Рассвет в твоих глазах

- Любовь моя, прошу тебя, не нервничай ты так. - молил Фергус, тяжело вздыхая, проверяя детей, смотря на то, как они забавно надувают щёчки, хмурятся и ждут, когда их возлюбленная матушка вернётся к ним, возьмёт на руки, прижмёт к своей груди и споёт пару-тройку сладких-пресладких песенок, повествующих о каких-то забытых легендах, - Всё ещё не так страшно, как ты думаешь. Наверняка, это какая-то ошибка. - Как восстание Юга может быть ошибкой? - возмущался, едва ли не крича, небожитель, натягивая на свою тонкую ножку очередной чулочек, стараясь оставаться навесу столько, сколько это возможно, в особенности с его ровнавесием, - Они ещё кричат, что я небожитель! Боги, что же будет дальше? - Боги... С каких пор ты обращаешься к ним? - нахмурился мужчина, переводя взгляд на свою супругу, пытаясь то ли подколоть и развеять тем самым обстановку, то ли пытаясь тем самым его упрекнуть, говоря, что сейчас молитвы и лживые боги не помогут им в такой ситуации. В ужасающей ситуации, между прочем. - Отстань! - крикнул юноша, уже занимаясь туфлями - платье уже на теле, оставалось только обуться и они готовы будут принять совет, чтобы разобраться со сложившейся ситуацией, которую стоило решать как можно быстрее - скорее всего войска Юга уже почти на границе Севера, и, возможно, у Юга, в этот раз, более верные и сильные союзники, способные отстоять южную гордость и праведность слов, - Когда ты начнёшь относиться к этому всему серьёзно, а не как ребёнок, потерявший одну игрушку и ждущий другую? - Мариан, любовь моя, прошу, прекрати - ты опять разнервничаешься, а потом и вовсе потеряешь создание - мне не нужна королева при смерти, особенно когда начинается война. Фергус пытался успокоить свою суженную, в то время как последней, от его слов, с каждой секундой становилось все тяжелее и тяжелее, хуже и хуже. Ему становилось страшно только от одного слова "война". Дурнота подступала к горлу, голова начинала кружиться, а кожа бледнела и бледнела, становилась похожей на ту, что присуща северянкам и северянам. - Просто замолчи. - молил Мариан, трясущимися руками поправляя складочки на платье, разглаживая его, придавая ему более презентабельный вид (пускай он и королева Севера, но даже здесь довольно щепетильно относились к своему внешнему виду и различным тонкостям, хотя со стороны эти люди совсем не похожи на тех, что готовы пить сладкий чай с лимонными пирожными из чашечек, к золотой каёмочкой, украшенных какими-то узорами, похожими на цветочки и веточки каких-то кустиков) - он королева и должен соответствовать своему статусу, в особенности после того, как родил королю трех сильных сыновей, так ещё и притащил в замок драконьи яйца, готовые вот-вот стать настоящими чудовищами, что, по легендам, должны были покорить весь этот мир, дабы он принадлежал Северу и только ему - никому более. Ни одно государство не смело стоять выше Севера - это оно должно быть выше других. Лишь Зерфелон - господин всех господ. - Мариан... - король пытался вновь заговорить, но небожитель заткнул его довольно грубым жестом - довольно нагло, встав при этом на цыпочки, дабы дотянуться, заткнул ему рот ладонью, не давая произнести ни слова. Это, при других обстоятельствах, могло рассматриваться, как заигрывание, но сейчас это было слишком глупо и грубо со стороны небожителя, который, кажется мягким и невинным, в какой-то мере расчётливым, но в то же время, из-за испорченности, внушенную Севером, стал таким же жестоким и грубым, как и король рядом с ним. - Помолчи. - тяжело вздыхал юноша, сдерживая тошноту от нервов, - Дай сюда двоих, я их мать, они должны быть на моих руках. Фергус был податлив сейчас - он не мог спорить с супругой, находившейся на грани истерики. Он отдал двоих детей, одного оставляя у себя на руках - троих детей сразу юноша не смог бы унести за раз. Потому, наверное, у этих детей двое родителей. - Просто сделай всё возможное, чтобы сохранить мир. Я вышел замуж за тебя не от большой любви и ты это прекрасно знаешь. Это было последнее, что успел произнести Мариан до того, как они покинули покои и устремились в зал совета, где большие умы должны были решить насущные проблемы, в особенности смелость Юга, трепещущую на грани безумства. А что делать, когда мир в очередной раз охватывает нечто подобное?

От автора:

Во-первых, автор перечитывает старые главы и пытается их исправить самостоятельно. Во-вторых, он ищет себе бету - не важно есть ли у Вас опыт, главное желание и знание того, о чём я пишу - остальное не так важно. В-третьих, автор, посоветовавшись, если так можно сказать, со своим постоянным, верным читателем, и решил сотворить некоторые изменения со своим детищем (думаю, можно было заметить, в шапке работы появилась новая метка, а персонажей, что расстались с жизнью и выступали главными героями у нас двое). А теперь настало время теорий. Мы все здесь уже год, потому, думаю, я могу задать пару-тройку вопросов, на которые, дорогие читатели, вы ответите (предположите) возможно ли подобное или нет, будет ли такое или нет. (Ладно, давайте будем честными, я ревную к одному ютуберу, которого смотрю, и тоже хочу, чтобы моя аудитория (которой нет), построила пару тройку теорий и посоветовала что-то изменить). 1. Кто и как воскреснет из мёртвых? 2. Кто умрёт первым - Глициния или же Фаталь? 3. Будут ли Лютиен и Роджер вместе? Или у Роджера слишком много тайн и это помешает им? Или же Лютиен всё ещё любит своего покойного возлюбленного? 4. Чем закончится и закончится ли приключение Монте и найдёт ли он своего брата? 5. Имена троих детей Мариана и Фергуса (на самом деле мне нужны варианты - у меня проблемы). 6. Появится ли новый герой и новая ветка? Это будет женщина или мужчина? А может небожитель? Большое спасибо, жду вас в комментариях (возможных бет в лс).