триксель

Школа проплывает мимо Ренджуна. Хваленая сосредоточенность оставляет его, позволяя на уроках уходить куда-то в глубину своих мыслей, где двое альф по-хозяйски расположились и, вроде как, никуда не собираются уходить. Удивительно, что и Ренджун не особо хочет отвлекаться от манящих представлений, чтобы вслушаться в гнусавый голос учителя Кана. На одной из перемен он лишь удивленно смотрит в спину Донхека, который мельком прощебетал ему о том, что вечером придет к Ренджуну, чтобы обсудить события последних дней, и убежал в сторону Марка. Ренджун словно в какой-то неге, где тепло обволакивает его душу, согревая в холодный день. Наверное, он бы и дальше пребывал в мягком блаженстве, если бы одна из омег не задела его плечом, выводя из транса. Щебетание школьников и школьниц заставляет омегу оглядеться. Ренджун приходит в замешательство, когда видит у ворот школы Исина. Тот стоял как ни в чем не бывало, излучая дерзкую уверенность, и будто совсем не замечая вздохи омег. Альфа вполне может ждать и Джисона, но уверенность в дружеском начале, не дает омеге пройти мимо знакомого. — Привет, гэгэ, — улыбается Ренджун, тут же ловя теплую улыбку в ответ. — Привет, Инджун-и. — Что ты здесь делаешь? Ждешь Джисона? Альфа издает смешок и мягко щелкает Ренджуна по носу. — Вообще-то, я жду тебя. — Меня? — искренне удивляется Ренджун. — Но зачем? — Ну, тебе же нужна была помощь с химией, — посмеивается Исин. А потом его глаза пробегаются по школьному двору. — Пойдем. Иначе все эти школьники разорвут тебя от жажды подробностей. Ренджун оглядывается и замечает, с каким интересом смотрят на них ученики. Он идет прочь с Исином, чувствуя, как горят его щеки. — А это кто? Исин? — Марк подходит к Донхеку со спины и смотрит в ту же сторону. — Почему он разговаривает с Ренджуном? — Потому что Ренджун его друг. Они познакомились, когда Ренджун ходил с Джисоном в их студию, — нетерпеливо отвечает Донхек. — А чего это он встречает Ренджуна после школы? — подозрительно спрашивает Марк. — А Джено об этом знает? — А Джено-то здесь причем? — тянет Донхек, поворачиваясь к альфе. И замечает телефон в руке Марка. — Кому это ты звонишь? — Джено. Донхек ловко выхватывает устройство из рук альфы, засовывая за пояс брюк. — Это не наше дело, Марк. Исин и Ренджун просто друзья. К тому же, Исин состоит в трикселе. Так что выключай свои альфьи замашки, и пошли. Марк недовольно закатывает глаза и тихо рычит. Неужели так сложно понять, что это не просто ревность, вызванная «нездоровым чувством собственничества», как привыкли говорить чертовы психологи, а элементарный страх. Боязнь, за свою омегу и за свои отношения. В этом безумном мире, количество психопатов растет пропорционально количеству законов, принятых против этих самых психопатов. — Пошли, — тянет его за руку Донхек. — Юкхей уже подъехал. Они садятся в машину старшего альфы — Марк на переднее сиденье, а Донхек на заднее. — Вот скажи, Юкхей, нет же ничего такого в том, что омега общается с альфой, с которым он имеет общих знакомых? Просто дружба? — Донхек спрашивает так, словно своим вопросом, старается образумить Марка. Юкхей не отвечает. Только усмехается и переглядывается с Марком. Донхек закатывает глаза. — Альфы.

***

— Ты на полном серьёзе пришел помогать мне с химией? — спрашивает Ренджун Исина, когда они идут в сторону кафе. — Идея конечно хорошая, — смеется альфа. — Но нет. Я пришел отблагодарить тебя за нашу ночную прогулку. Ты выслушал меня, помог понять вещи, о которых я догадывался, но не мог к ним прийти. Ренджун смущается от похвалы и благодарности, удивляясь дельности своего совета. Он даже толком не помнит, что именно сказал в тот момент. Но если он действительно помог Исину, то очень даже рад. — Ты правда хороший друг, Ренджун, — Исин обнимает его за плечи одной рукой, притягивая ближе к себе. Они улыбаются друг другу, наслаждаясь этой расцветающей дружбой, не скованной обязательствами и стандартами. Как удивительна сила ночи, раз преображает невинность до неузнаваемости. — Так… У вас всё наладилось? — уже в кафе интересуется Ренджун, отпивая из своей кружки капучино, мараясь в белой пенке. — Мы нашли компромисс, — Исин тянется к Ренджуну, пальцем убирая белоснежные усики. Ренджун вновь краснеет и сам тут же проводит ладонью по рту. — К Рождеству закончится первый этап этих чертовых соревнований, и мы договорились съездить куда-нибудь вместе. — На Рождество? — Исин кивает. — Это здорово! Ренджун искренне радуется за друга. Ему всегда казалось, что подобные праздники объединяют людей как ничто другое. Но мысли опять унеслись в ту степь, где Рождество представляется не просто с родителями. А с Джено и Джемином. Вопрос выскакивает откуда-то изнутри: «Это Рождество будет другим?».

***

Донхек вихрем влетает в дом Ренджуна, тепло здороваясь с госпожой Хуан, не стесняя себя этикетом, и влетает в комнату друга, со всей силы падая на кровать. Только тогда Ренджун успевает рассмотреть бумажные пакеты, в которых обычно приносили еду. Донхек замечает его взгляд. — Да-а, милый, нас ждет до-олгая ночь, — протягивая гласные, довольно отвечает на немой вопрос Донхек. — Завтра в школу, между прочим. Ты хоть уроки-то сделал? — А ты как думаешь? — фыркает омега. — Две пары глаз следили, чтобы я сделал всю домашку, иначе, меня бы не отпустили. Ренджун усмехается на бубнеж друга, забирая пакеты, чтобы разложить покупки. Он замечает, что в этот раз еда более сытная и… дорогая? Это не обычные снеки, какими они затаривались на карманные деньги, а полноценные контейнеры из неплохих заведений. Ренджун не знает, как деликатно поинтересоваться, поэтому спрашивает: — Зачем столько еды, Донхек? — Это не я. Это Юкхей. — Юкхей? — Ренджун подозрительно смотрит на распластавшегося по кровати Донхека. — Юкхей, — подтверждает Донхек некоторые догадки. — Тот самый Юкхей. У Ренджуна на минуту пропадают слова. — Ты попросил его купить все это? Но… Вы же знакомы всего ничего, — Ренджун берет пару контейнеров и идет к кровати. Он стягивает с неё Донхека на пол, после чего садится сам. — Он сам купил все это. Я даже не просил, — хмыкает Донхек, увлекаясь содержимым контейнера. Ренджун только пораженно поднимает брови. — Тогда, может ты и начнешь с «Юкхея»? — спрашивает Ренджун. Донхек хитро улыбается, прожевывая потрясающие на вкус запеченные овощи. По этим контейнерам можно сказать, что Юкхей не скупится на здоровье омеги. Либо, он просто хотел впечатлить его. — Нет. Мой рассказ намного длиннее, чем у тебя. Тем более у людей возникают очень непростые вопросы, — Ренджун непонимающе смотрит на друга. — Зачем за тобой сегодня заходил Исин? Вы стали так близки? Ренджун чуть не давится от такого вопроса, а в груди поднимается странное чувство — будто его поймали за чем-то неприличным. — Ты видел? — Вся школа видела. — Он просто зашел поблагодарить меня, — Ренджун смущенно утыкается глазами в еду, перемешивая содержимое. — У них наступил… кризис? Ну знаешь, говорят «кризис в отношениях». Я просто выслушал его. И дал парочку советов. Ну, как советов… Так. Мне показалось, что нужно было сказать что-то в этом роде. Но Исин действительно прислушался, и у них, вроде как, все наладилось. — Как ты можешь что-либо советовать человеку, который старше тебя между прочим, когда сам ни разу не был в отношениях? — не отстает Донхек. — Говорю же! Мне просто казалось, что нужно было сказать именно это. Я просто говорил, что чувствовал, — чуть раздраженно выдыхает Ренджун. — Может тебе в психологи податься? А, юный Фрейд? — смеется Донхек. Ренджун легонько шлепает неугомонного друга по бедру. — Не неси чепухи, — и сам улыбается, глядя на развеселившегося друга. — Ты только аккуратнее со всеми этими встречами после школы, — отсмеявшись, говорит Донхек. — Марк чуть не стуканул Джено, когда увидел тебя и Исина. Но я не дал ему этого сделать. Будь благодарен. Ренджуна пробирает холод, когда он понимает, что Марк действительно мог рассказать Джено. Но откуда в нем вдруг появился этот испуг? Ведь Исин их общий знакомый. Даже Марк его знает. Да и тем более, не в тех они отношениях, чтобы бояться, что их не так поймут. Не с Исином. Не с Джено. — Он же друг. С чего Марк решил вдруг поиграть в шпионов? — Одно слово, — Донхек поворачивается к Ренджуну и смотрит прямо в глаза. — Альфы. Ренджун не понимает. Неужели это тот самый момент, когда твое окружение начинает работать против тебя? Это ведь так глупо — ограничивать себя в общении. Но ещё глупее и несуразнее Ренджуну кажутся вот такие вот «доклады», в которых один говорит другому, где и с кем его омега. Или альфа. Все это так заносчиво выглядит. Будто специально топят этот мир в недоверии друг к другу. — Ну, раз мы перешли к альфам, — начинает Донхек. — Я жду подробности. Все-таки, твоё первое серьезное свидание! И сразу с двумя альфами! Я вообще не понимаю, как подобное могло произойти с тобой. Ренджун кидает на друга недовольный взгляд. Его рассказ занимает не больше семи минут, ведь ничего особо интересного не происходило. Обыкновенное свидание, прогулка в парке и тому подобное. Ренджуна будто самого не впечатляет произошедшее. — Ну, нет-нет-нет! — мотает головой Донхек, которого просто разрывает от любопытства. — Я же чувствую, что ты упускаешь очень интересные детали! Давай заново. Ренджун вздыхает и начинает сначала. Теперь, на моменте в кафе Донхек заливается смехом. А когда в рассказе появляется Кун, то, кажется, затаил дыхание. Потом присвистнул, выдавая гордое: «моя школа». А когда Ренджун дошел до самого интересного и волнующего, омега был готов пищать в подушку. — Правда? — нетерпеливо переспрашивает он. — Вы правда поцеловались? -Да-да. Только успокойся уже! — Мой малыш наконец-то поцеловался! — Донхек падает на спину и театрально смахивает слезу с глаза. — Эй! — щетинится Ренджун. — Во-первых, я старше тебя. А во-вторых, это был не первый поцелуй. — Тот чмок с Куном в шесть лет не считается, — смеется Донхек и уворачивается от подушки, кинутой легкой рукой Ренджуна. — Ну все-все, — ещё посмеивается Донхек. — Я просто искренне рад за тебя. Наконец-то твоя жизнь пополнилась красками. Они достают остальные контейнеры, чувствуя, как от одного вида во рту собираются слюни. С такими запасами можно просидеть в комнате все оставшееся время, не заботясь ни о чем, кроме новых чувств в жизни друг друга. Солнце уже давно скрылось, оставляя тонкую бледно-желтую полоску над горизонтом. Ренджун включает настольную лампу и гирлянду, что подвесил у себя над кроватью ещё два года назад. Мякгий электрический свет на контрасте играет с наступившей темнотой, создавая покой и безмятежность ноябрьского вечера. До зимы осталось сосем немного, и уже стоит позаботиться о подарках близким. И Ренджун посмеивается над собой, ведь теперь подарков нужно больше. Как и Донхеку. — Так что там с Юкхеем? Твое последнее сообщение значительно отличается в эмоциональном плане от того, что я вижу сейчас. Донхек откидывает голову на кровать — они до сих пор сидели на полу — и закрывает глаза, громко вздыхая. Он пальцами массирует веки, думая, с чего начать. — Я точно запомню это на всю жизнь, — произносит он. — Хватить меня мучить! Рассказывай быстрей Донхек поворачивается к другу. Он смотрит пристально, цепляя Ренджуна за душу. В его глазах столько нерассказанной осмысленности, и новых открытий, что Ренджун понимает — что-то в его друге изменилось. — Ты веришь в судьбу? — вдруг спрашивает он.