Донор (The Blood Donor)

В третий раз проснувшись в той же пустой комнате, Чонгук с трудом мог поверить - после его похищения не прошло и суток. Вот только теперь, едва открыв глаза ото сна, он сразу же понял, где он находится. Судя по мягко-янтарному свету, струящемуся сквозь окна, едва перевалило за полдень. Спать он правда не собирался после того, как Сокджин взял его крови, но из-за всей этой суматохи он действительно устал. Он едва не целиком проглотил предложенную Сокджином шоколадку, которую потом тактично запил водой, а после, не успев толком ничего понять, моментально уснул. Но сейчас сонливость как рукой сняло. Снаружи в коридорах не слышалось ни шороха. Возможно, именно сейчас ему представилась идеальная возможность обдумать план побега. Многого о вампирах он не знал - лишь то, что писали статьи, и какую-то информацию из разных интервью. Но то, что его похитители совсем не походили на тех безжалостных зверей, о которых галдела пресса, не значило, что их намерения были благочестивы. Они его выкрали, держали взаперти против воли и брали его кровь в своих целях. Этого ему хватало с верхом, чтобы попытаться спастись отсюда. Чонгук аккуратно потянулся, после чего проверил свою левую руку. У сгиба, куда Сокджин колол шприцом, локоть обвивала неширокая повязка. Ему тогда хватило пары секунд, чтобы наполнить небольшой пузырек. Однако ведь любой из них мог запросто наброситься на него в попытке укусить. Тело слегка тряснуло от воспоминания о том красноволосом вампире. Его клыки были такими острыми. Воображение тут же подкинуло картину того, как этот вампир вгрызается ими в его шею, и из нее начинает течь темная красная кровь. - Хватить уже думать об этом дебильном кровососе... - прогнусавил Чонгук себе под нос, труснув головой и медленно встав с кровати. Быстрая прогулка по комнате привела его к выводу, что из комнаты действительно вынесли все, что могли. Даже в полках шкафа ничего не было, как и в выложенной плиткой ванной комнате. Пришлось едва не силой себя оттуда выпихивать - вместительная кремового цвета ванная так и просила набрать ее и понежиться в пенистой горячей водичке. Выйдя оттуда, он пересек спальню и направился к огромным окнам в пол. Даже двери проверять не стал - сто процентов закрыли. Вид из окон оказался невероятно захватывающим. Изумрудные газоны и ухоженные сады бросились в глаза в первую очередь. Прекрасные цветочные клумбы пестрили разнообразными яркими оттенками, а узенькие гравиевые дорожки вели куда-то за зону видимости. Также то там то тут возвышалось несколько статуй, а в одном из садов Чонгук обнаружил небольшой фонтанчик. Где-то вдалеке, на переферии, виднелись почти полностью скрытые большим зеленым лабиринтом прутья высокой ограды. Восхищение, что переполняло Чонгука от раскрывшегося пейзажа, тут же омрачилось от попавшегося на глаза высокого ограждения. Разумеется, такое большое поместье обязано было быть защищенным непреодолимым забором со, скорее всего, зловеще заточенными наконечниками. В желудке завязался толстый противный узел наростающей безысходности. Ему нужно найти способ выбраться из комнаты, потом - из самого поместья, пройти сквозь сады и преоделеть решетчатую ограду, и при этом не попасться никому из вампиров, ведь за побег его однозначно ждет безжалостное наказание. План с каждой секундой казался все менее и менее выполнимым. Он рухнул на колени прямо на пол у окна, с глухим звуком стукнувшись в холодящее стекло лбом. В горле застрял неприятный комок, не давая возможности его проглотить, потому Чонгук плотно сжал глаза, стараясь подавить жалкие слезы, что так и рвались наружу. Сейчас нельзя было проявлять слабость. Только не тогда, когда ему нужно было отыскать шанс, чтобы сбежать. Еще полчаса Чонгук не меняя позы вертел в голове различные возможные сценарии, словно кубик Рубика, однако раз за разом каждая из них попадала в ментальное мусорное ведро. После чего в приступе беспомощности он встал и начал носиться по комнате, сжимая пальцами собственные волосы. Пройдя мимо зеркала, Чон окинул себя мимолетным взглядом и обнаружил свою шевелюру не в самом приглядном ее виде, однако настроение ее поправлять в ближайшее время появляться не собиралось. Когда раздражение достигло своего пика, он в порыве безысходности ринулся к двери, с силой дернув ручку и потянув на себя. Желание хоть на чем-то сорвать свою злость он решил выместить на ни в чем не повинной двери: возможно, он собирался громко постучать по темному деревянному полотну кулаками или, там, покричать на нее немного. Но когда ручка с легкостью поддалась его напору, и дверь открылась настежь, Чонгук от неожиданности отпрянул назад на несколько шагов. Еще несколько секунд он в оцепенении пялился на дверь с приоткрытым ртом, все еще слегка сжимая металлическую рукоятку в правой руке. После чего быстро сморгнув наваждение, он сделал пару медленных шагов вперед, задержав дыхание. Взглянув налево, Чонгук обнаружил пустующий коридор, но, повернув голову вправо, он готов был поклясться, что тут же почувствовал, как душа кубарем летит по ступенькам куда-то вниз. Там его встретила яркая улыбка во все тридцать два и пара сощуренных глаз. Чонгук резко отскочил, неудачно споткнувшись о порог и падая прямо на копчик. Позабавленный необычной реакцией незнакомец лишь весело хмыкнул и подал руку, дабы помочь подняться. Чонгук же был настолько ошеломлен, что не успел даже подумать перед тем, как ухватился за протянутую руку. И только когда поднялся и смог, наконец, рассмотреть огненно-рыжие волосы и переливающиеся янтарным цветом глаза, до него дошло, то это еще один вампир. Так что он снова рухнул на задницу, разве что в этот раз без помощи порога. - Мамочки, а ты любитель драматичных падений, я гляжу, - вновь хохотнув, спросил вампир. Как хладнокровный убийца быть таким... позитивным? Чонгука, кажется, окончательно выбило из колеи. Все в этом месте, по какой-то причине совсем не соответствует него ожиданиям. - Кто ты? - задал он бесцеремонный вопрос прямо в лоб. - Меня зовут Хосок. Сегодня я буду тебя сопровождать, - ответил вампир совершенно дружелюбно. Даже если он и заметил долю грубости в его словах, то не подал вида. - В смысле, охранять... чтобы я не сбежал, - фыркнул Чонгук, самостоятельно поднимаясь на ноги и отходя от вампира на пару шагов. Хосок беззаботно пожал плечами, не обращая внимания на сквозивший цинизмом тон. - Пока ты здесь, ты можешь свободно перемещаться по всему поместью. Никто приковывать тебя к твоей комнате не будет. Я здесь лишь для того, чтобы ты ни в чем не нуждался и тебе не стало скучно, - радушно пояснял Хосок, при этом оперевшись плечом на стену. В этот момент он казался совершенно обыкновенным юношей. Правда, нереально привлекательным, да и одет он был со вкусом. Но уж точно не походил на безумного вампира-надзорщика, что в очередной раз не укладывалось в голову Чонгука. И что ему делать дальше? Играть по их правилам? Или же при первой подвернувшейся возможности брать ноги в руки и удирать? Да, эти вампиры и близко не походили на тех, о которых трубят в новостях, однако же это не отменяло вероятности того, что у этих ребят могут быть какие-то скрытые возможности. Хосок как-то чересчур внимательно следил за его выражением лица, пока он об этом думал, и Чонгука окатила волна ужаса - а вдруг этот вампир знает, о чем он думает? - Ты же не умеешь читать мысли, верно? - выпалил Чонгук, не подумав. Хосок спустя секунду уже бился в истерике, согнувшись едва не вдвое и откровенно смеясь от нелепого предположения. Как ни странно, но Чонгуку этот смех показался крайне заразительным, и уголок его губ уже было потянулся вверх, пока хозяин тут же ее не укротил, укоряя свое тело за предательство. - Нет, Чонгук, мысли я не читаю. Меня предупреждали, что ты - та еще штучка, но я и не знал, что ты такой юморист, - качая головой, промолвил Хосок, все еще слегка посмеиваясь. Однако когда веселье исчерпало себя, его лицо вдруг обрело серьезные черты, которые, по мнению Чонгука, ему как-то не шли. Почему-то он казался человеком, чье лицо всегда должна была озарять яркая улыбка. - Я не телепат, но ты сам словно открытая книга. Я могу прочитать твои мысли по твоему лицу. Мы постараемся сделать твое пребывание здесь максимально комфортным. Проси о чем угодно, и мы постараемся, в меру наших возможностей, исполнить твои просьбы. Но, боюсь, уйти ты не сможешь до тех пор, пока мы не перестанем нуждаться в тебе. Сердце Чонгука от этих слов как-то тяжело сжалось, а вокруг горла словно сомкнулось что-то тяжелое. - На этом достаточно, - неожиданно хлопнув в ладоши, громко объявил Хосок. - Почему мне не провести тебе тур по поместью? Полагаю, за сегодня удастся увидеть не так уж и много, так как до ужина осталось не так уж и много. Следуй за мной. И на этих словах рыжеволосый развернулся на пятках и прошествовал прямо по коридору, не дожидаясь Чонгука, который, все еще находясь в состоянии гнетущего ступора, на автомате поплелся за ним. Они прошли по длинным коридорам, поворачивая то влево, то вправо. Чонгук потерялся в пространстве уже на третьем повороте, ведь коридоры сделали словно под копирку. Всё выглядело крайне дорого: полы были устланы мрамором, а на стенах красовались витиеватые детали золотых и кремового цвета узоров. Каждый коридор украшали различные статуи, картины и множество экзотичных растений. - Сейчас мы находимся на втором этаже. На нем ничего, кроме спален, нет. Библиотека - на третьем, так что я покажу ее тебе, чтобы тебе было чем себя развлечь в одиночестве, - радостно вещал Хосок, поднимаясь по крученой лестнице наверх, которая, казалось, появилась из неоткуда. Со второго этажа до библиотеки добираться оказалось достаточно недолго. В конце первого же коридора по правую сторону вдоль стены располагалось несколько высоких темных дверей из вишневого дерева, в полотнах которых были искусно выгравированы разнообразные цветы, птицы и сказочные феи. Вот только рассмотреть все это времени у него не оказалось - Хосок уже приоткрыл одну из дверей и приглашающим жестом подзывал пройти внутрь. Из-за скудного освещения комната казалась мрачной, но за счет высоких потолков она все равно выглядела достаточно большой и просторной. Окна во всю стену были задернуты массивными бархатными шторами, что как раз-таки и не пропускали свет внутрь. Но даже в этом скудном освещении Чонгук смог разглядеть у стен шкафы, что с потолка и до пола были напичканы разноцветными книгами. Помимо этого книжные шкафы стояли по отдельности посреди комнаты, и когда Чонгук подошел к одному из них, чтобы вытащить книгу, та оказалась очень пыльной. Слева он заметил дверной проем, что вел в еще одну комнатку, так же плотно набитую книгами. Однако эта комната была на порядок уютнее: у одной стены виднелся камин, вокруг которого бок о бок размещались мягкие диванчики и кресла; немного поодаль, в углу стояло старое пианино, вызывая у Чонгука желание пройтись пальцами по черно-белым клавишам. Он даже не пытался сдержать восхищение на своем лице. Родившись в семье, что жила от одного счета до другого, Чонгук от всего этого изобилия почти физически ощущал рябь перед глазами. И в то же время ему казалось, что все его мечты просто взяли и разом воплотились. Ему не терпелось взять в руки все эти книги и с упоением пролистать каждую. Но как только эта мысль пронеслась сквозь его голову, мозг словно включил сигнализацию - ему не следовало забывать, что он здесь, в первую очередь, заложник. И только после этого он понял, что Хосок, кажется, уже что-то ему рассказывал. - Ты можешь приходить в библиотеку, когда тебе заблагорассудится. Гости здесь - явление редкое, как видишь. С тех самых пор, как Тэхен... - неловко замявшись, оборвал себя Хосок, не посчитав нужным далее объясниться. Взамен вампир с легкостью прошествовал к одному из красных кресел и расслабленно на нем развалился, после чего легко улыбнулся и махнул Чонгуку рукой, призывая осмотреться самостоятельно. Дважды Чонгука приглашать было не нужно. Всего пару мгновений он подумывал, с какой же полки начать, вот только ноги уже сами понесли его к заветным рядам, а кончики пальцев бессознательно проходились по книжным корешкам. Только когда Хосок снова к нему подошел, до Чонгука дошло, что он совсем потерял счет времени в бесконечном водовороте отпечатанных черными чернилами слов. И без того тусклая комната теперь почти утонула в вечерней беспросветной темноте. Чонгук, сидевший на светло-голубом кресле в окружении десятка разношерстных книг, словно вынырнул из дивного завораживающего сна: теперь свет лампы, что светила сбоку ненавязчиво-оранжевым светом, казался куда ярче, чем поначалу. - Пора идти, Чонгук. Тебе нужно освежиться и сменить одежду перед ужином. Там ты и познакомишься со всеми остальными. Хосок терпеливо ждал, пока гость, наконец, встанет, после разминая затекшие мышцы, вследствие чего по молчаливой пыльной библиотеке едва не громовым раскатом пронесся хрустящий звук потревоженных суставов. На обратном пути Чонгука захватили различные думы. Особо не присматриваясь к коридорным поворотам и о чем-то радостно вещавшем компаньоне, он раз за разом прокручивал в голове все то, что случилось с ним за тот короткий промежуток времени с тех пор, как его вырвали из привычной жизни. А также поругал себя за проявление слабости, позволив миру книг поглотить себя на пару часов. Ему стоит быть гораздо умнее, если он хочет выбраться отсюда. Ему нужно по ниточке собирать любую информацию и не ослаблять бдительности ни на минуту. Пару минут спустя, когда они перешли порог пустующей комнаты Чонгука, Хосок взялся провожать его до ванной. На удивление, за то время, что Чон здесь отсутствовал, в ванную комнату успели принести несколько белых махровых полотенец, развесив по крючкам, еще и на бортике просторной ванной были расставлены различные баночки, тюбики и прочие блага личной гигиены. Хосок немедля подошел к крану и открыл оба вентиля, регулируя их в попытке найти идеальную температуру. После данной процедуры в ход пошли две баночки разных цветов, и вскоре после того, как их содержимое попало в стремительно набирающуюся воду, воздух окутал приятный сладкий аромат. Чонгук невольно вдыхал глубже и смаковал им, ибо всегда был чувствителен к запахам. В итоге он не спеша подобрался к боку бежевой ванны и принялся разглядывать воду. Струя из крана взбивала светло-розовую пену, которая уже почти добралась до краев. Он снова сделал глубокий вдох и уже отчетливо уловил оттенки лилии, жасмина и ванили, запах которых окутал все помещение. И тут Хосок, не особо церемонясь, выключил воду, вытер руки о полотенце и повернулся к Чону. - Ну что ж, залезай в воду. Я помогу тебе вымыть волосы. Чонгук от внезапности торопливо отпрянул на шаг. - Ты шутишь что ли? - возмутился он. - Чтобы я перед тобой еще и раздевался? В комнате подождешь! Нет, ну надо же было додуматься до такого! По телу бродят противные мурашки только от мысли о том, как вампир касается его голой кожи, сканируя жадным взглядом неприкрытую плоть. И тем не менее Хосок ничем не выказал своей возможной обиды. - Как тебе будет угодно. Кричи, коль что понадобится, - беззаботно ответил тот и удалился, аккуратно прикрывая за собой дверь. Еще несколько минут Чон не мог решиться залезть в ванну, ибо мысль о том, что этого кровопийцу и его беззащитное тело разделяла одна-единственная дверь совсем не внушала доверия. Вот только купаться в итоге в холодной воде оказалось не лучшей альтернативой, так что Чонгук, отшвырнув от себя беспокойные мысли, стянул одежду, бросил ее в одну кучу и осторожно забрался в ванну. С губ сорвался выдох облегчения, когда все его тело окутало влажное тепло. Самой воды было по грудь, но розоватая пенка доходила Чонгуку аж до подбородка. Когда бы он ни касался мелких пузыриков, кожу окутывало приятное мелкое пощипывание, отчего цветочный запах становился только ярче и томительней. Чонгук прикрыл глаза, откинув голову на твердый бортик. Мышцы постепенно расслаблялись, унося с собой часть его напряжения и усталости. Невольно Чон задумался о своей жизни до попадания в это место. Навряд ли кто-то в ближайшее время вообще заметит его пропажу. Друзей после поступления ему завести не удалось, а сосед по комнате вылетел из университета уже спустя первый месяц учебы. Надежды на то, что кто-нибудь все же обнаружит его отсутсвие и попробует узнать, где он, почти не оставалось. А семья... Медленно засыпающий Чонгук встрепенулся от этой мысли, едва не расплескав воду. Пена в ванне почти вся растаяла. Пытаясь отогнать назревающую меланхолию, он взялся мыть волосы. Но даже благоухающий ванилью и медом шампунь не принес ему ожидаемой доли удовольствия. Все, чего ему хотелось, это поскорее отобедать и вернуться в комнату, дабы забыться от всех мыслей в крепком сне. Пару минут спустя он уже вылазил из ванны, вытираясь полотенцем, от которого пахло лимонным кондиционером. Особо тщательно пройдясь по волосам, Чонгук обернул этим же полотенцем поясницу и в нерешительности приоткрыл дверь ванной комнаты. Вот только выглянув, Хосока он там не обнаружил. Только на громадной кровати оказалась бережно разложенная одежда, а у ее подножья стояла пара начищенных туфель. Обреченный рык вырвался сам по себе. "Кончено же они хотят, чтобы я носил то же, то и они," - думает он. - "Словно я какая-то кукла в их ненормальном игрушечном особняке". И тем не менее сквозь приглушенное шипящее возмущение он натянул все это, ведь его собственные вещи уже начинали неприятно пахнуть, а рубашка так и вовсе странным образом разорвалась. Закончив одеваться, он развернулся к огромному зеркалу в пол, и от увиденного едва не поморщился. "Это ведь не я..." Наряд был подобран в истинно вампирическом стиле: черные классические штаны под черные туфли и облачно-белая вздутая рубашка с длинными кружевными рукавами. А сверху - винтажный черный пиджак с вышитыми белыми и серыми цветами, что струились дивным переплетом по всей ткани. Еще к набору прилагался черный чокер, однако был без лишних раздумий оставлен на столе - Чонгук не собирался цеплять на себя еще что-то настолько провокационное. Эта деталь вызывала едва не тошноту, ибо настойчиво напоминала ошейник. Сделав глубокий вздох, Чон все же оторвал свой взгляд от незнакомца по другую сторону зеркала и направился на выход. Как и ожидалось, Хосок ждал его за дверью. Оценив глазами внешний вид парня, он одобрительно кивнул. И все же кончики губ вампира слегка дернулись вверх, когда на пару секунд тот задержался на оголенном участке Чонгуковой шеи. Более не теряя времени, он развернулся и позвал парня идти за собой. Но в этот раз, пусть Чонгук все еще не ориентировался толком с этом лабиринте коридоров, он четко понял, когда они повернули направо, а не налево, как в прошлый раз, когда они направлялись в библиотеку на третьем этаже. Сейчас же они, напротив, спускались вниз на первый этаж по великолепной широкой лестнице с позолоченными поручнями. Двустворчатые двери впереди, казалось, ведут как минимум в какую-то просторную бальную комнату, вот только когда они с Хосоком все же открыли их, за ними обнаружилось куда более скромное помещение. Чонгук едва успевал рассматривать мраморные полы и исписанные невероятными рисунками потолки, ведь взгляд теперь бегал по чудесной гостиной. В камине у дальней стены хрустели полыхающие томным огнем дрова, ненавязчиво освещая пространство. У стен примостилось несколько книжных шкафов, но в глаза больше всего бросался изящный зеленый письменный стол у одного из окон. В центре комнаты размещались диванчики и мягкие кушетки с разноцветными подушечками - некоторые из них уже были заняты. Как только они вошли, все разговоры, что велись до, резко утихли. Чонгуку стало максимально не по себе, когда он ощутил на себе четыре пары глаз, оказавшись в центре внимания. Но напряжение слегка улеглось, когда он заприметил знакомую блондинистую макушку доктора-вампира, что растянулся сейчас на винно-бордовом диване, и черноволосого мальчишку на коленях незнакомого вампира с серебристо-серыми волосами. Остальных двух он до этого не видел. - Ну же, Чонгук. Бояться теперь нечего, мы не кусаемся, - поддразнил его Сокджин, с легкой улыбкой подзывая присоединиться. Чонгук фыркнул на колкость, но решил не комментировать. Почему-то сейчас язык словно онемел, а живот скрутился в узел от липкого осознания того, что в этом небольшом помещении из шести присутствующих лишь двое - люди. Когда Хосок взял его за руку, Чонгук, к собственному удивлению, даже не попытался ее скинуть. В итоге вампир усадил его на незанятый диван, присел рядом и начал представлять своим собратьям. - Сокджина и Чиминни ты, наверняка, уже знаешь, - Чонгук медленно кивнул, получая в свою сторону сияющую улыбку Чимина и доброжелательный взгляд доктора. - Юнги - пара Чимина, - Хосок ткнул пальцем в сторону сероволосого вампира, что верно служил парнишке стулом. С этого расстояния Чонгук сумел рассмотреть поразительно холодные голубые глаза, что настороженно оглядывали самого Чонгука. Юнги кивнул в его сторону, после чего вернул свое внимание Чимину - продолжил по-собственнически поглаживать его бедро, зарывшись носом у его шеи. - А это Намджун - пара Сокджина. Последний упомянутый участник их небольшой группки, как успел догадаться Чонгук, восседал на диванчике подле Сокджина. Очевидно, Намджун был человеком: его выдавали карие глаза, натуральный древесный оттенок волос и загар. А еще от него исходила какая-то уютная аура, прямо как от Чимина. Тот искренне улыбнулся Чонгуку, и милые ямочки на щеках цементом закрепили первое хорошее впечатление о нем. - Надеюсь, тебе хорошо спалось, Чонгук. Мне не хотелось перенапрягать тебя этим утром после вечернего забора крови, - сказал Сокджин. Ошарашенному Чонгуку понадобилось несколько секунд, чтобы заново привести в действие речевой аппарат. - Я в порядке. Думаю, все благодаря ванне, - ответил в итоге он. - Слышал, Хосок показывал тебе библиотеку. Тебе там понравилось? - спросил Чимин со своего насеста. Он лениво играл с волосами Юнги, накручивая пряди на палец и аккуратно вытягивая вверх. Чонгук молча кивнул. У него не получалось оторвать взгляда от этой парочки. Особенно напрягало то мизерное расстояние между ртом Юнги и шеей Чимина. Приглядевшись, он заметил на ней небольшой красный след. Он даже не осознавал, что бесстыдно пялится на этих двоих, пока по гостиной не разлился рык Юнги. - Юнги, дорогой, ему же просто интересно, - замурлыкал Чимин, после накрывая своими губами его. Юнги тут же притянул его настолько близко к своей груди, насколько вообще позволяла физиология. - Прости их, - усмехнулся Намджун. - Они только недавно стали парой, и потому не могут отлипнуть друг от друга и на секунду. Чонгук не знал, что ответить. Конечно, у него такой уровень отношений между вампиром и человеком вызывал искреннее омерзение, но вслух об этом заявить он не решился. - Ты явно сбит с толку, - констатировал Хосок. В ореховых глазах промелькнул лучик понимания, и вновь Чонгука посетило ощущение, словно его мысли сейчас читают, как и в прошлый раз. - Я просто... Это... Это же бессмысленно... - едва разборчиво пробормотал Чонгук, размытым жестом указывая на Чимина и Юнги, что снова смотрели на него. - Если честно, то я вообще ничего здесь не понимаю. Почему вы все такие... - витиеватыми движениями руки Чон пытался подобрать нужное слово, чтобы описать подходящим словом их поведение, значительно отличающееся от того, что ожидал увидеть изначально. - Такие нормальные? А не те помешанные на крови монстры-убийцы, о которых вы, людишки, все время слышите? - сухо спросил Юнги. Он впервые заговорил за все это время, и Чонгук явно не ожидал услышать столь глубокий и хриплый голос от такого миниатюрного вампира. - Ну... Да, - честно ответил Чонгук. - Эта проблема, которую мы усердно пытаемся решить уже давно. С тех самых пор, как ренегаты все похерили, - на выдохе молвил Намджун. Сокджин протянул к нему руку и начал успокаивающе поглаживать по плечу. - Ренегаты? - Вампиры-бунтовщики, которые решили, что им надоело жить в тени социума. Это из-за них начался весь этот новостной "бум" несколько месяцев назад, - тихо пояснил Сокджин, все еще не отрывая от Намджуна ласкового взгляда. Чонгук уже хотел было что-то спросить, но был грубо прерван Юнги: - Об этом говорить мы больше не будем. Прямо сейчас это не так важно, - отчеканил он и стрельнул в Намджуна строгим взглядом, усиливая замешательство Чонгука. - Все, что тебе необходимо знать, это то, что мы не такие, - уверительным тоном пытался убедить его Хосок. - По сути, ренегаты составляют мизерное меньшинство, которое остальные представители нашей расы презирают. Мы бы никогда не принесли вред человеку. - Никогда не принесли бы вред человеку... - задумчиво промычал Чонгук. - Если не брать в расчет то, что меня, человека, вы выкрали и планируете без моего на то согласия брать мою кровь. Ах да, а еще вы собираетесь продержать меня здесь несколько недель, пока не отпустите, хотя в последнем я лично как-то сомневаюсь, - окончил он свою речь саркастичным смешком и разозлено тряхнул головой. Тело начало заметно потряхивать от переполнявших ярости и возмущения. Ранее придуманный план тихо собирать информацию и не привлекать внимания с треком провалился. На какое-то время гостиную окутала давящая тишина, пока все обрабатывали сказанное Чонгуком. Тот же вперился взглядом в руки на коленях, больше не проронив ни слова и, в то же время, боясь посмотреть остальным в глаза. - Я... - начал осторожно Сокджин, чье лицо переполняло искренне раскаяние. - Я понимаю, что мы поступили ужасно. Поверь, до этого мы правда испробовали все, что могли. Ты уже пятнадцатый человек, которого мы сюда привели, но, боюсь, ты единственный, на которого Тэхен отозвался. - Пятнадцатый... - Чонгук выдохнул нервный смешок. - А с остальными вы что сделали? Бросили в подземелья? Или высосали из них все до последней капли? - Они же уже сказали, что они не такие, они не ренегаты! - взбешенный голос Чимина удивительно контрастировал с его милым личиком, а мягкие черты исказились в гримасе гнева. - Разве так сложно дать им шанс и прекратить осуждать за то, кем они родились? - Чимин! Достаточно, - твердо остановил его Намджун. - У тебя будет еще много времени, чтобы найти ответы, Чонгук. Мы всего лишь просим тебя попытаться понять и не судить нас за деяния других. Что ж, полагаю, наш ужин уже готов. Все встали. Чонгук, медленно поднимаясь следом, едва сумел проглотить сухой комок в горле. - Я не голоден, - в конце концов вымолвил он и, не дожидаясь ответа, направился на выход. На самом деле он совсем немного ожидал, что его попытаются остановить, однако, к удивлению, он без препятствий вышел к лестнице. Чонгук четко понял, что не собирается проводить в их компании и секунды больше, слушая то, чего знать не хотел. Он был полностью сбит с толку. Его злость и возмущение трусливо прогибались под гнетом непонимания. Разумеется, было бы гораздо легче так и считать их чудовищами, не пересекайся он с ними и не имей возможности узнать поближе. Во всяком случае, Чонгук упорно старался себя в этом убедить, заворачивая после первого коридора на втором этаже. Спустя несколько неудачных заворотов и попыток вернуться обратно, он все же смог отыскать свою комнату. Очутившись внутри, Чону до чесотки захотелось запереться на ключ. "Отлично... И это после того, как я всеми силами пытался отсюда вырваться", - иронично хмыкнул Чонгук. Собрав все оставшиеся силы, он стянул с себя одежду, и только после этого заметил на краю кровати бережно сложенную пижаму и надел ее. Лишь когда он улегся на кровати, накрыв тело атласным покрывалом, до него дошло, что желудок остался совершенно пустым. Одинокая слеза пробилась сквозь воздвигнутые Чонгуком стены, поручая прилипшую маску бесстрашия плотной ночной черноте.