триксель

— Рад наконец-то с тобой познакомиться, Донхек. Меня зовут Юкхей. Это похоже на интервальный бег сердца. Потому что прямо сейчас оно, словно заведенное шкатулочным ключиком, стучит в груди с невероятной силой. Потом останавливается. И Донхек чувствует, как холодеет его тело, а лицо бледнеет. Потом вновь набирает обороты, и все, что может сделать Донхек, точнее, что хочет сделать омега — убежать вместе с ним. — Донхек? — мягко окликает его Марк, когда видит, в каком напряжении находится его омега. Подобная реакция удивляет его, ведь Донхек никогда не смущался новых людей. Возможно, сейчас немного другой случай… Но чтобы омега настолько терялся — Марк лицезреет впервые. Донхек вздрагивает и пытается вернуть себе самообладание. Но, кажется, будто единственное на чем он может сосредоточиться — это красивое лицо напротив, что так заинтересованно глядит в ответ. Рядом Марк отодвигает стул, и Донхек садится. Его ноги подрагивают, и, казалось, что, если он не побежит отсюда, сломя голову, то точно упадет. Взгляд утыкается в стол, на котором уже стояли некоторые блюда, до ужаса аппетитные на вид, а непосредственно перед самим Донхеком, источая умопомрачительный аромат, находилась тарелка с его любимыми запеченными овощами, поданными с кисло-сладким соусом. Стало сразу ясно — альфы подготовились заранее. Решили задобрить обычно язвительного Донхека. Но вот уж точно никто не ожидал, что омега будет таким тихим. — Надеюсь, ты голоден, — посмеивается Юкхей, и от его голоса по коже омеги бегут мурашки. Сейчас он звучит так ласково и доброжелательно, но Донхек помнит, каким он может быть твердым и будоражащим. Альфа берет в руки приборы и принимается за еду. Донхек незаметно для себя, словно на автомате, начинает изучать его. Он примечает, как альфа держит нож и вилку — негрубо, как вцепляются иногда озверевшие от голода люди, но крепко. Видимо, эти руки способны удержать любую ношу. Руки. Донхек вспоминает, где представлял эти злосчастные пальца в ту ночь, и его вновь прошибает пот. Он боится. Возможность, что Юкхей уже тогда знал его (а это вполне вероятно) и по взгляду и состоянию омеги понял его мысли, желания, пугала его. Разоблачение его маленькой распутности, похоти, никчемной страсти страшило его. Юкхей выглядит человеком проницательным. Может, он насмехается на омежьей несдержанностью. Может, хочет рассказать Марку об их «знакомстве». Может, Марк уже все знает! Донхека начинает подташнивать. Он чувствует мерзость в районе желудка, когда на него вновь сваливается осознание его похотливой натуры. Ссора с Марком не оправдание, чтобы очиститься от грязи. Он желал другого, пока его альфа страдал. Хотя это была их общая ошибка, и мучились они вместе, только Донхек опустил себя до таких низов. — Донхек, ты точно в порядке? Почему не ешь? — омега резко вскидывает голову. Альфы смотрят обеспокоенно, и Марк даже хочет коснуться Донхековой руки, но юноша суетливо берет в руки приборы, стараясь скрыть дрожь. Еда кажется безвкусной, но Донхек старается делать вид, что получает удовольствие. Однако понимает, что ещё один кусочек точно заставит все остальные выйти обратно наружу. Поэтому аккуратно кладет вилку с ножом и тихонько вытирает уголки губ салфеткой, стараясь не издавать звуков лишний раз. — Ну… — начинает вновь Марк. Весь их стол словно утонул в неловкости. — Наверное, мне стоит извиниться, что момент нашей встречи затянулся так надолго, — прерывает неуверенность Марка Юкхей. Альфа смотрит прямо на омегу, и его глаза светятся доброй усмешкой. — Вот уж точно, — вырывается ядовитое у Донхека, и рядом тихо стонет Марк. Юкхей удивленно поднимает брови, но не тушуется, только больше начинает улыбаться. Донхек сам удивляется своей храбрости, но слова идут непроизвольно. Будто баррикаду прорвало — Позвольте спросить: если ваш друг столько времени отчаянно просил Вас приехать и познакомиться с омегой, явно подразумевая не дружеские отношения, а Вы все никак не могли соизволить нас своим присутствием, то какова вероятность, что Вам действительно хочется быть здесь? Марк складывает ладони у рта и выдыхает еле слышное ругательство. Это конец. Но вопреки ожиданиям Юкхей смеется, с ещё большим добродушием разглядывая омегу. Что только сильнее начинает действовать на нервы Донхека. — Я знаю, что Марк никогда бы не прогадал с омегой. Поэтому, был уверен в его выборе. Да и сейчас нет никаких сомнений. Но вы явно не понаслышке знаете, как утягивает учеба, а вкупе с работой это такая сеть, что выбраться очень сложно. Мне искренне жаль, что я так долго испытывал ваше терпение. — Учеба? — удивляется Донхек. — Я одного года рождения с Марком. Как и вы заканчиваю школу в этом году. Донхек смотрит на Марка. Потом снова на Юкхея. Юкхей выглядит старше. Кажется студентом, поэтому знание того, что они с Марком ровесники, как-то не вяжется с его первоначальным представлением. — Но он мой хен, — негромко говорит Марк. У Донхека в груди что-то взрывается, а потом падает глубоко вниз. Вот его главный страх — альфа старше Марка. Это значит, что он может занять главенствующую позицию в их семье. И первый ребенок будет от него. И первый раз Донхека… Воздух. Нужен воздух. — Если вы не против, то давайте закончим. Мне надо на воздух. Никто не возражает? Отлично, — протараторил Донхек и, мигом собрав вещи, убегает из заведения, провожаемый недоуменными взглядами. — Ты привыкнешь, — нервно усмехается Марк. Донхек хватает ртом воздух, стараясь подавить чувство беспокойной тошноты. Омега совсем не ощущает пробирающего до костей холода и даже не удосуживается застегнуть пальто. Только вздрагивает, когда слышит шаги позади себя. — Донхек, — каким-то странным тоном начинает Марк, — Мне нужно срочно уйти. Тэен попросил помочь. В его глазах столько сожаления, но Донхек не верит им. Сейчас для альф главное расположить Донхека к Юкхею, и ничто не сближает людей лучше разговора тет-а-тет. Омега нерешительно мотает головой, но Марк подходит к нему близко-близко и берет за холодные руки. — Пожалуйста, Донхек, — умоляюще шепчет он. — Ты обещал ради нашего прошлого. Пожалуйста, дай ему шанс. Он хороший человек, Донхек. Ради меня. Донхек смотрит в жалостливые глаза Марка и хочет разрыдаться. Он знает, что как бы сильно не злился на этого бестолкового альфу, все равно пойдет ему на встречу. Не сможет противостоять ему. Донхек кивает, смаргивая сухость с глаз. — Хорошо. Хорошо, Марк, — сглатывает омега. Марк прижимается сухим губами к его виску. — Спасибо. Альфа несильно тянет Донхека к Юкхею, словно передавая заботу об омеге старшему. Юкхей даже руку протягивает навстречу, но Донхек только фыркает, игнорируя сентиментальный жест. Донхек против воли игнорирует альфу, скорее, из-за разросшейся обиды. Даже сейчас он ускоряет шаг и идет чуть впереди, не давая и шанса на беседу. — Так моя куртка ещё у тебя? — спрашивает Юкхей. Донхек резко замирает и разворачивается. Насмешливый взгляд невероятно выводит из себя. — Так ты запомнил меня? И что дальше? Расскажешь Марку? — Там не было ничего такого, о чем было бы постыдно рассказать. Я просто не стал давать повода для вопросов, которые сейчас и так ни к чему. — Да, твоя куртка ещё у меня, — после паузы произносит Донхек и идет дальше, но уже сбавив темп. Они вновь замолчали. Донхеку стало казаться, что только он испытывает неловкость и слабую злость. Альфа будто совсем скрывал свои эмоции, кроме усмешек. — Почему ты здесь? Почему решил приехать? — детали не складываются в голове Донхека. Он не может понять, почему этот красивый альфа приехал спустя столько времени, хотя мог уже давно отказаться от этой идеи. — Мы дружим с Марком очень долго. Практически с самого детства. Смотря на все эти разборки между трикселями, мы решили, что у нас будет одна омега. Тот, кто первый её встретит, знакомит со вторым. Мы хотели избежать… — Знаю я эту трогательную историю! — цедит Донхек. — Вместе найти одного омегу, чтобы избежать драки за место под солнцем. Тебе самому не противно? Ты лишил себя шанса самостоятельно найти себе семью. Ты… Снял с себя ответственность! У Донхека горит в затылке. Словно кость прожигает изнутри. Юкхей закидывает голову назад и громко вздыхает, прикрывая глаза. Омега вытаскивает из него те вещи, над которыми он так долго размышлял. А потом закопал где-то внутри. — Возможно, я откладывал наше свидание именно по причине того, что мне не хотелось, как ты сказал, «снимать с себя ответственность». В какой-то момент наша идея показалась мне детской прихотью, фантазией. Но потом Марк рассказал о тебе. Даже прислал фотографию, — на этих словах Донхек возмущенно пыхтит, потому что его фотографиями никто не удостоил. — И я вдруг подумал: а в чем разница? Мне просто повезло, что Марк встретил тебя так быстро, а значит, и мне не нужно долго ждать. Я решил рискнуть. И знаешь, я не жалею. Донхек рдеет от своеобразного комплимента. Но слова альфы не сильно трогают его. — Вот только никто из вас не подумал об омеге. С чего ты взял, что я хочу быть с тобой? А если бы ты встретил омегу раньше? С чего такая уверенность, что Марк понравился бы ему? — Донхек обстреливал альфу вопросами, словно стрелами, пытаясь выбить того из колеи. Заставить почувствовать то, что чувствовал Донхек все это время. — Ты злишься, — просто выдает Юкхей. — Да, я злюсь! — громко выпаливает Донхек, пугая прохожих. — Вы — двое бестолковых альф, думающих только о себе! Донхек чувствует дрожь и отнюдь не из-за холода. Злость вновь клокочет в нем. Он не ощущает себя, не в этом теле, не в этом месте. Будто разорвало на частицы, а собраться обратно не получается. Но потом Донхека накрывает. Чужими объятиями. Юкхей намного выше него, даже выше Марка. Он крепко прижимает омегу к себе, утыкаясь носом куда-то в волосы и незаметно для Донхека вдыхая его запах. Донхек замирает, сжимается, потому что не понимает. Он даже не замечает, как начинают течь слезы, впитываясь в ткань чужого пальто. И только сам сильнее жмется к сильному телу, выпуская собственную слабость. — Ты прав. Прав, Донхек. Это была наша ошибка, — шепчет Юкхей, поглаживая дрожащее тело. — Ты злишься на Марка. А от этого злишься и на меня. И ты имеешь полное право, потому что только таким дуракам как мы, придет в голову столько испытывать тебя. Но знаешь, как бывает, когда люди неосознанно ранят других? Вроде хотят как лучше, а получается наоборот. Донхек крупно вздрагивает, и Юкхей рукой стирает влажные полосы. — Мы не хотели создавать семью из насилия. Подумали, что омега одного будет доверять его лучшему другу, и отношения будут крепче, надежнее. Возможно, мы действительно лишили тебя выбора, в каком-то смысле. Но скажи, разве Марк плохой человек? Разве Марк стал бы знакомить свою омегу абы с кем? Все о чем он может думать — это ты и твоя безопасность. Ты знаешь, в каком мире мы живем Донхек. Это — постреволюционная первобытность, и никто не верит в абсолютную защищенность. Это хаос, Донхек. Мы просто хотели быть уверенными. Донхек думает, что это невыносимо. Невыносимо осознавать, как непросто пытаться жить полной жизнью в этом мире. Невыносимо разрушать какие-то вечные ценности. Невыносимо принимать свою беспомощность. Крупные слезы не прекращают катиться по лицу. Наверное, он так некрасиво выглядит сейчас. Но длинные пальцы продолжают собирать влагу, а чужой лоб утыкается в омежий. — Дай нам шанс, Донхек. После стольких лет смирения ты держишь в руках судьбы людей. Позволь показать, что все это было не напрасно. Юкхей шепчет, и слова рассыпаются на Донхековых губах. Он чувствует чужое теплое дыхание так близко, и это успокаивает. Буря в сердце затихает, смерч рассеивается. — Ты разрыдался на первом свидании со вторым альфой? — спрашивает Ренджун. — Тебя что, только это заинтересовало? — шипит Донхек, уставший от того, что вновь испытал все чувства и эмоции вновь. — Я просто… Это так сложно, Донхек, — выдыхает Ренджун. — Я верю им. Точнее, верю Марку. И, если уж на то пошло, с Джено я познакомился благодаря Марку. Может, на это все действительно нужно смотреть как на удачу. Ренджун собирает пустые контейнеры и убирает обратно в пакет, чтобы удобнее было выкинуть. А Донхек перебирается на кровать, позволяя телу расслабиться. Он чувствует такую усталость, что в пору уже лечь спать. — Я дал им шанс, Ренджун. Точнее, нам шанс. Ни одни отношения не могут пройти без сложностей. — Это уж точно, — соглашается Ренджун и выходит из комнаты, чтобы отнести пакеты с мусором. Когда он возвращается, Донхек говорит ему об смс-ке, что пришла на телефон. Ренджун открывает сообщения и видит имя Джемина. 22:47 jaemin «Из-за учебы совсем нет времени увидиться. Я скучаю. И Джено тоже. Но, так как я красавчик, и судьба меня любит, в эту пятницу соревнования между нашими школами. Надеюсь, ты придешь поддержать меня. Жду поцелуйчика на удачу!» Ренджун хихикает и блокирует телефон. Ему кажется, что Джемин научился флиртовать раньше, чем ходить. Его сообщения всегда содержат подкол для Джено и заигрывания для Ренджуна. В этом весь На Джемин. Альфа Ренджуна, к которому он пойдет на соревнования, чтобы поддержать. Хотя обычно все поддерживают свою школу, Ренджун понимает, что переживать будет из-за Джемина. Это настолько ново для него и волнительно, что омега готов захлопать в ладоши, как дитя. Вот только Донхек уже сопит в подушку, и Ренджуну не хочется его будить. «Долгая ночь. Ага, как же».