Кладбище твоих желаний

Надеюсь вы прочли полностью главу "Шесть", ведь она была дополнена. К сожалению, это не отобразилось в новостях. Приятного прочтения, любимый читатель.

POV Lady T.       Вечер продолжался, но мы больше не вытворяли ничего странного и опасного. Губа Юлика опухла, а щека стала темно-багровой, но не страшно. Мы смеялись, вспоминая фриковатые моменты, которые произошли с нами, просто общаясь. Оказалось, что Лизка была просто сдвинутым геймером, а Аня пришла в дикий восторг, когда узнала о нашей группе, на выступлении которой она была прошлой осенью. И как она говорит «теперь я тут, вместе с вами! А вы, ребята, просто офигенные!». М-да, чего только не скажет подвыпившая девушка. В общем, всем нам было весело. По крайней мере мне так казалось.       Я танцевала, много танцевала. Легкое похмелье позволило мне наконец расслабиться. Музыка казалась мне все громче, а мелодия —драйвовее. И через время меня больше ничего не сдерживало, я хотела продолжать кружиться без остановки. — Пойдем потанцуем, — я потянула Юлика за собой. Первый, о ком я подумала. Он милый, слегка застенчивый, но в тоже время сильный и веселый. В расслабленном состоянии я была не прочь с ним замутить. Он не сильно сопротивлялся, стоило слегка нажать, и он поддался моему порыву, становясь рядом со мной посреди комнаты. Центральное освещение было выключено, горели только подсветки колонок и новогодние настенные фонарики, которые мы сегодня нашли в одной из коробок.       Юлик, как я заметила уже вблизи, был тоже в дребезги. Но он хорошо держался, лишь его глаза блестели, выдавая его в темноте. Губы Юлика пахли спиртом и клюквенным «Гаражом», а шея — едва уловимым сладковатым мужским ароматом духов.       Я слегка оперлась на его плечо, когда песня сменилась на более лирическую. Послышались недовольный свист и крики парней, что песня отстой, но следом девушки настойчиво утвердили мелодию, как годную. У парней не было выхода, и возле нас теперь кружились еще две пары: Гоша с Аней и Даня с Лизой. Я растянулась в мягкой улыбке. Разве это все не прекрасно?       Мои веки тяжелели, я пыталась не закрывать глаза надолго. Уже и не помню, когда последний раз так напивалась. Вино было вкусным, и как оказалось крепким. Я видела, как Кира залипал в телефон, разложившись на большом кресле. Вечный одиночка. Единственный, кто оставался трезвым весь вечер, наотрез отказываясь брать в рот хоть малейшую дозу алкоголя. Его силуэт был нечетким и для меня его движения будто воспроизводились в слоумо.       Мне было хорошо. Я слышала, как Юлик дышит, этот звук меня успокаивал и заставлял еще больше расслабиться. Мой взгляд вдруг остановился на его губах, и следом мне захотелось их коснуться. Это бы ничего не значило, много кто по-пьяни целуется, это как минимум. Со мной случается такое совсем не часто, но сейчас я хотела это сделать, словно откровенный поцелуй с лучшим другом. Я хотела бы дружить с Юликом, он мне виделся добрым и открытым. По-моему, я это твержу без умолку. Возможно, мне хотелось лишь приятного мужского тепла, и только. Все равно это было не важно.       Мои глаза тотчас пробежались по его лицу, и он заметил мой настойчивый взгляд. Его руки удобно лежали у меня на талии, а я своими крепко обхватила его вокруг шеи. Последний раз так танцевала с парнем, наверное, в пионерском лагере тысячу лет назад. Спустя столько лет это выглядело милым. Я медленно потянулась к нему, представляя, насколько нежны его губы. Возможно, они горячие и я буду осторожно их касаться, стараясь не задеть рану. Интересно, как он целуется? Медленно и нежно, едва касаясь губ партнера, либо резко и уверенно, утверждая свой статус доминанта? В своих мимолетных полетах я почти достигла цели, когда в последнюю секунду Юлик отвел лицо, прошептав «Извини. Я не могу». — Почему? — вопрос напрашивался сам собой. Его взгляд мельком прыгнул куда-то в сторону, неосознанно предав Юлика. Но этой доли секунды мне хватило понять, что на самом деле притягивает этого парня. На потрепанном старом диване сидел Руслан, жадно паря из вейпа. За клубками пара тяжело было рассмотреть его лица, но взгляд... Этот взгляд сдерживал столько чувств, что у любого мог вызвать холодок по спине, а то и мурашек. — Скажи ему, — тихо, только для нас двоих, произнесла я, спасая Юлика от неловкого заикания в поисках "правильного" ответа. Секунда анализирования ситуации — и Юлик смирился, что нет смысла мне больше врать. — Я говорил, но… не знаю. — Он громко сглотнул, прикусив губу, — почему ты улыбаешься? — я поняла, что действительно давлю лыбу, возможно неуместную. — Прости, просто я, — я запнулась, — я… я думаю, что он так давно тебя ждал. Ты нужен ему. Прояви терпение, характер у Руслан не простой, но он… Просто потрясающий. — Юлик смотрел на меня с такой надеждой, внимая каждое мое слово. — Я такой пьяный, надеюсь, что завтра большую часть не вспомню, — иронично сказал он. Я засмеялась. Юлика пошатнуло и это был окончательный аргумент расходиться всем по домам. Время стремилось к часу ночи, все разошлись по парочкам, а я поняла, что жутко хочу спать. Я выключила колонки. — Ребят, спасибо за вечер, но я уже не чувствую ног, поэтому вы как хотите, а я спать. — Я посмотрела на брата, — Гоша, парни, обязательно проведите Юлика и девчонок. — Есть, капитан! — отчеканил Даня, пытаясь поднять Лизку на руки, она громко расхохоталась, моля поставить ее на место. Я обняла всех на прощания, и направилась в свою комнату. Только дверь спальни закрылась, для меня все окунулось в полный мрак. POV Tushentsov — Кира, заводи детку! — кричал Гоша, провожая девушек к его "потасканой единственной и вечной любви". Отвезти всех наших тусовщиков был в состоянии только Кирилл. Мы с Юликом медленно плелись сзади, будто бы оба неохотно покидали дом. Во мне все крутилось ощущение некой недосказанности, будто бы я врал, врал, врал столько непрерывных тысяч лет, что уже и забыл, что на самом деле скрывал все это время. Мне хотелось сказать что-то Юлику на прощанье, но я не знал что. Я боялся, что так и промолчу, расставшись с ним, а во-второй раз смелости хотя бы находиться с ним рядом не хватит. В бушующем вихре неразборчивых мыслей я пытался найти ту, что спасла бы меня сейчас. Но все было напрасно. Мне казалось, что я потихоньку схожу с ума от безысходности ситуации. Вот он здесь. Рядом. И через пол час его не будет. Возможно, навсегда. Хорошо. Хорошо. Ладно, пусть. Я почти смирился. Я почти позволил чувству обреченности наполнить мои вены и снова запустить во мне механизм саморазрушения. — Ты ...— Юлик замялся, — ты нормально себя чувствуешь? Я лишь в ответ кивнул, жадно впиваясь в него своим взглядом. — А мне что-то нехорошо. — Он остановился, подав свое тело вперед, руками упершись в колени. Я не сводил с него глаз, пытаясь впечатать любое его движение в свою память. Неосознанно. Меня это злило. — Вы едете? Агов! — из машины послышались громкие голоса. Юлик дышал так глубоко. Я вспомнил как внезапно приходят мои приступы. — Нет, мы пройдемся! Езжайте, я проведу Юлика. — присев около него на корточки, я спросил, — если ты не против? — Он молча покачал головой из стороны в сторону. — Уверен, что хочешь? Я вполне могу и сам дойти. — Ну я ведь сыкло, а не мудак, — ухмыльнулся я, — проведу уж тебя. Белый минивен с потрескиванием и гулом уехал, оставив нас с Юликом одних. Захлопнув ворота, мы вышли на плохо освещенную ночную улочку, которая вела нас все через то же неизменное место — кладбище. Сначала мы молчали. В уме я выстраивал запутанные мысли в связное предложение, не зная как высказать то, что хотелось. POV Author — Извини за пидора, — не сказать, что Руслану эти слова дались легко, — я ничего против не имею … — он запнулся, пытаясь не совершить очередной речевой оборот, за который позже придется извиняться, — геев? — неуверенно закончил он. — Я не говорил, что гей. Тушенцов растерялся. Неужели ему показалось? Возможно, все это происходило в его больной голове и только? В памяти завертелись ситуации, предоставляющие парню именно такой вывод о друге. И пока Руслан оставался в замешательстве, Юлик продолжил: — Никогда не считал себя геем, встречался только с девушками. Можно ли считать себя геем, если никогда не был с парнем? — он неуверенно вздохнул. — Блядь, не знаю, что тебе сказать, — теперь Руслану поплохело. Его ладошки взмокли, вспышки гнева неоткуда-то зажигались вновь. — Я ведь тебе не подружка, чтобы сплетничать про мальчиков. — Да что с тобой? — наконец не выдержал Юлик? — Ты меня так бесишь своими всплесками яда, кто тебя укусил, Руслан? Если тебе не охота со мной разговаривать и я тебе так противен, что ты не можешь спокойно со мной находиться рядом, то я тебе не держу, и могу отлично и сам добраться домой. И вообще как можно дальше от тебя. — Ого! — приятно удивился Тушенцов, — значит, ты все таки не такой милый, как может показаться с первого взгляда. — Ты мне просто мозг взрываешь! — Юлик уже не знал, что он чувствуют сейчас. Эмоции внутри настолько быстро менялись, что парень становился все более раздраженным и растерянным. — Это из-за тебя я такой! Да это ты на меня так влияешь! Онешко то ускорял шаг, то снова замедлялся, то ли пытаясь сбежать от Руслана, то ли сам не зная что. Руслан остановился. На его лице заиграла легкая улыбка. — Что? — спросил Юлик, заметив это. Руслан пожал плечами. — Ничего. — Вот, опять! — Онешко был просто в бешенстве. Тишина вновь вернулась. Не намеренно нарушали ее лишь шаги парней. Они беззвучно вошли на кладбище, уже по истоптанной тропинке шагали через наизусть изученный холодные статуи. — Огромное... — разочарованно тихо произнес Руслан. — А времени не осталось. — Что? — Кладбище. — Ну... — Юлик остановился, — поначалу кажется, но когда знаешь тут все, изучил его вдоль и поперек, то оно уже таким не кажется. Для Руслана слова Юлика прозвучали как ледяной дождь среди пустыни. — Изучил? — Да, мы с моими друзьями готами каждые выходные здесь зависаем. — Смешно, — саркастично ответил Тушенцов. — С пацанами малыми все время здесь бродили. В детстве другого развлечения и не было. Развлекались, как могли. Пойдем. — Стой. — Руслан все еще мялся, — у меня отец здесь похоронен. Он сказал это. Великая тайна разрушена. И вот нелепость, что поделиться этим пришлось не с другом, а с едва знакомым парнем. — Ты же вроде из Ачинска? — Да, но отец...отсюда. Юлик молчал, боясь спугнуть Руслана, боясь, что он перестанет говорить, ведь Онешко так хотел, чтобы он с ним разговаривал. Больше всего на свете. Он лишь мог сочувственно смотреть на парня. — В общем, я его никогда не знал и хотел ... — ...хоть как-то его узнать. — закончил за Русланом фразу Юлик. Тушенцов замолчал и стал пошмыгивать носом. — Но я, блядь, не смог найти даже где он похоронен. Юлику на секунду показалось, что Тушенцов сейчас расплачется. Вокруг было темно и виднелся только силуэт Руслана. Онешко стало так жаль его, теперь от точно чувствовал это, он сопереживал парню, и это чувство было самым сильным среди всех предыдущих. Руслан был первый раз с ним искренним. И это безвозвратно вернуло чувство влюбленности Юлика. Он больше не хотел злиться на него. Рана в душе стянулась, обернувшись мягкой паутиной заботы и сострадания. — Как его звали? — Тушенцов Сергей. — Тушенцов... — повторил Юлик. В его голове бегали воспоминания, как при забытом слове, которое крутится на языке. Он уже видел эту фамилию ранее. Он точно ее видел. Только оставалось вспомнить где. — Пойдем, — Юлик без объяснения направился вперед, позвав Руслана за собой.