Глава 2. Эли Фостерс
31 октября 2020 г., 19:16
Глава 2. Эли
—Ты знаешь, что помимо прошлой жизни, о которой мы помним, есть еще и позапрошлая, о которой мы не помним, но некоторые дни из этой жизни, могут присниться.
—Теперь знаю. — Ответила Аня. —Но это не значит, что я хочу обучаться магии, я по прежнему довольствуюсь тем, что знаю, хоть и сама чародейка.
Я не обратила внимание на ее претензию.
—Мне уже неоднократно снились три персонажа. Двое из трех них выглядят так же, как и мы, в прошлой жизни. Совпадает также характер. Ты фанатка Blondie, а я люблю U2.
—Хорошую музыку выбираем в каждой жизни.
—А Розовая Пантера любит творчество Майкла Джексона.
—Что за «Розовая»?
—Не что, а кто. Она наша лучшая подруга. Все мы втроем живем в доме в Бруклине, и ходим в школу. Но судя по тому, что мне сегодня приснилось, ясно, что Розовая посещает колледж, так как пьет кофе, потому что не спит по ночам из-за курсовой работы.
—Я перестала тебя слушать, когда ты сказала, что мы ходим в школу. Мне сейчас почти двадцать лет, академию полиции бросила ради музыки.
—Конечно, ясно, что мы уже трижды окончили школу, и если бы не реинкарнация, то очевидно были бы старушками.
Решено, буду вести дневник, в котором буду описывать сны с этими людьми, или чародейками, может, ведьмами. Буду вести видео и аудиозапись в обязательном порядке. И желательно, чтобы об этом никто не знал, до тех пор, пока я ясама во всем не разберусь. Нужно найти место, отдаленное от людей и магов. В моей комнате никак — стены недостаточно звуконепроницаемые
Хорошее место это старый дом отца, за городом, прям посреди леса. Максимальная отдаленность от всех! Да только туда добираться долго даже на колесах. Значит, туда нужно поехать один раз и надолго, до конца каникул, и вести записи. Все бы вроде хорошо, если еще родители разрешат, и как Ксавьер отреагирует? Он пусть и мелкий, а любит меня, старшую сестру, и легко начинает скучать, если долгое время меня не видит.
Решено, все равно поеду. Пойду, предупрежу родителей.
—Мам, пап! Вы где? -Кричала я на весь дом.
—Они уехали до конца месяца. У отца командировка, он забрал маму и Ксавьера, чтобы не быть в долгой разлуке. —Ответила Аня, не отрывая взгляд от телевизора. —А меня оставили присматривать за тобой.
—Когда они успели уйти? Еще вчера они были дома.
—Как раз утром и уехали.
—Дженни уехала в Нью-Джерси, родители уехали. Осталась только ты, и я буду в одиночестве.
—Ну нет уж… До конца летних каникул, я не выйду из дома! Слишком долго я об этом мечтала.
—Ладно. Я уезжаю за город, в старый домик, буду там скорее всего до конца каникул, ну, или конца месяца, смотря, как получится.
Я стала собирать сумку в этот «поход»: макароны, каши, чай, кофе, и самое важное — шоколад. Без шоколада я из дома не выхожу.
Теперь оборудование: видеокамера, карта памяти, фонарик, микрофон, диктофон. Собрала еще кое какие вещи, которые пригодятся на следующее время.
Переоделась в джинсы и кофту, закинула сумку на плечо.
—Не против если я увезу мотоцикл? — Спросила я у Ани.
Водить мотоцикл умеем мы обе, но у нас дома он у нас один на двоих.
— Ага, бери. — Аня особо не обратила на меня внимания.
Добралась я только к глубокой темноте.
Я заперлась в комнате на втором этаже, здесь я жила, когда мы с семьей приезжали сюда летом навести порядок, и зимой в конце две тысячи пятнадцатого года., праздновать Новый Год.
Не включая свет в комнате, включила камеру, диктофон, устроила все.
—Раз, раз-два. Все работает? Меня зовут Эли, фамилию не скажу, она постоянно меняется.
Это дневник, моей пережитой жизни, которая мне снится. Здесь я буду рассказывать о своих снах, в которых мне снится один день из позапрошлой жизни. Но прежде, чем говорить о позапрошлой, я расскажу о прошлой. Я никогда никому о ней не рассказывала, ни сестре, ни лучшей подруге, никому!
Итак, в прошлой жизни я родилась 7 января, 1981 года, в Германии. Какой город, я не знаю, но точно не Берлин.
Моя тетя по маминой линии была чародейка, ей досталась от кого-то в наследство магия. Она не хотела этого. Поэтому, пока я была в утробе у матери, тетя каким-то образом передала мне магию огня.
Я родилась у людей-родителей чародейкой, с красными волосами и лиловыми глазами. Родители назвали меня — Элизабет.
Они не скрывали то, что боялись меня. Доктора разводили руками, по поводу моей «мутации». Моя нормальная температура тела была повышена, хотя я не болела.
Им это окончательно надоело. Родители, которых я не знала, приехали в Англию, и оставили меня в местном детском доме, в чужой стране. Они вернулись в Германию, и больше обо мне не вспоминали.
В детском доме Лондона меня переименовали в Элионор, но дети и сверстники предпочитали называть меня просто — Эли. Так и привыкла.
Несмотря на то, что все всех уважали и дружили, никто никого не обижал, я убежала оттуда в десять лет. Страшная злая директор детского дома не давала мне спокойно жить, угнетала из-за того, какая я «разноцветная». А я мелкая надеялась, что меня заберут, не мои родители, так другие.
Поняв, что если не действовать самой, то останусь тут навсегда, и не выйду за пределы ворот.
Однажды на прогулке, я нашла место, где забор решетчатый, и пролезла через него. В тот момент, я почувствовала небывалую жажду жизни.
Мое исчезновение заметили не сразу, но уже через неделю я увидела в газете, кем-то оставленной на скамейке, объявление о моей пропаже.
Я пряталась от людей, как могла. Со временем, обо мне забыли, чему я была рада.
Все это время, я надеялась, что найдется какой-нибудь Шерлок Холмс, который нанимает к себе на работу бездомных детей, поскольку они проворливые и не требуют большую оплату. Я читала «Этюд в багровых тонах», будучи в том доме.
Потом прошла осень, наступила зима. Стало холодно, и я пожалела, что убежала оттуда в платье и туфлях. Легкая одежда. Но со мной делились курткой люди, которым повезло не больше, чем мне.
Для некоторого заработка, начала выступать на улице. Пела песни, какие знала, танцевала, воровала, делала все, чтобы выжить в холоде.
Когда мне исполнилось одиннадцать лет на меня пытались напасть незнакомые мне бездомные, хотели отобрать все, что я выручила за день. Но я не так проста, как кажется. Когда живешь на улице, в подвалах, чердаках и в заброшенных зданиях, умеешь уловчиться.
Конечно, ловкость проигрывает грубой силе, и когда меня все-таки после удара по голове схватили, ярость переполняла меня. От этого, я каким-то образом выпустила огонь у себя из рук, чем подожгла того человека. Я оставила на нем ожог. Ни разу за все годы, что я себя помню, в прошлой жизни и в нынешней, я не обжигала людей, ни случайно, ни специально.
Я даже не подозревала что обладаю магией. Но в тот момент правда мне открылась. Во сне я узнала всю правду о своей жизни и историю самой себя.
Узнав, что я обладаю магией, я постаралась обучиться ей сама, как могла. Немного привыкнув, понимая, что никому рассказывать об этом нельзя, я старалась незаметно использовать магию в быту, в нашей коммуне.
Приходилось много выступать и собирать для сдачи вторсырье. В нашем небольшом обществе, мы бы все друг за друга. Мы скидывались все своим заработком, чтобы купить теплую одежду на зиму для детей.
В пятнадцать лет, летом, когда я давала очередное огненное шоу, я познакомилась с Софией, что была для меня сестра без кровных отношений, поскольку наши магии противоположности друг друга: моя магия — огонь, у нее — вода.
Она пригласила меня жить к себе, главным аргументом было то, что у нее достаточно большая комната, чтобы место хватило на двоих.
Я была не против и чувствовала, что безумно хотела жить в доме с семьей, ходить в школу, колледж, на хорошую работу, но я сбежала из детского дома, и не имела дома вовсе.
София уговорила меня хотя бы зайти в гости. Я согласилась, хотя боялась ее отца. В то время, я боялась всех незнакомых взрослых.
Сестра в дом поднялась по обычной лестнице, а я по пожарной. Зашла через окно. Впервые оказавшись в комнате у Софии, я долго не хотела вставать с мягкого ковра, смотрела в белый потолок, и на стены с красивыми обоями. Услышав, как открывается входная дверь, убежала и спряталась под кровать.
Таким образом, я еще месяц приходила ночевать у сестры без кровных отношений, которая мне была как родная.
София рассказала, что сама не родная дочь своему отцу по имени Моррис. Они дальние родственники. Моррис стал опекуном Софии когда ей было всего два месяца. Других родственников не нашлось.
Один раз в малом возрасте Моррис объяснил ей какие связи их связывают, но София не поняла и не смогла запомнить. А в более сознательном возрасте, не стала переспрашивать, ведь это было уже не важно. Они жили и привыкли быть друг для друга отцом и дочерью.
С Моррисом я познакомилась случайно. Утром я не успела убежать, как он зашел в комнату Софии утром на летних каникулах, позвать ее помогать ему разбирать кладовку. Тогда он и узнал обо мне. Объяснили, что между нами связь по магии. Он все понял, и мы отправились в детский дом, откуда я сбежала. Моррис решил меня удочерить.
У меня появилась семья, постоянная крыша над головой, школа, лучшая подруга, и по совместительству сестра. Мне удалось с осени поступить в школу, в десятый класс, поскольку знания у меня все-таки были. Не стоит недооценивать моих знакомых. Они неплохие люди, учили меня.
Но школьный буллинг мало кого обходит стороной.
По слухам наши одноклассники узнали, что мы не родные сестры, и я не просто перевелась в эту школу. Стоило ожидать, что ложь будто я долгое время обучалась за границей, не пройдет, но не настолько же, чтобы так быстро догадаться. То, что мы с Софией не похожи, еще можно объяснить тем, что я крашу волосы.
Все решил один момент и отец. На родительском собрании он поставил на место учителей, которые своими разговорами разнесли слухи и родителей, которые не смогли воспитать своих детей.
С тех пор от нас отстали. Можно сказать, просто делали вид, будто нас не существует. И это было лучшее время.
Еще позже произошел страшный поворот событий. Мы познакомились с Кирой. Кира — это лишь условное прозвище, мы постарались и сумели забыть ее настоящее имя.
Мы с сестрой сильно подружились с ней, доверяли ей, и решили, что ей можно рассказать тайну о своей магии. Так и сделали. Дальше разворот событий предсказуемый. Угадайте, сдержала ли она тайну? Угадали.
Стоило пройти короткому промежутку времени, так вся школа не только узнала, но и поверила в магию. Весь день провести в школе, где тебя преследует стадо кретинов с криками «Покажи магию!», «Эй, поколдуй!», «А может мы тоже сестры без кровных отношений?», было невозможно.
Ясное дело, мы тоже не стали терпеть, и ушли после второго урока. Стоило только выбежать за ворота школы, мы исчезли в момент из того треклятого места, и оказались в Магическом Мире. Мы встали лицом к лицу перед судом.
Вокруг был лишь туман и горизонт, ничего не видно, кроме трех представителей Совета Магического Мира.
В общем, в тот день мы получили по полной. Обычно за такие дела отнимают магию, и любые напоминания и воспоминания о ней. С нами поступили по другому. Мы приняли серьезный приговор.
Те, кто узнал о нашей магии, и самом существовании магии в целом, об этом забыли.
За то, что мы подвергли секрет о существовании магии раскрытию, наша жизнь должна была окончиться в восемнадцать лет, в наши дни рождения, как будто мы потерялись без вести.
Нам разрешили хотя бы предупредить об этом нашего отца. Он выслушал, понял нас, принял факт, ничего не сказал, но, я никогда не забуду это опустошение в его глазах.
