Рассвет в твоих глазах

Лютиен ухватился за свой капюшон, пару минут сомневаясь, обдумывая. Вдруг, он сейчас делать что-то неправильное? Ведь, Роджер наказал ему сидеть в плаще и купаться в капюшон, чтобы никто не увидел его. Хотя, сейчас он был довольно пьян, сидел с людьми, которые, как ему казалось, не представляли должной опасности (они, пока что, не сделали ничего дурного, а значит не опасны), да и раз новый знакомый его просит, то почему бы и не открыть своё личико - всё же, откровенность - залог дружбы. Или как там говорится? Одним словом, дорогой читатель, Лютик решил совершить одну из самых больших оплошностей, которые когда-либо совершал. То, что он решил сделать было ошибкой. Громаднейшей ошибкой! Он должен был просто следовать правилам Роджера, а не искать себе приключения за одно место! Но нет, вместо этого, наш дорогой герой решил, что он самостоятельный, умный и смелый, оттого совершал такие плохо обдуманные, наивные поступки. И это совсем не играло на руку их с Роджером отношениям. Скорее наоборот - если капитан узнает, что Лютиен ослушался его, то последнему придётся ой как не сладко - его просто сотрут в порошок! Хотя, очередное изнасилование (которых, на минуточку, не было уже довольно долгое время, так как Роджер делал всё возможное, чтобы сблизиться с небожителем - а изнасилование не поможет им сблизиться и зачать ребёнка), не было чем-то новым, чем-то страшным - к такому наказанию легко привыкнуть (особенно если учесть, что во время их первого совместного плавания, корсар только и делал, что насиловал нашего маленького богоподобного). Капюшон спал. Короткие светлые волосы выглянули из-под тёмной ткани, аккуратно обрамляя маленькое светлое личико, добавляя образу мальчишка миловидность (из-за столь короткой стрижки можно было подумать, будто он дитя какое-то). Мужчина, сидевший рядом, обомлел. Он думал, что перед ним сидит женщина, потому и кокетничал так с ней. Но он явно не ожидал увидеть небожителя. Тем более такого красивого! Как он понял, что перед ним небожитель? Всё очень просто, дорогой читатель, думаю, если бы ты увидел нашего героя перед собой так же, как видел его пират, то без проблем бы распознал это - внешне юноша напоминал девушка, даже более чем напоминал - едва ли возможно отличить, если никогда не встречал богоподобных. Да только вот эти выпирающие из-под расстегнутых верхних пуговиц ключицы, эта слишком тонкая для женщин шея, эти идеально узкие бёдра... Один взгляд и всё - ты прокололся. В особенности, если до этого человек уже встречал небожителей. А этот пират, видимо, встречал, раз так быстро понял, почему Лютиен скрывал себя под этой тряпкой. По глазам видно, что прекрасно понимает, с кем имеет дело. Видно, что знает, кем на самом деле является Лютик! Но, вместо того, как делали до это все нормальные мужчины, чтобы кричать, заявляя, что он увидел небожителя, поднимая панику, ведя к инквизитору, чтобы тот сжёг его на костре за то, кем он является, корсар просто сидел, вытаращив свои глаза на юношу, не отводя взгляда ни на минуту, тем самым смущая последнего таким неприкрытым интересом и напористостью. - Какая же ты красивая, мышонок. - заявил он, блаженно вздыхая, продолжая осматривать его тело, всё ещё скрытое, как под плащом, так и под одеждой, которая, как и всегда, была чуть велика мальчишке (видимо, на рынках, на которых пираты бывали не так часто, не было одежды для мужчина, которая подходила бы Лютику по размеру, оттого приходилось либо покупать что-то, что могло хоть как-то скрыть наготу, либо донашивать за другими - за детьми пиратов, присоеденившихся к команде - да и то, по большей части, эти вещи так же были велики богоподобному). Похоже, новый знакомый не хотел раскрывать правды и привлекать к небожителю ещё больше внимание, оттого продолжал обращаться с ним, как с женщиной. Возможно, это и к лучшему. Точнее, это не просто к лучшему - это замечательно! Не нужны сейчас Лютику проблемы. Может, именно поэтому Роджер заставил его облачиться в плащ и держаться рядом? Потому, что он - небожитель? Потому, что даже здесь, в столь отвратительном месте, его могут убить за то, что он мужеложец? Всё возможно, но предполагать просто так, не зная правды, не стоит - мало ли какие цели Зверь преследовал на самом деле. Вдруг, всё то, что мы с тобой, дорогой читатель, думает про него, на самом деле неправда? Вдруг это всё уловка для того, чтобы нас с тобой запутать? Что если он совсем не тот, кем кажется нам с тобой? Но оставим наше рассуждение на обыденные беседы и вернёмся к истории, повествование которой в очередной раз набирает обороты, становясь всё страннее с каждой новой главой, выходящей в свет, предстающей перед нами. Смущенный и пьяный Лютиен, покраснел ещё больше - сразу видно, что комплименты, даже от такого человека, ему приятным. А может это он просто слишком много выпил и теперь не понимал, кто и что именно ему говорит? Или же это и вправду радость от осознания того, что, спустя всё то, что произошло, привлекательность, красота, дарованная богами, никуда не делась? Хотя, если рассматривать второй вариант, это будет звучать слишком эгоистично, а небожители не могут быть эгоистичными - им нельзя, они же дети самых богов! Самые любимые и прекрасные их дети, между прочем? Или же, раз боги отвернулись от него, Лютиен теперь имеет право делать всё, что пожелает, вне зависимости от того, кто и как на него после этого посмотрит и что про него скажут? Теперь ему всё равно на благословение богов-родителей? Теперь он живёт той жизнь, которою заслуживает и которая ему предназначалась? Всё возможно, но давайте опустим, всё же, сейчас наши рассуждения и вернёмся к повествованию - слишком много за начало главы-то рассуждений и предположений о том, как повернётся сюжет, как он повернулся до этого, и что теперь будет. Что будет - стоит узнать из самого текста, а не из высказываний автора, неправда ли? Ведь, читать и представлять перед собой картинку куда лучше, нежели слушать её простой перессказ? - Твои щёчки покраснели, мышонок. - мужчин протянул руку к личику Лютика, поглаживая его по горячей, пылающей огнём стыда и смущения, щеке, заставляя алеть ещё больше - к нему, ведь, никто, кроме Роджера, так не прикасается! Удивленные глазки тут же уставились на пирата, заставляя того расплыться в доброй улыбке. - Что же, расскажешь, с кем ты тут? - спрашивал он, желая узнать, кому же принадлежит этот красавец. А если он никому не принадлежит, что, конечно, мало вероятно для такого-то места, то его можно забрать себе. Почему нет? Он ведь выглядит таким милым и невинным, что едва ли можно устоять! - Я тобой. - ответил Лютиен, тут же по-детски заулыбавшись. Мужчина прыснул в кулак. Ну это уже ни в какие ворота не лезет! Слишком мило! - Что же, тогда, может, ты хочешь остаться со мной не только здесь? - спрашивал он, прищурив глаза, следя за тем, как мальчишка облизывается, - Может, хочешь, чтобы мы никогда не расставались и всегда были вместе? Я могу это устроить. Лютик удивился ещё больше. Это добавило ему ещё больше милости, из-за которой мужчина чуть смутился. Всё же, кажется, он в первый раз видел перед собой такое сексуальное и одновременное невинное существо. Это самое прекрасное создание на всём белом свете! Оно точно должно принадлежать ему и только ему! Лютиен же, пока пират был погружен мыслями об обладании этим сокровищем, размышлял о том, что сказал мужчина и есть ли во всём этом скрытый смысл. Что же это значит - "быть всегда вместе и никогда не расставаться?". Едва ли это можно считать дружеской фразой. Хотя, если бы они была произнесена в другое время, в другом месте и при других обстоятельствах, то, возможно, она и была бы дружеской. Но сейчас, скорее всего, в ней был какой-то намёк. Вот только на что? Кажется, Лютиен определял знаки внимания только со стороны Роджера - когда это делали, как сейчас, другие мужчины, он даже не понимал этого. От того, это ставило его в тупик, заставляя обдумывать едва ли не каждое слово, пытаясь из предложения вывести контекст, которых хотел передать собеседник. Вот только у небожителя ничего не получалось. Он просто-напросто не мог понять, что хотел сказать пират (а может просто-напросто и не хотел). Да и понять что-то в таком-то состоянии просто нереально! Пускай, это всё вымышленная история, мой дорогой читатель, но поверь мне, когда крепкий алкоголь ударяет по остаткам разума в твоей маленькой головке, то анализировать ситуацию становится в разы труднее. Иногда это настолько трудно, что начинает болеть голова! А уж головные боли, думается мне, ты знаешь, что это такое - едва ли самое приятное в жизнь, не так ли? - Прости? - Лютик решил переспросить, думая, что не так понял или же не так услышал, - Что ты сказал? Но мужчина не успел открыть своего рта, не успел произнести и слова, как за ним возникла громадная тёмная скала, готовая снести его в любую секунду, как только предоставится возможность. - Лютиен! - прирыкнул Роджер, заставляя последнего поднять глаза и посмотреть вверх, высоко задирая голову, чтобы встретиться взглядами, - Я тебя повсюду ищу! Что ты здесь делаешь? Сразу видно, что мужчина зол. И тут Роджер замечает, с кем сидит его небожитель. - Что ты делаешь с ним? - казалось, новый знакомый Лютика бесил капитана куда больше, нежели вся эта ситуация вообщем. - О, так вот, с кем ты здесь. - заулыбался мужчина, так же задирая голову, смотря в злобные глаза корсара, - Зверь - твоя новая игрушка такая красивая - я не мог устоять и не выпить с ней. Только глянь, какая красотка! - он тут же взмахнул рукой, указывая на мальчишку, заставляя того вновь погрузиться в размышления, чтобы понять две вещи (а может быть и не две). Во-первых, стоит узнать, откуда здесь Роджер? Похоже, Лютиен забыл, что время его пребывания вне зоны видимости этого мужчины было ограничено. Во-вторых, откуда эти двое знают друг друга? В-третьих, как выбраться из этой ситуации не пострадав. Ну и, конечно же, самый главный вопрос - кто же этот таинственным собеседник, который так взбесил Зверя. - Туман... - зарычал Роджер, обходя стул, грубо хватая своего небожителя за руку, заставляя подняться из-за стола, - Он принадлежит мне! - Конечно-конечно, я не трогаю твои вещи - я просто смотрю, не более того! - Туман поднял руки кверху в жесте "безоружен", тут же помахав ими, - Видишь, нет повода для злости! Я ничего не сделал! Роджер зарычал вновь. Видимо, это животное не может успокоиться так быстро, как человек. Да и звери не отходчивые. Потому, даже если Туман ни в чём не виноват, а в это поверить очень-очень трудно, то вот Лютиен как раз виноват - он не вернулся после двух бутылок, даже не попытался поспешить обратно! Он просто сидел здесь и пил с незнакомцем, который может его в любой момент изнасиловать - если бы пират набросился, то, по мнению Зверя, Лютик не смог бы за себя постоять, так как, несмотря на умение обращаться с кинжалом, всё равно был сущей неженкой и белоручкой, которая боится крови, драк и прочих прелестей корсарской жизни. Но Лютик был совсем не такой, каким его себе продолжал представлять Роджер. Он, пускай, всё ещё, в каких-то местах, дитя, но это не обозначало, что он слишком наивен, глуп, и не может защитить себя! То, что он не пытается отбиться от своего капитана, ещё не значит, что, если это потребуется, не сможет постоять за себя и свою честь, от которой, кажется, осталось только одно слово - невинности эти дитя лишилось уже давно. Да и, если так посмотреть, Лютик далеко уже не дитя, но мы, дорогой читатель, из-за его детского поведения, продолжим называть его ребёнком, глупым мальчишкой. Всё из-за характера. Ну и, конечно же, миловидной внешности. Поверь, читатель, будто Лютиен далеко за сорок, я бы продолжила его так называть - едва ли можно устоять перед соблазном опустить своего героя перед читателем! - Пошли. - Роджер не продолжил разговор с Туманом, он просто дернул на себя мальчишку и потащил его куда-то вдаль - куда-угодно, лишь бы подальше отсюда, чтобы второй мужчина не маячил перед глазами и не раздражал его. - Удачи, Зверь. - помахал Туман рукой на прощание, тут же обращаясь и к Лютику, - И тебе, мышонок! - он тут же послал воздушный поцелуй. Команда Зверя, стоящая неподалёку, слышащая обращение к их члену экипажа, тут же взбунтовалась, и, как только Роджер прошёл мимо (под горячую руку попасть не хотелось) закричала, что было мочи, отстаивая Лютиен. - Не мышонок, а Маргаритка! Видимо, другое прозвище они считали оскорблением в сторону небожителя. Это даже, в какой-то мере, мило - они готовы защищать его даже из-за таких мелочей. Роджер в гневе. Лютиен пытается понять, куда его тащат - перед глазами всё было будто в тумане - плыло куда-то, растворяясь, ноги заплетались одна об другую, а запястье начинало болеть - Роджер так сильно его сжимает, что, скорее всего, останется очередной синяк. Всегда, когда капитан касается его где-то, остаются какие-либо отметены. И это заставляло Лютика немного паниковать. Всё же, он боялся, что в один прекрасный момент его кожа просто-напросто не выдержит и лопнет под таким напором. И тогда будет совсем не хорошо. Как Лютику, так и Роджеру. Первый будет кричать от боли, второй будет корить себя за то, что вновь посмел вести себя так грубо с небожителем. Но отчего же так зол Роджер? Неужто и вправду лишь из-за неповиновения?

Ревность

Верно, во всём виновата ревность, заполонившая его сердце, заставляющая так реагировать. Но, отчего же эта ревность? Да, желание обладать Лютиком никуда не делось - оно осталось. Но оно возникло из-за эгоизма. Так откуда ревность? Сомнение в себе? Да, брось, дорогой читатель, это совсем не так - чтобы такой уверенный в себе мужчина сомневался? Да ни в жизни! Тогда, почему же? Что же, думаю, у меня есть ответ на этот вопрос, но, возможно, будет куда интереснее, если обладатель этого чувства сам расскажет о нём? Как уже говорилось ранее, читать интереснее, нежели слушать перессказ. - Отпусти меня уже... - пищал Лютику, когда они завернули куда-то и послушался громкий звук хлопающей двери, - Пожалуйста, мне не хорошо... Но не успел он это произнести, как вдруг ощутил, что его маленькое тельце нагло прижали к стене. Похоже, они в номере Роджера. И что же они тут делают? Или это Роджер так не хочет выносить ссору из избы? - Почему ты не вернулся? - спрашивал он грозно у мальчишки, наклоняясь к его лицу, чтобы тот смог сфокусировать взгляд только на нём - так будет легче, не будет подташнивать из-за того, что голова идёт кругом и трудно расспознать местность - нельзя в таком состоянии пытаться смотреть на всё и сразу - лучше глядеть только на что-то одно. - Я не мог. - честно ответил небожитель, хватаясь за рубаху мужчины, пытаясь устоять на своих двоих, - Я не мог уйти, не узнав, от какой опасности ты пытаешься меня защитить. Роджер тяжело вздохнул, покачав головой. Лютиен такой безнадежный - когда пьяный, такой прямолинейный и милый, задаёт такие глупые вопросы и даёт такие странные ответы, который, с одной стороны, верные и подходят к ситуации, а с другой - совершенно не понятны мужчине. - Лютиен... - один лоб навалился за другой. Мужчины соприкоснулись носами. Лютиен ощущал, как дыхание Роджера опаляет его щёчки и губы. Конечно, в другой ситуации, он стал бы дёргаться и заявил, какой мужчина отвратительный - из его рта воняет перегаром, там он весь слишком большой, горячий и вонючий... Но сейчас он, отчего-то молчал, и лишь заворожённо глядел на него, будто выжидая чего-то волшебного. Но едва ли от этого человека можно было ждать волшебства. - Никогда не отходи от меня, понятно? - спрашивал Роджер, обнимая одной рукой мальчишку за талию, прижимая к своей груди, продолжая стоять над ним сгорбившись в три погибели.

Трепет

Лютиен ощутил, как трепещет перед пиратом, ощутил, как тот, по-своему, заботится о нём, оберегает. Пускай не говорит от чего, но всё равно. Ведь, этот мир - одна сплошная опасность. Так ли важно знать, от чего именно тебя хотят защитить? - Понятно. - согласился богоподобный, протягивая руку к лицу пирата, касаясь его бороды, - Я понял - больше не уйду. Эти слова грели душу. Что одному, что другому. Слышать их - такая услада для ушей! Казалось, весь мир перестаёт существовать! Не слышно ни криков внизу, ни гула снаружи, на улице. Ничего не слышно - только эти слова, повторяющиеся раз за разом, отдающиеся эхом где-то в области сердца. Возможно, они просто оба выпили слишком много, а возможно это и есть их истинные чувства друг к другу, которые они тщательно скрывали. Всё же, несмотря на то, что Роджер сделал с ним, Лютиен, как бы ни отрицал, привязался к нему и уже, казалось, не видел жизни без этого Зверя. Роджер же, теряясь в своём ревностном желании обладать небожителем, ощущал, как в нём появилось чувство, неведомое ему ранее. Кажется, поэты называют это любовью. Они смотрели друг на друга не отрываясь. Глаза в глаза. Как будто в душу, пытаясь прочесть всё то, что скрыто, пытаясь понять, насколько глубоки их чувства. Возможно, если бы ни эта ситуация, то едва ли они, когда-нибудь, хоть попытались открыть друг другу. Конечно, их отношения уже не охотник/жертва, но всё же, в какой-то мере, они продолжали быть странными, неправильными. Но сейчас... Именно сейчас они могли измениться и стать настоящими! Стать правильными! Такими, какие предназначены им! - Капитан! - за дверью послышался громкий ор, а после стало понятно, что кто-то из команды стучит по двери, пытаясь достучаться до капитана, - Капитан это срочно! Капитан! Но, видимо, судьба не желала, чтобы чувства их были открыты именно сейчас. Но, возможно, будет ещё время, когда они смогут признаться как друг другу, так и себе самим, что любовь возможна, и что она уже в их сердцах?