Даже дьявол когда-то ангелом был...

*Какое-то время спустя* — Вла-адле-е-енка-а-а… — сидя у мужчины на коленях, пытаюсь обратить на себя его внимание, а не в монитор ноута, но он только мычит в ответ и не отрывает взгляда. Чувствую себя брошенной. — Ну-у, Владлен… Ты совсем-совсем не обращаешь на меня внимания, уже несколько дней и вообще не реагируешь на меня, я тебе не интересна? Я тебе надоела? Или… ты импотентом стал? — Хотя… сама я и не пыталась привлечь его… но это он виноват. Наконец переведя взгляд на меня с монитора, оскорблённый такой, немного растерянный и очень уставший. Хм… не видела раньше у него мешков под глазами, а теперь они большие… — Нет.- сказал, как отрезал, или точнее будет сказать кастрировал, ки-ки-ки — Саша, принцесса моя, — выдыхает он и, Господи бога в твою душу мать, наконец обнимает меня, Думаю… я скучала по этому… когда он просто подходил и тискал… — я же говорил тебе, этот проект требует много моего внимания на этой фаз... — Я тоже требую много твоего внимания, — прерываю я, чуть нахмурив брови, но обнимаю моего мужчину за шею в ответ и немного откидываюсь на него, прижимаясь ещё ближе, — А ещё, мне не нравится то, что та дизайнерша, которую ты нанял обустраивать мою квартиру, которую ты подарил мне на новый год, пытается флиртовать с тобой. Она уже закончила. Ты уже можешь уволить её. — А я на её сайте напишу гневный комментарий. — Она закончила? — Брюнет явно этого не знал. — надеюсь тебе понравилось то, что она сделала? — Так. Ты с темы то не съезжай. Сделала, ну и сделала… архитектуру и дизайн IXX- ХХI века и объединить их. Это даже я могла бы сделать без какого-то там нужного для этого обучения.. — хмыкаю я утыкаясь в его шею, в тайне наслаждаясь этой близостью и его запахом… Чёрт! Что со мной не так? — Принцесса, маленькая моя, я думал, ты давно поняла, то, что мне никто кроме тебя не нужен. Никто кроме тебя уже как шесть лет… — чмокает меня в макушку, а у меня внутри будто… лава разливается, приятно согревая грудную клетку — Кстати… — медленно поднимаю голову и встречаюсь с его таким нежным и ласковым взглядом. В эти прекрасные голубые, будто у самого ангела глаза, я могу смотреть вечно, если они смотрят на меня так, как смотрят сейчас… Думаю прошла минута, или больше, не знаю точно, но когда его взгляд вот так вот ласкал меня, точно можно забыть о времени. — Кстати… — напомнил мне Громулик улыбаясь. — А… да… меня рекордная девушка Гриши по ТЦ пригласила пройтись… — и сразу отвечаю на его немой вопрос, — Ну у Гриши девушка-это на дня два-три, а это уже неделю… Ну и я подумала… на новый год, я ведь подарок подготовить тебе не смогла и не успела, кстати в этом виноват только ты. — Правда? — саркастично выгибает правую бровь, — Не помню что бы вам с Григорием позволялось покидать стены дома… Ты же не думала, что опять останешься безнаказанной? — Ц… если бы не тот… шестун, вы бы и не узнали… — фыркнула я, на что Лен улыбнулся ещё шире, его это только веселило. — Во время прогулки, будь настороже и держи ушки на макушке — щёлкнул по моему носику.— Хорошо? — Зачем мне быть все время начеку? — ВеДьМАку ЗаПЛаТиТЕ ЧеКАнНой МоНЕтОй, чЕКаНнОЙ мОНетОЙ, ЗаЧТёТСя ВсЁ ЭТо вАм… — Если заметишь, что-нибудь подозрительное, сразу звони мне и на всякий, держись ближе к Грише. — Но ты же сам запретил подходить нам, друг к другу, разве только на расстоянии вытянутой руки. — напомнила я мужчине… — ухмыльнулась я, сама щёлкнула его по носу. — Сейчас, исключение из правил. *Flashback* — Потилуй, — детским взглядом оглядываю мужскую фигуру стоящую рядом со мной. — Куда тебя потиловать, — отвечая таким же детским голосом спросил блондин. — Сюдя… — указывая на щёчку, подставляю её и меня чмокают в указанное место. — Вы точно не встречаетесь? — спрашивает один из одногруппников моего ананасика, на что мы с Гришей переглядываемся. — Абсолютно точно, — киваю я поправляя спавшую лямочку рюкзака. — Мы друзья. Лучшие друзья. — поддакивает Гриша, перекинув руки через мои плечи. Э! Слышь! Я тебе не подставка! — Это френдзона? - спрашивает второй, тот что бывший одноклассник и мы с Гришкой хитро так переглядываемся и довольно отвечаем в унисон. — Абсолютно да. — Так почему бы вам не перестать френдзонить друг друга? — Ну… у меня есть фетишист-лоликонщик у которого сдвиг по моей фазе, — пожимаю плечами. — А я за открытые отношения, а Саше это не нравится, она у нас моногамная, а я — полигамный, — повторяет мои действия. — А ещё… Гриш… тебе лучше бежать… этот самый лоликонщик сейчас немного цербер и он здесь и вероятнее всего… он видел… поэтому вероятнее всего, всё таки по твою душу... — случайно заметив выходящего из дорогой иномарки Громова который был темнее громовой тучи, советую моему швабрику побигить… — беги как Лютик. От разгневанных любовниц своих. *Flashback* — На меня открыли охоту? — предположила я, вспоминая предыдущую " дикую охоту", понимая что Владлен просто так что-то не делает и не говорит… — Нет. — А если честно? Ты же понимаешь, что я должна знать, ведь так станет легче тебе, и сложнее тем, кто это задумал. Немного промолчав, возможно собираясь с мыслями, выдает усталое «Да» Эх… и опять всё по круговой… Опять притворяться беззащитной пугливой девочкой. — Не на тебя... но я не хочу чтобы ты пострадала. Помнишь, на свадьбе твоего брата, была странная компания людей? — киваю в знак согласия и взяв его руку переплетаю наши пальцы, и наблюдаю за его реакцией. Он даже запнулся на слове и мне кажется или… его скулы порозовели? Прикрыв рот свободной рукой, отвернулся. Ему понравилось? — Алина входит в эту компанию, ты тогда говорил про Костяка, я помню. В любом случае, я знаю что ты защитишь меня… ну или спасёшь — Прижимает мою голову к своей груди, гладя меня по голове, — и станешь моим рыцарем, который спасёт принцессу от злых разбойников. — Он молчал, а сердце его билось словно он пробежал кросс или поднялся на восьмой этаж по лестнице, без остановок и передышек. — Обязательно… — Когда я уже и не ждала ответа, сказал он целуя меня в макушку. — Кстати, подпиши вот это, — пододвигает мне бумажку и я без раздумий подписываю. Попросили же… — А ты мне запретил приближаться к Грише, потому что ревновал, да? — Он с такой радостью рассматривает мою подпись, что мне как-то даже не по себе сделалось… — Я постоянно тебя ревную. Спасибо, что заметила. — кивает мужчина и возвращается к работе на ноуте, который в режиме ожидания… — Владле-е-енушка. — жду когда он вновь обратит на меня внимание и… — Потилуй, — указываю пальчиком на щёку. — Нет. — посмотрев с минуту на мою щёку, ответил он. — Хмф… Ну и ладненько, я к Грише пойду, он потилует, — вставая с колен Лена, осознаю, какая же я тактическая и умная ки-ки-ки. Меня резко останавливают схватив за руку, так, что я чуть вперёд не упала… нум… с инерцией ничего не поделаешь… и тянут назад, вновь усаживая на колени и целуют. Правда не в подставленную ранее щёку, а в губы. Так властно… Мр-р-р… — Будь осторожна. — напоследок чмокает меня в щёку и отпускает. — Обязательно, — киваю я, чмокаю его в скулу чуть нагибаясь, и выхожу из временного кабинета, который дядя Эдик выделил для Владлена.

***

— О, а ты куда, или откуда? — открыв дверь в мою комнату, которую дядя Эдик, оборудовал специально для меня три года назад и решил всё-таки вернуть меня «на родину». Правда Владлена пускать довольно долго не хотел… но после того как они поговорили в закрытом кабинете, пока мы с Гишкой играли в шахматы, развивая нашу… тактику и логику… Ох, как же я обожаю наши с ним игры… Взять те же шашки и шахматы и то, как мы объявляем войну друг другу… М-м-м! А костюмы! Как я обожаю мой китель… и шляпку… — Из офиса, — кратко ответил он, расстёгивая пуговку за пуговкой на хлопковой рубашке. — Дай угадаю, опять срочное собрание? — прикрыв за собой дверь, свободной от многочисленных пакетов рукой, подхожу к софе сгружая на неё весь свой груз и рюкзак. — Почти, — кивает он, расстегивая рукава, а после и рубашку снимая. — я первый в душ. — Ох… я кажись, засмотрелась немного…  — Хорошо, — кивнув сама себе, решаю, что надо бы всё разложить и подготовить. И переодеться. *** Как только Владлен вышел из ванной комнаты лишь в одних пижамных штанах, подлетаю к нему и сую ему в руки повязку для умывания. Я уже в своей и в атласной пижамке. У моей повязочки такие милые бараньи рожки… Когда я сегодня выбирала для него, я долго думала. Бантик для такого брутального Громова не подошёл, и смотрелось бы смешно. У Гришки ушки зайки, а повторятся я не люблю. В итоге я выбрала оленьи рожки. Мы теперь два дьявола, что превратят ваши жизни в ад... — Надевай, — сначала Владленка осмотрел меня, а затем обстановку позади меня и вопросительно выгнул правую бровь. — Нум, так как сегодня у меня была возможность и я смогла прикупиться, я наконец решила, что тебе подарить. — Ну и что ты решила? — ухмыльнувшись и скрестив руки, спросил Громов. — Что подарю тебе время. Моё время. А точнее времяпровождение со мной. Обычно такие вечера я провожу с Гришей, но так и быть, сегодня я проведу и с тобой. Поэтому надевай. Жду когда он наденет и заталкиваю его обратно в ванную прихватив небольшой пакетик с новыми скрабами, гелями для умывания и масочками. — То есть, ты хочешь намазать меня… этим? — с каким-то отвращением произнёс Лен. — Да. Даже мужская кожа зимой нуждается в увлажнении. И нет, это не для гомосеков. Это вполне нормально. К тому же у этого скраба лёгкое очищение. Достав тюбик из коробочки, скептически осматриваю мужчину рядом со мной, который немного помолчав произносит: — Ты же понимаешь, что это только для того, чтобы ты была счастлива? Выхватив у меня из рук тюбик, читает способ применения и наносит на кожу лица массируя. — Я? — удивляюсь, повторяя его действия. — Что бы я не делал, все было лишь для тебя. — продолжая массировать щёки ответил он, а у меня в груди будто кружка с горячим чаям разлилась, но не обжигая, а согревая. — Ты такой хороший, — прислоняюсь головой к его плечу, но всё никак его не достаю, поэтому к руке. — Ты меня любишь, заботишься, не заставляешь делать то, что я не хочу, выполняешь мои капризы и подарки даришь. И всем этим ты ставишь меня в неловкое положение. В конце концов я ведь не сука, которая лишь принимает и ничего не делает в ответ… А ведь любить тебя можно хотя бы за то, что ты стульчак поднимаешь и готовишь для меня вкусно-вкусно так... особенно мясо... особенно когда жарешь его, а потом меня. Правда, один минус, к тебе часто подкатывают. Мне это не нравится. Отстраняюсь и наклоняюсь, что бы смыть скраб и смываю его губкой для умывания. Логично же. — Зато ты принесла мене душевное спокойствие, равновесие и умиротворение. И этого больше чем достаточно, чтобы любить тебя. Хотя любить тебя можно только за то, как ты мило скулишь и мурлычешь во время занятия любовью, или смотришь на меня так наивно, сидя прижатая мной к столешнице в моей рубашке, ну или те моменты, когда ты смотришь на меня так ласково, как сейчас, — подразнив меня, чмокает в висок и тоже смывает щёточкой для умывания. — Что дальше? Приобняв его за… талию? Торс? Что это вообще? Веду его в спальню. Да прям на кровать. Жаль свечи купить забыла, ну лан, приглушённый свет нам на что? — Теперь масочки! — кинув ему упаковку, открываю свою и встав возле туалетного столика аккуратно надеваю разглаживая. Повернувшись к нему, хмурю брови, только вот он этого не видит. — Ну-у… Подхожу к улыбающемуся мужчине одеваю сама. — Это — на лицо. Не ниже, ни выше. На лицо. Двадцать минут. Ясна? — Да. — смеется он и заключает меня в кольцо из рук, прижимая к себе. *** — Зачем музыка? Мне достаточно слышать биение твоего сердца. — Ц… я что, зря плейлист выбирала? — когда меня наконец отпустили, отскакиваю подальше и на телевизоре включаю ютуб — хы-хы, а я тебя обманула, я его не подбирала. — включив первый попавшийся « мой джем», делаю так, чтобы музыка не была слишком громкой, но и не слишком тихой. Так, что бы можно было разговаривать, не перекрикивая друг на друга. Найдя нужную громкость откладываю пульт и взвизгиваю от неожиданности, когда меня сначала хватают, а потом, когда я оказываюсь лёжа на полу, меня начинают щекотать, от чего комната наполняется смехом. — Хей! Это нечестно! — сквозь смех и визг пытаюсь проговорить — Хватит! Ну хватит… — пытаюсь вырваться ну или увернутся, но ни то, не другое не получается. — У меня маска из-за тебя слетела! — Двадцать минут прошло, ей можно. — Ну пожалуйста… хватит! — извиваясь, начинаю пинаться, но он лишь ловит мои ноги и обездвиживает, — Я щекотки боюсь! — Скажи, что любишь меня. — говорит Громов не обращая внимания на слетевшую ткань и с его лица. — Это нечестно! Сука! Ты! Ёбаный читер, блять! — А-а-а- я больше не могу… — Скажи. — настаивает на своем начиная щекотать ещё сильнее. — Ладно-ладно… Я люблю себя… Доволен? — когда в ответ мне следует «Нет» и продолжение этой пытки в гипер-чувствительных местах, хотя у меня везде это место, я сдаюсь — Я люблю ТЕБЯ! — Так бы сразу… — перестав щекотать, жестко целует — не матерись — это не красиво, принцесса. — Жди мести! — фыркнула я и добавила едва слышно — петушара напыщенный. — Я всё слышу! — грозно сказал Лен, помогая мне встать, хотя я и сама могла. — Теперь патчи. — кинув в него коробочкой с патчами, решаю не забирать свои слова обратно, я же не Максим Викторович… — это на глаза. Показываю как их надевать и беру два больших контейнера со столика, перекладывая их на кровать, а после и небольшую чашечку с соевым соусом. — Я не знала, какие ты любишь, поэтому взяла все. Если не умеешь пользоваться палочками, я взяла вилку. Прилягнув… прилежав… легла короче на кровать, обняв подушку и взяв палочки, разделив их. — Чуть не забыла! — достаю из-под подушки небольшого размера коробочку, - это тебе. Запоздалый подарок... Смущённо улыбаюсь, чувствуя неловкость и предвкушение. Понравится ли? Аккуратно развязывая бантик, Владлен довольно улыбается, поглядывая за моей реакцией. Открыв крышку, заглядывает в недра коробочки, на мгновение замирая. Осторожно достает альбом и открывает первую страницу, на которой красуется наша фотография, сделанная недавно Гришкой исподтишка, когда дядя Эдик отошёл, а громов улучив момент целовал меня. Просмотрев фотографии, которыми я на половину заполнила альбом, он поднял на меня взгляд полный любви и благодарности. — Я долго думала, что можно подарить тому, у кого теперь уже всё есть. И додумалась, что можно подарить те счастливые моменты когда мы вместе и продолжать его заполнять, этими самыми счастливыми моментами, - смущенно потупив взгляд, полушёпотом рассказала я. Не успела я договорить, как меня притянули к такому тёплому и желанному телу и поцеловали, лаская языком мой язык и облизывая мои губы.  — Саша, о лучшем подарке и мечтать не мог, — смущённо целую его в плечо, — теперь на все важные меропреятия буду приглашать фотографов, что бы наших фото было больше, а когда ты наконец подаришь мне такую же милую дочурку, — закрываю ему рот рукой и хмурю брови, на что мужчина целует меня в ладошку и весело смеётся, — что ты думаешь о парных кольцах? — взяв один с угрем немного обмакнул в соевый соус. — Я не против. - немного поразмыслев, продолжаю, - Только с одним условием. Это единственное, что ты подаришь мне из бижутерии. Ты же знаешь, я так не люблю все это… — Знаю, — смеётся мужчина. — из чего хочешь? Золото, цветное золото, платина, калифор… — Платина. Она немного похожа на серебро, поэтому платина. Кстати, расскажешь о том, что и почему, меня надо защитить и от кого. Они хотят манипулировать тобой с помощью меня? - Хотя я и так вполне хорошо тобой манипулирую... или это приказы? — Не вмешивайся, я сам разберусь. Так как в квартире закончился ремонт, ты должна будешь переехать туда, — вопросительно наклоняю голову в бок пережевывая ролл с креветкой. — я уже обговорил это с Эдуардом, и он полностью согласен со мной. Пока это большее, что я могу тебе сказать… И почему они не хотят рассказывать это мне? Той кто похищения воспринимает как знакомство с бандитами, которым потом накостыляют полицаи или ещё кто… Я слишком привыкла к этому и если они расскажут мне все, то мы закончим намного раньше, но нет же… сука! *** — Вла-адле-е-ен, — убираю то, что мы не доели подальше на столик, что бы не мешало. — как на счёт массажа? - Массаж? — переспросил Громов, выключая музыку на телевизоре, и его тоже. — Да, — киваю, подходя к нему. — Когда я чувствую себя слишком уставшей, я иду на массаж, а ведь ты сейчас весь в работе. Смекаешь? — Я не против, — чмокает в бровь, но я уклоняюсь. Я не разрешала. *** Сижу на шикарной заднице шикарного мужчины, и разминаю его шикарную спину. Думаю пора выполнять мой план мести. Провожу едва касаясь кожи спины и целую его между лопаток. И едва я хоть что-то поняла, как я уже была под Громовым, который ответно целовал меня в шею. Не-не-не, сладкий, так не пойдёт. Толкаю его в оголённую грудь и томно произношу, немного нахмурившись. — Я хочу сверху, — какой он покорный. Так же как я оказалась под ним, теперь я на нём. Дотянувшись до его галстука который он оставил на прикроватной тумбочке ещё с того времени как пришёл домой, и завязываю его руки, которые он сам мне подставил. Крепко. Так крепко насколько я могу. Предвкушающее и пошло ухмыляюсь. И наконец, разрешаю чёртикам в моих глазах показаться. — Ты слишком… — шепчу в его ухо, когда он весь такой разгоряченный и готовый, судя по большой и явно возбужденной выпуклости в штанах, на которой я сижу, специально потираясь промежностью, — НАИВЕН! И хихикая спрыгиваю с него и лицезрю, прекрасную картину: его такой ошеломлённый взгляд, и то как он замер, но после сразу следуют крики, приказы и маты. — Это месть, сладкий, — посылаю ему воздушный поцелуй и найдя телефон, делаю несколько фото, — Наш девиз непобедим: возбудим и недадим! Прихватив контейнеры, выхожу из комнаты, закрыв дверь. Ещё один плюс звукоизоляции. Пойду, скормлю Грише оставшееся. Открыв дверь с ноги, кричу. — Хочешь поржать?! Ещё я тебе принесла кое-что! *** Когда я вернулась в комнату, Громова на кровати не обнаружила, но в ванной было слышно воду. Скорей всего холодный душ. Укладываюсь в прохладную постельку, обнимая подушку и параллельно закидываю на неё ноги. Когда я была на границе сна и яви, то бишь дремала, меня прижали к твёрдому, но влажному телу и прошептали на ушко, что-то про то, какими бы мои поступки не были абсурдными, меня все равно будут любить как никого другого…