Худшее, что могло с ней произойти

— Неред! Может быть, хотя бы вы сегодня подготовились? — уже практически безнадежно поинтересовался преподаватель, слыша уже в десятый раз о неготовности очередного студента специальности переводческое дело, сидящего на паре по художественному переводу. — Д-да, — пролепетала девушка и принялась зачитывать всю ночь переводимый ею текст, под негодующие взгляды остальных одногруппников. — Вот же крыса, — тихо выдохнул Данила Кашин, одногруппник Лизы, глядя на свою соседку по парте Леру Мидлер. — Жесть, так делают только конченные… — в тон ему кивнула девушка, с обожанием глядя на Данилу.       Данила, пожалуй, самый популярный первокурсник, да что там говорить первокурсник, он самый популярный парень во всем университете. По версии девушек.       Ростом Данила под два метра, обладает ладным телосложением, красивыми голубыми глазами и светлыми, слегка с рыжеватым оттенком, волосами. А ещё он очень общительный и обаятельный, этакая вечная душа любой компании.       Лера Мидлер же типичная девочка, коих много, маленького роста, с ядрено-выкрашенными и похожими на солому волосами, но с огромными голубыми глазами, как у пятилетнего наивного ребенка. Она не была красавицей, нет… Но что-то в ней Данилу явно привлекало...       Красавицей здесь была лишь неугодная всем заучка Лиза… Тот самый случай, когда девушка обладает и внешностью, и мозгами. Выразительные большие зеленые глаза и густые шелковистые светло-русые волосы, доходящие до лопаток. Пухлые губы, но не такие, как любят накачивать себе современные девушки. Ее губы были пухлыми от природы. Она была невысокого роста, но очень ладная, стройная, без единого намека на лишний вес. В свободное от учебы время Лиза зависала в спортзале. Лиза, она затерянная перфекционистка, любящая, когда все выполнено на отлично.       Только вот в дружбе с одногруппниками так не вышло. Ребята давно невзлюбили самую умную, буквально раздражающе умную, любящую исправлять даже преподавателей девушку.       Особенно Лизу не любит Данила Кашин. С Даней Кашиным Лиза познакомилась наверное первее, чем начала разговаривать. Их родители дружили и уже в годик ребята сидели в одной песочнице…        Ребята были неразлучными друзьями, гоняя остальных ребят по двору. Высокий рослый мальчик Данила всегда заступался за свою хрупкую подругу.       Их отправили в одну школу, в один класс, посадили за одну парту. Казалось бы, все способствовало тому, чтобы быть друзьями до гроба, а возможно и больше чем друзьями…       Данила бы никогда не признался, но маленькая Лиза была его первой любовью. Возможно даже последней, но… Данила бы никогда не признался.       Когда Лизе было чуть больше пятнадцати лет, ее родители сильно поссорились с родителями Данилы на почве совместного бизнеса и долгов. Отец Лизы остался должен отцу Данилы крупную сумму денег… Курс доллара резко подскочил и получилось, что нужно было отдать в два раза больше, а в рублях принимать деньги Владимир Кашин наотрез отказался.       Лиза, хоть и была подростком, но уже тогда во всю ощутила на себе, как резко начала меняться ее жизнь, как продуктов в холодильнике становилось все меньше, а папа все чаще приходил домой пьяным. Как часто она слышала от мамы и папы, что все это благодаря предателям Кашиным? Она ходила в школу в старых потрепанных вещах, с завистью наблюдая за расфуфыренными одноклассницами и постоянно выслушивала от обанкротившихся родителей, что все было бы по другому, если бы не проклятая семья Данилы. Стоит ли говорить, что дружба после такого ну просто не возможна?       Годы шли, а все становилось лишь хуже.       Долг был слишком большой, он превышал стоимость трехкомнатной квартиры, в которой жила Лиза с родителями. Лиза всю жизнь клялась себе, что выбьется из этого ада. В шестнадцать лет она с родителями оказалась на улице, потому что квартиру отсудили родители Данилы. Лиза с головой погрузилась в учебу, совершенно перестала общаться с одноклассниками и закончила школу с золотой медалью, поступив на гранд в самый престижный университет Петербурга на филологический факультет по специальности переводчик. Ее главная мечта, это уехать в Америку, отсюда и страсть к английскому языку.       Данила же сначала не понимал, за что же его лучшая подруга Лиза с такой ненавистью стала к нему относиться. Ведь это не он лишил ее родителей всего… Но постепенно все своё время он стал проводить в компании подходящих ему по статусу богатых одноклассниц и вместе со всеми подшучивать над юной заучкой. А вот решение поступать на переводчика, на которое его вдохновляла Лиза еще в четырнадцать лет, расписывая их будущую шикарную жизнь в штатах, никуда уже от Дани не ушло. Именно поэтому Лизе приходилось лицезреть ненавистную физиономию до сих пор. — Отлично, Неред, как всегда идеально… Далеко пойдёшь! — тем временем преподаватель похвалил девушку, которая талантливо и красиво перевела заданный текст. — На хер она пойдет, — тихо пробормотала Лера Мидлер, ища глазами одобрения у Дани Кашина.       Даня же слишком погрузился в свои мысли, изучая поджатые губы Лизы и мысленно обдумывая, целовали ли они кого-нибудь уже, кроме него… Да они и его то целовали лишь случайно и один раз... Лиза ведь такая правильная, такая хорошая… Есть ли у неё кто? — Даааня! — шёпот Леры вернул его в реальность. — Чего? — отрешенно поинтересовался парень. — Сегодня к Насте на день рождения пойдешь со мной? — Пойду, — на автомате буркнул парень, отводя глаза от Лизы.       Прозвенел звонок, и Лиза уже приготовилась выслушивать очередные оскорбления от одноклассников. Одно радовало, это была последняя пара, и уже скоро она окажется в любимом спортзале. — Неред, ну ты и ботанка, конечно, хоть бы раз всех поддержала! — подскочил к ней Юра Хованский, ещё один из одногруппников-разгильдяев. Лиза, ничего ему не отвечая, спешно собирала тетрадки и желала поскорее покинуть аудиторию. Но грубые руки Юры схватили ее за плечи. — Эй, оглохла? — голос Хованского звучал все агрессивнее. — Дань, закрой-ка дверь, — попросил он друга, видя, что все, кроме Кашина, наблюдающего за ними, уже вышли из класса. Лиза же пыталась вырваться из наглых рук Юрия, испуганно хлопая глазами. Даня подошёл к выходу из аудитории и закрыл дверь на замок, тоже подходя к Неред. — Мелкая заучка, как же ты всех достала, — бормотал Хованский, все наглее сжимая девушку.       Сердце Лизы бешено колотилось. Двое высоких сильных парней буквально организовали ей ловушку. — Ну че, устроим ей темную, Дань? — жестоко усмехаясь, взглянул на друга противный одногруппник.       Дане, в отличии от него, не очень зашла идея издеваться над Лизой. Он видел, что девушка уже вот-вот заплачет. — Я не могу рисковать стипендией, неужели не понимаешь? — тихо пробормотала девушка, чувствуя, что первая слезинка уже катится по щеке. — Юр, пошли отсюда, ну ее... — Данила взял парня за рукав, оттаскивая от Лизы. Лиза испуганно одергивала потёртую кофточку, которая немного задралась от прикосновений Хованского. — Нищебродка глупая, — тихо пробормотал Юра и вышел из аудитории. Кашин продолжил стоять, оглядывая Лизу почти сочувственным взглядом. — Вот так бывает, когда подставляешь всех, — все-таки укорил он ее. — Ненавижу, — одними губами прошептала Лиза и спешными шагами покинула помещение.       Щеки горели, глаза застилала пелена слез, девушка семенила к выходу из университета, пытаясь осмыслить произошедшее. Ее глупые одногруппники переходят все грани, тупые избалованные мажоры… Но ведь Кашин почему-то заступился за неё, как в старые добрые…       Лиза вышла из университета, вдыхая чистый весенний воздух. Первый учебный год подходил к концу, на носу сессия, в воздухе уже витает приятное предвкушение летней свободы… Правда, все лето Лиза планировала работать. Она так мечтает съехать из маленькой однушки, которую они снимают вместе с родителями… Отойдя от университета на приличное расстояние, девушка села на пустую скамейку, подставляя ярким лучам солнца свое юное личико. Редкие прохожие кидали на нее заинтересованные взгляды, слишком уж привлекательно она выглядела.       Она достала из рюкзачка потрепанный кошелек и пересчитала оставшиеся в нем со стипендии купюры. Вполне хватит, чтобы порадовать маму ее любимыми шоколадными конфетами и оплатить еще один абонемент на любимый, отвлекающий от всех проблем фитнес. Подышав воздухом ещё несколько минут, девушка отправилась в спортзал, она, наверное, целый час бегала на дорожке, а в голове билось мерзкое слово «нищебродка», высокомерно кинутое в неё Юрой и попавшее в самое больное.       После тренировки она полчаса простояла под холодным душем, вновь и вновь прокручивая в голове унизительную ситуацию после последней пары.       По пути домой Лиза заскочила в ближайшую «пятерочку» и накупила конфет для любимой мамы.       Она неспешно брела к подъезду своего дома, мысленно молясь, чтобы папа сегодня был трезвый, и она имела возможность спокойно подготовиться к завтрашнему тесту по теории перевода. Девушка зашла в подъезд, строгим взглядом укорив вновь сломанный домофон, и испуганно вздрогнула, буквально врезавшись в человека, стоящего сразу за дверью, спиной к ней. — Десятый, да? А номер квартиры? Скорее говори, батарея садится! — в руках парня был огромный букет цветов и плюшевый единорог.       Разумеется, она узнала его. Данила… Да и не трудно догадаться, куда он держит свой путь… На десятом этаже живет ее одногруппница Настя Шпагина, и у неё сегодня день рождения.       Данила раздраженно оглянулся, когда услышал звук скрипнувшей сзади двери. Не очень-то он горел сегодня желанием идти на этот день рождения, просто пришлось, раз уж пообещал Лере Мидлер, которая в последнее время заваливала его знаками внимания и делала недвусмысленные намеки. — О бля! — Данила удивленно вскинул брови, оглядывая усталое лицо Лизы. — Тебя разве приглашали? — Я домой иду, — тихо проговорила Лиза, поднимая на него серьёзные глаза. — Здесь теперь купили хату? — усмехнулся Даня, галантно пропуская девушку в глубь подъезда и проходя следом. — Снимаем, — отрывисто процедила Лиза, давая понять, что ее бесят подобные расспросы. Они молча подошли к лифту, Лиза нажала кнопку вызова, моля, чтобы кто-то зашел в подъезд, потому что не хотела проводить целых десять секунд наедине с ненавистным парнем. Но, как назло, подъезд продолжал оставаться абсолютно безлюдным. Двери лифта распахнулись и молодые ребята прошли внутрь. — Тебе на какой? — деловито поинтересовался Данила, когда кабинка захлопнулась.