Сложности.

Холодно... Как холодно... Где я? Глаза медленно открылись, но потом снова закрылись, не находя сил осмотреться. Было холодно. Так холодно, что кости начали ныть и выть. Голова сильно болела, а мышцы не хотели слушаться, как и разум. Дыхание было сбито, а бок сильно болел. Изуна не знала, где она. Но какой-то шепот всё же заставлял радоваться, что она еще жива, раз слышит. Изуна медленно пошевелила плечом, затем и конечностями. Попытавшись встать, девушка не смогла ничего увидеть из-за темноты вокруг. Встав, Учиха попыталась нащупать стену, ну или окно, но ничего не было. Совершенная темнота! И такой холод! Изуна, спустя какое-то время, начала звать любого, кто есть здесь. Никто не откликался на зов. Блуждая по темноте, будучи шиноби, она чувствовала чужое присутствие. Стало тревожно. Она оборачивалась, но даже шаринганом не могла прогнать эту кромешную тьму. Где я? Изуна не знает, сколько она шла вперед, не сворачивая. Руки уже окоченели от холода, пальцы на ногах сильно побаливали, как и бок с туловищем. Но спустя какое-то время, наконец-то перед ней появилось пятно. Изуна, уже догадываясь, что ни на что не споткнется, ускорилась. Уже несясь сломя голову, девушка принюхалась, когда разглядела это самое пятно. Пахло чем-то противным, кровью и разложением. Изуна, прикрыв нос рукой, стала подходить ближе. Пятном оказался дом. И этот дом был знаком ей. Деревянные арки, четыре окна, маленький, с небольшим огородом, дом. Она здесь жила с родителями. Уже стоя перед дверью, Изуна снова задумалась, где она. Обернувшись, брюнетка никого не увидела, но почувствовала. Приняв тот факт, что она не одна здесь, Изуна вошла в дом. Противный скрип эхом продлился по этой темной бездне, аж уши заело. Осмотрев прихожую, Изуна отметила про себя, что всё, как тогда, ничего не изменилось. Дом, где она выросла совершенно такой же, каким она помнила. Но внутри было туманно и серо, словно мир потерял свои краски. Услышав женский крик, полный боли, Изуна вздрогнула от неожиданности. Девушка пошатнулась на месте и побежала в комнату, где когда-то жили родители. Войдя в комнату, девушка обнаружила, что мать лежит на полу, раздвинув ноги, уже рожая. Рядом стоял отец, держа за руки и что-то говоря ирьенинам, что таскали воду и полотенца. Изуна стояла в шоковом состоянии, не зная, что делать. Когда она сделала шаг вперед, одна из медиков встала и резко сделала шаг на встречу. Изуна пошатнулась на месте, когда девушка прошла сквозь нее, словно Учихи здесь и нет. Тяжело задышав, Изуна схватилась за грудь, через которую и прошел ирьенин. Помассировав корпус, Учиха собиралась что-то сказать, но услышала звонкий детский крик. Все медики зашевелились, а Изуна заметила ребенка в руках своего отца, весь в крови и белоснежной слизи. Немного удивленно и шокировано, Изуна подошла к отцу и, вытянув шею, начала рассматривать только что родившегося ребенка. Улыбнувшись, девушка посмотрела на отца, потом перевела взгляд на мать, которая со слезами радости улыбалась, вся уставшая и потная. - Отдыхай, милая, - улыбнулся Таджима, погладив жену за волосы. - У нас будет время отпраздновать рождение нашей принцессы. Изуна поперхнулась воздухом и снова посмотрела на ребенка. Пока она отходила от шока, Таджима унес ребенка к выходу, а мать начала засыпать. Изуна побежала за отцом, а он, выйдя, сразу же вошел в детскую комнату. И слова сказать девушка не успела, как перед ней выбежали ее братья, вместе с маленьким Мадарой. Все стали собираться в кучу вокруг отца, рассматривая только что родившегося ребенка. Изуна не могла нарадоваться, видя своих братьев еще детьми, и вообще видя их, впервые за долгие годы. - Ну, Мадара, как я и обещал, ты можешь дать ей имя, - произнес Таджима, наклонившись вперед, показывая сверток с ребенком своим сыновьям. - Правда, красивая? - Девчонка же, - сморщился маленький Мадара, скрестив руки на груди. - Не хочу я давать имя священной горы девчонке! - Она наша сестренка! - старший брат дал Мадаре тяжелый подзатыльник, заткнув его. - Священная гора? Хм... "Изуна", что ли? - А что, мне нравится, - улыбнулись другие дети. - Изуна Учиха, - с гордостью произнес Таджима. - Моя маленькая принцесса и воительница. Изуна смахнула слезы на глазах и улыбнулась. Она и не думала, что отец был так рад ее рождению. Мадара говорил, что все считали, что родится мальчик. Но Изуна разломала в прах все планы и родилась девочкой. Таджима был очень суровым отцом, но всё равно... Отец - это отец. Его место никто не заменит. Что бы Таджима не говорил ей, Изуна безумно скучала по нему. И так хотелось обнять его! Обнять и прижаться к столь сильному человеку, который не оттолкнет. Но вдруг картинка начала размазываться, а Изуна стала пятиться назад. Таджима, Мадара и другие братья начали исчезать, а Изуна стала хвататься за маленькие клочки воспоминаний, пытаясь запомнить. Но всё равно картина куда-то исчезла, оставив только темноту вокруг. Изуна начала брести по этой кромешной темноте, слыша свои же шаги. Эта дорога из темноты казалась бесконечной. Но что странно, Изуна не чувствовала ни усталости, ни голода. Она упорно шла вперед, хотя была уверена, что нет ничего. Около двух-трех часов она шла, уже злясь на эту обстановку. Темнота начала пожирать, а Изуна чувствовала, что вот-вот и ее охватит паника, ну или истерика. Темнота... Так холодно, пахнет сыростью... Кто? Кто это? Изуна остановилась и пару раз моргнула. На этот раз она стояла посреди какой-то комнаты. Вокруг было серо, хоть темнота отступила! Посреди комнаты, на коленях, сидела девочка и, прижимая кулачками лицо, плакала... У нее черные волосы, что собраны в маленький хвостик. Она плакала очень громко, и ее голос отзывался эхом в голове Изуны. Это же... Изуна попыталась дотронуться до ее плеча, но одернула себя. От чего-то стало больно, видя, как она плачет. Девушка не знала, почему, но в этот момент ее переполняли чувства одиночества. Изуна не помнила, когда плакала столь горько. Этот крик стал биться о душу и сердце. Какой-то черт подтолкнул ее на ярость. - Хватит! Не смей плакать! - закричала Изуна, зажав уши руками. - Заткнись! - Мама? - Прошептала девочка. Изуна распахнула черные очи и резко развернулась. В горле застрял комок, глаза покрылись пеленой слез радости. Перед ней стояли все ее любимые, одетые в черные плащи с капюшоном. Братья, маленький Мадара и родители. На их лицах играла еле заметная, мимолетная улыбка. Мама стояла с отцом, держась за руку. Рядом с ними были трое братьев. Все улыбались, стоя друг с другом в обнимку. Но вдруг Таджима посмотрел на свою жену, потом сделал шаг в сторону Изуны. На этот раз родные смотрели на нее, а не делали вид, будто ее нет, как в тот раз. Больше не в силах сдерживаться, девушка кинулась к нему с объятиями, но... - Папочка! - тоненьким голосом заверещала маленькая девочка. - Я нашла вас! Изуна прошла сквозь отца, а он обнял ту, маленькую Изуну. Девушка вздрогнула и, тяжело дыша, обернулась. Девочка, крепко-крепко обнимая отца за шею, улыбалась и вытирала опухшее и красное лицо ладошками. К ней подошли мальчики, братья Изуны, и девочка отпустила из объятий отца. Братья прошли через Изуну... Не заметили. Двое братьев сели перед девочкой на корточки и что-то говорили. Мама держала ее за руку и счастливо улыбалась. Таджима стоял сзади той маленькой Изуны, положив свою широкую ладонь на ее спинку. Двенадцатилетний Мадара что-то говоря, смеялся, держась за руку мамы. Но никто из них не видел Изуну. Настоящую Изуну, а не эту маленькую девочку. Какая-то рана на душе открылась, впуская боль и отчаяние внутрь. Она заплакала и попыталась закричать, но голоса не было. Изуна схватилась за горло и заплакала еще с большей силой, даже зная, что этого делать нельзя. Но она не могла с собой ничего поделать. Боль сжимала сердце, разрывала душу в клочья. Ее близкие тут, рядом, в паре метров от нее. Она видит их своими глазами, но... Не может дотронуться. Не может просто дотронуться. Не может просто сказать: "Я скучаю по вам". <i>Мама... Папа... Нет, это иллюзия. Иллюзия! Я не должна плакать! Не должна! Я... Я... Я не могу больше терпеть эту боль. Но голос так и не появлялся. Она упала на колени и закрыла глаза руками. В пару метров от нее стояли близкие, по которым она плакала в одиночестве перед сном. В пару метров от нее стояли те, которые ушли навсегда безвозвратно. Но и был Мадара, который не видел ее. Он же жив. Он же жив! Тогда почему не видит ее? Может... Мадара никогда не любил ее? А может, Изуна просто скучает по своему детству? Скучает. Нет сил больше терпеть одиночество! Нет сил! Нет сил бороться с этой болью! Почему? Почему она одна? Почему... Если умрет, будет с ними. Будет с родителями и теми, кого любит. Она хочет к ним... Хочет обнять, улыбнуться, сказать, как она по ним скучала. Она просто хочет тепла и любви. Она хочет увидеть их реальные улыбки и слышать их слова, слышать их смех... Но это невозможно. Теперь невозможно! Она не смогла! Не смогла ничего сделать! Не смогла сделать совершенно ничего! Смерть. Одна за другой. С каждым разом принося с собой все большую боль. - Довольно! Выходи уже, кто бы ты ни был! Крик Изуны эхом раздался в этой темноте, разгоняя иллюзию, что приняли облик ее близких. Девушка вскочила на ноги и, пошарив в кармане своего плаща, нашла кунай. Вытерев слезы, она стала ждать врага, но никто пока не появлялся. И Изуна уже посчитала себя ненормальной, но вдруг, ощутив удар у себя за спиной, вскрикнула и упала на колени, выронив кунай. Удар был очень тяжелым и быстрым, что даже зубы клацнули. Изуна, быстро вскочив на ноги, собиралась ударить врага, но позади никого не оказалось. Почувствовав у себя за спиной чье-то дыхание, брюнетка снова развернулась и размахнулась кулаком. Некая фигура расплылась и Изуна тут же отпрыгнула в сторону. Вскоре пространство начало искажаться, а темнота стала исчезать. Вокруг девушки появились каменные плиты, ящики, коробки и камни размером с человеческую голову. Уже чувствуя, что за ее спиной ко-то стоит, Изуна медленно развернулась. Не ошиблась. Примерно в пяти метрах от нее стоял мужчина, а может быть парень. У него были ярко-голубые волосы, почти что фиолетовые. Глаза светло-карие. С виду он был очень красивым, и Изуна узнала, кто это. - Чете Мичио, - проскрипела зубами девушка. - Хех. - Что это за место? - грубо спросила Изуна. - Это место не имеет начала и конца. Я не чувствую усталости или голода. Всё вокруг туманное и серое. Ты что, внутри меня? - Именно, - усмехнулся Мичио, вытянув руку в ее сторону. - Я внутри твоей головы, я внутри твоего сна. И сейчас ты умрешь! Мичио пропал, а Изуна тут же скрестила руки перед собой, готовясь к его атаке. И почувствовав движение у себя за спиной, девушка резко обернулась и схватила кулак врага. Сильнее сжав, Изуна собиралась пнуть Мичио, но тот снова исчез. И, появившись сбоку, со всей силы ударил по боку Изуны, впечатав ее в одну из стен. Тяжело задышав и схватившись за больное место, Изуна распахнула глаза и, ужаснувшись, отпрыгнула в сторону - Мичио собирался раздавить ее лицом своими сандалиями. Не успела Изуна встать на ноги, как Мичио снова нанес удар, пнув девушку в живот, от чего она скривилась от боли и упала лицом на землю. Светловолосый парень не собирался останавливаться. Буквально схватив Изуна за длинные волосы, поднял ее и кулаком врезал ей прямо в лицо, отчего та разбила себе губу. И он швырнул девушку к стене с такой силой, что позвоночник хрустнул. - В прошлый раз ты продержалась дольше, - усмехнулся Чоте, а Изуна лишь зло зыркнула на него. - Ах, да, ты же не помнишь. Ты же каждый день задавалась вопросом, почему на тебе столько ран и порезов, да? Так мой ответ прост - я живу в тебе и каждую ночь, как только ты засыпала, мы сражались у тебя во сне. А порой и после сна я тебя как следует избивал, резал твою кожу, ломал мелкие кости... И каждый раз ты проигрывала, но каким-то образом сбегала от меня. На этот раз ты умрешь Мичио вытянул руку в сторону и вскоре в его руке появился меч, а Изуна удивленно ахнула. Она тут же поняла, что парень всем тут управляет и умеет создавать любые предметы. Она кое-как отбивалась от его ударов и уклонялась от взмахов клинка. Но как бы она не старалась, Мичио ее порядком потрепал. Раны и синяки начали болеть, а враг всё наступал, размахиваясь клинком, пытаясь ее убить. Изуна уворачивалась от его клинка, но Мичио умудрялся наносить удары. На щеке, руке, ноге... Раны ужасно горели от боли, а когда синеволосый сделал надрез на ее коленях, девушка упала. И тут Мичио пнул по ее лицу, а Изуна отлетела в сторону, больно ударившись головой о черный пол. Не умирай... Прошу, только не умирай. Ты должна жить. Услышав в голове голос Тобирамы, Изуна вздрогнула. Мичио пинал ее в бок, а она лежала, не в силах даже подняться. Когда парень собирался вонзить клинок в ее спину, Изуна ударила ногой по его паху и, встав на ноги, отошла в сторону. Боль в теле медленно утихала, а раны каким-то образом пропадали. Но Изуна не думала об этом, пытаясь сосредоточиться на враге. Собрав пальцы в печать, Изуна хотела выдохнуть пламя, но не смогла. Чакра тут же пропала, как и шаринган. И уже разозлившись, она начала атаковать кулаками и единственным кунаем, что она нашла в подсумке. Было столь тяжело, что она еле-еле переставляла ноги. Мичио исчезал и снова появлялся из ниоткуда, потом вновь исчезал. И вот он, пропав на пару секунд, появился за спиной Изуны. И пока она разворачивалась, Мичио вонзил клинок прямо на бок, отчего девушка болезненно выкрикнула и начала оседать на колени. Парень растянулся в улыбке и повернул клинок, превратив рану в кровавое месиво. Он что-то говорил, но Изуна не слышала из-за боли. И лишь когда Мичио вытащил меч, она упала лицом на черную поверхность. Из губ сочилась кровь, как и из бока. Под Изуной образовалась лужица крови, а перед глазами темнело и темнело. Мы ее теряем! Зовите других ирьенинов! Всех! Не дайте ей умереть! Чей-то очень знакомый голос эхом продлевался по сознанию. Изуна различила пару голосов, один из которых точно принадлежал Хашираме. Но она всё равно закрыла глаза, не найдя силы в себе даже шевельнуться. И Изуна уже готова была покинуть это место и отправиться на Небеса, но! Стоило ей лишь разок моргнуть, как она оказалась совершенно в другом месте, здоровая и чистая. Это место - какая-то деревня. Возможно, это очередной ее сон. Изуна оттолкнулась от земли и, оказавшись на крыше одного дома, осмотрелась. Людей вокруг нет, только дома, растения и она сама. Девушка бежала по крышам домов, пытаясь найти выход отсюда. И, как назло, не было ни одного оружия. Хотя бы куная, и то нет. - Ты куда живучее, чем я предполагал. Девушка вздрогнула и, резко развернувшись, увидела Мичио. Парень замахнулся кулаком и ударил Изуну по лицу, отчего та зажмурилась. Покачнувшись на месте, принцесса-Учиха резко отошла от него. Челюсть побаливала, и чувствовался металлический привкус, кажется, нечаянно прикусила язык. Мичио, достав плеть, начал размахиваться ею и наносить удары Изуне. Сама девушка уклонялась, как могла, но без оружия всё равно трудно. И наконец-то схватив кнут, Изуна протянула к себе и пнула Мичио по животу. Парень упал на колени, а девушка стала уносить ноги, чтобы придумать хоть какой-то план. Несясь по неизвестной улице неизвестной деревни, Изуна забрела в какой-то дом. Забежав на кухню, начала искать ножи, переворачивая верх дном все шкафы и тумбочки. Когда уже держала в руках мясницкий нож, Изуна увидела мешок с мукой, что лежала на столе. Немного подумав, она схватилась за бумажные пакеты, что заметила минутой ранее. Неуклюже и быстро наполняя бумажные пакеты с мукой, Изуна и не заметила, как ее нашел Мичио. Парень метнул кунаи, от которых Изуна с легкостью увернулась. В тесном помещении они начали сражаться всем, что есть: сковородой, чугуном, ножами и вилками. И когда Мичио снова материализовал себе кнут, Изуна метнула на него бумажные пакеты с мукой, которыми она завалила стол. Мичио начал "разбивать" пакеты с мукой, размахиваясь плетью и поднимая пыль из муки. Вскоре, когда уже всё покрылось густым туманом белоснежной пыли, Изуна открыла газ из плиты и, убегая, чирикнула спичкой. Пламя мгновенно укутало кухню, а Изуна, закрыв дверь, спряталась за стену. Взрыв был мощным и громким, отчего Изуна зажала уши. И когда шум стих, она встала на ноги. Дверь была раздроблена и сгорела полностью. Огонь всё еще пылал, но Мичио нигде не было. И стоило Изуне только сделать шаг, как ощутила жар за спиной. Быстро развернувшись и вытащив из пазухи кухонный нож, девушка вонзила в шею Мичио, который был обгоревший от взрыва. Держась за шею и задыхаясь в собственной крови, он упал на спину, но всё равно продолжил яростным взглядом смотреть на нее. - Мука может быть опасна не только для фигуры, - усмехнулась Изуна, доставая второй кухонный нож. - Попадая в воздух, мука образует толстую сферу, словно туман обволакивает кислород, а природный газ ускорил процесс горения. Знаешь, Мичио? Я, наверное, должна попросить прощения за брата. Да, он, может быть, и уничтожил твой клан, но как ни крути, Мадара - мой брат. И я не собираюсь приносить ему боль своей смертью. Я не могу так просто умереть. Я просто не имею права оставлять его. - Я всё равно... не прощу вас, - прохрипел Мичио. Изуна прикрыла глаза и, опустившись на одно колено, ускорила его смерть, чтобы не мучить. И когда Мичио умер, девушка закрыла ему глаза, которые с ненавистью смотрели на нее. Изуна уже собиралась искать отсюда выход, как вдруг упала на колени и закашлялась. Резкая волна усталости начала проникать до самых костей. И она провалилась в сон.

***

*Пик* *Пик* *Пик* Тело болезненно ныло, голова жутко гудела, во рту - засуха. Стоило Изуне разлепить глаза, как она увидела, что лежит вся перебинтованная, напичканная разными препаратами. На руке красовались синяки от уколов, а костяшки выпирали от худобы. Кое-как коснувшись живота, Изуна обнаружила бинты, которые плотно обертывали ее тело. Запах лекарств и трав начал кружить голову, на что девушка закрыла глаза. - Ты проснулась... Изуна снова разлепила веки. Она и не заметила, что рядом с ней стоит Тобирама. Она кое-как попросила воды, а альбинос помог ей выпить. Изуна приподнялась на кровати и тяжело вздохнула. Девушка собиралась расспросить собеседника обо всем, как вдруг в палату вошел Мадара, а за ним и Хаширама. Брат буквально вжал Изуну в объятия, отчего та мягко улыбнулась. - Ты как, Изуна-чан? - взволнованно спросил Хаширама. - Не знаю, ничего не чувствую, кроме телесной боли, - прохрипела Изуна. - Какое-то безумие снилось... Реальность стала какой-то дикостью. Мадара, Хаширама и Тобирама осторожно переглянулись между собой, на что Изуна удивленно спросил: - Что? - Понимаешь ли, Изуна, - кашлянул Хаширама, - ты проспала очень много. Целых пять месяцев. - Сколько? - ужаснулась девушка. - Но как? Я помню, как Мичио один раз чуть ли не убил меня... И всё это, кажется, произошло за один день! - Нет, - покачал головой альбинос. - Ты пролежала пять месяцев. - За это время Хаширама и все ирьенины не отходили от тебя ни на шаг, - произнес Мадара. - На тебе появлялись раны - глубокие и ужасные. Не успевали доктора их залечивать, как ты снова умирала. И так все пять месяцев. - Мейлинг и Мито нашли ту старуху, которая сказала, что за тобой идет смерть, - сказал Хаширама. - Она еще сказала, что ты живешь сейчас в другом мире - мире своего сна. Мы не могли тебя оттуда вытащить, но должны были залечивать все твои раны, что появлялись ежедневно. И лишь последние четыре дня на тебе не появлялись новые порезы. И вот... ты очнулась. - Сон, да? - шепнула Изуна и приложила руку к лицу, ощупывая свои скулы. - Я так устала... - Мы принесем тебе поесть, - и Мадара скрылся за дверью. - Я обрадую хорошей вестью наших Мито и Мейлинг, - за братом и Хаширама убежал. - Всё хорошо? - спросил Тобирама. - Изуна? - Да, - ответила девушка. - Да, всё хорошо... Я хочу жить. Я хочу жить, Тобирама... Там я дважды чуть не умерла. И, кто знает, сколько еще раз, ведь я пролежала пять месяцев. Я не хочу больше умирать. Я хочу жить... Я слышала тебя... там, когда я была в сантиметре от смерти. Я услышала тебя и Хашираму, который залечивал меня, пока я там сражалась с ним. Спасибо... Тобирама промолчал, лишь прикрыв глаза и присев на край ее кровати. Изуна вытирала выступающие слезы, которые она не смогла удержать из-за тех мучительных воспоминаний о тьме и родителях, до которых она не могла коснуться. И она больше не хотела туда возвращаться. Не хочет умирать, как умирала там каждый раз. Чего бы ни случилось, Изуна знает, чего она хочет. Она хочет жить.