-Я его покупаю.

– Мы все сейчас объясни, – тихо произносит Хосок и лишь сильнее сжимает руку в ответ на обеспокоенный и растерянный взгляд Мина. – Уж будь добр, иначе я подозреваю, что мне не доверяет собственный брат, – от самоуверенной и безбашенной улыбки Чонгука кажется не осталось и следа. Теперь он предельно серьёзен и смотрит на брата своими темно-карими глазами. Тэхен же, кажется, начинает светиться изнутри сильнее из-за волнения. Оба входят и закрывают за собой дверь. – Думаю, мне будет проще рассказать, – забирает руку Юнги и делает шаг вперёд. – У Хосока крылья. Как у летучей мыши, только больше и красивее. Гораздо красивее. Всё то время пока Мин говорит, Чон смотрит куда угодно, только не на брата. А тот не сводит взгляда со старшего. Чонгук не понимает, какие нахер крылья? Откуда они взялись, и почему он их не видит, если они есть? Реакция у Тэхена тоже весьма смазанная: между негодованием ибо хули не сказал и правда ли это? – Да, это так. Я их прячу. Точнее вернее будет сказать прятал, – наконец, осмелившись взглянуть брату и другу в глаза, произносит Хоуп и начинает снимать футболку. Юнги понимает, что хочет сделать Чон, и пытается образумить, говоря, что это больно,но тот лишь кивает, соглашаясь, но все же поступает по-своему. Крылья прорезаются практически сразу, чего давно уже не было, и Чон старший падает на колени, выгибая спину от боли и стискивая до скрипа зубы. – Боже... – Ким бледнеет на глазах и хватается за плечо своего парня чтобы не упасть. – Ты один из нас... Мутант. Гуку похуй, мутант его брат или нет, хоть Йетти на выгуле. Он подрывается с места и в мгновение ока оказывается рядом, сидящим на коленях. – Тебе больно? У тебя кровь... – Чонгук, кажется, едва ли не теряет сознание от шока, но держится. Его боязнь крови отступает пока и выражается лишь головокружением и тошнотой. – Я в порядке, привык уже, – Хоуп медленно поднимается и поднимает брата. – Не боишься? – Того, что ты летучая мышь- переросток? Ну, подумаешь, без пробок теперь на работу будешь летать, – старается шутить даже в этой ситуации младший. А Юнги... Юнги вытирает кровь со спины своего возлюбленного и утирает непрошеные слезы. Потому что ему больно видеть Хосока таким. Он ведь прекрасно видит, как напряжена спина Чона, как тот сжимает кулаки и не показывает своей слабости. Он бы так не смог... Мин, закончив вытирать кровь, неуверенно кладёт свою руку на плечо Хоупа, и тот перехватывает её, притянув к себе обнимает за талию. – И все же я в ахуе полнейшем... – Тэхен от шока уже на полу и трясёт головой, пытаясь понять, что всё это время у него почти под носом разгуливал такой экземпляр крылатый. – Да мы все в ахуе, что уж теперь, – бледно улыбается Гук и по примеру старшего брата обнимает своего парня, подняв того с пола. – И что теперь? Ты прячешь крылья и никому не показываешь. Давно? И почему? – Может, сядем? – Юнги указывает на стулья и сажает на один из них Хосока и садится рядом сам. Чон старший после небольшой заминки начинает говорить, и все слушают, затаив дыхание. Все же от Хосока они такого уж точно не ожидали. Пиздец полнейший. – Помнишь аварию? Крылья у меня с тех пор, я и не подозревал о том, что они есть, пока это не произошло. Я вытащил тебя тогда, а родителей не успел. Мне нужно было возглавить компанию, а ты сам прекрасно знаешь, какое отношение к мутантам в нашем круге. Особенные игрушки и дорогие украшения дома. Я таким стать не пожелал, да и куда бы потом делся бы ты? – Хосок при упоминании игрушек сжал ладонь Мина, который напрягся, словно пружина. – С каждым разом мне все сложнее прятать крылья, а возвращаются они ещё больнее, застревают в коже. Юнги узнал это как-то ночью, когда я уже не мог стерпеть и пришёл к нему. – А почему ты не пришёл ко мне? – голос Чонгука так и сочился обидой. – Неужели я не заслуживаю этого – знать правду о своём брате? – Заслуживаешь... – тихо произносит Чон старший и опускает глаза. Потому что не может смотреть на младшего. Потому что все ещё считает себя виноватым в смерти родителей. – Он боялся, что ты посчитаешь, что он виноват в том, что не спас твоих родителей. Ты же был ещё ребёнком. А он не успел. Мне жаль, – в разговор все же вклинивается Мин. Он понимает, что влез в разговор двух братьев, но считает, что теперь недомолвок быть не должно. Тэхен же просто сидит, поглаживая своего парня по спине и молча воспринимает ситуацию. Ему-то уж точно сказать нечего. – Глупости... Я никогда так не подумаю, – Чонгук упрямо мотает головой и, встав, обнимает брата, стараясь не причинить ему боли. – Но что теперь делать с твоими крыльями? Ты сказал, что тебе сложно и больно из прятать. Может, хватит? Положение нашей компании и семьи позволяет... – Рано, – обрывает его Хосок. И именно в этот момент в дверь кухни раздаётся настойчивый стук.