Котелок

      Город Лондон в апреле есть нечто довольно сумбурное. Погода меняется чуть ли не ежечасно. Если утром шел дождь, то днем брусчатку беспощадно жарит солнце, а вечером обязательно идет ливень. Впрочем, очередность не так уж и важна. Важно лишь то, что апрель в Лондоне — месяц сумбурный и далеко не стабильный.       Впрочем, даже так именно в апреле весна вступает в свои полные права. Нету больше мартовской хляби, дни становятся теплее, а в город тянется пока редкий, но довольно устойчивый поток туристов. Особенно во второй половине месяца, когда проходит Лондонский марафон. И конечно же в редкие моменты просветления на улицы Лондона и в его парки возвращаются те, кто любит совершать неспешные променады для релаксации.       Респектабельная супружеская пара чинно прогуливалась по одной из улиц рядом с Гайд-парком. Выглядели они как типичные состоятельные представители «высшего среднего класса» чуть старше сорока, каких можно встретить в городе по вечерам или во время перерывов в правительственных учреждениях. Впрочем, даже так, эта пара немного выделялась от других подобных им людей. Мужчина с тростью и черным котелком, одетый в легкое пальто, вел под ручку леди, которая родом была явно не с островов. Судя по ее овалу глаз и волосам, происходила мадам из Южной Италии, правда, впечатление портила белая кожа, больше характерная для скандинавок.       Нельзя сказать, что они выделялись слишком сильно, но вместе эти два человека производили впечатление чего-то незыблемого и надежного. Во всяком случае, гуляющие сейчас в окрестностях люди то и дело поворачивали голову в их стороны. — Как же давно мы не выбирались, — мадам, держа своего супруга за руку, удовлетворенно вздохнула, — ты совсем перестал уделять мне время, Люис. Я могу и обидеться, — сказала мадам, вот только ее лукавая улыбка резко контрастировала со сказанными ею же словами. — Ну-ну, Лейла, что я могу поделать? Сама знаешь, сейчас на работе завал, — с легкой улыбкой, в которой не было и капли чувства вины, начал оправдываться джентльмен. — К тому же, ты сама постоянно пропадаешь на раскопках в Хогвартсе. Я уже начинаю ревновать тебя к старому хрычу, — это можно было бы воспринять как упрек, если бы не игривый тон в голосе джентльмена. — Результаты моих изысканий могут перевернуть как историю, так и теорию магии, так что ничего тут не попишешь, — с притворным сожалением заметила мадам, при этом крепче прижавшись к его плечу, — но летом я свободна. Надеюсь, у тебя не возникали мысли отменить отпуск, как в прошлом году? — теперь в ее голосе была пусть и шутливая, но угроза. — Ничего подобного. Как ты могла такое подумать? — говорил джентльмен спокойно, продолжая чинную прогулку со своей миссис. — В прошлом году ты говорил так же. Но проработал все лето как проклятый, — теперь упрек был не шутливый. — Ну так выборы же, милая. Сама знаешь, сколько нервов мне стоило не дать радикалам во главе с Малфоем победить, — джентльмен впервые за прогулку бросил хмурый взгляд на свою мадам, а та вздохнула. — Прости, — признавая, что немного перегнула палку, она положила голову ему на плечо, — я помню, что стоит на кону. Но… столько планов пошло коту под хвост. Вот и не хочется, чтобы и в этом году случилось то же самое. — Не извиняйся. Я понимаю, — джентльмен вновь улыбнулся, мягко коснувшись губами чуть седой макушки супруги. — Ну ничего. Еще пара месяцев, и у меня все станет полегче. Лето будет бурным. — Ловлю на слове. А то я уже начала бояться, что наша семейная поездка по Европе может сорваться, — сказала она, осматриваясь по сторонам. — Ни за что! Я сам хочу устроить большой Евротур! Так что можешь не волноваться, — уверенно сказал джентльмен, а мадам криво усмехнулась. — Со своей стороны обещаю, что пошлю Альбуса куда подальше, если вдруг он попросит продлить раскопки на лето, — торжественно заявила она и посмотрела в сторону. — Давай присядем. А то что-то солнце уж больно печет, — она кивнула на небольшое кафе, и пара чинно проследовала к зданию. — Мистер Фадж, миссис Фадж! Рады вас приветствовать, — вышколенный официант-блондин с идеальным английским встретил их с легким поклоном, в котором было много уважения, но ни капли подобострастия. — Здравствуй, Фрэнк. Не найдется ли для нас свободного столика? — спросил Корнелиус для проформы. Они оба были постоянными клиентами, и менеджер прекрасно знал, в какие дни чета Фаджей приходит к нему в заведение. — Для вас, министр, у нас всегда есть местечко, — кивнул официант и повел их во внутрь. Это место было одним из тех, где вполне вольготно чувствовали себя как обычные жители Лондона, так и волшебники. Персонал тоже был смешанный, так что о статусе Фаджа он был прекрасно осведомлен. — Какая чудесная была идея, создать подобные места, — сказала Лейла, усаживаясь на удобное кресло. Их разместили в отдельном купе, которыми были снабжены все подобного рода заведения в Лондоне. Дело в том, что Фадж, будучи в свое время главой Департамента магических происшествий и катастроф, сделал многое, чтобы в Лондоне появились кафе, где волшебник вполне может перекусить и выпить чашечку чая, не опасаясь нарушить Статут Секретности.       Необходимость в подобных местах возникла из-за того, что все большее количество волшебников начинало жить на два мира, и Дырявый котел, который и раньше вызывал нарекания, совсем перестал справляться. Так в Лондоне и в нескольких других городах появились кафе и рестораны, которые в магических справочниках получили приставку «F.W.S.»*. Это были как элитные заведения, так и места уровнем ниже для более простой публики. Справедливости ради стоит сказать, что на все острова таких мест было не больше дюжины, но в последнее время в министерстве стали задумываться о расширении этой инициативы. — Да. Но сколько сил для этого понадобилось… вспоминать тошно, — закряхтел Корнелиус, повесив верхнюю одежду Лейлы на вешалку. — Кстати, что ты там говорила об Артуре? — Он хотел поехать в экспедицию с Амандой и просил, чтобы мы присмотрели за Фелицией, — сказал Лейла, наблюдая за тем, как муж снимает с себя пальто и котелок. — Эх… нашел время, — буркнул Корнелиус, повесив котелок на вешалку. — А летняя поездка? — Утверждает, что к моменту отправки они успеют вернуться. Экспедиция не в Амазонку, как-никак, а на Пиренеи. Там обнаружился какой-то жутко редкий подвид мандрагор, и Аманда обязательно хочет прибрать образец в коллекцию, — Лейла сидела на своем месте и параллельно разговору наблюдала за видом из окна. Весь Гайд-парк был словно на ладони. Действительно, магия позволяла создавать совершенно невозможные в обычной ситуации места. Это кафе было одним из таких. — И все равно не вовремя. У меня завал. А ты и вовсе пропадаешь в Хогвартсе. Вот же удружил Альбус, ничего не скажешь, — Корнелиус был явно недоволен этой новостью. — Не волнуйся, я возьму Фелицию с собой в Хогвартс. Тем более, там будет Помона, а ты знаешь, как она ее любит, — сказала Лейла, на что Корнелиус, усевшись в кресло, вздохнул, — и не делай мне такое лицо. Ну где еще он найдет специалиста моего профиля? — спросила она, а тем временем официант зашел к ним к кабинку. — Так-то оно так, — Корнелиус посмотрел на официанта. — Фрэнки, мы начнем с Цейлонского чая, коньяка и набора бисквитов. Меню можешь оставить, — дал он указания Фрэнки, и тот с кивком положил меню на стол, после чего удалился. — Так-то оно так, но все же мог бы и раскошелиться, а не дергать старых друзей, — Корнелиус показывал недовольство, но только для вида. На самом деле он был рад, что Лейла, несмотря на то, что была «не отсюда», довольно быстро нашла себе занятие на островах. — Я — член магического отдела Королевской академии, милый. Мне по должности положено проводить подобного рода изыскания, — менторским тоном сообщила она ему так, словно он забыл об этом немаловажном факте, но затем от чего-то задумчиво уставилась в окно. — Все же как быстро меняется мир. вокруг нас. Мгновение, и все становится не таким, как было еще совсем недавно. — Ты это к чему? — не понял он смысла ее последней реплики. — Я к тому, что когда я вступила на Остров, тут не было ни магического отдела Академии, ни этих кафе, ни многого из того, что сейчас для нас обыденность. Странное чувство. Словно одним своим решением я поменяла здесь абсолютно все. — Не часто ты придаешься философствованиям, — хмыкнул Корнелиус и, встав со своего места, подошел к ней. Привычным жестом Лейла положила голову ему на живот, а сам он оперся о спинку кресла. — Скажи, ты когда-то сомневался по поводу меня, как твоей супруги? — неожиданно, спросила Лейла, а Корнелиус задумчиво уставился на потолок. — Понимаешь… до того мгновения, как мы сыграли нашу свадьбу, я был полон сомнений. Но не из-за тебя. А из-за себя, — сказал он и заметил улыбку на губах жены. — И все? — А разве этого мало? — спросил Люис, коснувшись кончиком пальца бархатной кожи на щеке жены. — Видеть тебя рядом было моей мечтой… целью, даже. А еще рядом с этим жил страх, что я не буду достаточно хорош для жрицы Исиды, — честно признался он, на что она ехидно усмехнулась. — А ведь я когда-то раздумывала о том, стоит ли мне вообще связываться с тобой. Да и «сестры» тоже были совсем не в восторге от тебя, — сказала она и вновь прижала голову к его животу. — Милая, это точно не то, что мне приятно слышать, хоть это и не новость, — буркнул он и, наклонившись, хотел было поцеловать ее в губы, но коснулся лишь ее подставленной ладони. — У нас весь день впереди. Не стоит смущать официанта, — сказала она чуть виноватым голосом и Корнелиус, явно нехотя, вернулся в свое кресло. И вовремя. В кабину пришел Фрэнки с тележкой. — Ваш заказ, — сказал он и, закончив с сервировкой столика, покинул кабину. — Ну-с. За тебя, — взяв бокал коньяка, Корнелиус чуть приподнял его, на что Лейла отзеркалила его жест, — и за то, что ты все же решилась выйти за меня замуж. — Как хорошо, что ты это осознаешь, Люис, — улыбнулась Лейла и сделала глоток. — Еще бы, — усмехнулся Фадж, — до сих пор мурашки по коже от той пакости, что устроили твои «сестры». И как им пришло это в голову? — Да ладно, ты до сих пор обижен? А мне вот было очень приятно то, что ты пошел на испытание ради меня, — весело заметила Лейла, в ответ на что Корнелиус бросил на нее косой взгляд. — Ага, особенно учитывая, с кем мне пришлось столкнуться, — сказав это, Корнелиус сделал новый глоток и, откинувшись назад, посмотрел в потолок. — Прошло сорок три года с тех событий, а кажется, что это случилось только вчера. — Да, это так, — кивнула ему Лейла и сама тоже сделала глоток, — Вот вспоминаю об этом и все кажется, что наша с тобой жизнь могла пойти совсем по-другому. — И не говори, — сказав это, Корнелиус сделал новый глоток и начал вспоминать тот самый апрель 48-го года, когда он, после месяца подготовки, наконец-то отправился в Египет. За Лейлой.

***

Апрель 1948 года. Между Каиром и Асуаном. Королевство Египет.       Пейзажи пустыни сменялись видом реки Нил, а тот в свою очередь сменялся сельскохозяйственными полями. Один из плюсов поездки на поезде — можно неспеша насладиться путешествием и видами, порой весьма впечатляющими. Правда, Корнелиус был бы куда более доволен, если бы мог сразу же отправиться на остров Филе, а не трястись в поезде.       Увы, но в связи с тем, что он приехал в Египет в частном порядке, он не мог пользоваться порталами. Попытка получить многоразовый через знакомых в Министерстве не увенчалась успехом, а сам он был не сильно искушен в пространственной магии. Простенький портал может быть и смог бы создать, но такой, который перенес бы его туда, куда он хочет, вряд ли. Это было выше его знаний и возможностей. В конце концов он боевик, а не пространственник, и плевать, что эта классификация лишь условность и дань традиции. Вот и пришлось ему после прибытия в Александрию с помощью межконтинентального портала пройти таможню как законопослушный маг и затем сесть на поезд до Асуана, ближайшей станции к острову Филе. Почему-то местные волшебники не продавали порталов, а просить о помощи своих египетских друзей Корнелиус посчитал лишним.        Благо, с деньгами не было никаких проблем, так что Люис позволил себе шикануть и купить билет в первый класс. И вот уже двенадцать часов он ехал в купейном вагоне в сторону Асуана. В целом, поездка довольно приятная, да и вагон-ресторан, в котором он сейчас сидел, попивая бренди, был неплох, но ему не терпелось встретиться с Лейлой. — Могу я составить вам компанию? — неожиданно он услышал чистейшую английскую речь и посмотрел вверх. Над ним стоял довольно молодой мужчина с черными волосами. Лицо его можно было назвать красивым, да и рост был явно выше среднего. — Да, конечно, — Корнелиус был заинтригован. Уж чего-чего, а подобной встречи в этом далеком от Европы месте он совершенно не ожидал. — Спасибо. Вы даже не представляете, как отрадно видеть земляка в этой глуши, — с изрядной долей облегчения сказал молодой мужчина и сел перед ним. — Понимаю, — кивнул Корнелиус. Судя по говору, человек был явно не из низов. Как-никак подделать произношение Лондонского Сити было той еще задачкой, а человек, непринужденно разместившийся перед ним, говорил именно на нем. — Позвольте представиться, Томас Реддл, — сказал мужчина с легким кивком. — Томас Реддл? Староста Слизерина? Вот уж не ожидал увидеть вас здесь! — выпалил Люис, смутно вспоминая довольно популярного в свое время студента. Увы, но память так и не смогла вернуться ему полностью, и школьные воспоминания для него оставались лишь несвязными эпизодами. Но старосту Слизерина, любимчика всех учителей, начиная с декана Слагхорна, заканчивая директором Диппетом, объекта множества пересудов и сплетен, Корнелиус помнил. — Не думал, что настолько известен. А вы… простите, но я вас не помню, — сделал он виноватое лицо. — Корнелиус Фадж. Я учился на Пуффендуе, — представился Корнелиус, внимательнее изучая нежданного попутчика. Одежда была довольно качественной. Не кричащей, но явно дорогой. Весь вид сидящего перед ним человека кричал о том, что это уверенная в себе и своей силе личность, которая способна на очень многое. Отчего-то он напомнил Люису Альбуса. Тот тоже имел своеобразную ауру. — А! Вспомнил! Вас же хотели сделать старостой! — вдруг заявил Реддл. — Э? Вы уверены? Мне никто ничего такого не говорил, — Корнелиус почесал затылок в недоумении. — Так уж получилось, что я состоял в Клубе Слизней. И во время одной из встреч в 43-ем мы обсуждали то, кто будет следующими старостами. Старик Слаги любит поболтать, вот и делился с нами кое-какой информацией, — пояснил он свою осведомленность и жестом подозвал официанта. — Позвольте мне угостить вас, Корнелиус. Все же это довольно удачно, что я встретил вас в этом поезде, — сказал он, и как только подошел официант, произнес: — Десертный набор. Две штуки. — Что вы, не стоит… — Я настаиваю, — подняв указательный палец в верх, сказал Томас с дружелюбной улыбкой, — не буду же я один есть мороженное. Поверьте, оно в первом классе весьма на уровне. Так же советую местную пахлаву. Пекарню в Александрии, что поставляет им сладости, держит одна армянская семья. У них какой-то старый семейный рецепт, делающий пахлаву очень нежной, так что вы обязаны ее попробовать! — сказал он с неизменной улыбкой. — Что же… в таком случае, не буду отказываться, — благодарно кивнул Корнелиус и заметил, как вышколенный официант, преодолевая легкую тряску вагона, принес им два подноса. В красивых чашах было разноцветное мороженное, а на тарелках ассорти из сладостей, центральное место в котором занимала пахлава, покрытая медом. — Одна из особенностей вагонов первого класса этого поезда — наличие холодильника, что дает возможность удовлетворить вкус даже самого придирчивого клиента, — немного самодовольно заметил Томас, и тут официант подошел к ним со вторым подносом, — а местное кофе, говорят, подают самому королю Фаруху, — сказал Реддл и кивнул официанту, разместившему на столике джезве с кофе и красивые фарфоровые чашечки. — Изумительный аромат, — закивал Корнелиус и, как только официант налил ему кофе, сразу его попробовал. — Ммм. Приятная горечь. Давненько я не пробовал чего-то настолько качественного. — Согласен. Увы, но на нашем Острове хорошую кофейню днем с огнем не сыщешь, — сказав это, он тоже сделал глоток. — Кстати, Корнелиус. А куда вы пропали? Помнится, в школе поднялся немаленький такой переполох после того, как вы исчезли в 43-ем. Кажется, сразу после сдачи СОВ, я думаю, — спросил Томас, а Корнелиус, сделав новый глоток, выдохнул. — Все из-за семейных обстоятельств, о которых, поймите меня правильно, я бы не хотел говорить, — Корнелиус отставил чашку и взял вазочку с мороженным, стараясь не смотреть собеседнику в глаза. Не то, чтобы он ждал от первого встречного владение легиллименцией, просто это уже давно стало своеобразной привычкой. Когда работаешь в министерстве, стараешься максимально себя обезопасить. — Вот как? Если я правильно помню тот переполох, что поднялся в Хогвартсе, ваш отъезд, Корнелиус, был весьма внезапным. — Ну да. Пришлось оставить школу и сдавать ЖАБА экстерном. Что поделаешь? Семейные обстоятельства, они такие. — Семейные обстоятельства, значит? — с прищуром спросил он, но тут же улыбнулся. — Что же, согласен. Семья порой может доставить проблем, — закивал он и сделал новый глоток. — Да. Я их очень люблю, но порой родители сильно докучают, — сказал Корнелиус с кривой ухмылкой и отправил в рот первый кусок мороженного. — Ммм. Оно действительно отличное. — Рад слышать, — Реддл улыбнулся так, словно он сам сделал мороженное. — А что вас привело в Египет? — вежливо поинтересовался Томас, продолжая пристально рассматривать Корнелиуса. — Задание министерства. Я тружусь в Управлении по связям с маглами. В Асуане намечается один совместный проект, и меня направили проследить за этим, — сказал Фадж, с удовольствием уплетая мороженное, стараясь не думать о том, что прямо сейчас нагло врет. — А что же вы? Зачем вы приехали в Египет? — Я путешественник. Хочу объездить все важнейшие места силы в пределах бывшей Римской империи. Для начала. И я слышал, в районе Асуана хватает интересных мест, — сказал Томас и взял тарелку с пахлавой, — чувствую, я найду здесь много полезного. — Надеюсь, речь не о воровстве артефактов? — шутливо спросил Люис, тоже взяв тарелку с пахлавой. — Что вы! Я не самоубийца, чтобы лезть к местным волшебникам! В больших городах еще ничего, но вот в таких медвежьих углах боюсь меня встретят… не очень дружелюбно, — весьма обтекаемо выразился Томас, но Корнелиус его понял. — Понимаю… думаю, вам стоит посетить могилу Рамзеса Второго. Я слышал, некрополь построен в месте силы, — сказал Корнелиус и откусил от пахлавы, — ммм… действительно, очень нежная текстура. Необычно. — Вы удивитесь, но я как раз-таки собирался посетить гробницу этого фараона. А еще хотелось побывать на острове Филе. Что скажете? — неожиданно спросил Томас, а Корнелиус… не то, чтобы он был против попутчиков, но все же он ехал в Храм Исиды по весьма деликатному делу, и не хотел вмешивать в него пускай и весьма приятного, но все же чужого человека. — Думаю, идея здравая. Я тоже слышал, что это весьма интересное место, — просто ответил Корнелиус и почему-то на мгновение ему показалось, что на лице Томаса промелькнуло… то ли разочарование, то ли раздражение. Впрочем, Корнелиус решил не заострять на этом внимания. В конце концов, если они пересекутся на острове, он придумает какое-нибудь объяснение. — Рад, что вы поддержали меня, — Реддл кивнул ему своей, чего уж тут скрывать, обаятельной улыбкой и отправил в рот остатки пахлавы, — все же, Корнелиус, я рад, что мне попался земляк-попутчик. Позвольте угостить вас выпивкой. — О, нет, мистер Реддл. Вы и так уже угостили меня отменным десертом, так что позвольте уже мне угостить вас местной выпивкой. Я попробовал местный виски. Уж не знаю, кто их поставщик, но он весьма неплох. — Не буду отказываться от столь любезного предложения, — улыбнулся Реддл, и общение продолжилось теперь уже за стаканами с виски. Благо, вентиляция в вагоне-ресторане было отменная, так что выпивка шла на ура. Они вспоминали Хогвартс, особенно запомнившиеся эпизоды их совместного обучения, преподавателей… им было о чем поговорить и что вспомнить. Так оставшиеся несколько часов пути они и проболтали о том и о сем, пока их поезд не добрался до станции Асуан. — Куда пойдете, Корнелиус? — по ходу общения, Люис и Томас перешли на имена. — Думаю, зайду к своему знакомому. Он здесь уже год и обещал приютить, — сказал Фадж, стараясь максимально не вдаваться в подробности, — а вы, Томас? — Заселюсь в гостинице и немного пройдусь по окрестностям. А завтра направлюсь в гробницу Рамзеса. Как-то так, — осматриваясь на станции и тоже словно избегая прямого взгляда, сказал Реддл. — Корнелиус, спасибо вам. — Эм, за что? — Люис удивился. — За приятную компанию, конечно. Знали бы вы, насколько скучной была первая половина поездки, — начал причитать Реддл, — а ведь и поколдовать толком нельзя, магглы кругом, — чуть тише добавил он и Корнелиус улыбнулся. — Понимаю. Я тоже благодарен за то, что скрасили мою поездку сюда. Признаться, я так же опасался того, что она выйдет весьма скучной, — сказав это, Корнелиус подал руку Томасу и тот, чуть помедлив, ее пожал. — Надеюсь, мы увидимся вновь, Корнелиус. — Я тоже, Томас. Я тоже на это надеюсь, — ответил Корнелиус, после чего Томас коснулся полей своей фетровой шляпы кремового цвета и пошел на выход из вокзала. — Какой приятный малый, — сказал про себя Корнелиус, проводив Реддла взглядом, и, отойдя в тень, аппарировал на остров Филе, пока за ним никто не наблюдал.