I'm not okay

Если бы сейчас к Мэллори кто-нибудь зашел в комнату, то решил бы, что у девушки побывал грабитель. Одежда ворохом валялась на полу и всех возможных поверхностях. Мэллори перерыла уже весь шкаф, но так и не могла определиться, в чем же ей сегодня пойти. Казалось, на кой-черт ей вообще с этим заморачиваться? Пусть она хоть в мусорном мешке идет — Лэнгдон как-нибудь потерпит. И все же, девушке хотелось, хоть немного, но выпендриться. И для этого случая, очень под руку попалась покупка годовой давности, о которой Мэллори давно успела забыть. Как-то накануне дня святого Валентина, ее занесло в торговый центр, где на глаза сразу попалась вывеска, гласящая о том, что в «Виктории Сикрет» шла сезонная распродажа. Девушка не так уж часто баловала себя новым бельем, а особенно, дорогим и изысканным, которое не слишком-то подходило для повседневных нужд. Но в тот день, то ли от тоски, то ли из-за большой скидки, Мэллори обзавелась одним кружевным алым комплектом, что больше напоминал наряд начинающей куртизанки. За целый год, девушка так и не решилась ни разу его надеть, но сейчас… Почему бы и нет? Пусть она и не планировала демонстрировать его Лэнгдону, но от ощущения, что оно было на ней надето, становилось приятно. Только вот помимо белья, Мэллори нужно было найти еще и то, что надеть сверху. Майкл не уточнял, в заведение какого рода они планируют идти. Ресторан, бар, кафе?.. В дресс-коде она не слишком-то хорошо разбиралась. Да и в любом случае, у девушки не было припасено в общежитии никакой одежды, что могла бы как-то сгодиться на парадный выход. Вымученно застонав, Мэллори вышла в коридор. Кажется, придется снова постучаться к Хайди за помощью. Вот уж у кого гардероб был набит шмотками на все случаи жизни. Подойдя к двери, девушка нерешительно постучала. Когда соседка открыла дверь, Мэллори, потупив взгляд в пол, кратко объяснила ей ситуацию. — Так у тебя свидание с Лэнгдоном? — хмыкнула девушка, громко чавкая жевачкой и смерив Мэллори взглядом с головы до ног, — с ума сойти. И с чего это он вдруг так расщедрился? — Можешь просто дать мне какое-нибудь платье и все? — покачала головой староста, явно показывая, что не имела никакого желания обсуждать подробности. — Заходи, — пожала плечами Хайди, — сейчас гляну, что есть… Ты что больше хочешь подчеркнуть, сиськи или задницу? — Чего? — смутилась Мэллори, растерянно моргая. — На твоем месте выбрала бы задницу, — хмыкнула соседка, критично оглядев фигуру девушки, — не волнуйся, что-нибудь найдем. Вытащив из шкафа несколько вешалок с нарядами, Хайди кинула их на кровать. — Примерь вон то черное и синее, — сказала она, махнув рукой в сторону платьев. Подбор подходящей одежды занял еще полчаса, пока Хайди наконец не произнесла: — Оставляй это и даже не думай. Будь я мужиком и увидела тебя в этом — точно захотела бы трахнуть. Мэллори нервно сглотнула. Да не собиралась она с ним спать!.. Платье было довольно простым на вид, чем-то даже напоминало собой подобие униформы учениц в католической школе. Черный плотный материал, маленький белый воротничок с винтажной брошью посередине. Только вот длина платья явно была гораздо короче, чем могли бы позволить церковным воспитанницам. Решив согласиться с выбором Хайди, Мэллори поблагодарила соседку за помощь и вернулась к себе. Дополнив наряд черными чулками и лаковыми ботиночками на небольшом каблуке, девушка боязливо посмотрела на свое отражение в зеркале. Оставалось надеяться, что это все было не чересчур. Когда до восьми вечера оставалось не больше десяти минут, Мэллори готова была уже все ногти себе изгрызть. И чего она так волновалась? Сегодня ей оставалось расплатиться за последние пятьсот баксов и дальше она свободна как птица. А если Лэнгдон вдруг решит всучить ей еще денег, она ему их в такое место затолкает, что доставать придется уже хирургам. Послышался короткий стук. Нервно вскочив с места и попытавшись натянуть на лицо выражение холодного безразличия, Мэллори решительно раскрыла дверь. Увидев Лэнгдона, девушка шумно сглотнула. Сегодня они не сговариваясь оба оделись в черное. Взгляд Мэллори пробежался по рубашке, брюкам и ботинкам парня, что явно стоили целое состояние. — А дешевый полиэстер выглядит не так уж и плохо, — хмыкнул Майкл, внимательно оглядев ее наряд. Девушка скривилась в ответ. — Мы идем или нет? — недовольно спросила она, выходя в коридор, и захлопнув за собой дверь, — хочу уже развязаться с этим дерьмом… Лэнгдон тихо усмехнулся и снова пробежался взглядом по ее ногам. Любопытно, сейчас она снова в чулках? Как же хотелось задрать ей платье и проверить… Но с этим он сегодня еще успеет разобраться. … Мэллори неловко забилась в угол темного кожаного дивана, с любопытством озираясь по сторонам. С виду заведение, куда ее привел Лэнгдон, напоминало вполне обычный американский паб, только вот по мелким деталям в интерьере и одежде официантов, можно было догадаться, что место явно предназначено чисто «для своих» и не для среднестатистического кошелька. О подобном обычно говорят — дорого, но со вкусом. Натуральная кожа, цельное дерево, чистый хрусталь… Но даже если не замечать всего этого, стоило краем глаза заглянуть в карту меню и словить небольшой сердечный приступ от местных цен. Когда они пришли, Майкла встретили почти как родного. Видимо, он часто здесь появлялся. Сопроводив Мэллори до стола, парень отошел к барной стойке, где по-прежнему о чем-то переговаривался с высоким мужчиной, что мешал коктейли. Тяжело вздохнув, девушка в очередной раз одернула подол платья, пытаясь натянуть его пониже. Кажется, это движение у нее уже перерастало в нервный тик, который подкреплялся тем, что Лэнгдон слишком часто пялился на ее ноги. Спустя несколько минут, парень вернулся к столу вместе с официантом, в руках которого уже был полный поднос. — Ты раньше вообще хоть что-то пила? — с усмешкой спросил Майкл, глядя, как расширились глаза Мэллори, когда на их стол начали выставлять многочисленные шоты всех возможных расцветок. — Немного шампанского на выпускном, — промямлила девушка, продолжая смотреть, как стол постепенно заполнялся, наверное, всем ассортиментом алкоголя, который нашелся в баре. — Можешь считать, что сегодня у тебя дегустация, — улыбнулся Лэнгдон, лениво откидываясь на спинку дивана. — Ты ведь не ждешь, что я все это выпью? — с недоверием спросила она. — Половину, — пожал плечами Майкл, — здесь всего по два экземпляра, так что, разделим. Мэллори нервно прикусила губу. Ох и не нравился ей этот план… В качестве еды, перед ними поставили большой поднос с нарезками из сыров, прошуто и огромной тарелкой оливок. Понимая, что деваться некуда, девушка потянулась за пармезаном. Первые два коктейля проскочили довольно легко. К удивлению Мэллори, все они оказались довольно сладкими и приятными на вкус. Даже алкоголь в них почти не ощущался, хотя девушка и догадывалась, что это обманчивое впечатление. За это время, к Лэнгдону успели подойти поздороваться уже несколько человек, трое из которых были женщинами. Хоть они с Майклом и не состояли (боже упаси!) ни в каких отношений, отчего-то, ей оказалось не слишком приятно смотреть, как девицы вешались ему на шею. И все были почти как на подбор… Длинные ноги, грудные импланты третьего размера, идеально ровные носы и обколотые гиалуронкой губы. Если бы не разный цвет волос и одежда, Мэллори бы решила, что все это один и тот же человек, настолько они были похожи. А еще, глядя на них, девушка все больше начинала чувствовать себя какой-то мелкой неказистой блохой на их фоне. Не то чтобы у Мэллори были большие комплексы на этот счет, но глядя на девиц, что привлекали Лэнгдона, она с трудом могла сообразить, какого черта она с ним делает? Телефон Майкла, что валялся на столе, вдруг издал сигнал о полученном сообщении и парень потянулся прочитать. Девушка продолжала подъедать оливки, что оказались невероятно вкусными, в отличие от тех, что можно было купить в магазине в жестяной банке. Но тут, бросив взгляд на парня, она удивленно вскинула брови. Еще ни разу она не видела Лэнгдона со столь мрачным и серьезным выражением лица, с которым он сейчас смотрел в телефон. — Ты в порядке? — тихо спросила она. — Угу… — все с тем же хмурым видом отозвался Майкл, набирая что-то на телефоне, — так, семейные вопросы. Может, виноват был алкоголь, но Мэллори вдруг стало любопытно. О семье Лэнгдона она слышала лишь поверхностные факты. Что его отец один из самых успешных банкиров на Уолл-Стрит, а мать наследница миллиардного состояния и огромной мировой сети дорогих отелей. — И что случилось? — осторожно добавила она. Майкл тяжело вздохнул, все еще глядя в телефон. Наверное, он уже и сам успел немного припьянеть, а потому, вполне серьезно ответил: — Мать снова застряла на каком-то гребаном острове, где просадила пару миллионов в казино и теперь не может улететь обратно. Мэллори растерянно заморгала. — А почему пишет тебе, а не отцу? — девушка не была уверена, что стоит это спрашивать, но сейчас у нее уж слишком развязался язык. — Потому что отец не в восторге от ее очередной шлюхи-латиноса, которого она за собой таскает последние полгода, — невесело хмыкнул Майкл, — хотя, можно подумать, когда-то было по-другому… — Они в разводе? — вскинула бровь Мэллори. — Конечно нет, — покачал головой парень, — их брак — это часть бизнеса. А если начнется бракоразводный процесс, будут огромные финансовые издержки, раздел имущества, еще и скандалы в газетах… Никому это не надо. Куда дешевле и выгодней, просто молча терпеть друг друга дальше. — Звучит грустно, — тихо отозвалась девушка. — Да ладно, — пренебрежительно отмахнулся Майкл, откладывая телефон, — большой любви там никогда не было, чтобы теперь на этот счет сокрушаться. Из общих интересов у них всегда были только деньги. — А как же ты? — немного удивилась Мэллори. — А что я? — со смехом спросил Лэнгдон, — я тоже, по сути, часть их бизнеса. «Наследник империи», как пишут в газетах. И на этом мои функции заканчиваются. — Как это? — продолжала недоумевать она. — Ну, скажем так, — задумчиво протянул Майкл, — со своей матерью я впервые познакомился в семь лет. И то, случайно. Ее рейс в Барселону отменили и пришлось задержаться в Нью-Йорке дольше запланированного. — Тебя, значит, воспитывал отец? — Ему такой фигней некогда было заниматься, — усмехнулся парень, скрещивая руки на груди, — сначала гувернантки, а с восьми лет — закрытая частная школа, где с этим возились уже преподаватели. Чем больше Лэнгдон рассказывал, тем не уютней себя ощущала Мэллори. Уж слишком печально все это звучало. — Ну, а сразу после частной школы — Гарвард, — добавил Майкл, беря со стола еще один шот и опрокидывая его залпом, — так что, все общение с родителями в итоге сейчас свелось к переводам денег со счета на счет и смс-ки по праздникам, если про них вообще вспоминают. Девушка потупила взгляд в пол. Интересно, а раньше Лэнгдон рассказывал об этом хоть кому-то? Разговор явно был наболевший, это было заметно в каждом его жесте и тоне голоса, хоть парень и пытался держаться равнодушно. А еще, Мэллори впервые задумалась о том, что причины, по которым Майкл трахал все, что движется и никак не мог остановиться, были куда глубже и серьезней, чем обычный спортивный интерес. — Что-то я не вижу, чтоб ты пила, — возвращаясь к своему привычному ехидному тону, произнес Лэнгдон, — пятьсот баксов сами себя не отработают. Обреченно вздохнув, Мэллори взялась за очередной шот. … Девушка не успела толком сообразить, когда это успело случиться, но когда она начала осознавать происходящее, то язык Майкла уже был у нее во рту. Судя по музыке, в которой узнавался «Poison» Элиса Купера, и приглушенному свету, они все еще находились в баре. Лэнгдон перекинул ее ноги через свои и Мэллори чувствовала, как его ладонь чувственно скользила по бедру, чуть задирая платье и цепляя пальцами кружевную резинку чулка. Девушка была слишком пьяна, чтобы воспротивиться или, хотя бы, вспомнить, что сейчас они находились не наедине и вокруг бодро сновали официанты вместе с посетителями. — Останешься сегодня у меня? — хриплым шепотом спросил Майкл, на миг отрываясь от ее губ. Как и все состоятельные студенты Гарварда, он жил в отдельном корпусе, где на каждого учащегося была выделена отдельная квартира. Предвкушая длинную ночь, Лэнгдону совсем не хотелось ютиться за узкой скрипучей койке в комнате Мэллори. Девушка с трудом сообразила, что именно Майкл у нее сейчас спросил. Но на всякий случай, молча кивнула. Расплатившись, Лэнгдон довел Мэллори до ближайшего такси. Водитель, которому Майкл сразу сунул пару крупных купюр, учтиво не сказал ни слова молодой парочке, что самозабвенно целовалась на заднем сидении его машины всю дорогу. Когда парень помог Мэллори выбраться из такси, на ту уже успел накатить какой-то приступ нервного смеха. Пока они шли к корпусу, где находилась квартира Майка, девушка продолжала тихо хихикать, закрывая лицо рукой. Ну и надралась же она сегодня… Впрочем, Лэнгдон не меньше. Ввалившись в квартиру, Майкл сразу потащил Мэллори в спальню, словно опасаясь, что если девушка еще немного задержится на пороге, то опомнится и убежит. Ну уж нет, сегодня эта куколка достанется ему. А будет ли бедная староста позже сожалеть о случившемся, Лэнгдона уже не волновало. Рванув молнию на платье на спине, Майкл потянул платье вниз, пока оно под своей тяжестью не упало на пол. Надо сказать, то, что оказалось под нарядом «католической школьницы», не слабо его удивило. Красное кружевное белье и черные чулки… Какой неожиданный и приятный сюрприз. Мэллори немного пошатывалась, пока стояла на ногах, поэтому, Лэнгдону пришлось сразу помочь ей принять горизонтальное положение на своей кровати. Интересно, соображала ли она хоть немного, кто сейчас завалил ее в постель и нетерпеливо расстегивал лифчик? А, впрочем, плевать. Сдернув с девушки трусики, оставив ее перед собой в одних чулках, Майкл начал быстро и хаотично стаскивать свою одежду. Парню уже горело, как хотелось поскорее насадить эту малышку на свой член. Он целых три года ждал, чтобы залезть к ней под юбку, так что, распыляться на прелюдии ему сейчас уже не хотелось. Достав из кармана брюк презерватив и разорвав зубами упаковку, парень быстро натянул его на себя и уже через пару секунд навалился на Мэллори, раздвигая ей ноги. Наверное, будь девчонка сейчас на трезвую голову, Лэнгдону бы опять от нее досталось коленом или еще чем-нибудь. Но после всех выпитых шотов, Мэллори могла лишь тихо постанывать и вяло бить по его спине ослабевшими руками. У Майкла вырвался облегченный стон, когда он, наконец, вошел в нее и ощутил, как влагалище тесно сжалось вокруг его члена. Не спроси он раньше, сейчас бы подумал, что Мэллори все еще девственница, настолько узко в ней сейчас было. Парень слышал, как девушка жалобно захныкала. Похоже, от его размеров внутри и того, что вошел он без подготовки, сейчас ей было довольно больно. В любом другом случае, Лэнгдон бы прислушался к потребностям девушки, но с обилием алкоголя, в котором сейчас плавали его мозги, он решил забить на такую мелочь. Ничего, потерпит и так. Болезненные стоны стали громче, когда Майкл начал быстро врываться в ее тело, закрывая глаза от удовольствия. В ней было слишком хорошо, чтобы сейчас останавливаться или пытаться быть более осторожным. — Прости, малышка, — шепнул он на ухо Мэллори, продолжая жестко вбиваться в нее, — сегодня тебе не повезло. Это плаксивое нытье уже стало надоедать Майклу, и, отстранившись, он перевернул обмякшее тело девушки лицом вниз и пристроился к ней сзади. Так-то лучше. Крепко сжимая талию Мэллори, парень размашисто бился бедрами о ее упругие ягодицы, что подрагивали от каждого его толчка. Зрелище просто отменное. Двигаться уже стало проще. За несколько минут, он успел неплохо ее растянуть, да и девчонка уже порядочно намокла. Болезненно шлепнув Мэллори по заднице, оставляя розовый след, Лэнгдон с нетерпеливым стоном ускорил темп. Хотелось бы растянуть удовольствие на подольше, но сдержаться было уже просто невозможно. С хриплым гортанным рычанием, сжимая бедра девушки почти до синяков, Майкл кончил, напоследок вколачиваясь в нее несколькими сильными рывками. Черт, как же ему сейчас было хорошо… А вот Мэллори, которую только что отодрали как следует (по другому и не скажешь), его чувств явно не разделяла. С усталым вздохом, Майкл упал на спину, глядя в потолок. Что ж, можно ставить еще одну галочку в списке. Очередной секс на один раз. Хотя… Обернувшись, парень посмотрел на девушку, что тяжело дышала, уткнувшись лицом в подушку. Возможно, он был бы не прочь, залезть на нее снова.