Я тебя победил

***

— Таня, ты на каких репетициях будешь? — ... — Денисова! — Савченко, что вот ты орешь. Я буду на всех репетициях. И поставлю сама. Для Саши. Нам надо побеждать. Татьяна Денисова сидела на четверговом совещании. Чёрные джинсы, чёрная водолазка, бейсболка и рей бены. Боевой наряд. Кофе в белом стаканчике остыл, красные ногти стучали по воображаемым клавишам. Уже много лет работало одно правило: личная жизнь предаст, обманет, обидит, даже растопчет. Работа — никогда. Денисова обожала работать. Лучшие постановки — спасаясь от разбитого сердца. Лучшие эфиры — после бессонных ночей. Очень хорошо, что вышла вчера из машины. Очень хорошо, что Мигель за ней не побежал. Любой, кто знает Таню, понял бы: вчера он подарил ей победу. Виталий и Гарик переглянулись. Таня скользнула по ним взглядом и улыбнулась уголками губ. С таким звериным остервенением она не работала на Танцах никогда.

***

— Мига, у нас летучка четверговая, ты где? — Что? — Але, ты что пьяный? Ты где? — Нигде. Я не пьяный. Я еду. Просто опаздываю. — Ты во сколько вчера из клуба ушёл? Один? — Катя, что за допрос. Я сказал, что еду. Скоро уже. — Это просто поразительно, как ты издеваешься над всеми нами в этом сезоне. Вот. Сказала. Так, блин, нельзя. Я тебе не телка на побегушках, понятно. — Да это надо мной тут все издеваются! — Мигель швырнул телефон на сидение, тот отскочил, упал на бежевый пол салона и выключился.

– Мы с тобой, как две жирафы. – Почему жирафы? – сдвинул он брови, не понимая. – В детстве видела картинку в книжке. Две жирафы. Нелепые, долговязые. Стоят, скрестив шеи, и такой вид, будто не знают, что им, нескладным, делать друг с другом дальше.

Эта фраза целую ночь крутилась у Мигеля в голове. И ни апероль, ни текила, ни телка из клуба (вроде бы Настя?), ничего сделать не смогли. Страдать так страдать. Мигель всегда считал, что это почти так же прекрасно, как быть влюблённым. Брать себя в руки будем позже. Я влюблён, и я хочу в этом раствориться. — Мига, мы проиграем. Ты это понимаешь? Чувак, ну тебе же не все равно. — Ну проиграем и проиграем. — Да ты с ума сошёл. — Потому что это — неглавное. — Реально, чокнулся. Что с тобой? — Со мной все в порядке. Катя, пожалуйста. Ну ты меня знаешь сто лет. — Вот именно. Мига? — Все. Я поехал домой. Завтра позвоню. — Тебе Смирновой ставить нужно. — Подождёт. Все. Зашёл в дом. Рухнул на диван. Закрыл глаза. Проклянул дизайнера, который не сделал в гостиной шторы блекаут. И себя тоже. Мечтал. Улыбался. Закрывал лицо руками. И медленно провалился в сон, который никогда, никогда не сбудется.