Как долго?

Мияги, наконец, позволил себе задать вслух вопрос, который мучил его уже так долго. Он молча стоял и ждал, как отреагирует Шинобу. Что он скажет? Может быть, ему уже все надоело, и он только ждет повода расстаться? Такатсуки молодой, симпатичный, перспективный парень, зачем ему стареющий занудный преподаватель, вечно пропадающий на работе? От молчания Шинобу Мияги становилось не по себе, и он уже жалел, что проявил слабость, вот так прямо поставив вопрос. Он уже хотел было усмехнуться и превратить все в шутку, но тут мальчик заговорил тихим надломленным голосом: -«Я знаю, ты тяготишься мной еще с самого начала – я еще слишком молод и не понимаю многого, – постепенно голос стал усиливаться, – но Мияги, я хочу быть с тобой, не отталкивай меня! Я не знаю, как мне тебя догнать, как мне стать лучше, как стать взрослым! КАК мне преодолеть эту пропасть? Она все еще разделяет нас каждую минуту!!» Шинобу уже перешел на крик, вцепившись обеими руками в рубашку Мияги. «КАК МНЕ СТАТЬ БЛИЖЕ К ТЕБЕ?» В его глазах стояли слезы отчаяния, и он был опять на грани истерики. Мияги понял, что нужно брать ситуацию в свои руки. Он положил большую ладонь на макушку мальчика и уверенным голосом сказал: «Ты все-таки неисправим, Шинобу. Я же сказал тебе, что люблю тебя. Тебе не нужно гнаться за мной, оставайся собой!» - его голос становился все мягче – «Ты очень милый». Он чуть наклонился и, скрестив руки, слегка чмокнул уже покрасневшего Такатсуки в щеку. Тот чуть вздрогнув, резко поднял голову и сердито посмотрел на любовника: «Тогда не избегай меня! Черт, мы уже так долго не были вместе, я так ждал тебя» - он тут же опустился на колени и стал яростно пытаться расстегнуть ширинку брюк Мияги. Тот, немного ошарашенный таким резким поворотом событий, стоял, все так же скрестив руки и ожидая, что будет дальше. Шинобу, наконец, справившись с заевшей застежкой, достал член и стал водить по нему рукой. Его лицо пылало, и он чувствовал себя ужасно глупо, но был настойчив и упрям. Поняв, что так ничего не добьется, он, чуть облизнув губы, вобрал член в рот насколько смог и стал потихоньку двигать головой, обхватив ягодицы руками. От ощущения теплой влажности, обхватившей плоть, Мияги прошиб пот, ноги чуть напряглись и он обхватил голову Шинобу, насаживая его сильнее. Тот чуть поперхнувшись, поддался и заглотил так глубоко, что его нос уже касался покрытой испариной кожи Мияги, ниточка слюны потянулась из уголка рта – он выглядел так вызывающе и непристойно в своем положении, но отступать было некуда. Он стал двигать головой все быстрее, то и дело, меняя угол, отчего Мияги сдавленно вздыхал, еще сильнее сжимая пряди волос на его голове. Эти хлюпающие звуки, вздохи разбудили в Шинобу пьянящие чувства – смущение, самодовольство от того, что сердце Мияги так громко стучит именно из-за него, казалось, он чувствует, как кровь пульсирует в венах любовника прямо у себя на языке. Все это так возбудило мальчика, что внизу живота ощущалась сладкая тяжесть, и хотелось ощутить горячую плоть желанного мужчины, хотелось быть еще ближе. Он резко прекратил, с причмокивающим звуком вынув член изо рта. Схватив Мияги за рубашку, он умоляюще посмотрел ему в глаза, не сказав ни слова. Мияги все понял. Легким движением он уложил его прямо на ковер – держать себя в руках становилось сложнее с каждой минутой. Шинобу немного дрожащими от волнения и желания руками начал лихорадочно снимать с него рубашку, подумав, что сегодня ему явно не везет с одеждой – пуговицы упрямо не желали поддаваться. В конце концов он справился и обеими руками обнял Мияги, прижимаясь к горячему обнаженному телу и притягивая вниз. Сам он еще был в одежде, что любовник, поспешил исправить, нетерпеливо стаскивая джинсы вместе с нижним бельем. Член Шинобу уже так был напряжен, что, казалось, стоит только немного прикоснуться, и он буквально взорвется. Наконец, они расправились с этим, и Мияги на секунду остановился. Как описать чувства, когда ощущаешь под ладонью нежную бархатистую кожу еще не сформировавшегося окончательно, но упругого тела и легкий шелковистый пушок предплечий и бедер; темные, невообразимо нежные бугорки сосков, твердеющих под подушечками пальцев и мягкую впадинку пупка; розовые пальчики ног, чуть поджатые от нетерпения и желания, пульсирующую вену у основания члена, открытую только для тебя? Не в силах больше ждать, он быстро облизнул два пальца и приставил их ко входу Шинобу, левой рукой придерживая его за поясницу. Тот закрыл глаза, уговаривая свое тело не сопротивляться, но, поняв, что неприятных ощущений не избежать, еще сильнее прижался к любимому, отдаваясь на его волю. Мияги пытался как можно скорее подготовить мальчика и когда уже три пальца двигались относительно легко, он рывком подхватил его бедра и, одной рукой направив член, вошел сразу почти наполовину и шумно выдохнул. Ему так хотелось сильно, быстро и глубоко двигаться в удивительно красивом, хрупком и податливом теле, но он не хотел причинять боль, поэтому остановился, давая привыкнуть к ощущениям. Шинобу сейчас был таким невероятно возбуждающим – по-девичьи длинные изящные ноги обхватывали бедра любовника, руки беспомощно зарывались в ворс ковра, мелкие капельки пота блестели на лице, немного угловатое, но от этого еще более трогательное тело казалось таким уязвимым в сильных больших руках, что Мияги невольно испытал чудовищный прилив нежности к своему мальчику. Он, наклонившись, обнял его, с силой прижав к себе, выдохнув только его имя : «Шинобу». От этого у мальчика словно пробежал разряд тока от макушки до ягодиц, отдавая в ногах и он, наплевав на боль, с силой подался навстречу, отчаянно сжимая Мияги ногами. В ответ он почувствовал обжигающее дыхание на шее и щекотание волос, влажный язык коснулся уха, дразня его и приводя в еще большее исступление, ему хотелось взвыть от желания, в глазах мелькали вспышки, пальцы рук уже немели в стиснутых кулаках, казалось, нижняя губа уже пульсирует от яростных укусов. Он умоляюще протянул: «Мияги, давай же…». Дважды просить не пришлось. Мияги с силой стал двигаться в нем, проникая так глубоко, что Шинобу казалось, будто он наполняет его целиком. От таких ярких ощущений он не выдержал и вцепился зубами в плечо любовника, из глаз брызнули слезы, и от радости, удовольствия, такой интимной близости, хотелось разорваться на мелкие кусочки. Член Шинобу терся о его плоский живот, но этого было недостаточно, и он немного помог себе рукой, чтобы, наконец, закончить эту пытку удовольствием. Пускай они живут как на атомной бомбе, но это их путь. И взрыв, наконец, произошел. Их накрыло взрывной волной такой силы, что даже обычно хладнокровный Мияги глухо зарычал, последним толчком врываясь в Шинобу до упора. Он вытянулся на прямых руках и на лице застыло выражение муки и удовольствия. Шинобу с силой вжимаясь затылком в ковер, из-зо всех сил сжал ногами бедра Мияги, его ягодицы и живот напряглись до предела, мышцы чуть подрагивали, а сердце громко стучало где-то в горле. Все – таки он был прав в том, что это судьба.