Суровый узел волчьей справедливости!

      За годы его отсутствия Пайк мало изменился. Всё та же стена вокруг утеса, всё те же башни, словно вросшие в скалы, на которых они стояли. Теон смутно помнил родной дом. С того дня, как лорд Старк увез его в Винтерфелл, прошло почти десять лет. Считай, половина всей его жизни.       Из разговоров островитян и северян, участвовавших в подавлении первого восстания Грейджоя, он понял, что Бейлон восстановил замок, не изменив в нем ничего. Лорд Пайка не желал учиться на ошибках и вот результат — также, как и десять лет назад, снаряды катапульт разрушали заново отстроенные стены. Правда, в этот раз штурмующие решили не ограничиваться одной-единственной башней.       Со скрипом и скрежетом огромные машины отправляли обточенные морем и ветрами валуны в сторону замка. Приверженцы Старого Пути не любили долгих осад, предпочитая брать замки и остроги так же, как они захватывали корабли в море — штурмом. Но среди людей Харлоу нашлось немало мастеров, с чьей помощью сейчас распадался на куски один из последних рубежей старых традиций.       Теон распорядился не жалеть снарядов. Когда он станет лордом, а это, по его мнению, было вопросом нескольких дней, — он перестроит Пайк. Он выстроит новые крепкие стены, а также распорядиться поставить на них катапульты… на всякий случай.       Обстрел продолжался с утра до самого полудня и прекратился только лишь когда от стены остались покрытые пылью обломки. Вот тогда Теон Грейджой и Робб Старк двинулись к Большому Замку.       Защитники не успели или не смогли разрушить мост, соединяющий замок с сушей, а потому воспитаннику из Винтерфелла не составило труда добраться до Великого Чертога.       Бейлон Грейджой ждал их на Морском Троне в окружении своей дружины. Два десятка воинов встали за круглыми щитами, сжимая топоры, мечи и копья. Впереди других стоял Дагмер Щербатый, старый разбойник, одним своим видом способный внушать неподдельный ужас. Сам лорд Грейджой держал в руках большой двуручный топор, богато украшенный, но от этого не менее смертельный.       — Ты вернулся сюда. И, я полагаю, не с головой мальчишки Старка, — сказал Теону его родитель. — Я вижу Старка в нашем доме, и горстку отступников, вставших за твоей спиной.       — Ты знаешь, почему я здесь, — ответил Молодой Кракен. — Ты такой же предатель и мятежник, как и Тайвин Ланнистер. А потому, я и Робб Старк прибыли сюда, чтобы покарать тебя именем короля Роберта!       На самом деле он долго думал над тем, как он будет говорить с человеком, бывшим его отцом. Он помнил его как сурового воина и боялся, что в определённый момент не сможет сказать нужных слов. Но в Великом Чертоге Пайка он увидел лишь худого старика с длинными спутанными волосами, в окружении горстки фанатиков.       — Лорд-десница предлагает вам сдать замок, лорд Грейджой. — сказал Робб. — Только тогда вам будет сохранена жизнь.       — Как ты смеешь ты говорить о предательстве! — крикнул Теону Бейлон, игнорируя слова Старка. — Зеленые земли и вправду убили в тебе волю, обратив тебя в раба Старков из Винтерфелла. Я собирался дать тебе шанс, Теон. Шанс проявить себя, доказать, что ты всё ещё один из нас. Но теперь я воочию убедился, что у меня лишь одно дитя и один наследник — Аша.       — Аша в плену, как и твой брат, Эйерион Мокроголовый, — ответил Теон. — Сомневаюсь, что она сможет править из темниц Сигарда. Виктарион погиб у Рва Кейлин, а Вороний Глаз кормит рыб в Закатном море. Война проиграна. Положи этому безумию конец.       — Безумию? — глаза Бейлона сузились. — Ты смеешь называть наши священные законы безумием? Ты щенок, выкормыш с зеленых земель! Посмотри на себя — сражаешься как трус — луком и машинами! Ты стоишь рядом с сыном убийцы твоих братьев, ты рос в семье тех, на чьих руках кровь твоего народа!       — Моих братьев сгубил твой мятеж. Ты надел корону из плавника и отправил Родрика под стены Сигарда, а Марона — на стены Пайка. Ты призвал шторм на Острова и из-за тебя я стал покинул отчий дом.       — Ты смеешь обвинять меня?! Что же, быть может ты и своего тюремщика теперь считаешь за отца?       — Может, — твердо ответил Теон, Робб удивленно посмотрел на него, воцарилось недолгое молчание.       — Когда-то железнорожденные владели всем западным берегом Севера, и гордые Старки из Винтерфелла прятались за стенами своей твердыни, заслышав плеск наших весел! — сказал побагровевший Бейлон. — И теперь ты говоришь, что готов назвать этого подонка Старка своим отцом?!       Стрела со звоном отскочила от черной поверхности Морского Трона в футе от головы Бейлона. Теон вытащил из колчана ещё одну и натянул тетиву.       — Отцеубийца! — вскричал Бейлон.       Его люди тут же бросились вперед. Теон и Робб выхватили мечи и вместе с нападавшими бросились к трону. В короткой, но ожесточенной схватке пали все сторонники Бейлона, кроме него самого. Лорд-жнец Пайка зажимал рану в бедре и с ненавистью смотрел на Теона.       — Отцеубийца… да будешь ты проклят перед всеми богами и людьми.       — Именно поэтому, я потружусь сохранить вам жизнь, батюшка, — ответил младший Грейджой. — И пусть мой настоящий отец и король Роберт решат вашу судьбу.

***

      — Что значит, она сбежала?! — Патрик Маллистер был, пожалуй более взволнован, чем капитан его домашней гвардии.       — Дверь была открыта снаружи, дежуривший стражник лежал внутри с раной в горле и… спущенными штанами.       — Я же приказал, не приближаться к ней, тем более поодиночке! — вскричал наследник Сигарада. — Отец меня прибьет. — обреченно добавил младший Маллистер.       — Никто больше не сбежал, милорд, — ответил капитан стражи.       — Она была важнее их всех вместе взятых. И вы её упустили!       — Мы закроем город, проверим каждого, кто попытается покинуть город, остановим все корабли!       — Тогда чего же вы ждете! Пока мы с вами здесь разговариваем, Аша Грейджой уже наверняка пересекает Закатное Море!

***

      Эсгред с интересом наблюдала за стоящими в гавани кораблями. «Черный Ветер» ярко выделялся среди остальных судов. С его палубы не было слышно песен или даже разговоров, снасти мертвыми змеями свисали с бортов, а парус лежал на палубе, подобный гигантской мертвой птице. Будь у неё команда, берег бы уже давно оставался за кормой, но их держали раздельно и вырваться из когтей Орла удалось лишь ей.       По сути своей это было не так уж и сложно — подозвать томным голосом дежурившего у входа в коридор стражника, ну, а затем сделать предложение от которого сложно было отказаться. Девушка не считала себя первой красавицей на Островах — слишком худое лицо и слишком большой нос, но, перед возможностью приятно скоротать время в компании «принцессы железнорожденных» устоять было сложно.       Далее дело было за малым — дотянуться до кинжала, висевшего на поясе того дурака. В цитадель Сигарда втащили Ашу Грейджой, наследницу Бейлона, лорда-жнеца Пайка, но вышла из неё Эсгред с мыса Кракена, дочь безвестной северянки, ищущая следы своего отца.       Жители мыса Кракена пусть и были подданными Старков из Винтерфелла, лицом больше походили на уроженцев архипелага. Мейстеры связывали это с частыми набегами пиратов, имевших место в прошлом.       Когда-то эти земли входили в состав огромного королевства железнорожденных, простиравшегося от Медвежьего Острова и Каменного Берега на Севере, до Староместа и Красных Гор на юге. Шли годы и железная хватка островитян ослабевала.       Харраг Хоар был последним королем Островов, имевшим земли на Севере, но Теон Старк лишил его и этих крох. И все же, набеги продолжались, а пустынный, продуваемый всеми ветрами мыс стал, ко всему прочему, ещё и пристанищем для многих изгнанников, также давших потомство.       Хозяин одного из многочисленных постоялых дворов Сигарда был рад паре медяков, случайно оказавшихся в кармане одного бедолаги, некстати для себя попавшегося «северянке» на пути. Что ни говори, а приставленный к шее кинжал, особенно испачканный в крови, хриплый голос и накинутый капюшон, делает людей весьма сговорчивыми. Эсгред сидела в углу и потягивала эль, размышляя о своей дальнейшей судьбе, когда в помещение ввалились два запыхавшихся стражника.       — Мы ищем девушку, девятнадцати лет, есть ли здесь такие? — обратился один из них к трактирщику.       — Девятнадцати лет-то? Есть, вот только в том, что они девушки я уже не уверен, — рассмеялся тот.       — Ты это, не шути! — рассержено сказал стражник. — Лорд Джейсон с нас шкуру спустит, если не найдем её.       — Тише, тише… — трактирщик примирительно поднял руки. — Кого вы ищите-то?       — Девку, железнорожденную, как же её, Яра, Оша, во, Аша! Худая, да черноволосая.       — Худых да черноволосых тут пруд пруди.       Эсгред сжала рукоятку кинжала. Логичней всего сейчас было бы опрокинуть стол и броситься к выходу, но второй стражник встал прямо в дверях.       — А вот ты, кто будешь? — услышала она голос стражника у себя над ухом.       — Эсгред, с Мыса Кракена, — ответила девушка, словно повторяя заученный урок. — Я пришла в Сигард, чтобы найти корабль, идущий до Островов.       — Ну и имечко у тебя, — присвистнул стражник. — И зачем же юной леди корабль, идущий к Железным Островам?       — Отца ищу. Хочу должок вернуть.       — Это какой еще должок?       — А вот какой! — лезвие кинжала вонзилось в столешницу рядом с рукой стражника. — Он прибыл осенью, на корабле груженом железом. Подонок оставил меня с матерью подыхать зимой, а сам сбежал. Мать я схоронила уже по весне, а сама решила пробираться сюда и дальше, на острова. Найти его хочу, страсть как хочу. Помню, что этого ублюдка звали Родрик. И что у него не хватало трех пальцев на правой руке.       — Робб Старк и Теон Грейджой захватили Пайк, — сказал стражник, после недолгого молчания. — Идем! — Обратился он к своему собрату по оружию. — Удачи тебе. — Добавил он вполголоса.       Девушка задумчиво смотрела ему вслед. Пусть её рассказ и был выдумкой, от первого слова и до последнего, всё же, такие истории не были редкостью в этих землях и, вполне возможно, что тот человек стал невольным участником одной из них.       Рассвет следующего дня «северянка» встретила уже на борту рыбацкой лодки, несшейся по волнам на запад. Аше удалось найти ещё троих человек из своей команды, чудом избежавших плена. К радости для себя, она обнаружила, что Триса Ботли среди той троицы не было.       Отбить суденышко у двух практически безоружных рыбаков не составило труда, и теперь ничто не стояло между ними и родиной. Харлоу лежал ближе всех к материку, а потому дочь Бейлона держала курс именно туда.       «Морскую песнь» она узнала, как только услышала возглас: «Корабль на горизонте!» Большое судно с черным парусом и серебристым серпом на нем быстро приближалась к их лодочке. Прошло совсем немного времени, прежде чем Аша оказалась в каюте лорда Десяти Башен.       — Дядя? Не ожидала, что ты в кои-то веки оставишь свои книги.       — Чего не сделаешь ради племянницы, — ответил Родрик. — К счастью для тебя, вороны летают быстрее, чем корабли ходят по морю, так что мне удалось перехватить тебя, прежде, чем о твоем прибытии станет известно северянам.       — Так значит, теперь Старки здесь всем заправляют?       Лорд Родрик поморщился.       — Не совсем. В прошлый раз Железные Острова стали добычей победителя. Теперь же я сделал всё, что было в моих силах, чтобы не допустить этого.       — Ты предал моего отца?! — в голосе Аши отчетливо читалось удивление и злость. То, что всегда тихий и всегда верный лорд-Чтец решился на измену, казалось дочери Бейлона чем-то немыслимым, невозможным.       — Флот Эурона был разбит, Вороний Глаз погиб.       — Не буду по нему скучать, — прокомментировала племянница.       — Я тоже. — согласился Харлоу. — В Десять Башен прибыл Теон и предложил поддержать его претензии на Морской Трон, и я согласился. Пайк пал, и теперь твоему отцу придется надеть черное.       — Твоей милостью? — презрительно спросила Аша.       — А ты полагаешь, поступи я по-иному исход был бы другим? — строго спросил Родрик Харлоу. — Бейлон проиграл войну, которую сам же и затеял. В прошлый раз, по Островам прошлись огнем и мечом, теперь же этого не будет, если Теон станет королем.       — Теон полжизни провел на зеленых землях, — хмыкнула Аша. — Что он может знать об Островах?       — Он друг и воспитанник Старков из Винтерфелла.       — Друг и воспитанник? Скорее пленник и заложник.       — Больше нет. По крайней мере, короне он сейчас нужнее в Пайке, чем где-либо ещё.       — Малыш Теон станет королем Островов, а что же будет со мной? — спросила Аша.       — Это хороший вопрос, — ответил Лорд-Чтец. — Ты умна, хитра, решительна, но очень честолюбива.       — И я старше Теона на три года, — добавила Аша, понимая, к чему клонит дядя.       — Гвинесса старше меня на девять лет, и всё же я — лорд Десяти Башен, — ответил Харлоу. — Но, если со мной что-нибудь случиться, она не замедлит заявить о своих правах.       — Ты думаешь, я могу пойти против Теона? — спросила дочь Кракена.       — Можешь. Если сумеешь пообещать капитанам несметные богатства и славу, если сумеешь напомнить им, что ты — дочь Бейлона Грейджоя. Ну, или если твой брат случайно упадет с подвесного моста или поскользнется на лестнице. Твой отец растил тебя как свою наследницу, словно позабыв о сыне, оставшемся за морем.       — И ты опасаешься, что я назову Морской Трон своим по праву рождения?       — Да.       — Твои опасения напрасны, дядя, — рассмеялась Аша. — Я вижу, как ослабли Железные Острова, раз уж нас бьют все и каждый. Если королю-оленю нужен Теон на троне, то я смогу с этим смириться. Но! — Аша подняла палец. — Я полагаю, что имею право рассчитывать на местечко на его ступеньках.       — Это решать не мне. Впрочем, — Родрик улыбнулся, — я переговорю с Теоном. Пока же ты останешься в Десяти Башнях. Можешь считать себя моей пленницей.       — Слушаюсь и повинуюсь, — со смехом ответила дочь Бейлона, прекрасно понимая, что её «темницей», скорее всего, станет замковая библиотека.