Истинный

Чонгук просыпается рано утром, конечно, он не смог этого сразу понять, ибо в кабине нет окон, поэтому пришлось лезть за телефоном. Пять утра. Всего-то. Парень встаёт с кровати, потягивается и тихо причмокивает губами, вглядываясь в темень напротив. Койка пустая, не заправленное одеяло и подушка на полу. Когда Соён успела уйти? Ночью? Или буквально перед пробуждением Чонгука? Юноша переводит взгляд на открытый шкаф и лежащую на полу вчерашнюю одежду старшей. Подмечает про себя, что, кстати, стоит и ему переодеться, — он уснул прямо в одежде, — а ещё, желательно, и душ принять. Юноша, как только закончил все водные процедуры, выходит из ванной комнаты уже в чистой одежде и с мокрой головой, попутно вытирая её полотенцем. Сразу стало как-то легче и свежее, улыбка сама собой появляется на молодом лице. Чон кидает полотенце на свою койку, думая, что потом заправит. Как-нибудь. Вдруг будущий пилот цепляется взглядом за белую фоторамку и немного побитое в ней стекло, которая стоит на тумбочке возле кровати Соён. Парень понимает, что, как бы, трогать чужие вещи нельзя, но всё-равно берёт в руку вещицу и рассматривает лица на фото. "Соён-нуна была очень милой в детстве" — подмечает про себя Чонгук, всматриваясь в незнакомые лица, одно из которых не было очень уж незнакомым. Юноша знает точно — это Ян, брат Чхве приобнимает свою младшую сестру за плечо и вместе с ней ярко улыбается в камеру, они были такими милыми детьми. Чуть выше их были, судя по всему, родители, в области которых и было потрескано стекло. Вполне себе милая женщина в красном платье и статный мужчина в костюме, которые тоже слегка улыбались. Казалось бы, красивая, дружная семья, которая не знает бед и горя, Чон даже представляет, как они ужинали все вместе за одним столом, провожали отца на работу и помогали матери с приготовлением. От чего-то парню становится грустно и больно за нуну — она осталась одна, у неё больше нет родных, нет тех, кому бы она смогла доверится. Он знает, насколько это больно — лишиться кого-то очень близкого для тебя человека, — чертовски больно, но одновременно и понимает, что Соён этого никогда не покажет. Никому. И это плохо. Чон ставит фоторамку на своё положенное место и выходит из кабины, сразу же морщась от резкого света в коридоре. Ни одной души. Парень и вправду очень рано проснулся. Гук пробегается взглядом по дверям в другие комнаты и почему-то надолго задерживает его на двери напротив, из щели снизу которой лился такой же свет. Она тоже не спит. Чонгук медленно и неуверенно подходит вплотную к двери и смотрит, пытается что-то высмотреть через глазок, что вряд-ли у него получится. Юноша не был удивлён тому факту, что она так рано проснулась, ибо это привычный для неё режим. В голове пролетают воспоминания частых разговоров с ещё одним другом Чона — Чимином, тем, кто занимается ремонтом Женде, — а так же был неотъемлемым участником исследовательской группы, — который вечно недоумевал, мол, почему младший не может признаться уже в достаточно продолжительной симпатии? Настаивал и грозил, что, если Чонгук сам не признается, он сам всё расскажет, из-за чего будущий пилот часто злился на хёна. А сейчас младший понимает, что Чимин был прав. Время действовать, иначе в Чонгуке так и никогда не увидят парня. Вот, юноша уже поднимает кулак, чтобы постучаться, как дверь, словно и ожидала этого, резко открылась: — Чонгук? — Юджин стоит перед Чоном, непонимающе смотрит на того снизу вверх. Она, Чонгук думает, тоже недавно приняла душ, её волосы тоже немного влажные, одета как-то крайне по обычному, — Чонгук видел её исключительно в деловом костюме, и, такое чувство, что в одном и том же, — белая, точно так на два размера больше, футболка и спортивные штаны, — Что-то случилось? — А? — парень и не заметил, как засмотрелся на Пак, — Нет, всё в порядке. Просто, — Чонгук нервно чешет затылок, опустив взгляд, — ты бы не хотела прогуляться? Ну, в парке, или в кафе, — голос предательски дрожит, уши багровеют, выдавая Чона с поличным. — Нам нельзя выходить за пределы здания без веской причины, ты же знаешь, — легко улыбается девушка, оперевшись плечом о косяк двери. — Точно, — шепчет, будто самому себе, юноша, — тогда, может, ты не против прогуляться по зданию? — через несколько секунд шатен понимает, что сморозил глупость, ибо, зачем Юджин гулять по зданию, что нового она может увидеть? — Ну, или в другом месте.. До слуха доноситься тихий девичий смех, заставляя краснеть ещё больше из-за стыда за свою глупость. — Хорошо, — Чонгук поднимает слегка голову и наблюдает за тем, как ему искренне улыбается девушка с веснушками и зелёными глазами, от которых парень так и не может оторвать глаз, — встретимся в пять в тренировочном зале? — Чон замедленно кивает, будто бы обдумывая слова Пак, — До встречи. Не успевает Чонгук сказать что-то в ответ, как дверь перед ним резко закрывается, а в коридоре остаётся только он один. Буквально через несколько минут, которые почти в вечность тянулись, парень осознаёт то, что произошло и, переварив информацию, с радостной улыбкой чуть ли не скачет, как радостный мальчишка, который получил желаемую игрушку, вдоль коридора и на протяжении нескольких часов не перестаёт улыбаться, чем явно пугает многих работников и пилотов. Но разве это имеет значение, если он сейчас так счастлив?

***

Сильные удары за ударами приходятся последний час на боксёрскую грушу, что, кажется, она просто не выдержит такого напора и свалиться на пол, разорвётся и выпустит наружу свой наполнитель, настолько сильно Чхве бьёт. В тренировочном зале совсем пусто, лишь она одна в спортивном топе и штанах, руки перевязаны белоснежными бинтами, а звуки ударов отражаются эхом от железных стен. Девушка останавливает качающуюся грушу и прижимается к ней своим влажным от пота лбом. Левая рука адски болит, но почему-то её это не останавливало весь этот час, она не полностью реабилитировалась, сразу же сбежала из больницы, собрала вещи и ушла, и вот последствия. Если честно, Соён о них никогда не думала. Может, именно из-за этого она и лишилась семьи? — Вижу, тренировка в самом разгаре. Пилот даже не поворачивается, тут же узнаёт этот отвратительный шепелявый голос своего, казалось бы, коллеги, и резко выдыхает горячий воздух. — Чего тебе, Мин? — Чхве поворачивает голову в сторону голоса и видит Мин Юнги, который так же был одет в обычную белую майку и чёрные спортивные штаны, а на руки он уже наматывал тот же бинт, который использовала Соён, — Это мой бинт. — С друзьями нужно делиться, разве нет? — хмыкает Юнги, искоса взглянув на пока что спокойную Соён. — А мы друзья? — скептически вскидывает бровь Чхве, скрестив руки на груди, полностью повернувшись к парню. — В любом случае, — игнорирует вопрос пилота светловолосый, кинув — именно кинув, не положив, — использованный бинт обратно, туда, где взял — возле стены, где лежала спортивная сумка Соён, — я так же, как и ты, тренироваться пришёл. Надеюсь, не против? — Юнги кидает насмешливый взгляд на Соён. — А оно тебе поможет? — не менее насмешливо смотрит в ответ на подходящего к ней Мина, мельком смотрит на не очень широкие плечи и какие-то слишком худощавые руки для военного, из-за чего злобно усмехается. У неё даже бицепсы побольше будут, что о других-то говорить. — Чего улыбаешься? — грубо спрашивает Мин, хватаясь одной рукой за грушу, тем самым нависая над девушкой и своим ядовитым взглядом смотря в глаза напротив. — Шутку вспомнила, — легко отвечает и пожимает плечами, высокомерной ухмылкой одаривая старшего. — Не расскажешь? — Юнги не отходит и всё так же дыру прожигает, видит, как Соён пытается уйти, но хватается уже двумя руками за грушу, тем самым перекрывая путь на свободу. — А не слишком ли много вопросов за несколько минут? — хмыкает и пролазит под рукой Мина, обходя парня, — Эта шутка не для людей с твоим айкью, Мин. Чхве внутри ликует, видит, как парень сжимает руки в кулаки, чувствует его раздражение, словно оно ей передалось по воздуху и шире растягивает торжественную улыбку, оголяя ряд верхних зубов. — Ну-ну, не злись, сладкий, — тянет гласные буквы Соён, подходя к своей сумке, садясь возле неё на корточки, — я всего-лишь поняла одну вещь, — достаёт бутылку холодной воды и, открыв её, делает один большой глоток. — Какую? — не перестаёт задавать вопросов Мин, снова подходя к девушке. — Какой приставучий, — бубнит, точно какая-то бабка, но честно отвечает после, — то, что ты самый слабый из всей нашей команды пилотов, — девушка даже не боится, что Юнги может вспылить, хотя Унджи ей успел рассказать, какой на самом темпераментный его сын, но всё равно продолжает ухмыляется, когда видит, как черти пляшут в глазах напротив, как Мин сжимает руки в кулаки до побеления костяшек и как они дрожат от злости, как пыхтит парень и уже готовиться сказать что-то очень колкое, но только и может, что предложить: — Может, тогда проверишь? Соён вскидывает скептически бровь, через несколько секунд прыская от смеха. — Ты-то? Со мной? — сначала указывает пальцем на светловолосого, после переведя на себя, — Я тебя в два счёта уложу, блондиночка. — Так давай, — Юн делает несколько шагов назад и сразу становиться в боевую стойку, правую ногу вперёд, левую назад, и так же с руками, одним пальцем подзывая к себе девушку, — нападай. — Сам напросился.

***

— Ты бьёшь, как девчонка! — смеётся Чхве, уворачиваясь от очередного удара Юнги, — Тебя кто драться учил? Бабушка? — продолжает язвить Соён, дабы вывести Мина из себя, чтобы тот потерял концентрацию. Ловко увернувшись от нацеленного удара на свой подбородок, Соён, явно весёлая, наблюдала за покрасневшим лицом нападающего, за стекающими каплями пота от висков и лба к ключицам. Но, как бы Чхве не старалась, лицо Мина было красным не от злости, а от перенапряжения. Всё-таки, девушка была намного шустрее и манёвреннее. Пилот чертыхнулась, когда пропустила неслабый удар с ноги по боку. Схватившись за пострадавшее место, Соён судорожно вздохнула, стараясь восстановить дыхание, после чего быстро рванула в сторону зазевавшегося Юнги, сбив того с ног. Оседлав парня, сжимая своими бёдрами его бока, Чхве прижала обе руки старшего к полу, всем своим весом надавливая на блондина, чтобы он не встал. Она понимает, что долго удержать его не сможет: разница в весе, да и в силе, как бы не хотелось этого отрицать. Соён выиграла этот бой благодаря своей ловкости и скорости. — Ладно, бьёшь ты не как девчонка, — выдыхает резко Соён, прерывая недолгие минуты тишины, пока они тупо пялились — именно пялились, — друг на друга, вызывая смешок со стороны Юнги. — У тебя тоже, знаешь ли, не девичьи силёнки. — Это ты меня сейчас так оскорбил? — тёмноволосая нахмурилась, выжидающе смотря на почему-то улыбающегося Мина, уже готовясь дать ему знатного леща. — Да нет, наоборот, я тебе комплимент сделал, — пилот шуточно подмигивает и слегка прикрывает глаза, чувствует, как на его шею падают чужие капли пота, ещё шире усмехается, — пусть ты и дерьмовый пилот, но боец из тебя отличный. Хотя, вряд-ли ты так же повалишь Могуи. — Йа! — тянет недовольно девушка, вскакивая с Мина, — Придурок, я уже думала, что ты всё переосмыслил, отца послушался наконец-то, — бубнит, отходя к своей сумке и, повесив её себе на плечо, направляется к выходу. — Спасибо за тренировку, дорогая! — прикрикивает вслед девушке Юнги, приняв сидячее положение. — Пошёл нахуй! — таким же тоном отвечает Чхве, скрываясь за железной дверью, оставляя запыхавшегося, покрасневшего и явно довольного Юнги одного в тренировочном зале.

***

После инцидента в Сиднее, который продемонстрировал низкую эффективность стены жизни, многие ставят под сомнения мотивы правительства, и задумываются об истинных причинах закрытия программы "Женде", — снова кадры очередного монстра, который рушит здания, Соён уже начала задумываться, как в их время операторы ещё не умерли, как минимум, от страха, а, как максимум, от лап Могуи, — на побережье нескольких тихоокеанских городов вспыхнули стихийные акции протеста, — Чхве встаёт со своей койки и идёт к шкафу, начиная переодеваться в повседневную одежду. Она только душ приняла, решила телевизор включить, как тут сразу эти новости клятые, как раз про клятых политиканов и не менее клятых Могуи, — В настоящий момент мы перебросили несколько миллионов гражданских лиц на триста миль в глубь материка, в безопасную зону, — на экране показывают раздражающее и отвратительно-спокойное лицо представителя Штатов Америки, — Но для кого эта зона? Для богачей и чиновников? А что нам делать?! Дайте нам ответ! — Соён одевает свой чёрный свитшот и такие же тёмные джинсы, она уже шнурки на кедах завязывала, — Я считаю, что "Стена Жизни" кажется самым надёжным вариантом защиты, — пилот подходит к своей стене, явно не слушает, что политик пытается втереть в голову бедным гражданам, касается кончиками пальцев к одной из фотографий на стене, где она, счастливая, стоит и обнимается со своим братом. Ей тогда было всего семнадцать. Именно в тот же день появился первый Могуи, — больше мне сказать нечего, спасибо, — Соён ещё некоторое время смотрит усталым и сожалеющим взглядом на фото, в глаза своего брата, но, собравшись с силами, убирает руку и подходит обратно к телевизору. Мир обречён, люди начали бунтовать, правительство пытается выкрутиться пустыми обещаниями о том, что помогут, Стена — полнейший провал и самое худшее решение человечества. И все это видят. Соён — не исключение. Да, она работала там, она видела, как умирают люди на стройке, видела, как проект в первый же день провалился. — Я думаю, что этот проект не имеет возможности долго существовать, — Соён вздрагивает, слыша рядом голос своего напарника — Чонгука, — мне жаль людей. Они не виноваты в том, что депутаты и представители обманщики. — Я не слышала, как ты вошёл, — Чхве не отвечает и не собирается продолжать дискуссию, это их не касается, рано или поздно чиновников возненавидят и у них ничего не останется, проект "Женде" создан для того, чтобы защищать всех — даже тех гадов. — Я искал тебя по всему зданию, — дует обиженно губы Чонгук, забавляя тем самым старшую, — не смешно, вообще-то. Где ты была? — Это неважно, зачем ты меня искал? — Мы, вроде, команда, и должны всегда находиться рядом друг с другом, если что, — говорит очевидное Чон, но, увидев скептический и немного насмешливый в свою сторону взгляд, сжался и признался, — нас зачем-то звал маршал. Он хотел сказать что-то важное. — Что-то важное? — Чхве хмурится и отворачивает голову, думая, о чём же ей может поведать маршал. Может, он наконец-то о плане расскажет? Девушка до сих пор не понимает, зачем она здесь, здесь все и так без "Дитианши" справлялись, так.. Экипажи Женде, немедленно явиться в западное крыло, — давно знакомый монотонный голос и красный свет заполняют комнату-бункер, заставляя чертыхнуться от неожиданности Чонгука и Соён, — Обнаружены Могуи. Категория "четыре". Вес более двух тысячи четыреста тонн и трех тысяч с половиной тонн.

Категория четыре,

— это единственное, что сейчас беспокоило Чхве.

— Не может быть, — девушка даже не была удивлена тому, что Чонгук так же не верит. — Сейчас на это нет времени, нам нужно быстро в западное крыло, — старшая хватает шатена за руку и быстро выбегает с ним из комнаты, оббегая испуганных людей в коридорах, которые так же мчались в западное крыло. В первые за эти восемь лет появился Могуи четвёртой категории, так ещё не один.

***

— Разлом активировался в двадцать три ноль-ноль, — Соён пытается пройти сквозь толпу, все стоят полу-кругом перед Тэхёном, который старается со спокойным видом рассказывать о том, что происходит, хотя все понимают, что он волнуется не меньше остальных, — две сигнатуры четвёртой категории, — когда девушка с Чонгуком становятся чуть ли не в самом начале, они замечают позади стоящих Ким Суджина, маршала и Юджин, и на последнюю у каждого своя реакция: Соён недовольно кривиться, а Чон же наоборот — улыбается ей, — кодовые имена — "Отачи" и "Громила". Достигнут Гонконга в течении часа. — Эвакуировать город, — к Киму выходит Намджун, скрещивая руки за спиной, — перекрыть мосты. Всех гражданских в убежище немедленно. "Шинхуйм Тайфун" и "Чёрный Альфа", — Ким старший поворачивается уже к облачённым в специальную форму для дрифта братьям Ли, Ким Джису и Ким Сокджину, — обороняйте вход в бухту. От города не отдаляйтесь. "Джушу", — обернувшись назад, маршал обращался к отцу и сыну Мин, — держите дистанцию и следите за побережьем. Нам нельзя вас терять, не ввязывайтесь в бой без крайней необходимости. — Так точно, — оба, будто по команде, кивают головами, вызывая искреннюю улыбку со стороны Чонгука. Всё таки, правда, они точно отец и сын. — Вы двое, — Джун подходит ближе к Соён и до сих пор улыбающемуся Гуку, — точнее, когда подошёл маршал, его улыбка сразу же пропала, — вы останетесь здесь, — экипаж "Дитианши" даже перечить не стал, они понимали, почему маршал пока не отпускает их, они ещё не готовы, — поехали! Ушло немного времени для того, чтобы вертолёты смогли перенести троих роботов к берегу Тихого океана. Пока "Тайфун" и "Альфа" ещё летели, "Джушу" уже стоял на своих позициях примерно в двух-трёх милях от Сеула. — Экипаж "Джушу" во все оружия, выполнять задания готов, — Унджи ещё не отпускает кнопку для связи с базой, не отрывая глаз от остальных Женде, блягодаря вертолётам которые уже знатно отдалились. Вот только Могуи словно и нет, видимо, ещё не добрались, — маршал, ждём Ваших указаний. — Держите оборону города, вступайте в бой по необходимости. Пилоты, будьте начеку. С такими громадными Могуи мы ещё не сталкивались. Вертолёты остановились над одной точкой, "Чёрный Альфа" был на несколько миль дальше ото всех, тишину в кабине прерывает немного грубоватый голос Джису: — "Чёрный Альфа" над точкой сброса. Отцепляйте тросы. По команде тросы одновременно отцепили и вертолёты сразу же направились обратно на базу, ту же махинацию проделали и с "Тайфуном". Когда роботы сбросили обороты и уже стояли на страже, оглядываясь на всякий случай по сторонам, — все до сих пор помнят историю с неудачным боем "Дитианши", — все стали ждать, когда объявиться хоть один из Могуи. — "Чёрный Альфа" на позиции у входа в бухту, — решив больше не медлить, экипаж "Альфы" начал ход, — "Чёрный Альфа" готов к обороне, маячок активирован. Следом пошёл и второй Женде, только вот "Джушу" на месте оставался. Юнги чувствовал, что тут что-то не так, не может всё быть так тихо, только дождь и гром разрывали тишину, и, к сожалению, это никак не успокаивало юношу. — Юнги, успокойся, а то твоя голова так скоро взорвётся. Всё будет хорошо, — говорит Унджи, не глядя на сына. Он и без этого чувствует его тревогу, хотя и сам немного напуган, ведь правда что-то слишком тихо. — Yòubiān de yùndòng!* — кричит один из братьев Ли, заметив на радаре движение совсем рядом с ними. — 3 Diǎn zhōng!** Неожиданно возле тайфуна останавливается один из Могуи, ящероподобного происхождения. На двух костяных наростах на голове он имеет по два дополнительных жёлтых глаза, казалось бы, это его единственная способность, вот только, к сожалению, вслед за чудищем из под воды появляется длинный хвост с трёхпалой клешнёй на конце, и именно этим хвостом его хозяин отталкивает "Шинхуйм Тайфун" в сторону на несколько метров. Поднявшись на свои железные ноги, Женде снова поворачивается корпусом к Могуи и выставляет свои руки вперёд. — Léi yún xíngchéng!*** Вместо железных кулаков на четырёх руках активировались острые лезвия циркулярных пил, которые без остановки крутились. Когда чудище приблизилось, братья Ли начали наносить удары, которые были для Могуи как укусы муравья, но на этом братья не остановились. Когда монстру надоели эти игры, он перехватывает своими лапами пилы в воздухе, открывая свою пасть и уже собираясь откусить кабину с пилотами, как вдруг на спине "Тайфуна" активируются реакторы, тем самым поднимая робота вверх ногами над Могуи. Нижняя часть прокручивается, меняя расположение ног, и только тогда Женде опускается, вот уже стоя позади морского чудища. Напрягшись, Ли перекидывают через себя ящера и откидывают подальше, только вот тот не сдаётся, снова на ноги поднимается и рычит предупреждающе. Собираясь снова напасть на китайского робота, Отачи даже не думает, что русский нападёт на него со спины, нанеся удар железным локтем по голове, после ровно три раза ударив потом кулаком в придачу, дальше Могуи терпеть не стал и нанёс ответный удар своим хвостом по корпусу "Альфы", скидывая его с себя. Унджи и Юнги всё это видят, чуть ли локти на грызут, и первый, не выдерживая, нажимает на кнопку связи: — Центр, "Тайфуну" и "Альфе" нужна помощь. Мы выступаем. — Приказываю держать позицию. В бой не вступать. Никто кроме вас бомбу не донесёт. Выполнять приказ. Намджун так же следил за боем, понимал, что они одни не справятся, но уж лучше они лишаться двоих Женде, чем сразу всех троих, причём одного очень важного для миссии. Два Женде окружили Отачи с двух сторон, подходят ближе и уже готовятся напасть, вот только монстр не сдаётся, снова пользуется хвостом, только уже именно клешней, впивается ею в корпус "Тайфуна" и тянет на себя. Робот не выдержит. — Нельзя же стоять и смотреть, как они погибают! — кричит раздражённый и испуганный Юнги, наблюдая за тем, как братья Ли выходят из строя. Парень надеется, что его отец поступит правильно, и надеялся не зря. — Да пошло оно, — шипит Мин старший, снова обращаясь к маршалу, — Центр, мы выступаем на подмогу. Соён сзади всё это слышит, и, видимо, не она одна, Чонгук тоже стоит рядом и жуёт свою нижнюю губу, с надеждой смотря на повернувшегося к ним Кима, Чхве тоже надеется на что-то, вот только мужчина просто уходит в сторону, к другим работающим, что-то у них спрашивая. Тем временем Отачи уже полностью вырвал кабину с пилотами, оставляя уже неработающего робота одного в океане. — Тайфун накрылся! — кричит своей подруге Сокджин, стиснув челюсть от злости. — Давай поймаем эту суку! — рычит в ответ Джису, сняв обороты и подходя к чудищу, уже собираясь нанести удар по голове, как тут Могуи стреляет голубой кислотой из своей подъязычной железы, как у жаб, прямо в голову "Чёрному Альфе", серьёзно повредив систему робота. — Это "Чёрный Альфа"! В нас попали какой-то кислотой! Корпус повреждён, нам срочно нужно прикрытие! — Держитесь, "Альфа", мы идём! — Юнги сразу же переходит на бег, быстро надвигаясь к чудищу и повреждённому Женде. Отачи, подойдя ближе к русскому роботу, совсем скоро перегрызает тому правую руку, пока тот, совсем сейчас беспомощный, тщетно наносит удары по спине оставшейся рукой. Скоро и "Чёрный Альфа" выйдет из строя. "Джушу" уже совсем близко был к Кимам, экипаж был уверен в том, что они спасут Джису с Джином, но.. Из под водной глади позади "Альфы" на Кимов прыгает другое существо, намного больших размеров, сначала даже показалось, что это была горилла, но это всего-лишь большой Могуи. Когда Отачи заканчивает с рукой "Альфы", Громила запрыгивает роботу на спину и своим огромным кулаком бьёт прямо по голове — в то же время кабине пилотов. — Вода попала в реактор! "Джушу" нападает на пытающегося уплыть ящера, нанеся удар кулаком в морду, отломав один из клыков, из-за чего Могуи громко завыл, но не думал отступать. Чудище пыталось удержать Женде за руки, но не успел, родственники Мин нанесли ещё серию ударов в голову, намереваясь раздробить монстру череп. Оторвав важную часть робота и откинув её в сторону, Громила опускает "Альфу" в воду, тем самым начиная топить экипаж, заметив, что в их кабине была проделана достаточно большая дыра. Вместо того, чтобы просто топить, Могуи хватается своей лапой за кабину и немного проворачивает, тем самым задевая реактор. Достаточно для того, чтобы кабина просто напросто взорвалась под водой. — Мы потеряли "Чёрного Альфу", — информирует маршала Тэхён, грустно смотря на радар, где осталась лишь одна зелёная точка и аж две красных четвёртой категории. От досады и злости Намджун бьёт по столу и стискивает зубы до их скрежета, даже не повернувшись к стоящему сзади экипажу "Дитианши". Пока что "Джушу" отлично справляется с Отачи, он ещё два раза бьёт с двух сторон по челюсти монстра и хватается рукой за его шею, а второй за хвост, поднимает над головой, и, сняв обороты, откидывает на далёкое расстояние от себя, надеясь, что тот водой захлебнётся, но эта тварь живучая, всё таки, не зря помечена четвёртой категорией, поэтому экипаж Женде решил воспользоваться тяжёлой артиллерией. Броня, раздвинувшись на грудной клетке, предоставила взору два ряда по восемь электрических пушек. Громила, заметив это, отходит немного от неработающего "Альфы", становясь на все свои четыре лапы. На его спине находится странный орган, с помощью которого он заряжает что-то, и, когда уже образовался небольшой энергетический шар, захлопывает его тем же органом, разнося волну, не только попадая ею по роботу, а задевая ещё и весь город, отключая везде электричество, тем самым оставляя "Джушу" недееспособным. — Стойте! Что произошло?! — Суджин, дёргает легонько за плечо Тэхёна, так как электричество отключилось и у них на базе. — Шоковая волна. Перегрузила всю электронику Женде. Юнги и Унджи снимают свои шлемы, которые ударили не с того ни с сего в них током, подмечая, что отключился и радар, и камеры и впрочем всё электричество. — Что за хрень?! Такого никогда не было! — скрипит зубами Мин младший, нажимая на разные кнопки Женде, пытаясь его хоть как-то включить. — Центр? Центр, ответьте! — Унджи тоже нажимает на кнопки, пытается связаться с базой, но вот только ничего не получается. — Они адаптируются, это не механизм защиты, это оружие, — делает быстро выводы доктор Ким, смотря выжидающе на маршала. — Свяжите меня с "Джушу", — просит Тэхёна Джун, смотря на его копошение. — Не могу, сэр, электроника перегорела. Нужно два часа, чтобы переподключиться. Все Женде на цифровых схемах! — Нет, не все, маршал, — Соён неожиданно выкрикивает, чтобы её на всякий случай точно услышали, подходит к Киму и смотрят снизу вверх, — "Дитианши" аналоговый, на нём реактор, — Чонгук подходит следом, смотрит точно так же на маршала, надеясь, что хоть сейчас он поймёт. — Маршал, — Юджин, всё время лишь наблюдавшая, так же подходит к Намджуна и немного дёргает за рукав, заставляя обратить внимание на себя, — Вы должны пустить их в бой, они — наша последняя надежда. Ким хмуриться, одёргивает свою руку, но не прерывает зрительный контакт с рыжеволосой, после переводит взгляд на экипаж последнего действующего Женде, думает, как правильно поступить, и придумывает. Только вот, правильное ли это будет решение?