Don't let me go

***

Когда в четыре года у Изуку на кончике пальца расцветает небольшой бутончик розы, маленький мальчик бежит к маме, испуганно спрашивая, что это такое. На это его мама лишь смеется, треплет его по темно-зеленым, почти черным, волосам и нежно говорит, что, кажется, его соулмейт порезался. Когда у пятилетнего Мидории на руках и ногах часто появляются небольшие розочки, он думает о том, что его родственная душа получает слишком много ран. А вдруг что-то плохое с ним происходит? Когда в шесть лет лицо Изуку разрывает от боли, он кричит, громко и истошно кричит. Он чувствует, как сквозь левую сторону его лица прорастают новые и новые бутоны, доставляя своими шипами невыносимую боль. Но болит не столько лицо, сколько сердце. Что случилось с его соулмейтом?

***

С самого детства Тодороки не верил в любовь. Не верил в связь соулмейтов. Если бы она существовала, делал бы отец такие страшные вещи с мамой? Кричала бы мама о своей ненависти к отцу? Нет, нет, ни за что. Любви нет. Это доказал отец, который мучал маленького Шото выматывающими тренировками, пытаясь сделать из него достойного, по его меркам, сына. Любви нет. Это доказала мать, которая всегда была холодна к сыну, будто он не ее кровинушка. Мать, которая вылила на шестилетнего Тодороки кипяток, называя его левую сторону ужасной. Любви нет, думал Тодороки. Но сейчас ему пятнадцать и он смотрит на мальчика с зелеными вьющимися волосами и красивыми розами, что росли прямо с его левой половины лица. Смотрит на его большие изумрудные глаза, в которых плещется детская радость и доброта, на широкую, открытую улыбку, на милые веснушки на щеках. Рассматривает этого парня и чувствует медленно растекающееся внутри тепло, еле-еле стоит на ватных ногах и контролирует свою огненную половину, что так и норовит загореться. Шото понимает, что сирень, которая иногда появлялась на нем, идеально подходит этому мальчишке. Когда Изуку в очередной раз ломает себе руку, а на руке Тодороки распускаются новые пучки сирени, у Шото сердце кровью обливается. Ему хочется взять этого неугомонного, желающего всем помочь парня, прижать к себе и никуда не отпускать, защищать от всех бед. Но вместо этого он лишь говорит, что обязательно победит Мидорию на спортивном фестивале. И побеждает. Но побеждает он лишь благодаря Мидории. Только потому, что Изуку смог вселить в него веру в себя, смог доказать, что огонь — причуда самого Шото, а не его отца. Мидория пожертвовал своим участием в фестивале и своим здоровьем, но помог Тодороки найти себя. Когда помятый Изуку улыбается ему с трибуны и взглядом поддерживает, Шото выкладывается на полную, старается выиграть, победить такого раздражающего Бакуго. И даже когда у него не выходит, Изуку все равно улыбается ему и говорит, что он молодец. Когда Шото закатывает рукава и показывает руки с пучками сирени на них — Изуку плачет. Подходит к Тодороки, тычется в шею, хватается за плечи и что-то судорожно шепчет. Шото глотает ком, подкативший к горлу, говорит, что-то утешающее и крепко обнимает. Когда ночью Тодороки рассматривает лицо Мидории, проводит аккуратно по красивым бутонам роз и зарывается в мягкие кучерявые волосы, Изуку забирает его руку, переплетает пальцы, говорит что-то о любви и предстоящих экзаменах и засыпает снова. А Шото не засыпает. Он будет еще долго смотреть на зеленоволосого мальчишку и думать о том, что любовь все-таки есть. И имя ей Изуку Мидория.