Несмешная шутка или погрешности судьбы.

Стас сошел с поезда, который вернул в родной город. Закончив обучение в ВУЗе, куда перевелся после трех лет обучения в колледже, тем самым сокращая обучающую программу на два года, он пошел в армию. Отслужил. Неимоверно скучал. Скучал по Филиппу. Его любимый человек, который не сдался, который добился того, чтобы не только вместе спать, но и кушать, иметь какие-то общие интересы, одну крышу над головой. Филя, который не сдался, получил в свое полное распоряжение не только тело, но и душу Стаса. Влюбиться было просто: Филипп притягивал как магнит. И он любил, сильно и страстно. И каждый раз Филя, его боевой филин, доказывает, что лучшего и желать стыдно. Любит ярко, живет ярко, показывает свою солнечную сторону и не дает забыть, какой он жаркий огонь, пламя. А Стас греется, обжигается и все равно летит на этот ослепительный свет, который то ранит, то возрождает. И вот сейчас он стоит на перроне, в… Стас осмотрел жадно то, что предстало перед ним. Филя был экстраординарным. Сейчас на перроне, с большим букетом красных роз, стоит девушка в драповом пальто, накрашенная и переминается с ноги на ногу. На голове берет, губы ярко красные. Водит глазами по толпе, ждет. Наверняка сорвался со съемок и Анжелика будет не в восторге. Вот только разве ж Филю остановишь? Стас, улыбнувшись, подошел и спросил: — Девушка, вы кого-то ждете? Разворот на девяносто градусов, взгляд хмурый сменяется на счастливейшую улыбку и цветы рассыпаются под ноги просто потому, что руки обхватывают шею, губы впиваются в губы. Стас прижимает к себе родное тело, вдыхая между парфюмом и запахом грима, аромат его тела. Языки сплетаются, играют в боевые построения, атаку и сдачу в плен. — Как я соскучился, — выдыхает Филипп, отрываясь от губ и еще делая короткие поцелуи, как бы нехотя отрываясь все больше, делая контакт все меньше. — И я. — Стас обнимал его, чувствовал, как тело поддается на эту незатейливую ласку. — Очень скучал. Очень. — Идем домой. — Филя опустил руку и переплел пальцы, — я тут сбежал, Анжелика была очень-очень зла, но смилостивилась, когда узнала причину. Я ведь был очень послушным в этот год, так что ей пришлось смириться. — Послушным? — Капроны. — Скривился Филя. — Ты одевал их? — Да. Ты не представляешь, сколько пар я разодрал после окончания съемок! И плевать сколько они стоят и можно ли их было еще раз использовать. — Проворчал Филя ведя за собой, сквозь толпу встречающих, любимого человека, который позволял быть ведущим. Они вышли из здания вокзала, прошли на парковку, где стояла машина, после чего путь до дома. В квартире, которая была только для них, Филипп начал раздеваться и произнес: — Не хочу с таким лицом! Я — это я, и другое между нами не будет! Стас заулыбался, глядя на то, как женские вещи летят в разные стороны. Жадно смотрел на его обнажающееся тело, на котором оставалось все меньше и меньше одежды. А потом к зеркалу и ватными тампонами с остервенением стереть с лица грим. Буквально пара минут и Филипп скрылся в ванной, дабы вымыть лицо. Стас, зная, что остановить его в этот момент просто нереально, улыбался и ждал. Они не виделись больше года — три месяца Филипп был вынужден работать в Питере, где его жаждали задействовать как можно больше и скопом, потому что он неохотно согласился, а потом Стас ушел в армию. Филипп не смог вырваться, так как все легло на съемки, а подводить людей он не умеет. И вот они тут, вдвоем, и десять минут подождать? — да легко! Когда Филя вышел из душа, кивнул головой, дабы и Стас смыл с себя дорожную пыль. Когда он проходил мимо мягко улыбающегося и сверкавшего глазами Фили, услышал шепот: там все есть, — и тут же покрылся румянцем, который бывает очень редко. Душ, подготовка и у дверей замереть и быть вжатым в косяк. Филипп не выдержал и со всей страстью атаковал его губы, повел на себя, метя в спальню. И вытереться-одеться не дал. С себя стянул полотенце, что закрывало бедра. Толкнул любимого спиной на кровать и полез сверху, жаля горящим взглядом. А дальше поцелуи, укусы, ласки и стон Стаса, который принял его, прижимая к себе руками, чувствуя всем телом, впитывая его жар, его пот, его страсть. Толчки, хриплые стоны, жажда овладеть, жажда получить и отдать. Филипп был очень сильным любовником и ненасытным, а Стас позволял ему вести, делать так, чтобы было очень и очень хорошо. Они меняли позы, пережидали бурю и вновь переплетали тела. Наскучавшись, истосковавшись, оба желали достигнуть точки, когда будет просто невозможно пошевелить ни рукой, ни ногой. Уже насытившись, обласкав каждый сантиметр кожи, Филипп и Стас лежали на кровати, задрав ноги и поставив их на стену. Стас рассказывал, как было в инженерных войсках, а Филя про танки. Делились впечатлениями. Затем долго целовались. Потом пошли опустошать холодильник. Вообще, после того, как Стас сдался и был прибран к рукам, столь загребущим, коими владеет Филипп, квартира родителей превратилась в студию для работы. Благо она располагалась на первом этаже и декорации не надо тягать по лифтам, а высота потолков, ширина и габариты дверей позволяют проносить нечто громоздкое. Для себя же, спустя некоторое время, они приобрели двухкомнатную квартиру, в доме, где были толстые стены. Филя тогда сказал, что слушать Стаса его фетиш. — Как твои фото сессии? — спросил Стас, сидя за столом и поедая приготовленный Филиппом ужин. — Нормально. Саламандру куда только не приглашают. Даром что парень, а то и замуж бы позвали. — Замуж? — ревниво сощурился Стас. — Сомов, тебе не идет. — Филя улыбнулся. — Знаешь, я тут целибат держал, а ты? Вот обижусь на тебя! — Ну-ну, — усмехнулся Стас. — Ты это моей заднице скажи, вот она посмеется. — Я ей покажу, и, — Филя сощурился получив кривляние рожицы. — В общем, Анжелика уже довольно давно подбивает в Европу махнуть, мол там есть контракты и все такое. — А ты чего? — Ну, — Филя покачал головой, — их контракты подразумевают гораздо больше от меня отдать, чем получить. — И что же ты должен отдать? — Время. Много времени отдать на их работу. — Это деньги. — Ну, что-то у меня имеется. Бизнес, который получился на компенсацию Розановых, как раз прокормить сможет. Тем более, что он расширился. — О, так ты озолотился? — Не так, чтобы очень, но жить можно. Вот и не тянет, да если честно, и раньше-то не тянуло. — А все же, хочешь? — И да, и нет. Это командировки, месяц-два. — Филя заглянул в глаза, — вот честно, не хочу настолько уезжать от тебя. — Какой ты стал капризный. — Сатас покачал головой. — Зато счастливый. — Филя пересел к нему на колени. — Мой персональный котик, — прихватив мочку губами, жарко шепнул на ухо, — пошли, поглажу, приласкаю. Я так соскучился, что мне мало. Очень и очень мало. Стас рассмеялся, после чего они еще долго наслаждались друг другом и не только занимаясь сексом, но и кушая вместе, принимая душ вместе или просто лежа на диване, мурлыкая нежности, как любит это делать Филипп, или поглаживая его голову и перебирая пряди волос, как любит Стас. *** Большое P.S.: Люди, что были частью одной большой игры Валентины Розановой, получили разную дорогу в жизни. Филипп нашел любовь, завоевал сомневающегося Стаса. Артем уехал в другой город, к родне, нашел там свое счастье. Костя, как ни странно, поездил по белому свету и остановился только в буддийском храме, прошел посвящение и стал монахом. Игорь женился. Любовь к Филиппу так и осталась, но жить с женой он смог, и причем душа в душу. Данил, который получил волшебный пендель, стал счастливым мужем и отцом троих детей. Близнецы Андрей и Марат женились, ударились в инженерный бизнес, очень хорошо поднялись. Александр Исаев, как говорит сам Филипп, получил по заслугам и умер молодым. Как и Валентина Розанова. С ее отцом Филя иногда встречался, они даже установили между собой подобие дружбы, но не более. Розанов умер через три года после того, как Стас отслужил в армии. Инга, которая помогла провернуть эту не смешную шутку, шутку с кровью и болью для многих, выбилась в люди, стала акулой в охранном бизнесе, и с Игнатом Савельевичем Розановым более никогда не пересекалась. На могилу Валентины приносят цветы, могилу Исая забыли после смерти родителей, а все, кто так или иначе был замешан в мешанину «Фили-Вали» разбрелись по жизни и кто-то нашел свое счастье, а кто-то нет. Всем по заслугам, всем по стараниям. И даже Анжелика Новади вышла на мировой рынок, как фотограф, который показал миру Саламандру, неординарную косплей-модель, которая ворвалась в индустрию и заняла свое почетное место, которое долгие сорок лет никто так не смог занять, составить конкуренцию. И то, что модель парень, затем мужчина, волновало мало — Филипп «Саламандра» Стригунов - являлся богатейшей и самой востребованной фото-моделью своего времени, который прожил жизнь с одним единственным партнером и о его личном счастье никогда не пестрели заголовки желтой прессы. Маленькое P.S.: Дорогой читатель, не судите строго, ведь о том, как действительно должен действовать парень в подобной ситуации не могу знать, но сделала так, как вижу. Надеюсь вам не было скучно — мне точно нет. Приятного чтения)))