На грани падения

Глава 30. Эли Фостерс. Сегодня я попытаюсь найти Розали Мари Пинджитор. Первая попытка, попытаюсь найти ее по профессии. Она работала преподавателем в местном колледже, вдалбливала студентам в головы историю. Конечно, она не может до сих пор там преподавать спустя сорок лет, тем более, что работа ей не понравилась. Но в архиве должны сохраниться документы о тех, кто когда-то у них работал. Буду надеяться, колледж не перевели в другое место, не закрыли, а то вдруг его уже не существует. Когда я еще сама училась в академии полиции, потому что не успела поступить туда, куда хотела, а получить хоть какое-то образование на первое время надо, преподаватель Мистер Гарнет, как-то на паре рассказывал про своего знакомого, который учился в колледже в другом штате, но окончив его, забыл взять диплом. Проработав несколько десятков лет на заводе, времена сменились, власть на заводе тоже, и уже к работе без диплома не принимали. Спросили у мужчины, где ваш диплом. И тут он вспомнил, что забыл его. Отправившись туда, где он получал образование, узнал, что колледжа уже и нет. Отправился в архив, спросил, и ему вручили пыльный диплом, который по закону хранится семьдесят лет, средняя продолжительность жизни человека, начиная с того момента, как окончили образование. Интересно, сработает ли и у меня найти человека по архиву? Розали было двадцать три года в 1980 году, значит, в моем году, ей должно быть около шестидесяти с годами. Она не могла еще умереть. По памяти из снов я прошла ту же дорогу, что и Розали от дома до работы. Придя на место, я уже думала, что ошиблась, или учебное заведение все-таки закрыли, но решила рискнуть и пойти, ведь почти за сорок лет могло произойти столько изменений, ремонтов. Это оказалось правдой. Табличка на стене гласила примерно тоже самое, что и сорок лет назад. Это колледж, и он находится в Бруклине. Я отправилась в деканат. Может, там мне разрешат посмотреть в архиве библиотеки информацию о преподавателях, или подскажут что-нибудь. Когда я постучала, никто не ответил. Решила зайти, но там, похоже, сейчас собрались все сотрудники и обсуждают дела. Пришлось ждать конца перемены, чтобы спросить кого-нибудь. Когда прозвенел звонок, все преподаватели вышли из кабинета. Последней была взрослая чуть полноватая женщина, в платье с пышной юбкой до колен, ботинках, и платком на голове, с распущенными волосами средней длины. Вся одета и волосы были одного и того же цвета – черные. -Розали Пинджитор, - Позвал ее кто-то за дверью. Я оторвалась от стены и во все глаза смотрела на ту женщину, которую назвали Розали Пинджитор. Не может быть, чтобы мне так повезло, и я ее сразу же нашла. Хотя… Не может быть, чтобы она так и осталась тут работать, если ей не нравится работа. Меня не столько интересует, что теперь ее одежда не розовая, а черная. И даже волосы сменили цвет вместе с длиной. Мало ли, что могло случиться за столько лет. О чем-то коротко договорившись, Розали пошла по коридору, откуда я пришла. Я последовала за ней. Наверное, она идет на пару, ведь в руках у нее журнал. Она, конечно же, слышала мои шаги позади, но не обращала внимание, или думала, что я студент, который опаздывает на пару. На следующей перемене стоит с ней поговорить. Мала вероятность, что это другая Розали Пинджитор, которая носит платок на голове, но стоит уточнить у самой этой женщины. Зайдя в аудиторию, я заняла место на заднем ряду парт. Теперь, когда я видела Розали Пинджитор не мимолетом, я могла сравнить ее с той Розали, о которой я узнала. Издалека плохо видно, но я сделала фото на телефон и смогла увеличить изображение. Хорошо, что качество и разрешение камеры позволяет. Цвет глаз я все равно не могу разглядеть. Узел платка точно так же был завязан на затылке. Женщина уложила волосы так, чтобы они обрамляли лицо как шторки, чтобы не было видно ушей. Или их отсутствие. Рассказывая материал, женщина ходила из стороны в сторону, и всегда держала руки вместе. Это похоже на привычку Розали, она не любит, когда у нее болтаются руки, и потому старается их как-нибудь прибрать. Но как, ни крути, они похожи только по имени, по привычке с руками и платком. Я знаю Розали достаточно хорошо, она не любит носить платья, у нее их в гардеробе никогда не было, я видела жизнь трех сестер не только в 1980 году. Хотя дальше начала девяностых тоже не заходила. -Вы, наверное, не проходили этого в школе, но я все-таки спрошу. – Говорила тем временем Розали. – Вы знаете, что произошло в 1234 году? Я помнила, как Розали в 1980 году спрашивала одного студента, когда произошло сражение на Омовже. И она ответила, что в 1234 году. -Ну да, в школьных учебниках такого я и сама не читала. – Продолжила преподаватель, когда никто не смог ответить. – В 1234 году произошло… Я встала с места и ответила: -Сражение на Омовже, так же по немецкому название реки – Сражение при Эмбахе, ныне река Эмайыги. Сражение между новгородско-владимирским войском во главе с князем Ярославом Всеволодичем и Орденом меченосцев, выигранное Ярославом. Розали посмотрела на меня с удивлением. -Ты хорошо знаешь историю, я вижу. -Было у кого учиться. – Ответила я. -У кого? – Заинтересовалась она. Я решила приблизить к теме, ради которой сюда и пришла. -Мне рассказала моя знакомая, она училась здесь в 1980 году у преподавательницы Розали Мари Пинджитор. -Надо же. А ведь ее тоже зовут Розали Мари Пинджитор. – Сказал один студент. -И она тоже преподавала здесь сорок лет назад, нам рассказывали. – Возникла другая студентка. – Это случайно не вы ее учили? -Наверное. – Тихо проговорила Розали. Дальше я не стала говорить про внешность прочие признаки преподавательницы, которую «знает моя знакомая». Ко мне обернулся студент, сидящий впереди меня. -Как тебя зовут? -Эли. -Билл. – Он протянул руку через плечо. Я пожала ему руку. -Откуда твоя знакомая знает про мисс Пинджитор, что она здесь преподавала, пока мы еще не родились? -Так она же здесь училась. – Соврала я. -Последний ряд. – Обратилась к нам Розали. – Прошу не разговаривать. Не пользуйтесь тем положением, что запрещено ставить оценки за поведение. В колледже сразу выгоняют. -Простите. – Чуть крикнул Билл со своего места. Стоило Розали продолжить рассказывать, Билл сразу же отвернулся от нее и спросил у меня: -Может, встретимся после пар? -Думаю, нет. Тем более, я здесь даже не учусь, я пришла к подруге. -Ну ладно. – Ответил он и отвернулся уже от меня. Серьезно? Так просто? То есть, без вопросов, почему и тому подобное? Не может быть. Редко встретишь такого парня. Но знакомиться я все равно не хочу. Прозвенел звонок, все шли на выход из кабинета, а преподавательница села за учительский стол. Я решила сейчас подойти к ней и поговорить. Тем более, вблизи я смогу определить ее ауру. Паладины и Чернокнижники наделены такой способностью, чтобы различать друг друга среди людей. Когда класс опустел, не глядя на меня, Розали спросила. -Скажи мне, кто ты. Я тебя прежде не видела, ты новенькая? Тебя и в списке журнала нет. -Как вы можете знать, что меня нет в списке журнала, если вы не знаете мое имя? -Я слышала, Биллу ты сказала, что тебя зовут Эли. -Как вы могли услышать, что я говорила, если мы сидели на последних партах? Это же далеко. -У меня просто слух четкий. Конечно, ты же сама говорила, что вместе с ушами кошки к тебе перешел четкий кошачий слух. -Скажите, Розали, а вы любите творчество Майкла Джексона? Мисс Пинджитор посмотрела на меня. -Да, мне нравится его музыка, я успела побывать несколько раз на его концерте. -Он хороший музыкант. Сама я его музыку не люблю, мне больше нравится рок, но это неважно. Давай знакомиться. Меня зовут Эли Степанида Фостерс. Я Паладин. Моя магия огонь. Видимо, Розали увидела во мне тоже самое, что и я в ней, поэтому представилась. -Розали Мари Пинджитор. Паладин. Магия – кошки. -Вы все-таки узнали, чем управляете. Вот, почему, на вас так странно подействовала магия, и у вас появились кошачьи уши. Розали улыбнулась и засмеялась. -Если ты меня так хорошо знаешь, и выслеживала, давай тогда переходить на «ты». -Так я тебя знаю, а ты-то видишь меня в первый раз. -Тоже верно. -Как я рада, что это именно ты. Мне кажется, я тебя знаю всю жизнь. Хотя немного так и есть. В 1975 году вы стали жить вместе со своими подругами Кори Тейлор – Софией Марво и Чарли Уинчестер – Эли Уорнер в доме, где сейчас живет моя семья. Так же вы дружите с Ренет, она чародейка времени и путешественница, одевается всегда в стиле стимп-панк. Я тоже с ней знакома, она прилетала после того, как вы переехали. У тебя есть старший брат Элис Купер, о котором ты узнала только в двадцать три года. Я могла еще многое рассказать, но не стала. Перемена короткая, а еще столько всего нужно обсудить. На время воцарилось молчание, которое прервала Розали. -Однако, здравствуйте. – Выразилась она. – Может, ты и мое настоящее имя знаешь? -Кортни Харрисон. – Ответила я без промедлений. -Откуда ты столько всего обо мне знаешь? -Мне всю жизнь иногда снились отрывки из твоей жизни с сестрами. А этим летом я проспала два месяца, пока смотрела сериал по твоей жизни. Еще и месяц учебы пропустила. -Тогда логично. Значит, легенда не ошиблась? -Какая легенда? – Удивилась я. -Легенда о том, что если мы не можем уснуть, значит, бодрствуем в чьем-то сне. Тут уже улыбнулась я. -Ну, это скорее примета, ежели легенда. -Можно и так сказать. Прозвенел звонок. -На перемене нам не поговорить, а на паре, когда вокруг столько студентов, тем более. Давай поедем ко мне в гости? -Отлично, давай. Когда, после пар? -Да хоть сейчас. -Розали, ты не изменилась за сорок лет. – Вздохнула я. – Безответственная, как всегда. же сейчас пара. Тебя скоро уволят. -Я уже давно уволилась. Пошла в музей работать, там интересней. Потом я еще была экскурсоводом, теперь я исторический консультант в кино. -Тогда… -Почему я здесь? Попросили провести пары пару дней. Студенты не изменились, им по-прежнему не хотят учить то, что им не интересно, но образование какое-то надо. Наконец-то аудитория заполнилась полностью студентами. -Уверена, если я сейчас уйду, и не расскажу еще другим группам какие-то факты из истории, в их жизни ничего не изменится. Студенты, скажите. – Обратилась к большинству Розали. – Вы же помните о том, как умерла Клеопатра? -От укуса змеи. – Ответил какой-то студент. -Нет. На самом деле, причиной смерти Клеопатры стал не укус кобры, а смесь из опиума и растений болиголов и аконит. К такому выводу пришли немецкие ученые, которые изучили архивные документы того времени и особенности змеиных укусов. Так что дети, на сегодня, думаю, вам достаточно, нужных в жизни знаний по истории. Держитесь подальше от змей и смеси опиума с растениями болиголов и аконит. И вообще, руки прочь от опиума. И будете целы. Возможно. Оставляю вас здесь, сидите тихо, я пошла! Розали так быстро взяла свое пальто, повешенное на стул, и стремительно пошла на выход, что я еле успела за ней. -Ты вот так просто оставишь их? – Спросила я. – Ты еще безответственней, чем я тебя знала. -Поверь, Эли, ты меня совершенно не знаешь. Я безответственная только в этой работе. -Когда речь заходит об образовании людей? -В отличие от своих коллег, я понимаю, что мой предмет им совершенно не пригодится в жизни, кроме некоторых фактов, чтобы не повторять ошибки других людей. Как ты только что слышала, держишь подальше от опиума, растений болиголов и аконит, и берегись кобр, они тоже опасные. Я думала рассказать им, что делать, если умерли родные, им, ведь это пригодится, ведь никто не объяснял, кому звонить, к кому обращаться. Сами разбирайтесь, дети, мы вам в этом не помощники. -Ты уверена, что детям стоит это знать? -Не детям, подросткам. И о финансовой грамоте не рассказывают, как открыть свое дело – о чем угодно, но не о том, что нужно. -Я только познакомилась с тобой, но уже могу понять, что по твоему мнению, нигде не учат ничему полезному. -Ну почему же. В медицинском университете заставляют зубрить все не просто так. И в юридическом институте. Список длинный, но я все же думаю, что ты меня искала не для того, чтобы обсуждать образование. Выйдя из колледжа, она пошла за угол, и я за ней. -И куда мы идем? – Решила я у нее спросить. -Я домой, а ты в гости. Я пользуюсь порталом, пешком ноги сотру, пока дойду от дома и обратно. Уйдя подальше от глаз людей, Розали создала портал до своего дома. Мы оказались во дворе частной территории. Неподалеку стояли садовые скамейки. Пинджитор объяснила, что живет за городом, так же вместе с сестрами и с дочерью. Значит, Ренет не врала и не ошибалась, когда сказала, что у Розали будет ребенок. Широкая каменная тропа вела от входа ворот к двухэтажному деревянному дому. Я бы не сказала, что это каркасный дом. Насколько я знаю, они отличаются тем, что маленькие, а это строение большое. Зайдя внутрь дома, к нам сразу сбежалось много котов и кошек вместе с котятами. Все были совершенно разные, всех цветов шерсти. Один кот был даже лысый, породы сфинкс, одетый в свитер. Допустим, сфинксов я видела, пусть и не в живую, на фото, но лысых котов одежде, впервые. Я помню момент, когда Розали сказала, будто хочет организовать свой приют для животных, или подобие этого. Видимо, у нее получилось. Заняв место на диване, ко мне на колени сразу же сел какой-то кот, а рядом устроились котята и прочие коты. К нам со второго этажа вышла… Розали? Сначала я не поняла, в чем дело. Рядом со мной стояла та Розали, которой сейчас шестьдесят лет. И сейчас к нам пришла Розали, которую я видела во сне. По сути, тот же человек, но ей около двадцати. Только когда она сказала «Привет, мама», я поняла. Это ее дочь. До чего же они похожи. -Эли, это моя дочь Френсис Бин Пинджитор. – Представила Розали. Френсис была одета в пижаму, в длинный махровый халат черного цвета, и в тапочки из овчины, того черного цвета. Сняв с головы капюшон, я увидела, что она блондинка. Единственное отличие от матери в ее возрасте. -Меня зовут Эли. – Я протянула руку для приветствия, но встать не смогла, потому что не хотела сгонять котика, который на мне лежит. -Приятно познакомиться. Спасибо, что не сгоняешь с колен Сириуса. Она зевнула, прикрыв рот рукавом. Судя по ее состоянию, она очень хотела спать. Не выспалась, наверное. -Опять не спала допоздна? – Без осуждения спросила Розали у дочери. -До трех часов ночи мыла этих котят. Они так сильно воды боятся. – Объяснила Френсис. -Иди, поспи, не буду тебя сегодня трогать. Френсис молча кивнула и по лестнице пошла на второй этаж. -Она так на тебя похожа. – Сказала я, когда Френсис скрылась из виду. -В ее возрасте я и подумать не могла, что стану матерью. Я люблю свою дочь. А Эли и София она считает своими тетями. -У меня вопрос к тебе есть, насчет Френсис. -Кто ее отец? – Перебила она меня. – Курт. -Вообще-то, я хотела спросить, кто из двух ее крестная, ведь ты любишь обеих сестер одинаково, вот мне и интересно, кто стал крестной. -Мы долго думали над этим, каждая уступала друг другу, чуть не поссорились. – Розали засмеялась. – Крестной стала незаинтересованное в крепкой дружбе лицо. Ренет. -Чародейка времени? -Почему нет? Мы с ней тоже дружим. -Интересно, как отреагировала Френсис, когда узнала, что ее крестная еще не родилась, и ей всегда девятнадцать. -Мою ведьму не удивишь. Ее больше удивило, что ее отец охотник на нечисть. -Так значит, Курт отец Френсис? – Уточнила я. -Да. Но, между нами давно ничего нет. Я как-то остыла к нему, да и он тоже. Мы остались друзьями. Дело в том, что Курт с братом стали все чаще пропадать в разъездах, любовь на расстоянии, это не то. Мы стали общаться еще меньше, чем обычно. Потом и вовсе пропал из виду. А я узнала, что беременна. К тому времени я уже забыла о предсказании Ренет, что я рожу, но я даже не задумалась, ни о чем больше, решила, что буду растить ребенка. С именем определялись вместе с сестрами. Я хотела Френсис, а они советовали Бин. Теперь ее зовут Френсис Бин. Элис тоже советовал Френсис. Курт приезжает в гости, общается с Френсис. Она знает, что он ее не бросал, просто не знал. Как я ему могла сказать, если у нас не было мобильного телефона, а стационарный не имеет значения, когда он чуть ли не каждый день в новом городе. В 2002 году, когда он приехал в гости, то мы договорились остаться друзьями, потому что отношения на расстоянии не для нас. Потом пришла София и привела с прогулки Френсис. Я ее родила в 1996 году.-Получается, тебе было почти сорок, когда ты родила Френсис? -Так и есть. Курт даже предположить не мог, кто такая Бин. Думал, нас с сестрами оставили сидеть с чьим-то ребенком. А я ему объяснила. Надо было видеть его лицо. – Розали засмеялась. – Он ведь никак себя в роли отца не видел. Тем более, после того момента, как мы условились быть друзьями. Френсис очень похожа на своих родителей. Особенно на мать. Пусть, Розали красила волосы и в коричневый цвет, и в черный, но гены не обмануть, она блондинка, как и Курт. -Если я не ошибаюсь, то почти пять лет назад я познакомилась с теми же самыми охотниками на нечисть, которых знаешь ты. Джонсон и Курт. Я даже предположить не могла, сколько им лет, такими старыми они казались. Но если Курт старше тебя на два года, а Джонсон старше его на год, значит, они должны быть твои сверстники, и по годам не больше семидесяти. -Ты и с ними знакома. – Удивилась Розали. – С Ренет, конечно, я понимаю, почему ты знакома, но с парнями? Они-то с какого потолка свалились? -Они жили в доме семьи моего отца, когда он переехал в Сакраменто. А до этого, его дом принадлежал семье Ют. С ней я тоже встретилась летом. -И с Ют знакома… - Протянула Розали. – Может, ты и моих сестер прежде встречала? -Не знаю, может быть. А кем они работают? -Эли барабанщица и глава в своей в рок группе. Она сейчас в турне. София переводчик русского и немецкого языка. Сейчас она в России. Большую часть года они живут здесь. Как понятно, мы до сих пор сестры. -Не могу поверить. Такая крепкая дружба. Больше сорока лет живете вместе. Мне бы столько дружить с моей лучшей подругой. Кстати! – Я вспомнила о посылке из прошлого. – Мы с сестрой нашли у нее в комнате, в встроенном шкафу, ваше послание. Я привезла с собой несколько писем в подтверждение. Ваша дружба так вдохновляет. Вы пример истинной женской дружбы, когда девушки становятся сестрами друг для друга. Я узнаю в вашей дружбе себя и Джинджер. Она для меня, как София для Эли. У Розали на глазах появились слезы. -Я уже и забыла про наше завещание трех сестер. Вот сестры обрадуются. Наше Завещание Трех Сестер нашли! -Вы это так называете? Здорово. -Да. Мы три сестры, и передавая следующим жителям историю дружбы, завещали им любить друзей, ведь родственниками не только рождаются, но и становятся. -Я не могу с тобой поспорить.