«Не причиняющий боли»

Капал слабенький дождь. Над «Белым» морем висело светло-серое небо, а пенистые волны лениво омывали песчаный пляж. Жители деревни ещё спали, и только синий ёжик, задумавшись, брёл к своему домику. Открыв дверь, Соник включил свет и охнул. — Ого, ну и бардак, — произнес он, увидев на полу кучу мусора, разбросанные вещи и слои пыли. Ёжик принялся всё убирать, и не думал, что через пару минут к нему в дом с громкими криками влетят Наклз и Тейлз. Ребята встали в боевые позы, готовые к бою. Увидев друга, Тейлз радостно удивился: — Ой! Это Соник. Привет! — Блин, чувак, мы подумали, что к тебе забрались воры! — на эмоциях сказал Наклз, расслабив кулаки. — Я увидел свет в твоём окне и позвал Тейлза на помощь. — Соник, почему ты здесь? — Лисенок заметил, что его друг опечален. — Что-то случилось? — Тебя выгнали? — ляпнул Наклз, за что получил толчок в бок от Тейлза. — Нет, ребят, — спокойно ответил Соник, — ничего не случилось, просто я… решил взять отгул. Парень повернулся к ним спиной и вновь принялся за уборку, показывая, что больше не хочет разговаривать на эту тему. — Ясно. Друзья заметили, что синий ёжик изменился. Он не только физически стал сильнее, но и морально, ведь убирать дом для него было что-то вроде пытки. Тейлз не верил своим глазам — от лентяя Соника, которого он раньше знал, больше ничего не осталось. — Соник, с тобой точно все в порядке? — Да, Тейлз, все норм. Ты лучше расскажи, как у вас дела? — О, можно я первый! — Затряс рукой Наклз. — Кхм… Итак, смею сообщить, что меня повысили! Я же был сторожем, так? А теперь я хранитель. — А в чем разница? — Ну, ты даешь, Соник! Сейчас я тебе объясню. Смотри: сторож — сторожит, а хранитель — охраняет. Вот! — Ааа…ок, понятно. Поздравляю! А у тебя, что нового Тейлз? — У меня ничего особенного. — Качнул головой лисенок. — Всё также продолжаю настраивать технику и чиню двигатели. — О, я, надеюсь, ты осторожничаешь? — Стараюсь, — улыбнулся да Винчи. Они ещё немного поговорили, но в скорее всем нужно было идти по делам. Всем кроме Соника. Парень остался дома в гордом одиночестве. Посмотрев в сторону окна, он заметил цветок в горшке и подошел к нему. Бедное растение высохло, и это зрелище подтолкнуло ёжика немедленно сбегать за водой. Полив свой цветочек, Соник пронаблюдал, как земля медленно впитывает влагу и ощутил, как у него на глазах навернулись слезы. Смахнув их, ёжик ушел в глубину комнаты. Он не знал, как объяснить, что двигало им, когда он уходил. Возможно, это был страх, ведь страх очень хороший манипулятор. Почему ему вдруг стало страшно, Соник тоже не понимал. От вихря мыслей и смешанных чувств, внутри все просто трещало по швам. — Да блин! — одернул себя ёжик. — Ну, не мог он убить кого-то. Не мог, понимаешь! Бред какой-то. Вздохнув и опустившись на диван, Соник представил себе образ Шедоу, его лицо и спокойный взгляд алых глаз, за которыми таится огромная любовь ко всему живому. Едва заметная улыбка во время игры на гитаре, или же парень мог улыбаться, наблюдая за помощником с другого края обеденного стола. Сколько раз Соник приходил к монаху измученный работой, столько же раз Шедоу вылечивал его раны и снимал усталость. Соник хорошо помнит, как от прикосновений заботливых рук по телу бежали мурашки. От нежных поцелуев он смущался, но после было особенно приятно. Такое сильное влечение к кому-то ёжик ещё никогда не испытывал. И после этого вот так убегать… Сутки без отдыха и эмоциональное перенапряжение дали о себе знать. Вскоре юноша почувствовал вялость и, завалившись на бок, уснул с мыслями о черно-алом собрате. *** Дождь закончился после полудня. Тучи немного рассеялись, позволяя солнышку испарять лужи. На стеклянный склад к Наклзу пришел Тейлз. Лисёнок принес ехидне обед. — Наклз, расскажи, что Соник написал тебе в последнем письме? — Э-э? Я точно не вспомню, но, кажется, он писал, что ему отлично живётся у монаха. Что у того уютный дом. Что Сонику не скучно. В общем, он был очень доволен. А что? — Мне интересно, что могло случиться. — Да. И мне. — Наклз надкусил бутерброд. — Ладно, мне нужно возвращаться в мастерскую. Позже увидимся. — Пока! *** Кромешная тьма была повсюду, Соник даже не мог разглядеть свои ладони. Секундная вспышка, и впереди появилось до боли знакомое поле. У ног приветливо колыхались листочки подорожника, и откуда-то сверху лился свет. Шагнув, юноша вдруг услышал горький плач. Соник замер, прислушиваясь к нему. Звуки становились громче, заставляя сердце больно сжиматься в груди. Ёжик открыл рот, чтобы позвать собрата, но всё внезапно стихло. А через мгновение огромное зелёное поле превратилось в кучу хрупкого пепла. — Ааа! — Соник вскочил, резко придя в себя. Он лежал на диване в своем доме. Подумав над тем, чтобы этот ужасный сон не оказался вещим, ёж взъерошил себе голову, но у него было плохое предчувствие. — Соник! — В комнату ворвался Наклз. Ехидна прибежал за помощью. — Беда! — Где?! — напряжение чувствовалось в каждой синей иголочке. — Я слышал взрыв. Скорее всего в мастерской Тейлза. Соник скорее! Чувство тревоги затмило все остальные чувства, и зеленоглазый, недослушав друга, тут же рванул с места. Влетев в мастерскую, ёжик увидел изобретателя на полу без сознания. Развернув лисенка на спину, Соник охнул от вида крови на желтой шкурке. Раны были намного серьезнее, чем в прошлый раз. — Тейлз, очнись! — Оххх… Соник? Ай-ай! — Вот так. Не шевелись. Я сейчас помогу. — Соник… — Тейлз поморщился от боли. — Сссс… в моей аптечке должно быть лекарство. Аптечка вон там, на столе. Схватив коробку с красным крестом, ёжик сразу же нашел нужную банку, но внутри оказалось пусто. — Оххх… — стонал лисенок. — Это кровь? — Тейлз, я сейчас сбегаю в аптеку. Ты только держись, хорошо? Наклз, присмотри за ним, — обратился он к ехидне, который только что прибежал. — Есть! В аптеке работал знакомый Сонику хамелеон, и когда ёжик спросил его о лекарстве, тот лишь пожал плечами и упавшим голосом сообщил: — А оно закончилось! Вчера забрали последний флакон. Новых поступлений до сих пор нет. Я беспокоюсь. С монахом там все нормально, ты случайно не знаешь? Зажмурившись, Соник чувствовал, как его заживо грызла совесть. Конечно же он знал, у кого можно достать лекарство, и ради Тейлза он вернётся. Но только примут ли его обратно? Ждут ли его вообще? *** Остановившись на последней ступеньке, Соник тщательно обдумывал слова, которые собирался сказать, но увидев монаха, он всё забыл. В горле пересохло, а внутри всё затряслось от волнения. Шедоу хмуро посмотрел на помощника, он не встал с камня, на котором сидел. — Уходи. Не хочу тебя видеть. Соник почувствовал крупную дрожь, попытался взять себя в руки.  — Шедоу, я не знаю, что на меня нашло, но мне очень жаль. — Жаль? Я не ожидал, что ты так со мной поступишь. — Я, правда, не хотел… — Мне интересно, зачем тебе это было нужно?! — повысив голос, Шедоу вздохнул. — А сейчас мне уже всё равно. Соник прижал ушки к голове, ему было очень стыдно и обидно. — Прости меня, пожалуйста, Шедоу. Черно-алый ёж показал собрату письмо, которое держал в руке всё это время. — Как ты думаешь, что я чувствовал? После всего, что я сделал, ты вот так решил меня благодарить? — Нет! — Я думал, рассказать тебе об этом, когда сам буду готов. Когда смогу говорить об этом, без дрожи в теле, без слез на глазах. Что ты подумал, когда сам узнал об этом? Хочешь правду? Окей, тогда слушай. Ко мне в дом забрался вор, и она хотела забрать все деньги, которые я перечисляю другим. Я не мог допустить, чтобы из-за её жадности, кто-то умирал или страдал. Поэтому я защищался, и это была самооборона. На смену гневу, пришла скорбь и в глазах монаха появились слезы. — Я был так напуган. Понятия не имел, что делать. Но в голову сама собой пришла дурацкая идея, найти помощника. И ко мне пришел ты, Соник. Помнишь, я сказал тебе, что это судьба? Ага. Это была ошибка. Он моргнул, и на землю упало несколько слез. Парень шмыгнул. — Шедоу, здесь нет никакой ошибки! Это судьба, ты прав! Я сожалею, что причинил тебе боль, и если сможешь, то прости меня. Я могу найти тебе другого помощника… — Я не хочу другого помощника, Соник. — перебил друга Шедоу. — Я хочу тебя! Ведь вместе с тобой ко мне пришло столько счастья, ты даже не представляешь. — Сделав паузу, Шедоу сказал. — Мне больно было читать только письмо, а в остальном… Соник отобрал у него письмо и, разорвав бумагу на мелкие кусочки, пустил улетать вниз по ветру. Повисло молчание, оба смотрели друг на друга. Потом зеленоглазый потянулся к другу и обнял его. Шедоу был не против. — На самом деле, я верю в то, что ты никогда бы так не сделал. — М. Соник почувствовал чужое тепло, аромат зелени и чего-то ещё, и успокоился. — Я прощу тебя, не думай о прошлом, как о проклятии, ведь у тебя есть будущее. — Угу. — Ты простишь меня? Шедоу закивал и сцепил руки в замок за спиной Соника. Внезапно вспомнив о своей беде, юноша крепко прижался, а потом высвободился. — Шедоу, я должен сообщить тебе, что в аптеке больше нет лекарства. — Что?! — Погоди! Скажи, у тебя осталось что-нибудь? — Да. — У меня друг серьезно пострадал, и я обещал ему помочь. Он изобретатель. — Бери, что нужно и беги к нему, — твёрдо сказал Шедоу. — А… ты? — Я буду тебя ждать. Соник очень обрадовался этим словам, и печаль сразу отпустила его, вернув прекрасную улыбку на лицо. — Спасибо. *** После обработки ран лекарством, Тейлзу стало намного легче. Он пообещал избавиться от взрывоопасных вещей и как следует отдохнуть. Наклз будет присматривать за ним, и писать об этом в письмах. Коробку с оставшимися баночками Соник отнёс в аптеку и сказал, что завтра утром будет свежее поступление. На обратном пути ёжик забежал к себе домой, чтобы забрать цветок в горшке. Он подумал, что в земле рядом с другими цветами растению будет лучше, чем здесь. Ночью Соник перебирал полные корзины подорожника и занимался приготовлением волшебного лекарства. Шедоу зажег несколько свечей и расставил их по комнате. Затем подошел к Сонику и прижался к нему сзади, обнимая за талию. — Всё нормально? — Угу. Просто смотрю, что ты делаешь. — Хех. Это последняя корзина. И я хочу сам всё упаковать и отправить. Положив ладонь помощнику на плечо, Шедоу поцеловал его в щеку. Соник зарумянился и расплылся в милой улыбке. Задержав чёрного ёжа на минутку, он провел рукой по его шее и погладил белый мех, чтобы тоже вызвать у него улыбку. …и всё у них было хорошо.