Коротенькие драблы по Юнминам

Сегодня день слишком солнечный. Слишком яркий. Светлый и одновременно домашний. Сегодня парням не нужно убивать себя на репетициях, танцевать у зеркала или записывать песню. Не нужно куда-то спешить, не нужно волноваться и валиться с ног от усталости. Сегодня не нужно ничего, поэтому Чимин спокойно выходит из ванной, все ещё зевая, и плюхается на диван. — Юнги-я, — парень крикнул куда-то в пустоту. — Иди скорее сюда, посидим вместе. — Сейчас, — раздаётся шепелявый голос ему в ответ. — Я пока что телевизор включу. Что ты там обычно смотришь? — Пак нажимает на заветную кнопку и ждёт, пока устройство заработает, позже начиная переключать каналы один за другим. — Не надо, — из комнаты буквально вылетает альфа, сбивая по пути тумбу ногой, и забирает из рук Чимина пульт, тут же выключая телевизор. — Ты чего? — ошарашено смотрит омега на расстелившегося на его коленях Юнги и не понимает, что за бурная реакция. — Просто не хочу смотреть телевизор… — Мин наконец-то поднимается и, по большей части, неосознанно избегает взгляда Пака, смотря на полки, книги, ткань дивана… хоть куда, но только не на парня. — Да ладно? — омега вскидывает брови, а затем наклоняется к Юнги ближе, стараясь то ли поймать взгляд старшего, то ли поцеловать. Пожалуй, делает он и то, и то. А затем, вновь невесомо коснувшись своими губами таких до жути родных и тёплых миновских, пользуется случаем и выхватывает пульт из рук альфы. Тот же вновь пытается его перехватить, но слишком грозное омежье «Сядь!» не позволяет сделать этого. — Так-с, что тут у нас?.. — тянет Чимин, вновь тыкая по каналам, пока не натыкается на знакомое лицо… «Известный репер — Мин Юнги — покорил сегодня весь интернет, когда миру показали вот эти фото. А избранник-то хорош, не так ли? Неужели Юнги хотел скрыть от нас такое чудо, не объявив о свадьбе?» — произносит ведущий какого-то молодежного шоу, а Пак медленно переводит взгляд на альфу, который отчаянно смотрит в пол, видимо, надеясь, что его от этого хуже видно. — Это что? — всегда до жути милый Пак Чимин сейчас говорит слишком зло и одновременно холодно, отстранённо, прожигая парня своими наливающимися кровью глазами. — Мин, твою мать, Юнги, я спрашиваю — что это за хуйня? — Чимин, я тебе сейчас все объясню, — он выставляет правую руку вперёд, показывая что-то похожее на знак «стоп», а затем кладёт ее на колено парня, что так заинтересованно развернулся к нему всем корпусом. — Это было в Америке. Когда я уезжал к родителям. И это просто совпадение. Он — мой друг, который выходил в тот день замуж. Не за меня, — зачем-то добавил он, а Пак лишь приподнял одну бровь в вопросе. — Его жениху срочно понадобилась какая-то хрень, и он попросил меня сходить вместе с ним до магазина. Я, правда, не думал, что все так получится… эти журналюги… они просто повсюду. Омега нервно улыбался, покачивая головой и смотря на альфу. Конечно же, он верил его словам, но злость от этого не уходила. — Ты же знаешь, что тебе пиздец, солнце? — по итогу, скрипя зубами, процедил Пак. — Я закопаю тебя собственными руками. После этой короткой реплики Чимин накинулся на бедного альфу, толкая того в грудь. Мин лишь перехватывает тонкие запястья, сдерживая боль от удара внутри, и укладывает обезоруженного омегу на диван, усаживаясь на его бёдра. — Сейчас же отпусти! — дергаясь, прокричал Чим, а альфа лишь сильнее прижал руки омеги к дивану. — Я, конечно, немного прокосячился, но это не повод меня избивать, — мягко произносит Мин и касается лба пары губами. — Прости пожалуйста. Я не хотел, чтобы люди думали о чём-то подобном. Ты у меня, правда, один-единственный, и я никогда и ни на кого тебя не променяю… Вновь виноватый взгляд и невесомый поцелуй в щеку, затем в уголок губ. Мин аккуратно отпускает руки Чимина, целуя его ладошку, затем вторую, и вновь перебирается к губам. — Прости, — вновь шепчет он, тяжело дыша в шею Пака. — Ладно, — сдаётся тот, полностью отдавая себя в распоряжение альфе. А он целует нежно, трепетно, продолжая бессловно извиняться. Слишком мягко прикасается к ключицам, заставляя тело под собой вздрогнуть. — Может, в спальню пойдём? — уже совсем неуверенно произносит омега, заливаясь краской, но смотря точно альфе в глаза. А тот весь оживляется сразу, поднимаясь с дивана и хватая на руки это милое, стеснительное создание. Заносит в комнату и кладёт того аккуратно на кровать. Это далеко не первый их секс, но Пак отчего-то не может до конца расслабиться. — У тебя с ним точно ничего нет? — тяжело дыша произносит, скорее, даже простанывает эти слова Чим, выгибаясь от того, что альфа своей прохладной рукой касается его поясницы. — Точно… — усмехается Юнги и стягивает с младшего свой же свитер, тут же проходя изящными пальцами по накаченному торсу. Вновь поцелуй в губы… слишком горячий, слишком мокрый. Юнги углубляется его, переплетая языки парней, и одновременно развязывает шнурок на штанах омеги, тут же стягивая их вместе с бельём. Руки Пака тоже осторожно тянутся к футболке Мина, снимая ее слишком медленно, доставляя Чимину нескрываемое удовольствие, а Юнги заставляя прорычать что-то невнятное и самому сдернуть данный предмет гардероба, а следом и остальную одежду. Мин своими вечно холодными руками проводит по ягодицам младшего, надавливая пальцем на истекающее колечко мышц и медленно вводя его. Чимин выгибается каждый раз, когда Мин задевает простату, и, слегка стыдясь самого себя, стонет под собственным альфой, который вводит в него уже третий палец, оглаживая горячие стенки. — Я… я хочу тебя, Юнги-я-я-я… — вновь гортанный стон срывается с губ, и Мин, откровенно говоря, тоже срывается, входя в парня по самое основание. Срывается, но ждёт, позволяя Чимину привыкнуть, и начинает двигаться лишь тогда, когда омега сам толкается навстречу, цепляя простынь аккуратными пальчиками и сжимая, отдаваясь ощущениям полностью… *** — Кажется, мне реально пиздец, — выдыхает альфа, притягивая к себе запыхавшегося Чимина, и тут же поясняет смысл своих слов… — С таким омегой каждый день — пиздец…