Рассвет в твоих глазах

Медленно, но верно, наступал вечер. Празднование продолжалось. Большая часть людей веселилась, даже вечно расчётливый и доброжелательный брат Мариана решил разойтись и погулять на свадьбе любимого младшего братика, правда сейчас больше похожего на сестренку, но это было совсем не важно, так как алкоголь делал своё дело - многие люди уже под вечер стали вести себя более грубо и развязно и уже трудно было сказать, что они представляли из себя тех людей, которым являлись до того, как выпили - сейчас мало кого можно было назвать благородным человеком. Здесь все гуляли на славу и уже, кажется, празднование подходило к концу. Кажется, подходило. Фергус сидел подозрительно тихо. Похоже, план Юллиан сработал и Мариан сделал всё правильно, подмешав в кубок короля снотворное, дабы он не воспользовался кукольным телом его полноправной супруги, которая не желала сейчас этой связи, да и навряд ли она будет когда-либо её желать, так как один мужчина, по мнению Мариана, не может желать связи с другим мужчиной. Это же настоящее варварство! Дикость! Это неприемлимо! Так нельзя! Но, возможно, были мужчины, которые и вправду желали связи с другими мужчинами, ведь всегда есть исключения из того или иного правила, всегда есть девианты, которые идут против природы и законов, становясь, своего рода, революционерами, желающими доказать, что они нормальные, что то, что они делают, так же правильно, как и то, что делают другие. Конечно, многих из них не слушают. Именно так и была загублена под корню первая мирная демонстрация небожителей, что хотели просто отстоять свои права, просто хотели быть такими же, как все, чтобы их уважали и они стояли на ровне с другими, а не прятались и не притворялись другими, дабы сохранить себе жизнь, ведь в каждой стране были свои законы и где-то и вправду выискивают богоподобных и убивают, считая их отвратительными, мерзкими, недостойными жизни. Потому многие, узнавая о том, что кем они являются, стараются скрыть свою личность, подстроиться под мир, в котором они обитают, а так же сделать всё, чтобы никто не узнал о них правды. Но были и такие небожители, которые не знали о том, кем они являются, потому, когда их обвиняли в том, что они являются представителями тех, в чьих жилах течёт светлая магия, многие из них отнекивались и говорили, что не понимают, о чём говорят их обвинители и, как бы то странно не было, если не было настоящих доказательств в том, кем является обвиняемый и если он не сможет принять себя и свою вину в том, кем он является, не сможет себя выдать своим поведением, то их, как правило, признавали невиновными и все подозрения с них снимались. Большинство именно так и выживали - не зная правды, даже не подозревая того, кем они являются и что могут быть счастливы, ведь многие небожители находят счастье рядом с представителями такого же пола, как и они - рядом с мужчинами, при этом они были в силах продолжить его род, подарить дитя. Многие небожители могли быть счастливы рядом с мужчинами, которые готовы были их принять, но, конечно же, большая часть умирала до того, как обретала счастье, так как большая часть стран выявляла богоподобных и избавлялась от них довольно жестоким способом. Конечно, это страшно, но, всё же, иначе, как все думали, поступить нельзя, так как небожители "отравляли" общество, хотя на самом деле являлись своего рода новой ступенью эволюции. Вскоре, Фергус поднялся со своего места. Слегка пошатывался, хмурился, сдерживая в себе что-то. Похоже, он много выпил или же почувствовал, что ему подмешали снотворное, оттого и почти не держался на ногах, так как Мариан был более чем уверен в том, что северяне могут много пить и практически не пьянеть. - Моя супруга ужасно устала. - объявил он гостям, что уже тоже желали расходиться, - На сегодня вечер окончен. Все, кажется, блаженно вздохнули. Ну, по крайней мере все, кто держался на ногах и мог говорить, передвигаться и вообще что-либо делать, как либо существовать сейчас, в такой ситуации, которая сложилась. Веселье, наконец, закончилось и наступило время долгожданного отдыха, когда, наконец, можно было вдохнуть грудью свежий воздух, развеяться или же ввязаться в новые неприятности. Некоторые, похоже, и вправду искали себе неприятности на одну известную всем точку, прямо ждали, когда будут происходить какие-нибудь события, вызывающие адреналиновый взрыв, во время которого хочется где-то быть, что-то делать, куда-то бежать... Хотелось много чего делать, только не скучать. Но некоторые искали себе приключения по-другому. Они происходили с ними спонтанно, совершенно не по их воле. Так, если можно так сказать, происходило с Марианом. Он не хотел быть небожителем, но именно из-за того, что он родился таким, ему приходилось делать всё, чтобы выжить, чтобы прожить ещё парочку дней, которые, возможно, будут счастливыми... Каждый хочет быть счастливым, хотя бы недолго. Мариан шел за мужем, не пререкаясь, боясь даже подать голос, сказать, что не стоит так сильно тянуть за руку и сжимать запястье, ведь мальчик никуда не собирается сбегать. Да и куда, по идее, он мог сбежать? Он не хочет допустить войны, он залог мира, ему просто нельзя исчезать куда-то! Так почему с ним так обращаются? Пара все ближе и ближе подходила с спальне, а Мариану становилось все страшнее и страшнее. Он даже подумать не мог, что на Фергуса не подействовало снотворное! Ведь вместо положенных двух капель малец вылил целый флакон, чтобы наверняка, ведь по внешнему виду мужчина был не малых габаритов, потому, скорее всего, какие-то две капли на него не подействовали. Белоснежные, украшенные золотом двери открылись и перед юношей предстала его новая спальня, супружеская, где теперь он должен будет проводить ночи. В ней уже хлопотали полупьяные слуги, еле-еле перебирабщие своими ручками да ножками, пытаясь привести все в порядок. Большой камин растоплен, источает свет и тепло, множество свечей расставлены в комнате так, чтобы их можно было самостоятельно потушить, алые шторы сделанные из какого-то плотного материала, зашторины. В покоях было так тихо, что даже невозможно было услышать шум ветра и начинающуюся вьюгу. Король довольно грубым жестом приказал слугам уйти. Те, пускай и не сразу поняли, чего от них хотят, исполнели приказ сиюминутно, тут же покидая спальню, закрывая за собой потайные двери, через которые им положено ходить. Пара осталась наедине. Маленький Мариан один на один с большим голодным зверем. Они в одной клетке. И из нее нельзя сбежать. У юноши так и затряслись колени. Он даже подумал, что упадет, но Фергус довольно быстро привлек к себе внимание. - Раздевайся. - приказал он своим хриплым толи от выпитого, толи от природы голосом, расстегивая свой парадный мундир, попутно скидывая куда-то длинный алый плащ, украшенный у горловины каким-то мехом, наверняка дорогим и редким. До Мари дошел смысл слов мужчины только после того, как последний начал рассправляться со своей рубашкой. Это конец. Вот здесь все вскроется. Здесь король узнает, что перед ним стоит точно такой же мужчина! Почему же не действует снотворное?! Как долго нужно ждать? Неужели это последний день жизни Мариана? Неужели его завтра же повесят, а прекрасное Южное королевство вновь впадет в хаос войны? Королеве становилось страшно от таких предположений. Он столько вытерпел ради того, чтобы выжить и сохранить мир! И ради чего? Чтобы вот так просто попасться? - Ты глухая? - вновь подал голос король, в этот раз уже в более грубой форме, явно не скрывая своего недовольства, - Или просто глупая? Мариан попытался выкрутиться из ситуации, чтобы на него не пал гнев Фергуса - сделал вид, что возиться с поясом и никак не может его развязать. Похоже, это было самым наилучшими входом из ситуации, ибо он подействовал. Похоже, король, все же, был достаточно пьян и половины действий своей будущей супруги он просто не замечал, потому, как только понял, что та не может раздеться сама, подозвал к себе. "Девушка" задрожала еще пуще, но все же выполнила приказ - подошла как миленькая к сидящему на постели мужчине, что сейчас явно будет её насиловать. Впрочем, насилие не самое страшное, что может произойти. Куда страшнее то, что он узнает, кем является его супруга. Ладони Фергуса грубые, полные мозолей. Не такие представляешь, когда говорят о великом короле или же прекрасном принце. Мариан зажмурился и почувствовал, как пояс развазывается и медленно летит куда-то вниз, позволяя халату просто висеть балахоном на теле юноши. И вот, эти ладони тянутся куда-то вверх, к плечами, желая наконец откинуть ненужный элемент одежды. Сознание Мариана кричит, умоляет оттолкнуть от себя этого человека, запретить ему касаться себя... Но, похоже, этого делать не нужно. Руки мужчины остановились. Секунда, две, три, минута... Кажется, ничего не происходит. Мариан открыл глаза и понял, что король наконец заснул. Мальчишка тут же выдохнул со спокойной душой. Снотворное, все же, подействовало. Правда, теперь стояла другая задача - изобразить брачную ночь. Нужно сделать так, чтобы на следующее утро все подумали, что супруги делили ложе, в частности один из них, что уже уложил свою голову на подушку и довольно громко похрапывал в нее, даже, кажется, пускал слюни. Видимо, у него сегодня был удачный день. Не то что у Мариана, который столько всего натерпелся!

* * *

Казалось, во дворце не было человека, что не пил бы сегодня. Все люди смешались в одну большую кучу и сейчас нельзя было угодать, кто есть кто. Кто слуга, надевший на себя одежды благородного графа, кто барон, возамнивший себя оруженосцем, считая, что это более почетное звание... Сейчас все были равны и, отчего-то, это было прекрасно. Мало когда люди бывают так близки. Некоторые желали воспользоваться такой ситуацией, чтобы улучшить или наоборот ухудшить отношения с другими, некоторые же просто наслаждались весельем, что, пускай официально и было окончено, но все равно продолжалось, даже более буйно, нежели ранее. Фаталь был одним из тех, кто желал воспользоваться такой ситуацией для своей выгоды. Что скрывать, он был человеком довольно расчетливым, именно потому его взяли в качестве Красного Сыщика, ну или как говорят в народе, в качестве королевской ищейки. Таких как он здесь было много. Все они подчинялись одному хозяину - Красной Лапке - королеве, если такая имеется, а если нет, то королю - Красной Лапе. Но даже у хозяина должен быть любимчик. И именно Фаталь ближайшие два года занимал пост любимчика, верного пса Его Величества, что мог найти кого-угодно, знал все обо всех, и был просто незаменимым человеком для него, можно даже сказать его правой рукой. Красные, как называли они себя в сокращении, не особо любили друг друга, так как каждый из них хотел быть любимчиком и приносить пользу, но еще больше они не любили друг друга из-за того, что знали - каждый из них следит друг за другом и доносит сведения хозяину о том, кто чем занимается, где бывает, что делает и как себя ведет. Каждый пунктик из информации, принесенной верным псом, может быть зацепкой к тому или иному расследованию. Фаталь ненавидели почти что все. Во-первых, из-за того, что он поступил не сам на службу - его в Зимний Сад привел капитан королевской гвардии, являющийся при этом командором королевской армии, Роланд Смелый из рода Медведей, человек, которому Фаталь обязан многим, в частности своей жизнью, но об этом мало кто знал, что безумно радовало. Во-вторых, юноша был довольно молодым, от того хитрым и проворным, а так же он достаточно быстро учился как на своих ошибках, так и на ошибках других, потому мало кто мог предоставить о нем стоящую информацию - слишком скрытный. Для Фаталь свадьба короля практически ничего не значила. Его волновало немного другое. Все его мысли вот уже несколько лет занимает лишь один человек. Роланд. Отчего, парень и сам не мог сказать, но это было так. Романтики назвали бы это явление влюбленностью, но у Фаталь язык не поворачивался сказать подобное вслух. Он любит Роланда. Давно любит. Но у них ничего не выйдет. Не выйдет. Так себе всегда говорил Фаталь. "Не сегодня", "Он слишком устал", "Не забивай его голову своими чувствами". Но от этого сам же и страдал. Ему было больно внутри себя признавать то, что он любит своего спасителя, человека, который дал ему жизнь, будущее, выбор... Конечно, не было ничего страшного и странного в том, что маленькое дитя может влюбиться в своего спасителя, защитника, но уже прошло так много лет с тех пор, как Роланд и Фаталь встретились, что всякая розовая влюбленность уже давно должна была исчезнуть. Но она не исчезла. И это ужасно пугало. Но сегодня был особенный день. Сегодня-то Фаталь возьмет себя в руки и выложит все как на духу! Уже было поздно, Роланд наверняка отправиться к себе, в казармы. Фаталь тут же пошел в нужном направлении, изредка спотыкаясь о ступеньки. Ноги от выпитого не слушались от слова совсем. Но сегодня он скажет. Все скажет! И сердце наконец перестанет болеть!