Коротенькие драблы по Юнминам

чимин просыпается слишком рано. уже которое утро слишком. уже которое утро рано. смотрит на юнги по правую сторону от себя, аккуратно поправляя чужую чёлку и практически задыхаясь. прикрывает рот ладонью, лишь бы не разбудить старшего, и тихо-тихо сглатывает. он едва поднимается с кровати и почти неслышно приоткрывает дверь балкона. холодный воздух даёт по ногам. на улице зима, и как же, черт возьми, мерзнут руки с открытым окном. «мне никто, кроме тебя, не нужен», — комом стоит в горле и невыполненным обещанием в голове. какой же пиздец. чимин берет сигарету и щёлкает зажигалкой, от дрожи в руках слегка обжигая ладонь. «зачем, зачем, зачем?» он затягивается и чувствует, как слёзы стекают по щекам. дует ветер. полосочки охлаждаются, а сигарета тлеет. вторая. и так каждое утро. пак смотрит в телефон и в сотый раз прокручивает в голове тот вечер. чужое тело, обжигающее дыхание. каждое острое ощущение заело в голове. он его целовал и трахал, обнимал на огромной кровати. он — не юнги… и как же давит чувство вины. чимин держится две недели мол «нет, юнги не должен узнать». — хах, как же ты быстро переобулся. измена — это же предательство, пак чимин. об этом стоит сразу рассказать, — саркастично говорит сам себе еле слышно, но вслух. какой же пиздец. это снова и снова проносится в голове. каждый ебаный раз. каждый раз, когда юнги приходит с работы, обнимает, спрашивает как дела. желает доброго утра, хорошего дня, целует в шею. гладит, шлепает, сосет, трахает. что бы он ни делал — в голове чимина одно. «я ему изменил, а он меня любит». ощущения с юнги не кажутся острыми и страстными спустя столько лет, но это все миллион раз того не стоило. мимолетное влечение, алкоголь, танцы. он казался таким свободным, чимин давно за людьми такого не замечал. цепанул в секунду, а дальше какая-то пелена. они уже у него в квартире. он прижимает пака к стене, вставший член упирается в задницу. и боже, как это грязно. как грязно все это сейчас ему вспоминать. — сука, — выплевывает парень и скатывается по стене на холодный кафель. — какое же я дерьмо. и так ежедневно. каждую минуту, проведённую вместе. и хуже этого только то, что юнги ничего не знает. — опять тут? — хриплый сонный голос раздаётся сбоку. — доброе утро, солнышко… — доброе утро, — чимин натягивает улыбку и поднимается на ноги. — снова не спалось. завтракать будешь? — да. можем вместе приготовить, только я умоюсь и схожу в душ, — мин целует младшего в щеку и скрывается за дверью спальни. «сука, опять». и так каждый день. он снова плачет и снова не знает, что делать. так хочется перебить все это дерьмо. пишет ему.