P.S. Целую, Деймон.

"И опять наступает день…" Технология. «Странные танцы» Осуществляя задуманное, не стоит сдаваться на полпути. Добрый совет автора главному герою. Деймон не особо любил утро, а сегодня ненавидел его смертельной ненавистью – ему снился Элайджа. Сон был тихим, спокойным и даже радостным. Причудливый калейдоскоп обрывков воспоминаний и мыслей сложился в цветную и яркую картинку одного дня из прошлой жизни Дея, помноженную на сюрреалистические условности сновидения. Во сне они с Элом ездили к фьордам. День стоял солнечный и ветреный, поэтому тщательно уложенные волосы Древнего довольно скоро растрепались. Деймон любовался Элайджей, на ветру, с взлохмаченными волосами, он казался ему еще более красивым. Во сне Эл долго рассказывал что-то из истории Средних веков, а Сальваторе внимательно слушал. Они ходили по скалистому берегу, смотрели, как рыбаки отдают швартовы, вдыхали горько-соленый воздух моря и водорослей. Деймон проснулся как всегда внезапно, перекатился на живот и глухо застонал. Очередная встреча с Элайджей оказалась иллюзией. Давно уже пора понять, что Эл не вернется никогда и все, что у Деймона осталось – сны и воспоминания – ничтожно мало, чтобы жить полноценной жизнью. Он перевернулся обратно на спину, вслушался в тишину квартиры, которую ненавидел, и попытался отвлечься каким-нибудь радостным воспоминанием от суровой реальности. - Сегодня у меня День Рождения, - заявляет Деймон в ответ на удивленный взгляд Элайджи. Изумление Эла объясняется просто: старший Сальваторе встал в 6 утра и явился к обычно одинокому завтраку Древнего. - Поздравляю, - говорит старший вампир, откладывая газету, - И все же, что заставило тебя очнуться так рано? - Я принес список подарков мне, - нагло и самодовольно говорит Деймон, протягивая бумагу. Он думал над списком целую неделю и вчера, наконец, закончил его составлять. - Хм, - Элайджа рассеяно берет в руки чашечку с кофе и углубляется в чтение. Деймон, немного волнуясь, присаживается за стол, чувствуя голым задом приятную кожаную обивку стула. Одеться он еще не потрудился и теперь, ерзая на стуле в ожидании вердикта, удивляется про себя, насколько Эл непробиваем в смысле намеков сексуального плана. - Так, - Древний прерывает молчание, - первые пять пунктов понятны, машина, ноутбук…. Дальше, вот это. Шестое. Не смотреть новости целый день. Серьезно? - Ага, - довольно кивает Дей, - родившемуся отказывать нельзя. - А ничего, что ты уже почти двести лет как умер? – С сарказмом спрашивает Эл, продолжая изучать список. - Ничего, ты вообще умер во времена мамонтов, - Деймон начинает отстукивать ритм по дорогой деревянной столешнице. Он волнуется все больше. - Не вижу логической связи. - А ее и нет, - косо усмехается Дей в ответ на укоризненный взгляд Первородного. Элайджа вздыхает и вновь смотрит в список. - Пункт девятый. Секс прямо сейчас. Деймон??? – Элайджа смотрит на парня чуть ли не с ужасом, - Ты для этого встал в шесть утра? - Ну да, - Сальваторе косо ухмыляется. Остался еще один пункт. Элайджа смотрит очень странно, как будто впервые видит младшего вампира, а потом возвращается к чтению. - Я хочу тебя трахнуть, - спокойно проговаривает Первородный последний пункт и протягивает бумагу обратно Деймону. Тот берет листок, не отрывая взгляда от Эла, пытаясь угадать, как подействовала его просьба-подарок на старшего вампира. - Деймон. Имей совесть, - строго говорит Первородный, однако глаза его смеются. - У меня ее с рождения не было, - усмехнувшись, уверяет любовника Дей, все еще надеясь на то, что получит «подарки» по всем пунктам. Элайджа медленно отодвигает стул, выходит из-за стола и наклоняется над ухом сидящего младшего вампира. - Подумай, что могу потребовать я на свой День Рождения. Деймон судорожно сглатывает, но не от страха, а больше от возбуждения. Любимый стоит так близко, а предпоследний пункт в списке возражений не вызвал… - А знаешь ли ты, мальчик, что из-за твоих грязных желаний, я могу опоздать на работу? Деймон чувствует руки Элайджи на своих плечах, затем ладони начинают гладить спину, этого достаточно, чтобы старший Сальваторе встал, с грохотом откинув стул, и, призывно выставив зад, облокотился на стол. - Ой, подумаешь конец света какой! Мог бы и совсем не ходить, – вампир еще пытается шутить, но дыхание уже слишком неровное и прерывистое. Руки Древнего теперь гладят поясницу, заставляя прогибаться еще сильнее. – Черт, побыстрее нельзя? - Ты нетерпелив, - сейчас старший вампир ласкает обе половинки, отчего Деймон протяжно стонет. Он не может дождаться самого главного, всякого рода прелюдии, которые любит Эл, его всегда немного раздражали. - Оближи, - два пальца Первородного скользят по губам Деймона и тот послушно вбирает их в рот. Неизвестно почему, но Элайджа предпочитает только такую смазку. Сальваторе старательно обсасывает пальцы, до тех пор, пока Древнему это не надоедает. - Достаточно, Деймон, - и практически сразу Элайджа начинает растягивать Дея, этими смоченными слюной пальцами. Младший вампир тут же как обычно пытается насадиться на руку посильнее, почувствовать ее в себе глубже. Он так и стонет: - Глубже, Эл… Вместо ответа старший вампир чуть сгибает пальцы и начинает гладить простату. Деймон пытается выгнуться еще больше, чувственно стонет и практически ложится на стол грудью. Сладкая мука длится недолго, вскоре пальцы сменяются членом – Элайджа входит практически с размаху, вызвав тем самым еще парочку громких стонов со стороны Деймона. Сальваторе чувствует, как член буквально таранит его зад, блаженно вскрикивая при каждом мощном толчке. Кажется, Элайджа решил уступить Дею и трахает его побыстрее. Дей полностью ложится на столешницу, предпочитая пассивно наслаждаться сексом, подбадривая любовника громкими стонами и криками. Он знает, что Элу нравится такой шум. Рука Элайджи как обычно хватает член Деймона и начинает накачивать его. Сальваторе утопает в собственном блаженстве, он стремится к оргазму с чудовищной скоростью, весь отдавшись чувственному ритму. Его стоны смешиваются со скрипом стола. Элайджа кончает первым, как и в большинстве случаев. Деймон чувствует, как глубоко внутри разливается теплая жидкость, готовится кончить сам, но его ждет сюрприз. - Только не на стол, - говорит Элайджа расслабленным после оргазма голосом и внезапно приподнимает и разворачивает Деймона лицом к себе. Деймон чувствует себя тряпичной куклой в руках умелого кукловода. Неожиданно, что-то меняется: член Деймона погружается в теплый рот Элайджи. Деймон широко раскрывает глаза, пытаясь поверить, что это не сон и смотрит вниз, где Эл отсасывает ему. Древний стоит на коленях в безупречных брюках и трудится над членом младшего любовника, доводя его до оргазма. Сальваторе хочется, чтобы это не кончалось никогда, но наслаждение от языка Первородного слишком велико, чтобы сдержаться. Деймон кончает в рот любовнику спустя пару мгновений. Элайджа сглатывает как ни в чем ни бывало, встает, дарит поцелуй Дею, страстный, жаркий, остро пахнущий его собственной спермой, и, произносит по окончании: - С Днем Рождения, Деймон, - мгновение и он уже в дверях квартиры, безупречный, как всегда. Как будто только что не занимался сексом на кухне. Деймон тяжело дышит, все еще приходя в себя, и несколько ошарашенно молчит. - Я бы советовал тебе подумать над исполнением последнего пункта, - уточняет Элайджа и исчезает в дверях. Старший Сальваторе остается один и весь день добросовестно думает. Ему, как говорится, и хочется, и колется. Наконец, он вычеркивает последний пункт из списка просто из неуверенности, что сможет это сделать. Кроме того, ему нравится, когда Эл его трахает как шлюху. Нравится быть шлюхой Древнего, наверное, он для этого был рожден. Вечером они едут на новой машине Дея в лучший ресторан Осло, где бывают члены правительства и королевской семьи, чтобы отпраздновать День Рождения. Элайджа просит отдельный кабинет, который способствует максимальному уединению. Их ужин проходит в простой светской беседе, только Эл смеется больше обычного, постоянно вспоминает какие-то истории из своей вечности, по большей части смешные. Деймон старается успевать поддерживать беседу и отдавать должное изысканному меню. Ему хорошо, как никогда. В конце ужина Элайджа деловито интересуется, промокнув губы салфеткой: - Так что там с последним пунктом? Деймон берет в руки винтажный бокал с дорогим вином и небрежно замечает: - Я его вычеркнул, все равно ты не согласишься. - Почему? – Элайджа разводит руками, - Новорождённому нельзя отказывать. - Черт! Ты же говорил, чтобы я подумал о последнем пункте!– Дей немного злится, но больше на свою оплошность. - Правда? – с невинным видом спрашивает Элайджа, - Я имел в виду, что ты должен все решить: где и как. Древний откровенно смеется над Деймоном. Младший вампир точно совершил ошибку в своих мыслях, но пути назад больше нет. - Нуууу, - тянет Сальваторе, разглаживая скатерть, - наплевать значит. Парень быстро встает, перемещается и усаживается на колени к Элу. Теперь любимый в зоне досягаемости. Деймон запускает руку в волосы Первородного, одновременно наклоняясь к губам. Руки Элайджи обвиваются вокруг талии младшего вампира, прижимая его к себе ближе. Сальваторе шепчет любовнику в губы: - Поехали отсюда уже, - и жадно целует. Сегодня Деймон особенно голоден в сексуальном смысле, и возбуждение, как моральное, так и физическое практически не покидает его. Элайджа прерывает поцелуй, чем вызывает недовольство своего младшего любовника, тут же сдергивает скатерть вместе с приборами с массивного деревянного стола «под старину» и усаживает ничего не понимающего Дея на край. - Ехать далеко, а я хочу сейчас. Деймон изумленно таращится на Эла, не веря ушам: впервые Древний проявил инициативу в сексе. Обычно первый шаг всегда за старшим Сальваторе. -Ты предлагаешь?... - Ничего я не предлагаю, - обрывает Деймона Первородный, быстро снимая с него ботинки и брюки вместе с трусами, чтобы освободить стоящий торчком член, - Я действую. Деймон цепляется руками за столешницу. Кажется, в честь Дня Рождения, его будут трахать только на столе. Элайджа заканчивает возню с предметами одежды и отходит на шаг, чтобы полюбоваться младшим вампиром. Дей совершенно бесстыдно поднимает ноги и разводит их в стороны, чтобы продемонстрировать свое тело. Вино и желание ударили ему в голову. Впрочем, и без них старший Сальваторе и стыд понятия практически несовместимые. - А если кто-нибудь войдет в кабинет? – спрашивает Дей из желания подразнить любимого. Вместо ответа к губам Сальваторе прижимаются два пальца. Вроде как намек на тишину. Однако, парень точно знает, что это означает и послушно позволяет им скользнуть себе в рот. - Умница, - говорит Элайджа, пока Деймон облизывает руку Древнего. Старший вампир прерывает занятие Дея, проводит мокрой рукой по внутренней стороне бедра Сальваторе, чем вызывает дрожь в его теле, и совершенно без препятствий проникает внутрь сразу двумя пальцами. Деймон сразу же изгибается навстречу с тяжелым мужским стоном. Он выгибает поясницу и видит лепнину на потолке, правда, его больше интересуют ощущения в собственном теле, чем произведения искусства людей. -Тише, - успокаивает его Эл и на время это срабатывает – пока Первородный не трогает простату. Деймон стонет в голос и спрашивает, не сдержавшись: - Я самая лучшая в мире шлюха, да, Эл? Элайджа прекращает гладить точку внутри и замирает на какое-то время. Сальваторе обеспокоенно смотрит на любовника, но тот, слегка улыбнувшись, через какое-то время говорит, наклонившись к Дею: - Ты не шлюха. Я… Ты мой, Деймон. - Я твой, - блаженно соглашается младший вампир и откидывается назад. В бреду возбуждения, парню кажется, что Эл хотел признаться ему в любви. Чего только не почудится. Наплевать, «ты мой» звучит не хуже. Элайджа закидывает ноги Дея себе на плечи и входит в него медленным, плавным движением. Младший вампир громко и несдержанно стонет, совсем позабыв, где находится, но в ту же секунду ладонь Первородного закрывает ему рот. Сальваторе возмущенно мычит в руку Элайджи, требуя прекратить, но лишь ловит усмешку в глазах любимого. - Тшшшш…. Древний пристально смотрит на младшего вампира и начинает неспешно двигаться в нем. Старший Сальваторе сначала постанывает, затем стоны усиливаются прямо пропорционально участившимся толчкам. Ладонь любовника не дает ему издавать слишком громкие звуки, поэтому, испытывая досаду и одновременное огромное наслаждение, Деймон вцепляется вампирскими клыками в ладонь Эл. Тот на секунду останавливается, шипит от боли, но руку не отнимает, даже несмотря на то, что кровь течет по запястью, пачкая костюм. Первородный поддает бедрами, ускоряясь, отчего Деймон судорожно вцепляется в скатерть, чтобы хоть как-то выразить свое удовольствие. Ему бы хотелось расцарапать Элайдже всю его аристократичную спину, но Первородный не снял костюм, поэтому рукам нет выхода. Младший вампир по-прежнему мычит и вгрызается в руку любимого. Наверное, Эл в этот момент очень больно, но Древний упрямо не отнимает ладонь и даже не снижает частоту движений. Свободная рука старшего вампира дотягивается до члена Деймона, начиная ритмично дрочить его. Дей мычит, глотает кровь, практически захлебываясь, старается подмахнуть… Ногтями скребет по деревянной столешнице, закрывает от наслаждения глаза, испытывает головокружение каждый раз, когда член любимого задевает узелок внутри, чувствует приближение мощного оргазма. Внезапно окровавленная рука исчезает со рта Сальваторе, и вместо ладони губы начинают терзать рот любовника. Деймон остервенело вцепляется в волосы Первородного, хочет раствориться в этом поцелуе, глубоком и жадном, и взрывается, кончая себе на живот, и, соответственно, заливая рубашку спермой. Пока Дей бьется в судорогах и стонет в рот Древнему, Элайджа неожиданно выходит из него и также забрызгивает семенем несчастную рубашку. Первородный отстраняется, прерывисто дышит и бормочет, рассматривая рукав костюма: - Испорчен… - Как и моя рубашка, - еще не восстановив дыхание, поддакивает Деймон, выпрямляясь на столе. - Я должен был отомстить, - невозмутимо парирует Эл. - Я тоже, - соглашается Деймон, красноречиво рассматривая окровавленную руку любимого. - Садист, - бросает Первородный, тоже поглядев на ладонь, где заживали раны от клыков. - От садиста слышу! – возмущенно говорит Сальваторе, поднимая брюки с пола, - Мне воздуха не хватало! - По-моему, тебе честности никогда не хватало, а не воздуха, - Элайджа оправляется, приводит в относительный порядок волосы и кивает Дею, - Пойдем. - Как? – Деймон делает вид оскорбленной невинности, - В такой рубашке? - Хорошо, оставайся, я пошел, - Элайджа достает бумажник, кидает на стол со следами недавнего хаоса, несколько крупных купюр и идет к выходу. Деймон матерится сквозь зубы, стирает, как может, свою и чужую сперму с рубашки и отправляется следом за любимым. До дома в ту ночь они так и не доехали, предпочтя дорогой отель, номер «люкс» , роскошь и шелковые простыни. Деймон счастливо вздохнул, вспомнив свой лучший День Рождения за все существование, встал с кровати и сразу же подошел к ноутбуку. Единственное, что радовало сегодня – это дата. Сегодня можно написать. Деймон включил машину, любовно провел пальцами по клавишам – ноутбук был одним из подарков на тот День Рождения – и набрал письмо. Обычно, он тянул до вечера, но сегодня этого не хотелось делать. «Элайджа! Сегодня я опять видел тебя во сне. Интересно, а я тебе снюсь хоть иногда? P.S. Целую, Деймон. P.P.S. Я сейчас голый, жаль, что ты не видишь. А если бы вернулся, то смог бы это увидеть. Деймон нажимает кнопку «Отправить» и захлопывает ноут. Еще один день впереди.