым рыжим нахалом, Гарри вернулся к своему прерванному занятию — чтению фолианта, снова присев на каменную скамейку. Наконец—то разобравшись с рыжим гриффиндорцем, Тонкс уже было хотела сесть на скамейку, как во двор вальяжной походкой вошли двое из ларца одинаковых с лица — близнецы Уизли. — Тонкси, — мы хотели — сказать, что — не позволим — метаморфичке происходящей из поганого  — темного рода — обижать нашего брата — одновременно произнесли в своей манере двое придурков и вытащив из-за пазухи пару склянок с какими-то зельями, попытались кинуть их в когтевранку. Однако та была готова к такому повороту событий и моментально выставила щит вокруг себя. Отчего склянки разбились, не причинив никакого вреда девушке. Глаза когтевранки тот час загорелись синим, что говорило о её ярости. Тонкс моментально парализовала двух полудурков, пока те не успели смыться. Как обычно Уизли всегда так и делали. На этих зимних каникулах, девушка сходила в Гринготтс и провела процедуру кровной проверки, так как в последнее время стала замечать что все заклинания относящиеся к боевой магии стали ей легко даваться, да и вспыльчивость резко усилилась. В результате своего посещения банка, когтевранка узнала, что смогла пробудить свою родовую принадлежность к Блэкам, так как её мать Андромеда не была до конца изгнана из рода. Получив перстень члена рода Блэк, Нимфадора решила пока скрыть от остальных данную информацию. Ведь в Хогвартсе хватало светлых фанатиков, которым явно не понравится что среди них учится уже полноправная Блэк. Впрочем и темным фанатикам не пришлось бы по нраву, что полукровку признали членом древнего темного рода. Однако от внимательного взора Гарри не скрылось, что девушка изменилась. Аура старосты Когтеврана стала более насыщенной и темноватой, лишь при помощи магического зрения это можно было заметить. И Поттер владел таким умением, изученным при помощи своей магической матери. Впрочем, изменения произошедшие с Тонкс — только её личное дело и Гарри не стремился вмешиваться в не свое дело. После того как Нимфадора в очередной раз наказала близнецов, хорошенько отделав их так, что рыжие недоумки с трудом сбежали, довольная когтевранка поспешила присесть на скамейку под высоким дубом. Прислонившись к коре дерева, девушка ухмылялась, до сих пор радуясь тому как наказала двух неадекватных третьекурсников-гриффиндорцев. Оставив Тонкс блаженно нежиться, сидя под дубом, Гарри встал со скамейки и направился в сторону факультетской гостиной. Добравшись до двери ведущей в гостиную своего факультета, Гарри приготовился отвечать на очередную загадку, стража Когтеврана. — Все ему покорится: зверь, цвет, лист, птица; железо, прочный меч — ничто не уберечь. Пойми: наша доля — принять его волю.  — Время — ответил Поттер, после чего прошел внутрь факультетской гостиной. Сев в свободное кресло и облокотившись, первокурсник продолжил читать фолиант, взятый с собой в Хогвартс. ***** Тем временем пока Гарри читал, сидя в факультетской гостиной, Хель вместе Беллатрисой, находясь в тени внимательно наблюдала за одной синеволосой пятикурсницей когтевранкой, вальяжно прислонившейся к огромному дубу, растущему в одном из внутренних двориков Хогвартса. Не догадываясь, что за ней наблюдают, Тонкс слегка потянулась и встав со своего места, неспешным шагом направилась на патрулирование территории замка. Идя по коридорам Хогвартса, Нимфадора, насвистывала лишь одной ей известную мелодию. Несколько раз девушка разнимала драки, разгоняя слизеринцев и гриффиндорцев. «В прошлом году такого количества драк между змеями и львами не было» — мысленно размышляла синеволосая когтевранка. Это объяснялось довольно просто, Рон Уизли являлся отличным заводилой любой драки и в этом он переплюнул своих старших братьев. Помимо своей патологической лени, свинства за столом, нежелания учиться, Шестой истово ненавидел до глубины души всех богатых чистокровных, учащихся на Слизерине либо на Когтевране. Эта нетерпимость переросла в желание во чтобы то ни стало «поставить чистокровных снобов на место». И поэтому после распределения, Шестой на каждой перемене организовывал или провоцировал многочисленные драки со слизеринцами и реже с когтевранцами. Отработки и снятия баллов никак не помогали, ибо семья Уизли являлась адептами идеологии «всеобщего блага», пропагандируемой Альбусом Дамблдором. Так что отчислить рыжих из Хогвартса было невозможно. Конечно Тонкс знала об этом, но покровительственное отношение директора и его заместительницы не спасало рыжих придурков от взбучки со стороны когтевранки. Сильно рыжих Нимфадора не калечила, но все равно им было весьма больно. Но даже такие «воспитательные моменты» не приносили пользы, ибо для Уизли было что в лоб, что по лбу. Стоявшие в тени Хель и Беллатриса, продолжали наблюдать за метаморфиней. Некоторое время длилось молчание. — Что думаешь на счет своей племянницы? — произнесла Смерть, поглядывая на Лестрейндж. — Сильна, достойна владеть магией рода Блэк. Хоть и полукровка. — В таком случае она весьма пригодится — произнесла Хель, после чего щелкнула пальцами, остановив время и перенеся Тонкс в свой замок в горах Шотландии.        С трудом открыв глаза, Нимфадора обнаружила себя лежавшей на огромной кровати в незнакомой готично отделанной спальне. Встав с кровати, когтевранка попыталась оглядется, но интерьер для неё совершенно был незнаком. Однако едва Тонкс опустила свой взор на правое предплечье, то сразу обомлела. Там была магическая татуировка в виде косы, окруженной пламенем. — Что за, фигня? — осматривая неожиданно появившуюся татуировку, произнесла пятикурсница. Стоило девушке дотронуться до рисунка на своем предплечье, как она услышала весьма монотонный голос в своей голове: — Глубже сухой пустыни, глубже речного ложа, Глубже наносов ила, глубже земли и гнили, Глубже могилы и бойни, глубже подвалов склепа Мир Госпожи простерся, из Девяти — величайший. Под небосклоном серым, под бездыханным солнцем, Под костяною дланью, строгой и непреклонной, У основанья Древа, глубже снегов Нифльхейма, — Вечный чертог забвенья, дом и очаг последний. В черепе и скелете, в полом шатре меж ребер, В каждом хряще и связке, в гулких палатах сердца, В каждой частице крови, в вечном деленье клеток, В каждом твоем дыханье — голос Ее бессонный: Я — твоя смерть и то, Что с тобой будет потом. Жизни этого тела Я очертила пределы. Я — твой терпеливейший друг, я — твой беспощаднейший враг. Я — владычица мертвых, и я — хранитель живых. Я — тайный твой путь домой, но я знаю, откуда ты вышел. Слава подземной богине, слава хозяйке Хельхейма! Славься, дочь могучей Ведуньи, гордость Ангрбоды! Славься, дочь Пламявласого, дочь смутьяна миров! Тюремщица Бальдра, защитница Бальдра, Подруга и спутница Мордгуд! Слава хозяйке предков; слава Стражнице Мертвых! Ты — петля и топор; слава Владычице Смерти! Слава Той, что царит под землей, Неотвратимой — слава! Ты — центр лабиринта. Славься, о Черно-Красная Хела!        От подобного напева, Нимфадора слегка испугалась и упав на свою соблазнительную пятую точку, долгое время не знала что делать. Вскоре дверь отворилась и в комнату неспешной походкой вошла, стройная высокая девушка с темными волосами. Присев в свободное кресло, незнакомка стала молча смотреть на метаморфиню. Некоторое время длилось молчание, которое ни Нимфадора, ни Хель не решались нарушить. Первая, потому что до сих пор находилась в шоке, а вторая — не хотела мешать когтевранке придти в себя. И вот наконец -то девушка собралась с мыслями и решила прервать тягостное молчание.  — Кто вы и где я нахожусь? — обратилась к незнакомке, синеволосая когтевранка, внимательно смотря на темноволосую девушку. — Что же, позволь представиться. Мое имя Хель и ты наверняка догадалась кто я такая. В данный момент ты находишься в родовом замке Певереллов.  — Но зачем я вам? — обеспокоенно произнесла синеволосая когтевранка, стараясь унять волнение, смотря на Хель. — Я некоторое время наблюдала за тобой. Ты достойна оказанной тебе чести. Отныне ты мой Жнец. — Что? — удивилась Нимфадора — Да, это так. Этим летом ты начнешь свое обучение. Сейчас этим заниматься мне не с руки. Думаю наш разговор вскоре продолжится, а пока я верну тебя обратно в Хогвартс — сказав это Хель, взяла Нимфадору за руку и вместе с когтевранкой перенеслась в магическую школу. Вернув время из состояния покоя, Смерть вскоре исчезла, оставив озадаченную старосту Когтеврана в одиночестве, обдумывать случившееся. Неспешно прогуливаясь по коридорам величественного замка, девушка серьезно обдумывала свою встречу с самой Смертью. ********** Расположившись за самым дальним столиком и обложившись толстыми фолиантами, Гарри занимался подготовкой эссе по чарам. Трансфигурацию, ЗОТИ, зельеварение и гербологию, когтевранец уже успел сделать и сейчас сосредоточенно писал сочинение по классификации бытовых чар. Увлекшись выполнением домашнего задания первокурсник не заметил как в библиотеку вошла чем-то серьезно озабоченная Нимфадора. Девушка шла словно зомби ничего не замечая вокруг. Подойдя к стеллажу с книгами, пятикурсница взяла самый толстый фолиант, после чего села за свободный столик, раскрыв книгу, стала что-то выискивать в ней. Найдя нужную главу, когтевранка моментально углубилась в чтение, совершенно выпав из реальности. Закончив с написанием эссе по чарам, Поттер заметил серьезно задумывавшуюся синеволосую пятикурсницу, которая сидела за соседним столиком, положив руки на толстую книгу и смотря в одну точку, совершенно не читаемым взглядом. Решив выяснить в чем дело, Гарри встал со своего места и подошел к столику, за которым сидела староста его факультета. Отодвинув стул чуть в сторону, первокурсник присел и пару раз щелкнул перед лицом девушки своими пальцами. — Земля вызывает, Тонкс, прием — обратился к замершей пятикурснице, мальчик. Не добившись ответа, первокурсник еще пару раз провел рукой перед лицом девушки. И лишь спустя пять минут, Нимфадора вышла из крайней задумчивости и вернулась в реальный мир. — Ой, прости, Гарри, я кое о чем задумалась — поспешно ответила девушка сменив цвет своих волос с синего на бордовый, после чего снова на некоторое время замолчала. — Что случилось? Я вижу что тебя что-то тревожит. Может быть я смогу чем-то помочь?  — Спасибо за помощь, но я пожалуй справлюсь сама. Доброго вечера — взяв фолиант в подмышку, произнесла метаморфиня и покинула библиотеку, под весьма задумчивый взгляд темноволосого первокурсника. «Интересно, что случилось с Тонкс?» — мысленно произнес мальчик, не зная что в скором времени, получит ответ на свой вопрос.