Мои безумные фантазии. Стайлз

Она не могла сказать, когда она начала слышать его, этот голос, возможно с той ночи, дня два... Или три назад? Неважно. Что тогда произошло, она не помнила, знала лишь то что горевала о потерянном счастье. Сердце её было разбито, вокруг была громкая музыка, чужие безразличные ей тени, а потом стало хорошо и ангел, позаботившийся о ней велел избавить мир от зла. По дому валялись клочки каких-то плакатов, всё было как-то зыбко и ненадёжно, и от этого девушку начинало лихорадить, совсем как тогда когда она болела гриппом. Лишь нож в руках давал момент какой-то стабильности в этом кошмаре. Но его было недостаточно. Голос свыше привёл в спальню и оставил девушку озираться растерянно вокруг — выпотрошенные полки шкафа, вывернутые ящики, мужская одежда, кучей высившаяся посреди комнаты напомнили о предательстве и боли. Девушка бросилась на кровать и долго рыдала, закрыв лицо руками. Она оплакивала то недолгое время, что они были вместе, их тихую счастливую жизнь... Если бы не этот концерт, всё у них было бы по прежнему, всё было бы хорошо. Судорожно всхлипнув в очередной раз, девушка запустила руки под подушку, и её тонкие пальцы наткнулись на что-то странное. Словно во сне, она извлекла на свет металлическую конструкцию. Она никогда не держала в руках ничего подобного, но внезапно поняла что знает как пользоваться этим, и погружаясь в туман и шепот голосов, счастливо улыбнулась — она исполнит волю Господа!

~***~***~***~

Когда-то давно её Бог просто склонился над ней, и подняв девочку на руки, вынес из того ада, который она с рождения считала обычной жизнью. Сверкнул нож в руке потерявшего человеческий вид существа, и совсем рядом сверкнули острые клыки спасителя — это последнее, что она помнит из того, дикого иного мира, в который теперь возвращается исключительно по делу и где ни одна тварь не смеет даже тявкнуть на неё. Кто-то может лишь посмеяться над её преданностью, но Бог подарил чуть живой замарашке новый блистательный мир, расцветив его новыми чувствами, красками, звуками и запахами, познакомил с любовью и заботой. И теперь, эта юная волчица готова была преданней собаки служить ему по гроб жизни, готова была не задумываясь пожертвовать самой жизнью, выполняя любое желание своего истинного Бога. Лишь он один вправе распоряжаться её жизнью, ведь подарил её именно он — Питер Хейл. Спина взбешённой девушки появилась в прицеле винтовки. Да, детка была хороша ночью что и говорить, но даже будь она истинной парой, приоритетом для волчицы всегда оставался приказ её Создателя — брюнетка перевела прицел на парня, кинувшегося на защиту музыканта с ребёнком на руках. Палец выверенным движением лёг на курок.

~***~***~***~

Питер, довольно потягиваясь вышел из супружеской спальни и взглянул на часы — с Айзеком он и так терял счёт времени, а после проведённого Дитоном ритуала они оба и вовсе забыли обо всём. "Но надеюсь, у нас всё получилось как надо" и Питер представил бегущую ему навстречу девочку. Да, это было бы здорово. Ладно, пора возвращаться к делам — встряхнувшись, старший оборотень заботливо прикрыл дверь в спальню, и как бы ни противился его волк, не желавший оставлять уснувшую пару, развернулся и заглянув в кухню (после ритуала жрать хотелось неимоверно), прошёл в рабочий кабинет. Оживший телефон разразился водопадом сообщений о непринятых им звонках Талии. Зная что сестра никогда не станет трезвонить по пустякам, Питер набрал её номер и замер, услышав знакомую трель звонка из подъехавшей машины...

~***~***~***~

Хорошая степень внушаемости говорила о том, что агенты Питера знают своё дело и безупречно выбирают исполнителей для грязной работы. Остальное было делом техники — после оглушительного оргазма девица на время выпала из реальности и брюнетке легко удалось перепрограммировать её мозги. Теперь даже шаман не сможет выявить что было какое-либо воздействие: из-за предательства жениха несчастная сбрендила и обвинив участников группы в её несчастье, решила их убить из пистолета бывшего парня. Шизофрения, она такая, да. Как пистолет оказался у неё, пусть уж сами придумают — главное что на нём нет более ничьих следов. А нужные люди в следственном комитете постараются, чтобы никто не заметил расхождения в пулях.

~***~***~***~

— Немедленно! Сейчас же отмени операцию! - Кричала Талия, взбегая на крыльцо особняка навстречу вышедшему из дверей Питеру. — Дерек. Он всё слышал! Голубые глаза Питера Хейла полыхнули злостью на дуру-сестру с её непутёвым и неуправляемым сыном. — Ты чем думала? — Он оскалился на ту, что могла своими бестолковыми действиями уничтожить всё его счастье. Хватило же мозгов приехать. Если Айзек узнает, что его муж замарал свои руки ещё и в смерти школьного друга... — Заткнись! Талия впервые видела ярость Питера, направленную именно на неё, и от накатившей волны всепоглощающей, испепеляющей ненависти, с рявком обратилась. Охранник, не сводя глаз с застывших перед схваткой волка и волчицы, сдерживая свой первый порыв захлопнуть бронированное окно охранного пункта, плавно потянул его вниз. И только потом нажал кнопку блокировки дверей особняка — он знал об обряде, и не мог допустить, чтобы младший хозяин пострадал от действий взбесившихся альф. Затем послал сигнал непосредственному начальнику охраны, тот должен быть в курсе происходящего. Волк почти видел как это произошло — вернувшийся раньше времени волчонок услышал разговор альфы о ликвидации мага и смог незаметно уйти, а сама альфа и не заметила. Слишком расслабилась старшая, слишком человек, слишком глупа. Альфой стаи должен быть сильнейший — оскалившись, волки ринулись друг-другу навстречу, забыв обо всём. Телефон остался на ступеньках особняка...

~***~***~***~

Внезапно по горбушке брюнетки, затаившейся на крыше соседней высотки, прокатился озноб — издалека она почуяла приближение младшего родственника своего альфы. "Почему он здесь? Насчёт его не поступало никаких приказов" — брюнетка, не отклонившись от цели ни на миллиметр, скосила глаза на браслет — сигнал телефона ровный, значит дело не в связи. Как бы там ни было, приказа убивать вышестоящего бету не поступало, значит на выполнение задания остались секунды — курок плавно сдвинулся с места. Словно в замедленной съёмке, объект оттолкнул парня с ребёнком в сторону...

~***~***~***~

Всё происходило словно в дурном сне — невнятные вопли безумной девицы, целящейся в Майкла с ребёнком на руках, Скотт слишком далеко, в машине — Стайлз не успевал поставить защиту и бросился к Майклу, отталкивая вокалиста в сторону. В следующее мгновение он почувствовал лишь сильный, очень сильный удар куда-то в район солнечного сплетения и лишившись опоры под ногами, вдруг потерял ориентацию в пространстве. Недолгий его полёт прервался до боли знакомым запахом — вскинув глаза вверх, Стайлз встретил невероятные золотистые глаза, полные ярости и страха. Страха за него, единственного на всём свете. Этот букет ощущений оглушил парня и казалось длился вечность — так вот каково это, встретить свою пару? Быть вместе, дышать вместе, слышать как бьются ваши сердца вместе... Резкая боль, внезапно пронзившая тело, выдернула Стайлза из нахлынувшей эйфории и его выгнуло дугой на руках Дерека. Яростный рёв оборотня потряс улицу — по яркой футболке мага, затмевая все краски, расплывалось ярко-красное пятно выплеснувшейся крови. Дерек накрыл второй рукой рану — пуля, вошедшая в тело Стайлза, застряла где-то в позвоночнике, и пытался оттянуть боль на себя. Но боли то как раз оказалось и не так много, Стайлз понял, что его ноги просто перестали что-либо чувствовать. Давно он не чувствовал себя настолько беспомощным и не понимал, почему впервые за все эти годы не чувствует магию — она как вода ускользала сквозь его пальцы, привыкшие чувствовать связь с миром, его солнечными струнами мироздания. Словно что-то перерезало его связь с высшей, Божественной силой — в глазах потемнело. "Айлз!" — он чувствовал себя песчинкой в начавшемся землетрясении. "Стайлз!" — сделав вдох, он закашлялся кровью и перед ним появилась родная небритая физиономия. — Стайлз, не смей! Не спи, я вытащу тебя! Ты сможешь... — белый шум накрыл остальные слова продолжавшего шевелить губами самого прекрасного на свете парня — такого брутального и дико нежного. Такого заботливого — сознание вновь поплыло и глаза закрывались сами собой. Новая встряска и он клацнул зубами — под гневный рявк Дерека, по прежнему не выпускавшего его из рук, склонившийся над ними Скотт пытался вернуть Великого мага в сознание: — Стайлз, какого чёрта? Сделай уже хоть что-то, маг ты или нет, задница шаманская?! Внезапно Стайлзу стало намного больней, но и сознание как будто очистилось, стало способно принимать и обрабатывать поступавшую от всех чувств информацию. Мало, так мало силы — так мало было наверное только тогда, когда он в самый первый раз летел на эскалатор в том банке (чтоб его разнесло на части). И становится ещё меньше — Стайлз чувствовал возникшую пустоту в районе солнечного сплетения, и приподняв голову, внимательно глянул на ранение... "Это конец" — не эмоции, не истерика, просто констатация факта. Ранение именно в эту точку стало роковым. Как взрыв в основании дамбы — напор воды, нашедшей лазейку, в считанные минуты взломает ставшую нестабильной стену и скоро всё будет кончено. Можно было бы побороться ещё какое-то время, но конец неизбежен — в лучшем случае, он в который раз станет овощем на больничной койке. Ещё один мир с его бесчувственной тушкой, израсходовавшей последние крупицы силы на бесплодные попытки исцелиться. И новый неконтролируемый полёт в новый мир, в рандомно подвернувшееся вместилище для его души? — Мне жаль, Дерек. — Пытаясь сберечь силы для последнего рывка, Стайлз чувствовал что должен сказать хоть что-то этому Дереку, которого он покидал, едва обретя. — Я идиот, прости... — каждое слово давалось тяжело, он ощущал всё большую пустоту в своём магическом резерве. — Помолчи, ты не должен тратить силы. — Попытался остановить его Дерек — где-то вдали раздалось завывание сирены. Краем сознания он понимал, что даже если бы Скорая была здесь, парамедики мало что могли бы сделать, но продолжал цепляться за призрачную надежду. — Ты справишься, Стайлз. — Ему невыносимо мучительно было смотреть, как его половинка силится что-то сказать, с каждым словом давясь кровью. — Нет. — Парень вдруг оскалился, решительно вцепившись одной рукой в рукав куртки оборотня, и приподнял голову: — Я уже не смогу остаться, прости, прости. Но у нас будет другой шанс — там, в другом мире. Клянусь, я всё сделаю, чтобы мы встретились. А сейчас отпусти, любимый. Пожалуйста, живи ради меня, живи и позаботься о моём сыне. Тебе Скотт всё расскажет. Скотт, мои записи... — Стайлз попытался повернуть голову, но новый всплеск боли заставил откинуться назад. — Хотел бы я поцеловать тебя, но уже поздно. Я поцелую тебя там... Мне жаль... прости... Стайлз знал, что рядом Скотт, но он видел только потрясённые глаза Дерека и когда закрыв глаза погрузился в полупрозрачный мерцающий водоворот остатков силы, на миг услышал отдалённый рёв, больше похожий на грохот водопада в каньоне, куда он приезжал с родителями в своей первой жизни... Как же давно это было... Водный поток подхватил крохотную, едва мерцающую песчинку, до боли перехватывая дыхание, и потащил во тьму...

~***~***~***~

Как же сложно открыть глаза, невероятная слабость во всём теле. Нет, тело почти не чувствуется — оно попыталось дрогнуть хоть одной мышцей, но ничего не получилось. Мерный писк приборов ничто не потревожило, лишь на экране мозговой активности что-то мелькнуло, и всё вернулось к прежним параметрам. Лишь сутки спустя, на диаграммах всех приборов появилось некое подобие пробуждения. Мелисса застыла в волнении, наблюдая за приборами. Но причин раньше времени сообщать об этом Джону у неё пока не было — она не хотела зря обнадёживать шерифа. Подумав немного, она всё же позвонила Скотту с просьбой приехать в палату его непутёвого друга. Нет, ну какого чёрта этому мальчишке понадобилось встревать в разборки альф? Отец чуть с ума не сошёл от горя. И когда же наша нормальная обыденная жизнь превратилась вот во всё это? — Женщина поправила одеяло, потянулась к капельнице и вдруг расслышала сквозь писк приборов и мерный шелест ИВЛ тихий голос. Она обернулась, в палате никого кроме неё не было. Мелисса с сомнением посмотрела на бледного Стайлза с маской на лице — нет, он точно ничего не мог сказать. И тем не менее, она знала, что слышала полный вины голос самого Стайлза: "Мне жаль" Женщина нахмурилась, и поспешила прочь из палаты — пусть с этим разбираются сверхъестественные существа и шаманы.