P.S. Целую, Деймон.

"Поверь, детка, мне хочется верить, что даже в таком состоянии ты понимаешь, что в моих действиях нет никакого садизма. Может быть, по отношению к прочей падали, но не к тебе. Нет, детка, в эту минуту я совершаю свой самый мазохистский поступок" \"Убить Билла. Фильм первый\" Прежде чем купить что-либо, нужно убедиться, что цена тебе по карману. Добрый совет автора главному герою. Сегодня Деймон все же решился. Он долго взвешивал все «за» и «против», уговаривал сам себя и в конечном итоге понял, что не сможет не сделать этого. Ему нужно было написать, тем более, если вампир не сделает этого сегодня, то не напишет еще два месяца. К черту сомнения и вообще пусть все горит синим пламенем. И абсолютно все равно, что подумает Элайджа. В конце концов, Древний тогда разрешил ему это сам. Деймон слышит звонок в дверь и сразу же идет открывать. На пороге, как и обычно, стоит Элайджа, красивый, подтянутый, в отличном костюме. Младший вампир впускает любовника и закрывает за ним дверь, одновременно подставляя шею, чтобы приласкаться. Почувствовав губы на своей коже, Деймон тихо вздыхает и прижимается к Элу, чтобы потом впиться ему в рот яростным поцелуем. Он соскучился за весь день. Дальше все идет как обычно: питание, разговоры, совместные посиделки у камина или перед телевизором за просмотром новостей, и наконец, Деймон в спальне Эла . Сальваторе принимает душ, пока Элайджа ждет его в кровати, и спустя некоторое время, уже в постели, младший вампир громко и горячо стонет, периодически срываясь на крик. Так продолжается довольно долго, затем они оба устают и засыпают, тесно прижавшись друг к другу. Рано утром Дей просыпается от сакраментального: - Спи, я уже ухожу, - сонно улыбается, не открывая глаз, и обратно проваливается в мутное болото сна. Окончательно пробуждается вампир уже ближе к полудню. Протирает глаза, принимает душ, идет босой и голый на кухню, чтобы найти там кофе, заботливо приготовленный Элом, и возвращается в кровать вместе с чашкой. Деймон доволен и счастлив, бездельничает целыми днями и практически не пьет, если только вино. Его даже вполне устраивает роль домохозяйки и иногда он готовит ужин, тем более, что получается хорошо. Вампир знает, что день плавно перетечет в вечер, а вечер в ночь, и он заснет в объятиях Элайджи оттраханный и умиротворенный. Сальваторе устраивает все, кроме отсутствия свободы. Нет, он вроде бы и не пленник, ходит один в ночной клуб, когда захочет, ездит, куда пожелает, правда, редко это делает без любимого. Все дело в том, что надо сказать, куда идешь. Конечно, Элайджа никогда не возражает, но смотрит… Как же ненавидит Деймон этот снисходительный взгляд, это понимание в глазах, этот милостивый кивок. В такие моменты Сальваторе чувствует себя собакой, которой великодушно разрешили поиграть с другими шавками. Псом, посаженным на длинный поводок. Иногда ему хочется взбунтоваться, устроить грандиозный скандал, накричать на Элайджу, заставить его относится к себе как к равному, хотя Деймон понимает, что такого никогда не будет. Высокомерный ублюдок, как про себя в приступе бешенства называет Сальваторе любовника, один из самых могущественных вампиров в их мире, никогда не допустит равенства в отношениях с каким-то молодым вампиром. Так говорит разум, но Деймон не был бы Деймоном, если бы слушал его постоянно. Эмоции и чувства твердят другое, точат каждый день, грызут душу на задворках сознания. Сальваторе иногда не может понять сам себя, одновременно ощущая обиду и счастье. Вот если бы Элайджа посмотрел на него, как на равного, не заставлял бы отчитываться, все было бы великолепно, но Древний неумолим и хочет полного контроля. Так продолжается уже полтора года, что они живут вместе в роскошной квартире в центре Осло. Холодную Норвегию выбрал Элайджа, даже тут проявив деспотизм. Вернее, это сейчас Дей так думает, раньше он был другого мнения. Чувство протеста накапливается в нем, как яд, отравляя все существование, чтобы однажды, все же вырваться наружу. В тот день старший Сальваторе напивается до безобразия, опустошая все запасы виски, и уходит из квартиры еще днем. Берет машину и бездумно катается по ухоженным улицам старого города. Ему хочется бунта, скандала, чего угодно, только бы избавится от собственных противоречий. Круг за кругом, улица за улицей, машина колесит по городу вместе с очень нетрезвым водителем. Вечером начинает разрываться телефон, и вампир, зная, что это названивает Элайджа, просто отключает мобильник. Разговаривать ему не охота. Ближе к ночи, когда потребность в крови возрастает, Деймон бросает машину у ночного клуба и нетвердой походкой идет в душное, полное людей помещение. Обычно здесь он отрывается на полную катушку, танцует и расслабляется, а также клеит девиц, чтобы как следует поесть, ведь Элайджа не разрешает таскать еду в дом, да и вообще предпочитает донорскую кровь. Сегодня у Сальваторе другой план. Он смешивается с толпой танцующих, двигается в ритм музыке, сразу же обращает на себя внимание практически всех и выбирает. Сегодня вампир смотрит на мальчиков. Никогда до этого Деймон так не делал, даже не допускал мысли об измене. Но сейчас ему хочется перепихнуться в туалете с каким-нибудь пацаном, чтобы отомстить Элайдже. В чем именно заключается смысл такой вот мести, парень не может сказать, его главная цель – сделать больно и обидеть, как Древний обижает Дея своими дурацкими ограничениями, не понимая, что старшему Сальваторе нужна свобода. Вампир встречается взглядом со смазливеньким светленьким мальчиком, у которого чуть ли не на лбу написана его нетрадиционная ориентация, призывно ему улыбается, пошло облизывает губы, и понятливый пацан быстро исчезает из поля зрения Дея. Парень уходит с танцпола в мужской туалет, чтобы там встретить свою жертву. В царстве кафеля тихо и безлюдно, но Сальваторе все равно заводит этого блондинистого норвежца в кабинку. Человеческий парнишка решает не тянуть кота за хвост и сразу прижимается к Деймону, лапая его за задницу. Вампир ухмыляется, убирает руки смертного и командует, пристально смотря в глаза пацана: - Нет, я буду решать, что делать, сладенький. Давай, отсоси мне. Тот недоуменно хлопает глазами и Дей соображает, что молодой норвежец не знает английского. Тогда он начинает действовать по-другому: хватает человека за шкирку и нагибает к своему паху. Молодой человек, наконец, понимает и, быстро кивнув, тянется к ширинке Мысль о том, что кто-то будет трахать его, как это делает Эл, невыносима для Сальваторе. А вот отыметь человека, он вроде как не против. В голове стоит шум, туалетная комната кружится перед глазами, и Дей закрывает глаза, чтобы остановить веселую карусель. Тем более, так проще представить, что это вовсе не человеческая шлюха с членом, а Элайджа снизошел до минета своему младшему любовнику. Когда пьян, во всякие чудеса верится куда легче. Деймон чувствует прикосновения рук к своему члену, затем к к ним прибавляется язык и плоть погружается в теплый, влажный рот юноши. Одновременно с этим в нос Сальваторе ударяет тяжелый запах похоти и желания. Правда, человеческого. Дей резко распахивает глаза и с отвращением смотрит на норвежца, который внизу старательно работает губами и языком. Никчемный человек никогда не сможет сравнится с его любимым, о чем только он думал? Сальваторе грубо отрывает парнишку от своей плоти, встряхивает, смотрит в эти распахнутые от недоумения глаза и вспоминает, что он, черт побери, голоден. Клыки выпускаются сами собой, Деймон впивается в юную шейку, парализованного от ужаса норвежца и долго, с великим наслаждением, пьет горячую человеческую кровь, чувствует, как бьется слабое смертное тело в его руках, как учащается, а затем замедляется пульс у жертвы, пока сердце совсем не останавливается. Вампир отбрасывает труп, вытирает кровь, заправляется и, ухмыльнувшись, выходит из кабинки. - Напишут, что это нападение сортирного монстра. Деймон смеется над собственными словами, покидая туалет и опять погружаясь в грохот ночного клуба. Сальваторе окидывает нетрезвым, но сытым взглядом танцпол и направляется к выходу. Ему тоскливо, скучно и плохо. Приступ бешенства на Эла прошел, месть не удалась, и теперь Дею надо попасть домой, чтобы выпросить прощения и заснуть в постели Древнего, убаюканным его запахом и объятиями. Дей находит свою тачку, где оставил и едет домой. На часах два часа после полуночи. В квартире тихо, видимо, Элайджа уже давно спит. Деймон проходит в спальню, останавливается в дверях и смотрит на спящего любовника. Редкое зрелище, поскольку обычно младший вампир засыпает, куда раньше старшего. Старший Сальваторе вздыхает, подходит ближе к постели, уже хочет раздеться, чтобы нырнуть под бок любимого, как слышит абсолютно равнодушное: - Спокойной ночи, Деймон. .Элайджа или не спал, или проснулся только что. Дей на секунду замирает, но затем продолжает снимать одежду. - Да ладно, Эл, а как же наш ежедневный отменный трах? - Мальчик, спокойной ночи, - леденящим тоном повторяет Первородный и добавляет, - и сходи в душ, от тебя несет человеческой похотью. - Брось, я всего лишь поел. - Значит, ты самка богомола, - Эл говорит с неуловимо брезгливой интонацией, которая режет уши, да нет, не уши, а сердце Деймона, - Пошел вон. Сальваторе прекращает раздеваться, разворачивается и выходит из комнаты, оглушительно хлопнув дверью. Той ночью он ворочается на диване до утра. Опьянение проходит медленно, а вместо него приходит осознание собственной ошибки. Следующие несколько дней Деймон пытается оправдать себя и наладить отношения. Все напрасно. Вампир натыкается на холодную вежливость и равнодушие. Каждый вечер Элайджа уходит к себе, пожелав Дею спокойной ночи. Они больше не спят вместе, не занимаются сексом, не любят друг друга. Поняв тщетность своих попыток помириться, старший Сальваторе уходит в загул. Пьет, зависает в злачных местах, приходит домой только под утро и даже однажды вечером приводит еду домой, хотя попробовать на вкус незадачливого курьера так и не удается: Эл с усталым видом сворачивает Деймону шею. Больше на рожон младший вампир не лезет. Он меняет тактику: готовит чаще обычного, постоянно убирается, пьет только донорскую кровь, даже решается на такой подвиг, как ранний подъем, чтобы позавтракать вместе и проводить Древнего на его дурацкую, скучную работу, непонятно зачем нужную старшему вампиру. Все в пустую. Так проходит целый месяц. Деймон в отчаянии, самое ужасное, что вампир не может понять, во что это все выльется. Размышляя бессонными ночами в своей холодной пустой постели, старший Сальваторе приходит к выводу, что терять ему уже нечего и решается на последнее средство: вампир хочет соблазнить Первородного и таким образом помириться. В один из вечеров, когда Эл уже уходит к себе, Деймон проникает в его комнату и пока тот принимает душ, быстро раздевается и заходит обнаженным в ванну. Элайджа замечает его сразу, тут же выключив воду. В помещении воцаряется тишина, нарушаемая только звуком капель и тяжелым дыханием обоих мужчин. Деймон, мгновенно возбудившись от одного вида голого любовника, рассматривает его бесстыдно, буквально трахая взглядом. Элайджа смотрит спокойно на младшего вампира, на его набухший член, голый торс и напряженные бедра. Он, конечно, тоже возбужден, но, как видно, вполне может сдержать себя. Древний прерывает долгое молчание. - Деймон, предлагаю тебе сделку. У Сальваторе от желания штормит в голове, и он машинально кивает, даже не слишком понимая, о чем речь. - У нас сегодня будет секс, но ты тогда сделаешь, что я тебя попрошу. В сущности, Дею плевать, чего хочет Первородный. Сейчас он бы вырезал весь Осло, если бы старший вампир его попросил. - Ой, да что угодно, - пренебрежительно бросает парень, начиная потихоньку гладить в предвкушении член. - Хорошо, - кивает Элайджа после паузы, во время которой он наблюдал за движением рук своего младшего любовника, что не смогло укрыться от Деймона. – У тебя есть пять минут на душ, я буду ждать тебя в постели. - Эй, мы можем принять его вместе, - пошло улыбается старший Сальваторе, но Древний уже оборачивает полотенце вокруг бедер. - Нет, мальчик, - Эл проходит мимо младшего вампира, умудрившись не коснуться и, уже на пороге уточняет. – Время идет. - Идет, так идет, - притворно вздыхает Деймон, начиная мыться. На миг он с наслаждением закрывает глаза, вдыхая знакомые запахи: кажется, прошла целая вечность с момента их последнего секса. Вампир скользит руками по своему телу, поглаживает член, намыливает кисть и осторожно проникает в себя сначала одним, потом и двумя пальцами, растягивая вход на всякий случай, не зная, как именно поведет себя сейчас любовник. Закончив с душем, старший Сальваторе выходит их ванны, мокрый, со стекающими по телу каплями воды, прекрасный как Аполлон. Элайджа лениво отрывает взгляд от книги, которую читает, облизывает губы и Деймон начинает задыхаться от похоти. Младший вампир ускоряется и в один миг быть около постели, чтобы тут же завалиться на кровать рядом с Первородным. Элайджа властно притягивает Дея к себе, целует в губы, гладит его грудь, спину, задницу и член. Старший Сальваторе чувствует себе как в раю, не уступая любовнику в интенсивности ответных ласк. Они целуются жадно, изголодавшись, и прерываются только чтобы глотнуть воздуха. Деймон прижимается все плотнее, насколько позволяют стоящие члены обоих, зарывается руками в волосы Древнего, отвечает на страстные поцелуи, переплетая языки почти что в экстазе. Элайджа внезапно прерывает их предварительные ласки и оказывается за спиной Дея. Младший вампир сейчас же расставляет как можно шире ноги, одновременно сгибая их, чтобы Древнему было удобнее. Тонкие прохладные пальцы скользят по спине Сальваторе, вызывая в нем сладкую дрожь, оглаживают ягодицы, раздвигают их и проникают внутрь тела. Деймон судорожно вздыхает на грани стона. - Развратный мальчишка, ты разрабатывал себя в ванной? – горячий шепот льется прямо в ухо Дею, заставляя обмирать от восторга. - Дааа, - стонет Сальваторе в то время, как пальцы толкаются еще глубже. - И тебе понравилось это делать? – дыхание Первородного обжигает щеку, а пальцы внутри первый раз гладят волшебную точку. Деймон стонет еще громче и выгибается дугой. - Да, но у тебя получается лучше, - прерывисто выдавливает младший вампир и вскрикивает, когда любовник свободной рукой сжимает его сосок. - Правда?– к двум пальцам добавляется третий, усиливая давление на простату. - Да!!! – Деймон кричит, не в силах выносить сладкие муки. - Какой ты громкий…Мне это нравится…. Господи, старший Сальваторе думает, что он сейчас с ума сойдет от этих манипуляций и страстного шепота. Пальцы покидают растянутое тело Деймона, оставляя ощущение пустоты. Вампир тихо постанывает, отодвигая зад подальше и предлагая себя любовнику. И Элайджа жалеет его, одним толчком заполняя до конца. Деймон охает от счастья и удовольствия, пытается насадиться еще глубже, хотя это и невозможно. Медленные, неторопливые движения сводят его с ума, он стонет, вскрикивает, когда головка члена задевает простату, умоляет продолжать, ускориться и ни в коем случае не останавливаться. Его собственный член оказывается в руках Элайджи, который умело накачивает его в такт движениям. Деймону кажется, что он умирает от наслаждения, что Первородный повсюду: трахает его сзади, дрочит его спереди, оставляет засосы на шее, немного прикусывает кожу, тяжело дышит на ухо. В этот момент Дей понимает, что принадлежит ему и именно вот это называется счастьем. Сальваторе был дураком и никогда не позволит себе таких глупостей, как раньше. - Ты такой узкий, Деймон, - хрипит Эл на ухо младшему вампиру и, сделав еще несколько движений, обильно кончает в него, рефлекторно сжимая руку на члене партнера. Этого вполне достаточно, чтобы Дей с криком кончил следом. После они лежат рядом, восстанавливая дыхание, Деймон водит пальцем по груди любовника, замирая от счастья. Через полчаса сильные руки Элайджи поднимают и ставят старшего Сальваторе на четвереньки. Второй раунд. На рассвете младший вампир уже едва живой после бесконечного секса. Он обессилено падает рядом с любовником, показывая, что не может больше продолжать. Элайджа едва улыбается, прижимает Деймона к себе и шепчет: - Не спи, Деймон. Но старший Сальваторе слышит это уже сквозь дрему, уже проваливаясь в сон. Просыпается он резко, от довольно ощутимого толчка в плечо. Сонно щурится, видит, что Эл уже полностью одет и улыбается спросонья любимому. - Деймон, я уезжаю. - Эммм, надолго? – смутное чувство тревоги змеей шевелиться в душе младшего вампира - Надолго. Может быть на год, а может на двести лет. Глаза Деймона недоуменно распахиваются. Сон улетает в одну секунду. - Послушай меня, вчера вечером мы заключили сделку. Свою часть я выполнил, пришла твоя очередь. Ты должен кое-что сделать, вернее, не сделать. Все это время ты не будешь искать встреч со мной, Деймон. А также не будешь мне звонить. Дей смотрит с ужасом на Элайджу, не понимая, за что ему такое наказание. - Почему, Эл? – спрашивает Сальваторе, чувствуя, что сердце перестает биться, разбиваясь на множество осколков. - Деймон, ты же хочешь быть свободным? Теперь ты свободен, от меня… ото всего, можешь не хранить мне верность. Элайджа грустно улыбается и идет к выходу. - Как любезно, Эл, решил отпустить свою собачку? - Дей чувствует, как в нем закипает гнев. Древний оборачивается и твердо повторяет: - Не встречаться, не звонить, нарушишь условия – убью даже не тебя, а твоего брата. Впрочем, если хочешь, можешь мне писать по электронной почте. Одно письмо 30 числа. - Спасибо за подачку и пошел ты! – Деймон выплевывает эти слова, едва дыша от душевной боли. - Значит, 31 числа, - невозмутимо меняет цифру Элайджа и исчезает в дверях. Навсегда. Сначала Деймон бьет всю посуду в доме и лишь потом идет убивать людей, чтобы потонуть в крови. Первые полгода Сальваторе не пишет. Деймон открывает ноутбук, заходит в почтовую программу, вбивает адрес, который Элайджа отправил ему смской на другой день и, немного посомневавшись, начинает писать: «Элайджа! Вот решил все же написать. Ты, наверное, думаешь сейчас, зачем я это делаю? Да просто, чтобы узнать, не валяешься ли ты опять в гробу. А то будет сложно тебя спасти, не зная, где ты пылишься. P.S. Целую, Деймон. P.P.S. Если ты вернешься, то обещаю смотреть с тобой все биржевые сводки. Деймон еще раз пробегает глазами написанное, смотрит на часы, которые показывают десять вечера, и нажимает «Отправить». Как бы там ни было, это единственный для старшего Сальваторе способ убедиться, что с Элом все в порядке. На календаре 31 октября