Помешанные. Сопряжение с игрой.

             *Гаррет Хоук*       Отдал твой шедевр в мастерскую и выбрал шикарную рамку! Как сделают скину тебе фотку, похвастаюсь!              *Гаррет Хоук*       Как твоё самочувствие сегодня? Голова не болит?              *Гаррет Хоук*       Фенрис, ты теперь будешь меня игнорить? Давай встретимся и всё обсудим.              *Гаррет Хоук*       Фенрис, я вовсе не хотел тебя отталкивать тогда. Просто мне показалось, что ситуация не совсем подходящая. Да и знакомы мы не настолько сильно.              *Гаррет Хоук*       Фенрис не молчи.              *Гаррет Хоук*       Ты ведь читаешь сообщения, почему бы и не ответить хоть на одно? Фенрис, не веди себя, как ребёнок. Ты ведь взрослый мальчик, должен понимать, что отношения — это не игра.              *Гаррет Хоук*       Фенрис? Хочешь я тебе яблок куплю?              *Гаррет Хоук*       Мы добрали всю группу. Но я откровенно не знаю идёшь ли ты с нами или нам нужно искать нового Фенриса. Если не хочешь отвечать мне, ответь хотя бы Андерсу или Себастьяну, чтобы я был уверен.              *Гаррет Хоук*       Фенрис? Три дня уже прошло. Ты там живой вообще?              Фёдор продолжал хранить молчание. Он отвечал на сообщения Андрея, но всё также игнорировал Григория и, отчего-то, неохотно отвечал Сергею. После того случая он взял пару выходных. Вернее, хотел, но ему повезло и смены так совпали, что ему выпало три дня отдыха, а вот на четвёртый он должен был отпахать больше половины суток. В принципе он против не был. За это время он успел немного прийти в себя, глотал снотворное, чтобы быстро уснуть и не видеть снов, из-за которых он в первую ночь вообще не смог и глаз сомкнуть.       Насколько Фёдор понял из общения с Андреем, тот ни слова не говорил Гришке, что он отвечает на сообщения, передал только, что Фёдор не отказывается от своих слов и сыграет роль Фенриса на всех этапах. Гришка отправлял ещё кучу сообщений, но со вчерашнего вечера полный штиль, видимо взрослому дядьке надоело уламывать сопляка. А Фёдор, как бы не старался, так и не смог себя заставить ответить хоть на одно сообщение. В мозгу сразу всплывала картина с неудавшимся поцелуем, как Гришка его оттолкнул и всё, Фёдор сразу ловил ступор. Он не то, что ответ напечатать не мог, даже с места сдвинутся для него было чем-то недостижимым. От воспоминаний сердце начинало с силой сжиматься, а глаза снова наполнялись слезами. Но, как говорится, «время лечит». Поэтому, Фёдор сам себе пообещал взять себя в лапки и подождать, в случае чего вести себя непринуждённо и говорить так, словно ничего и не было. Правда, в исполнении этого плана он очень сомневался…       За спиной взорвалась очередная хлопушка и Фёдор тихо выдохнул. Устроили какой-то недопраздник. Ещё и костюмированный. Фёдор достал чистую тряпку и кинул её на стойку. Полным сомнения взглядом осмотрел свой наряд и тихо застонал. На его голове красовалась диадема, с которой свисала небольшая капелька. На ушах большие витиеватые кафы в виде эльфийских ушей. На шее объёмное украшение, от которого шли широкие белые ленты, закрывая его соски и только идущая по центру лента, от которой шли верёвочки, завязанные на пояснице, толком ничего не закрывала. Короткие чёрные шорты, миленький фартук, широкие браслеты на руках и кроссовки… Фёдор готов был проклясть всех, кто решил его в это нарядить. На него из-за странной внешности и так косились, как на больного, а теперь так вообще смотрят, как на сумасшедшего.       — Не понимаю, — протянул Эн, садясь на стул возле стойки и во все глаза разглядывая Фёдора, — как ты вообще разрешил себя вырядить вот в это?       — Здравствуй, Эн, — вздохнул Фёдор, ставя перед ним бутылку с пивом и тут же с лёгкостью открывая её.       — Привет-привет! А что за праздник-то такой?       — В душе не чаю.       — Если честно, — ещё более растянуто протянул Эн, — ты в этом наряде похож на элитную проститутку.       — Вот спасибо! — Фёдор всплеснул руками и повернулся к нему спиной, чтобы навести порядок в холодильнике с пивом.       — Не, я серьёзно. На наложника в гареме похож. Или этакого сексуального раба.       — Заткнись! — возмутился Фёдор не поворачиваясь. — Избавь меня от своей извращенской фантазии.       — Мне ща реально захотелось вылизать тебя с ног до головы! — уверенно заявил Эн.       — Ты вроде не настолько много выпил, чтобы нести подобную ахинею.       Эн притих и посмотрел на подошедших мужиков, которые озадачено пялились на Фёдора.       — Федька-конфетька! Ты чо, как элитная проститутка вырядился?! — пробасил здоровый рыжий мужик и Эн прыснул в ладонь.       — Да вот делать мне в жизни нечего, решил вырядится вот так! — с возмущением ответил Фёдор, выставляя бутылки с пивом на стойку. — И сам ты Мишка-топтышка!       — Да ладно те, пидарасик мелкий, так и скажи, что решил на панель встать! — заржал Михаил и товарищи поддержали его дружным гоготом.       — Идите вы все в Бездну, — простонал Фёдор, возвращаясь к приборке в шкафу.       — Не обижайся тощий! — примирительно сказал Мишка. — Найдёшь ты себе ещё ёбаря с большим хуем!       — Спасибо за пожелания! — воскликнул Фёдор, всплеснув руками, покосившись на отошедшего Михаила и его компанию. У Фёдора злости на всех не хватало. Однако стоило всем сказать спасибо, что зная о его ориентации, никто не пытается запинать где-то в тёмном углу.       — Почему сразу ахинею? — спросил Эн, возвращаясь к их разговору. — Наверняка у тебя и дырка очень тугая! Я б её вылизал!       — У своей жены вылизывай, — отозвался Фёдор, доставая несколько бутылок и переставляя их на нижние полки, тихо сетуя, что кто-то тут наделал делов, и не так всё расставил.       — Да причём тут моя жена? Я же про твою говорю! — Эн снова притих и покосился на руку. Которая мягко легла на его плечо. Он поднял голову, уставившись на добродушно улыбающегося Гришу.       — Что ты ему там вылизывать собрался? — в голосе Григория ничего доброго не слышалось, Эн от неожиданности даже икнул.       Фёдор резко обернулся на знакомый голос, чуть не выронив бутылки из рук. Он вытаращился на Гришку и смотрел, как тот весьма красноречивым взглядом заставляет Эна ретироваться подальше от стойки. Григорий сел на своё обычное место, чуть наклонился вперёд, сцепил пальцы в замок и с интересом принялся разглядывать наряд Фёдора. Его взгляд замер на торсе, где одна из лент немного задралась и был виден более тёмный ореол возле соска. Гриша посмотрел Фёдору в глаза, а тот, снова вздрогнув, резко отвернулся, принявшись наводить порядок в холодильнике.       — Мне конечно нравится твоя неприкрытая спина, но может повернёшься ко мне лицом? – спросил Гриша, чувствуя, как Фёдор напрягается.       — Я занят, — отозвался тот.       Не успел Гриша ответить, как его перебил громкий женский крик:       — Сосисочка! — к стойке подлетела черноволосая загорела красотка в практически таком же костюме, как и Фёдор.       — Нет! — с ходу заявил Фёдор, хотя девушка ещё ничего и не сказала по сути.       — Ну Сосисочка! — принялась канючить девушка и Гришка округлил глаза.       — Нет! — ещё твёрже сказал Фёдор и, для пущей убедительности, скрестил руки на груди.       — Ну позязя, Сосисочка! Я тебе должна буду! — девушка сложила руки, словно молилась, и просяще уставилась на Фёдора.       — Танька, ты меня и так в прошлый раз чуть не подставила с этим! Хорошо, что я первый пришёл и успел всё прибрать!       — Я не одна буду. Девки помогут прибраться! Я обещаю! — девушка на месте запрыгала.       — Последний раз! — Фёдор кинул на стойку ключи, но тут же перехватил её руку, когда та их схватила. — И не дай Создатель, вы оставите срачельник там, прибью всех!       — Спасибо, Сосисочка! — Таня смачно чмокнула его в щёку и пулей умчалась в сторону кафе.       Фёдор проводил девушку хмурым взглядом, вспоминая, какой бардак она устроила в этакой костюмерной, ключи от которой чаще всего хранились у барменов. Он не вдавался тогда в подробности, зачем ей ключ от помещения, она попросила, а он просто отдал. А потом матерился долго и усердно: если бы не пришёл пораньше и не решил просто проверить, ходить бы ему безработным. Танька сначала божилась, что всё прибрала, но потом созналась, что не успела. Фёдор, покачав головой, вернулся к холодильнику.       — Почему «Сосисочка»? — посмеиваясь, спросил Гришка, повернувшись к Фёдору.       — У неё и спроси, — тот просто пожал плечами.       — Фенрис, может уделишь мне пару минут, и мы поговорим? — настойчиво попросил Гриша.       — Зачем? – Фёдор, переставив бутылки, повернулся к Грише, чувствуя, как внутри, его начинают одолевать далеко не приятные эмоции.       — Послушай…       — Я извинился в прошлый раз. Что тебе ещё нужно? — Фёдор перебил Гришу, смотря на него хмурым взглядом. Заметив, что перед глазами начинает всё плыть, Фёдор наклонился к свей сумке, полностью спрятавшись за стойкой, достал баночку с таблетками, вынул пару штук и, сунув в рот, набрал из кулера воды и запил, немного подавился и закашлялся.       — Не торопись, — тихо попросил Гриша, с беспокойством посматривая на Фёдора.       — Тебя спросить забыл! — огрызнулся тот, быстро вытер слёзы салфеткой и сновав выпрямился.       — Решил перейти на агрессию? Не особо умный ход на самом деле.       — Ты меня жизни учить пришёл?       — Фенрис, — Гриша повысил голос, ругаться ему вообще не хотелось, но Фёдор не оставлял другого выхода. — Пойми, то что ты испытываешь, простая привязанность, потому что я к тебе отношусь по-доброму. Ты сам подтвердил, что к тебе давно никто хорошо не относился. Нас с тобой даже друзьями-то сложно назвать. Ты просто немного перепутал чувства.       — Простая привязанность? — усмехнувшись переспросил Фёдор. — И ты пришёл сказать мне об этом?       — Просто я не тот, кто тебе нужен, — устало вздохнув сказал Гриша.       — Правда? — Фёдор пожал плечами и приподнял брови. — А оприходовать ты меня собирался на разок я так понимаю? — Его глаза недобро сузились, и Гриша замер, проклиная себя за свой язык. — Я не глухой. И тем более не слепой. Я вижу, как и куда ты смотришь, как и с кем говоришь, какие интонации используешь. Ты думаешь, что я заметил тебя две недели назад? Даже побольше выходит. Нет, Гаррет, я тебя заметил ещё полгода назад, когда ты первый раз пришёл в кафе пообедать. Ты был загружен работой, толком на барную стойку и не смотрел. Поэтому я немного удивился, когда ты обратил на меня внимание. Я ещё тогда подумал: какого хера? Он ведь видел меня! Должен был по крайней мере. Покупал кофе, выпивку. Что изменилось? Чего вдруг я стал таким заметным для тебя? Потому что в этот раз ваш Фенрис вас кинул? Поэтому ты стал глазеть по сторонам в поисках нового? Не делай из меня дурака только потому, что я младше! Да, я может и поддался чувствам, глупо понадеявшись, выстроив себе замков из песка! Потому что никогда такого не испытывал! — Фёдор откровенно начал повышать голос, а Гриша сидел, не смея его даже перебить. — Возможно я ошибся, да в принципе так и есть. — Фёдор замолчал, плотно поджав губы и смотря куда-то за спину, и Гриша сразу понял, что к стойке кто-то подходит. — Уходи, я сказал Андрею, что пройду с вами все этапы, незачем возле меня больше прыгать.       — Привет тощий! — к стойке подошёл седовласый мужик и, хлопнув ладонями, уставился на наряд Фёдора. — Ты на панель собрался, что ли?       — Воу, мужик, полегче! — возмутился Гришка, которому такие шутки не нравились вообще никак.       — Я в твоей защите не нуждаюсь! — недовольно сказал Фёдор, ставя на стойку несколько бутылок пива.       — Что голубки, поругались? — мужик с издёвкой хохотнул.       — Засунь свои тупые замечания себе в задницу! — огрызнулся Фёдор.       — Э, тощий, полегче на поворотах.       — А что ты мне сделаешь?! — прорычал Федор, наклонившись к седовласому. — Помнится, за прошлые твои шутки я тебе зуб выбил! Или дружков своих позовёшь?!       — Фенрис, успокойся, — попросил Григорий.       — А то что?! — Фёдор вскинулся на Гришу, успокоительное, которое он выпил, нисколько не помогало, казалось вообще подстегнули на неконтролируемую агрессию. — Мне вообще приходится теперь снотворное с успокоительным жрать! А всё из-за тебя! — Гриша округлил глаза, а мужик возле стойки присвистнул. — Ты взял пиво?! Вот и иди на хер отсюда! — мужик, икнув, сгрёб бутылки и поспешил ретироваться подальше. — Что тебе ещё от меня нужно?! Тоже можешь смело на хер валить!       — Думаешь, вывалил на меня все это и всё?! — в ответ повысил голос Гриша. — Думаешь, я тебя выслушал и всё?! А меня послушать ты не хочешь, сопляк безмозглый?! Сам себе напридумывал что-то, а другие страдать из-за тебя должны? Или ты думаешь, что ты пуп земли? А чувства других ты вообще в расчёт не берёшь? Знакомы без году неделю, а ты решил, что всё, любовь-морковь? Только потому, что я к тебе так добр был?       — Ну так и не будь ты таким добрым! Вали восвояси и не выслушивай меня! — прорычал Фёдор, хлопнув ладонями по стойке и наклонившись к Гришке.       Раздражённо скрипнув зубами, Гриша подался вперёд, вскинул руку с силой сжав пальцы на затылке Фёдора и, дёрнув его ближе к себе, впился в губы, горячим нетерпеливым поцелуем, краем уха слыша, как тот тихо застонал. Гриша углубил поцелуй, просунув язык и грубо сплетая его с языком Фёдора, ясно ощущая, как того начинает бить мелкая дрожь. Пальцы Фёдора судорожно сжимались на вороте рубашки. Он и сам не до конца понимал, хочет ли его оттолкнуть или наоборот притянуть ближе. Губы словно обожгло огнём, а от того, как Гриша умело водил языком, тело реагировало слишком бурно, ноги стали мелко трястись. Тяжело дыша, Григорий осторожно отстранился, разглядывая раскрасневшегося от поцелуя Фёдора. Он слишком быстро выпустил его из своей хватки, и Фёдор тут же завалился на землю.       — Фенрис?! — Гриша забежал за стойку и присел рядом с Фёдором.       — Надо… — еле слышно прошептал Фёдор и потянулся к сумке, откуда дрожащими руками достал лекарства.       — Кажется про успокоительное ты не врал, — протянул Гришка. — Убери ты это!       — Отвали ты от меня! — истерично взвыл Фёдор. — Что ты со мной делаешь?! Ты же сам сказал нет! Отвали!       — Да успокойся же ты! — Григорий с силой прижал к себе Фёдора, снова впиваясь в него поцелуем.       — Мальчики, — над стойкой показалась одна из официанток, — я нисколько не против, — прошептала она, когда Гриша оторвался от Фёдора, — но кое-кому работать нужно, — она хитро подмигнула и отошла.       — Неловко-то как, — протянул Гришка.       Фёдор молча схватил Гришу за ворот футболки и, дёрнув на себя, сам впился в его губы неумелым и неловким поцелуем.